О звёздах и снежинках

Поезд беззвучно рассекает космический вакуум. Я играюсь с волосами Март. Мы расслабленно лежим на её кровати. "My girl, my girl, my girl... You will be my girl..." — доносится из портативного проигрывателя. Песня с какой-то далёкой планеты. В космосе нет времён года. Поэтому про любовь в октябре я могу сказать в любой день. Март, наверное, возмутилась бы, она ведь так тщательно отсчитывает дни и каждый из них зачёркивает крестиком в календаре. Я поворачиваюсь на другой бок. На стене играют отблески звёзд. Звёзд... Внутри меня тоже огромная сила, несущая катастрофу. Когда — вопрос времени. Со мной рядом небезопасно. — Ты слишком много думаешь! — Март обнимает меня со спины и утыкается носом в шею. Забавно сопит. — А ты слишком проницательна, — даже если и так, она всё равно вцепится в меня клещами, — Люблю тебя. — Я тебя тоже. Вежливый стук. — Входи! В приоткрытую дверь просовывается голова Дань Хэна. — Химеко зовёт есть пиццу. — Передай ей, что мы скоро, — Март хитро подмигивает и зарывается носом в мои волосы. Дань Хэн кидает короткое "Окей" и бесшумно исчезает. — Так вкусно па-ахнут... — Но это ведь твой шампунь... — Ты думаешь, я бы стала пользоваться чем-то, что мне не нравится?! — Справедливо. Мы есть-то будем?.. — Ты любишь меня больше пи-иццы? — Хм... Это сложный вопрос... — Ну Стелла! — Я не знаю... — В любом случае, лучше не лезть под руку, когда Химеко разрезает пиццу пилой. Так что давай полежим так ещё немножко... А, и скажи "сыр"! *щелчок камеры* — Неплохо получилось. Как ты думаешь? — показывает фото с экрана смартфона. Я щурюсь. — Убавь яркость, я сейчас ослепну... Да, правда мило. Март улыбается и прячет телефон. Крепко обнимает. Звёзды... Я — звезда... — Не вздумай уходить. Ты мне дорога. Я не хочу снова терять... Если у меня вообще когда-то что-то было. Сейчас у меня есть ты. И много-много воспоминаний! Но мне так хочется ещё... Ты, конечно, навсегда в моей памяти, в фотоальбомах и дневниках, но мне так хочется жить, не боясь, что всё исчезнет. Поэтому я запрещаю тебе меня оставлять! Да она мысли читает, что ли?! Март живёт так, будто каждый её день — последний. Будто она может проснуться чистым листом, без прошлого и воспоминаний. Кажется такой безмятежной, а сама сохраняет каждый миг своей жизни. Её можно понять. Я вот вообще не знаю, были ли у меня воспоминания до того, как я оказалась на станции "Герта". Я помню только смутные голоса. Ну и ладно. А. От меня ждут ответа. — Я уже вместе с Безымянными. Никуда не денусь. Не дуйся, милашка. Оставляю на щеке Март поцелуй. Она тает и перестаёт дуться. Таять такой, как она... забавно. Семифазный лёд, все дела. Думаю, что морозиться ей принципиально противно. Уж мне ли не знать, как она боится замёрзнуть, поэтому включает обогреватель на полную, а ночью залезает ко мне под одеяло. Даже через прикрытую дверь чую чудесный запах. Кажется, пора выдвигаться. — Пойдё-ём, а? — тормошу. — Зачем? — За пиццей, снежинка моя! — такое обращение моментально поднимает Март. Но ей есть, чем мне ответить. — Ну раз за пиццей, то я быстрее, звёздочка! — и моментально оказывается за дверью. Да уж... — Это мы ещё посмотрим! — и я вылетаю в коридор. А настоящие звёзды тихо смеются.