Cherry milkshake

К концу дня Юнги уже совсем отчаялся, поэтому на последнем занятии он решает выпить еще одну бутылку воды, чтобы сделать отчаяние всей ситуации ещё сильнее. Ему нравится испытывать острые ощущения, страх и унижение, когда он думает, что в этот раз у него не получится, нравится быть таким отчаянным, а потом испытывать сладкое облегчение и тепло, когда он наконец отпускает себя. Каждый раз он старается выпить ещё больше воды, каждый раз ждёт немного дольше. Занятия заканчиваются, и, возможно, та последняя бутылка, которую он выпил, была лишней, его живот вздулся и болит от необходимости опорожнить мочевой пузырь, но он подождёт, пока не вернётся домой. Так он и планировал, пока словно из ниоткуда не появился Хосок, его давний любовный интерес, и не столкнулся с ним, когда Юнги ковылял по коридорам кампуса, чтобы отправиться домой. Юнги в шоке смотрит на высокого парня и замечает, как его передние зубы прикусывают нижнюю губу, как круглы и мерцающи его красивые глаза. — Юнги? — Да? — отвечает Юнги, и сердце начинает учащенно биться. Почему Чон вдруг заговорил с ним? И почему он выглядит нервным? — Мин Юнги, — повторяет Хосок и проводит рукой по своим коротко стриженным волосам. — Я хотел спросить, не хочешь ли ты пойти со мной на свидание? У Юнги открывается рот. Он правильно расслышал? — Прости, ничего страшного, если нет! — Хосок быстро идёт на попятную. — Нет! — Юнги ещё быстрее вырывается из своего транса, но тут же начинает нести чушь. — То есть, да. В смысле, я хочу встречаться с тобой. Очень. Ты не представляешь, я просто в шоке, я даже не знал, что ты меня знаешь и что я тебе нравлюсь, но ты мне очень нравишься и… Хосок просто смотрит на него, и наконец Юнги захлопывает рот, осознав, что он делает. — Прости, — говорит он, опустив голову и прикрыв лицо руками. — Кажется, я немного нервничаю. Я не ожидал этого. — Нет, всё в порядке! Я тоже нервничаю, — смеется Хосок, одаряя парня своей солнечной улыбкой. Юнги снова поднимает глаза и улыбается в ответ. — Куда ты хочешь пойти? И когда? Чон снова взъерошивает свои волосы. — Я надеялся, что мы сможем пойти сейчас? Я могу пригласить тебя на обед… или ранний ужин. «Сейчас?» — думает Юнги. Он ведь сможет продержаться до конца? Он не хочет упускать этот шанс, Хосок, кажется, очень хочет, а он так счастлив, и, конечно же, он хочет провести время с ним немедленно, ведь это его влюбленность почти двухлетней давности! Да и не похоже, что у него есть какие-то другие дела на сегодня. Если Хосок хочет пойти сейчас, он точно не откажется. Забудьте о мочевом пузыре, с ним всё будет в порядке. — Хорошо! — соглашается Мин, неловко покачиваясь на ступнях взад-вперёд. — Я знаю одну милую кафешку недалеко отсюда, хочешь туда сходить? Юнги снова соглашается. Хосок ведёт его к машине, и Юнги с радостью следует за ним, при этом он припрыгивает на месте, отчасти из-за необходимости помочиться, но в основном от счастья.

