Красные звезды

На улице было темно. С каждым днём учиться становится тяжелее, а апатия быстро накрывает с головой. Привыкнув к расписанию, время пролетает незаметно. Парень встаёт с кровати и идёт к календарю. На нём — пятое октября и красивая картинка осени. Шастун зевает, переминаясь с ноги на ногу, и накидывает на себя плед, шлёпая босиком на кухню. Октябрь уже наступил, а вместе с ним холода. Но погода часто менялась, поэтому в квартире все ещё не работали батареи. Родители спали, поэтому Антон закипятил чайник и тихонько налил чай в кружку, садясь на кресло. От горячего чая постепенно наступало умиротворение и спокойствие. Начинало клонить в сон, а мысли прогулять школу были всё заманчивее. Поставив кружку обратно, Шастун пошёл в комнату и включил свет. Переодевался и складывал портфель он медленно, но всё равно каким-то образом не опоздал. В кабинете был приглушённый свет. На улице всё ещё темно, а в кабинете прохладно. Первой была биология, поэтому учебник и тетрадь уже лежали у него на парте. Из учеников была только Ира, которая сидела позади него. Антон же сидел на третьем ряду возле окна на третьей парте первого варианта. Под рукой была его чёрная тетрадь с какими-то звёздами. При взгляде на неё ни буквы, ни цифры в несделанной домашней работе не появлялись. Бросив гипноз очередной тетради, Антон повернулся к парте позади него и дёрнулся от страха, забыв, что там сидит Ира. — Что? — спокойно и даже слишком тихо спросил Антон. — Я подумала, — начала Ира, — и решила. У нас же в конце одиннадцатого бал будет? Можно я тебя заранее забронирую? — девушка улыбнулась, смотря на непонимающего одноклассника. — Эм… окей? — Антону было всё равно, с кем танцевать. Тем более, не факт, что его допустят к этим танцам. Вздохнув, он развернулся к передней парте, где уже сидел Дима. — Что? — повторил свой вопрос Шастун. Дима посмотрел растерянно, но быстро взял себя в руки. Это было странно, но Антон захотел его выслушать. — Я подумал и решил, — повторил он за Ирой. — У нас же в конце одиннадцатого бал будет? Можно я тебя заранее забронирую? — с серьёзным лицом говорил Позов. Антон закатил глаза, всё ещё не понимая, как он сюда так тихо смог прийти. Или же у Антона уже слуховые галлюцинации? — Идиот, — пробубнил Антон, поворачиваюсь к окну, не заметив, что за время разговора сосед по парте уже приземлился. — Сука! — громко сказал парень и плюхнулся на парту к сгибам локтей. Дима и Ира растаяли, громко засмеялись, а Серёжа так и сидел, испуганный от крика парня. Все они выглядели очень ярко и живо, о чём Шастун мог только мечтать. — Я что? Я ничего, — протараторил Матвиенко, осматривая пострадавшего с ног до головы. — Просто ты такой нервный. Пошли за кофе? Там… — не успел он закончить, как парень перебил его: — Пошли! — Антон поднял голову и резко встал, быстрым шагом идя на выход из кабинета. Сосед по парте чуть со стула не упал и кричал в догонку: «Стой, блять! Я не договори-и-ил!» Парни встретились на первом этаже. Серёжа что-то рассказывал Антону, а тот, в свою очередь, смотрел под ноги и случайно врезался в мужчину. Отступив, Шастун удостоил взглядом незнакомца. Тот был одет, как все учителя. В их школе у учеников есть форма. У учителей она состоит из рубашки и брюк. Также есть пиджак с эмблемой школы. «Значит, он учитель», — подумал зеленоглазый, переставая осматривать будущего преподавателя. — Здравствуйте! — живо поздоровался Матвиенко. Шаст тихо поздоровался в ответ, смотря на кофе-автомат, который уже был на ладони. Иди и пей сколько влезет, но преподаватель вступил в диалог раньше, чем Антон мог сдвинуться с места. — Здравствуйте, ребята. Чего носимся и по сторонам не смотрим? — парень молчал и смотрел на Серёжу, передавая мысленно ему эстафетную палочку, а сам удалился к автомату, ища в кармане мелочь. Он не смог услышать их диалога, но ему это не надо было. Сергей посмотрел вслед Шастуну и повернулся на преподавателя. — Да у него давление скачет, вот пошли за кофе. А врезался он случайно, — Арсений посмотрел в сторону парня с сожалением и развернулся обратно. — Всё хорошо с ним будет? — Матвиенко кивнул, улыбнувшись. — Ладно тогда. А вы какой класс? Да, у меня с вами урок второй. Поэтому, если что, подхватим, — ответно улыбнулся учитель, идя прочь на лестницу. В это время подошёл зеленоглазый, попивая кофе через трубочку и глядя в след преподавателю. — До свидания… — тихо сказал вслед парень. — А это кто? — Это? Арсений Сергеевич, наш астроном. Хз, как учитель, но человек вроде нормальный, — Шастун пожал плечами, вместе поднимаясь к кабинету биологии. Время проходило медленно. Минуты перерастали в часы, а голова становилась всё тяжелее и тяжелее. Звонок с биологии был спасением. Антон подождал ребят и пошёл в класс астрономии. У них в первый раз был этот предмет. Он был более интересным, чем черчение и ровные чертежи на каждом уроке. Оставив портфель, парень увидел вошедшего того самого преподавателя. Взгляд изучающе рассмотрел мужчину, и только после он сказал: — Скоро приду, — взяв телефон с парты, он покинул кабинет. Парень слышал, что ему что-то сказали вслед, но отмахнулся, спускаясь. У медкабинета всегда