Утро вечера муд...

      Вокс проснулся от ощущения, что всё немилосердно затекло. Спать он мог только вниз или вверх экраном и сейчас тупо уставился в потолок, осознавая, как перекрутило шею. Конечно же, тело пожелало спать на боку, страстно обвив руками и ногами… что?       Тонкое, длинное и твёрдое. Он что, приволок шест из стриптиз-бара? Пить определённо надо меньше!       Страдая от отчаянного сушняка и покряхтывая, он распутал непослушные конечности и опустил ногу на пол. Ещё вертолётиков не хватало после вчерашней… попойки? Тяжело сев и чудом не вывернув содержимое желудка, Вокс наконец посмотрел на предмет своей ночной страсти и обмер. Микрофон на палке. Грёбаный микрофон долбаного Аластора! Да что вчера было-то?       С трудом поднявшись и уже понимая, что не узнаёт интерьер погружённой в приятный полумрак комнаты, он, осторожно неся голову, добрёл до ванной, босыми ногами распинав по дороге пару пустых бутылок, и обмер вторично, потому что его экран был разрисован в лучшей манере наряжающейся на бал девочки-пятилетки. Пугающие фиолетовые тени над глазами, изогнутые вопросительными знаками брови, румяна огромными пятнами и толстый слой вишнёво-красной помады, размазанный по нижней части экрана.       Зеркало не могло врать, а лучше бы могло!       — Если это, блядь, Вэл… — начал Вокс и сунул руку в карман. Вернее попытался, и в очередной раз обмер от нехорошего предчувствия. От зеркала пришлось отодвинуться — и сильно, но тихо выматериться. На нём, пребывая в полном и абсолютно неприличном беспорядке, красовался чужой костюм. Чужой красный костюм, чуть великоватый и несколько драный. Мятый как из жопы костюм Радиодемона!       Сердце как бешеное забилось о рёбра изнутри. Да что вчера было вообще?!       Сраный высший свет! Вечерника у Люцифера. Раз со скрипом шевельнувшись, мозги заработали в нужном направлении. Валентино не явился, бросив его на растерзание богатым снобам абсолютно одного. Разумеется, это нельзя было не залить алкоголем!       Вибрация была неожиданной и оглушительной, заставив подпрыгнуть. По стеклянному столику навстречу Воксу медленно полз телефон, светя экраном так, что из глаз хлынули пиксельные слезы.       Уняв дикую резь и проморгавшись, Вокс убавил яркость и смог прочитать высветившуюся информацию. Пропущенный звонок. Валентино.       — Ага, прорезался! Так я тебе и ответил, сушёная стерлядь!       Под расстёгнутыми штанами имелись трусы, к окончательному смятению демона — тоже чужие и крайне старомодные. К счастью, с чувством поссать это не помешало. В голове чуть посветлело, но ситуация и не думала проясняться.       Застегнув ширинку и кое-как поправив рубашку, Вокс сосредоточился, и… Его силы пропали, как не было. Ни пустить электрическую дугу между помятых антенн, ни приглушить свет щелчком пальцев! Разозлившись, Вокс попытался сломать палку микрофона об колено, но не преуспел — та была как железный лом, не треснув и даже не согнувшись под его усилиями.       Все признаки говорили о том, что… Оттягивая неизбежное, Вокс вытер лицо первым попавшимся полотенцем, и, морщась, очень осторожно вернулся в комнату, уже осознавая, что в ней нет ни дверей, ни окон, ни телевизора, ни камер. Нет выхода.       На королевских размеров кровати красовались смытые одеяла и расплющенная экраном подушка, а на второй половине… Вокс понадеялся, что это просто небрежно брошенный его фрак, но нет, из штанин торчали чёрные раздвоенные копытца.       Фалды согнулись и перекрутились, топорщась на чьём-то тощем заду, и уже не вызывало сомнений, кому он принадлежит.       Рука сама потянулась положить конец пересудам всея ада — скрывает демон-олень под одеждой короткий задорный хвостик или нет?       Будто почуяв посягательство, тело дёрнулось и перевернулось. Вокс в который раз обмер, приготовившись защищаться бесполезной палкой, как битой.       К счастью, Радиодемон продолжал спать — теперь уже на спине, с широко открытыми глазами и слегка померкшей зубастой улыбкой. Смазанные следы убойного макияжа присутствовали и тут, большей частью всё-таки оставшись на подушке, а выражение лица вызывало желание перекреститься и три раза сплюнуть через левое плечо. А ещё костюм Вокса на Аласторе был в том же живописном и красноречивом беспорядке, и вытряхнуть демона из него, не разбудив, не представлялось возможным.       Вокс решительно отмотал редкие снимки своих воспоминаний на прошлый вечер.       Он напился, да. И, когда в поле его зрения попал Радиодемон — с безупречной осанкой, по-свойски перекидывающийся юморными фразочками с сильными мира сего — его понесло. Как же хотелось разнести весь зал и стереть эти снисходительные улыбочки с надменных лиц!       И он бы навалял оленю, который тоже с готовностью принял боевую стойку — но рядом как по мановению волшебной палочки возник Люцифер, рассеянный, весь в своих мыслях, будто случайно пробегавший мимо, и просто прищёлкнул пальцами. Именно на этом месте галерея стоп-кадров обрывалась.       С этого всё и началось, это вспомнилось чётко — у обоих, а, может, и у всех в зале, способности как отрезало. Впрочем, на тот момент Вокс был достаточно пьян и уверен в себе, чтобы отделать оленя и голыми руками!       Но вот он, Радиодемон, спит себе на разорённой кровати в его одежде и распространяет такой же запах перегара.       Руки крепче сжались на палке. Вокс был уверен, что ему не удастся придушить Аластора — или прикончить его во сне другим способом. Чтобы выбраться отсюда, его придётся разбудить.