***

Заведение симпатичное, розово-белое, с неоновыми вывесками. Хосок заказывает молочный коктейль к еде, но Юнги пока решает воздержаться от напитков. Вблизи Чон ещё симпатичнее, и Юнги мечтательно смотрит на него, ловя каждое его слово. Он не может поверить, что всё это время ничего не говорил, не набирался смелости, когда, очевидно, Хосок тоже был заинтересован в нём. Чон отпивает глоток молочного коктейля и округляет губы, глядя на стакан с напитком. Затем он смотрит на Юнги и предлагает ему свой коктейль. Юнги вежливо отказывается, но Хосок настаивает. — Это очень вкусно, серьезно. Я не против, чтобы ты попробовал. Хосок смотрит на него так мило и искренне, что Юнги сдается и неуверенно наклоняется вперед, чтобы обхватить губами соломинку и сделать маленький глоток. Вкус действительно приятный, лучше, чем он ожидал, и его глаза загораются. Чон смеётся. — Выпей ещё! Юнги не должен, действительно не должен, но он не может удержаться и делает ещё несколько больших глотков, наслаждаясь сладким вишнёвым вкусом. Он уже дрыгает ногой от отчаяния, но что такое ещё несколько глотков? В итоге они делят большую порцию молочного коктейля пополам, продолжая есть картофель фри во время разговора. Юнги находит, что с Хосоком так легко разговаривать, несмотря на то, что они оба безумно нервничают. Это немного успокаивает его, когда он понимает, что парень тоже нервничает. В закусочной есть туалет, но мазохистские и соревновательные наклонности Юнги не позволяют ему туда идти. Он уверен, что справлялся и с худшим, и настаивает на том, чтобы продержаться до возвращения домой, даже сейчас. Кроме того, он не хочет упустить ни секунды времени, проведенного с Хосоком. Но когда он слишком сильно смеётся над тем, что говорит Чон, и чувствует, как из него вытекает немного мочи, его лицо тут же опускается, и Юнги замирает. — Ты в порядке? — спрашивает Хосок, заметив изменение в состоянии Юнги. Юнги кивает, удваивая усилия, чтобы сдержаться. — Просто слишком много смеялся. Я много ел, так что… — О, всё хорошо, — соглашается Чон, не дослушав. Они проводят в кафе ещё немного времени, даже после того, как заканчивают есть, и Юнги становится всё более тихим, хотя и не хочет этого. Он старается держать выражение лица под контролем, но его живот начинает болеть сильнее, хотя он уже незаметно расстегнул джинсы, чтобы попытаться уменьшить давление. Видимо, у него это неплохо получается, потому что Хосок ничего не замечает. Сразу после кафе они также не расстаются, снова оказавшись в машине Чона, который настоял на том, чтобы отвезти Юнги домой. Юнги ни за что не хочет, чтобы Хосок узнал об этом на их первом свидании, поэтому он просто молча сидит, зажав руку между бедер. Но он полон до краев, выпив гораздо больше и удерживая мочу гораздо дольше, чем он привык обычно, и Юнги знает, что он очень близок к своему пределу. Внезапно машина наезжает на неровность дороги, и Юнги задыхается, всхлипнув и снова обмякая, крепче вдавливая руку в промежность. — Юнги? — Хосок оборачивается на него с водительского сиденья, явно услышав тихий звук. — В-всё в порядке, — бормочет Юнги. Он пытается сесть поудобнее, расправив плечи, чтобы показать, что он в норме. Правда, помимо того, что он в полном отчаянии, его начинает немного заводить потенциальное унижение перед Хосоком. Потребность помочиться и так немного заводит его, но мысли о том, насколько беспомощным и смущённым он будет, если что-то случится на глазах у того, кто ему нравится, доводят его до такого кайфа. Одна его часть почти хочет, чтобы он отпустил себя, но другая говорит ему продолжать держаться, чтобы не испортить машину своего краша вместе с шансом быть с ним. Наконец они подъезжают к зданию общежития Юнги, и он поспешно выходит из машины. Он так близок к тому, чтобы сорваться. Он уже думал о том, что и раньше был близок к этому, но в этот раз он действительно думает, что не успеет. — Спасибо, что согласился провести время со мной, — мило улыбается Чон, коротко касаясь своего уха, заправляя за него невидимую прядь, и отводя взгляд от Юнги. — Мне было действительно весело с тобой сегодня. Ты мне очень нравишься. Юнги краснеет, ещё больше, чем раньше, от усилий, которые он прилагал, и от своих совершенно неуместных мыслей. — Мне тоже, — он надеется, что его голос не звучит вымученно и натянуто. — Вот, — Хосок неожиданно достает свой телефон. — Я забыл спросить раньше. Можно мне твой номер? Или инсту, или как тебе будет удобнее? — О, конечно! — Когда Юнги дрожащими руками берёт разблокированный телефон парня и вводит свой номер, его ноги тоже начинают дрожать. Тем не менее, он улыбается, возвращая телефон владельцу. Ему действительно нужно идти, но он не хочет показаться грубым или дать Хосоку неправильное представление, что ему не понравилось свидание или что-то в этом роде. — Я напишу тебе, — радуется Чон. — Давай встретимся ещё раз? — Да, да! — быстро говорит Юнги. — Мне очень понравилось. И прости, что украл твой молочный коктейль. И ты мне тоже очень нравишься, — Юнги краснеет ещё сильнее от неловкости. — Ладно, пока! Юнги уже неловко поворачивается, чтобы взбежать по ступенькам здания, но Хосок внезапно хватает его за запястье, останавливая. Юнги оборачивается, дрожа. Он замечает, что Чон покраснел, на его щеках появился розовый румянец. — Подожди, пожалуйста, — тихо говорит Хосок и, быстро наклонившись, чмокает Юнги в щёку, закрыв глаза. Юнги издает тихий, высокий звук удивления и, застигнутый врасплох, пускает ещё одну струйку. На этот раз она больше и наверняка просочилась сквозь боксеры и джинсы, и он сдерживает писк, надеясь, что Хосок не посмотрит вниз и не увидит пятно на его штанах. К счастью, Хосок слишком взволнован — по крайней мере, Юнги надеется на это — и, наконец, прощается, отпуская Мина. Как только Чон поворачивается спиной, Юнги засовывает руки между бедер и ковыляет вверх по ступенькам, не в состоянии остановить слабый поток мочи. Если бы Хосок всё ещё наблюдал за ним, он бы наверняка что-то заметил или увидел след от капель, но предел Юнги был преодолён уже так давно что он не может даже думать об этом — даже короткого поцелуя в щёку уже недостаточно, чтобы занять мысли. Как только Юнги открывает дверь в свою комнату, он чувствует, что невидимую плотину прорывает окончательно. Ему почти удается закрыть за собой дверь, но потом он не может ничего сделать, кроме как выпустить всё наружу. Он тяжело дышит. Он думает о том, как близок был к тому, чтобы потерять контроль над собой в присутствии Хосока, и стонет, а его всё ещё побаливающий член дёргается в штанах. Он думает о том, что было бы, если бы ему не удалось остановить поток после того, как Хосок поцеловал его, он представил, как описался бы прямо на улице перед своим крашем. Они оба, вероятно, смотрели бы друг на друга в ужасе с широко раскрытыми глазами. Стал бы Чон успокаивать его? Или посмотрел бы на него с отвращением? Юнги представляет, что он был бы милым, может быть, немного шокированным, но он бы нежно сцеловал слёзы с щёк Юнги, может быть, даже притянул бы его к себе и позволил бы потереться о своё твёрдое накачанное бедро. Юнги опускает руку на мокрые джинсы, начиная медленно ласкать себя. Но как бы ему это ни нравилось, он будет помнить, что нельзя встречаться с Чоном, когда он испытывает свой мочевой пузырь, почти что достигнув своего предела, и особенно нельзя пить половину большого молочного коктейля, когда его мочевой пузырь уже полон. Он может только мечтать о том, чтобы Хосоку это тоже понравилось.