была очередь, и этот день был не исключением. Кто-то больной, кто-то хромой, кто-то симулянт, а кто-то бедный человек, который умирает от уроков. Наверное, этим человеком был он сам, иначе нельзя было объяснить его присутствие в маленьком коридорчике, который вел к педиатру. Глаза смыкались, напоминая о недостатке сна. Хотя на деле плевать он хотел на это. Через пару минут пришла его очередь, и врач любезно взглянула на парня. — О, Антош, давно я тебя тут не видела, — с улыбкой сказала Надежда Николаевна, которая вселяла всем надежду уйти с уроков пораньше. Только Антон не был в настроении, потому что хорошо её знал. — Так каникулы же были, — повёлся парень, как тут же услышал сарказм, который всегда был неуместен для угрюмого парня, валившегося с ног. — Ой, точно! — Шастун вздохнул, подбивая носком туфли пол. — Что на этот раз? — от последних слов он поморщился, но ответил. Его давление иногда устраивало американские горки, поэтому кабинет педиатра вошёл в ежедневный список. Надежда, которая, может, и вселяла надежду, но не спасала, померила давление парня, и оно оказалось в норме. — Кофе помог, — предположил он и попрощался, уходя и слыша вдогонку рекомендации, что, если ему станет плохо, пусть отпрашивается. Отпрашиваться он, конечно, не будет, потому что старая Людмила Васильевна никого не щадит и жаждет кого-то помучать. Шаст поморщился от таких мыслей, поднимаясь на этаж. Зайдя, прозвенел звонок, и Антон погрузился в мысли. Как же так оказалось, что уже октябрь, а занятие по астрономии первое? Во-первых, администрация — это кучка долбоёбов, которая не смогла набрать с сентября учителя по астрономии. Благо как-то нашли уже в октябре. Этот урок заменяли физикой, и только из-за этого Шастун побыстрее хотел увидеть астрономию и его учителя. «Ну что? Увидел?», — напрашивался голос в голове. «А дальше что?». Парень нахмурился, направляя взор на доску, где красовалось уже первое определение. Шаст открыл тетрадь и записал, больше не блуждая в своих мыслях. Предмет был рассказан на троечку, но хотя бы было не скучно. И вот, прозвенел звонок. Просмотрев на преподавателя, парень увидел призывающий жест. Все ученики быстро разбежались, поэтому Антон встал. От такой резкости в голове начала плыть картинка, но не смертельно. Подойдя к мужчине, он встал возле него и стола, чуть облокотившись на второго. — Я только спросить. Сейчас всё хорошо? Давление не скачет? — спросил Арсений. Антон не успел смутиться, откуда он это знает. В глазах начало рябить и парень устремил взгляд вдаль. — Да, — однозначно ответил парень. После голос астронома был еле слышен. В глазах потемнело, ноги подкосило, и картинка исчезла. Через пару секунд он проморгался, понимая, что преподаватель удержал его на руках. Хорошо, что не носом в пол, спасибо и на этом. А, если разбить нос, появится вторая горбинка?.. — Антон, ты меня слышишь? — парень снова почувствовал себя принцессой на руках у принца, и ему стало некомфортно. Встав на ноги, он проморгался и кивнул. Конечно, сейчас стало намного лучше, но давление всё ещё может упасть. — У тебя так давно? Ну, давление? — теперь включился мозговой штурм. Откуда он знает моё имя и про давление? Ответ на первый вопрос нашёлся почти сразу, а именно — журнал. Второй он ещё выяснит. — Сейчас всё нормально. Пойду домой отпрошусь, — на вопрос о помощи он отмахнулся и напоследок попрощался. Спускаясь на первый этаж третий или четвёртый раз за день, Шастун начал думать, как отпроситься. Подойдя к врачу без очереди, он объяснил всю проблему. — Если прям стало плохо, можешь идти, я сама твоей классной позвоню, — сказала Надежда Николаевна, на что Антон поблагодарил её и с более весёлым настроением попёрся домой. Выйдя на улицу, стало чуть легче. Вдохнув свежий воздух, он взял телефон и начал запись голосового в группе с ребятами. — Чао, я домой иду. Мне Надежда сказала, что если стало плохо прям пиздец, то можно идти домой. Она сама Людке позвонит. Вот и хорошо, а то меня бы эта грымза убила бы, — на горизонте появился магазин, поэтому зеленоглазый остановился, договаривая: — Вот, меня же астроном наш после уроков оставил. Спросил, типа, всё ли хорошо? А у меня в это время в глазах поплыло, и я такой, да, да, всё ахуенно. В итоге свалился. Спасибо хоть, что не на пол, — подробности он не стал уточнять, поэтому закончил голосовое. В голове проплыл вопрос, и он записал новое, но короткое: — Признавайтесь, кто ему напиздел про мои проблемы с давлением? — положив телефон в карман, Шаст направился в тот магазин, который приметил заранее. Зайдя в маленький продуктовый, он взял шоколадку. Заплатив, он сразу её развернул и откусил кусок. Иногда это помогало с давлением, но не всегда. Дошёл до дома он быстро. Разложив учебники и тетради, парень заглянул в телефон, где в группе уже было много сообщений. Ира посочувствовала, Оксана, которая сейчас болела простудой, позлорадствовала, а Сергей признался, что, пока Антоха пытался купить кофе в автомате, «натрындел Арсу» о его давлении. Формулировку имени астронома Антон запомнил и, написав короткое «спасибо», пошёл в гостиную, чтобы померять давление и выпить соответствующие таблетки.