Distraction

С той высоты, где находился сейчас Чайльд, он заметил её раньше, чем она увидела его. Девушка бесцельно брела куда-то, свободно держа в руках обнаженный меч, волочащийся за ней по земле с характерным лязгом металла о камень. С меча каплями стекала жидкость, известная лишь ему. Кровь существ Бездны. Чуть более сливового оттенка в отличие от человеческой алой. Кто-то мог бы предположить, что девушка собирала ягоды Волчьего Крюка, но он-то знал правду. Именно этот факт заставил его спуститься со своего места, откуда он наблюдал за тем, как девушка вошла в гавань, по-видимому, даже не осознавая, где она сейчас находится. И Паймон не было видно рядом. Окровавленный меч был направлен ему прямо на горло в ту же секунду, когда он приземлился перед ней. – Воу, подруга! – Но поднятые в знак капитуляции руки и обезоруживающую улыбку Чайльда встретил лишь бесстрастный взгляд. Свет исчез из этих выразительных глаз, в которых обычно было столько счастья, столько жизни и удивления. Чайльд не хотел этого признавать, но… он забеспокоился. Занятно, ведь раньше он не испытывал беспокойства ни к кому, кроме своей семьи. – Люмин? – Осторожно отодвинув пальцем лезвие меча от своей шеи, он не дрогнул, когда острие больно укололо его даже сквозь перчатку. Однако тот факт, что она позволила ему убрать клинок, не внушало чувства спокойствия в принципе. – Чего ты хочешь, Чайльд? Как и ее спокойный ровный тон. – Почему твой меч весь в крови Вестника Бездны? Глаза Люмин на мгновение расширились, прежде чем ее лицо вновь стало безэмоциональным. Казалось, она молча оценивала его реакцию. Чайльд продолжил: – И почему ты, как зомби, тащишь его в гавань Ли Юэ? – Гавань Ли Юэ? – Ее внимание переключилось, девушка подняла взгляд, чтобы, наконец, оглядеться по сторонам. Ох… она зашла так далеко. Отбросив свой меч слегка в сторону, она позволила тому исчезнуть в подпространстве. – Откуда ты знаешь, чем он был покрыт? – Я же Предвестник. Я встречал немало существ Бездны ранее… с тобой все в порядке? Вестники обычно сложные противники, – они действовали всегда исключительно по приказу лидера Ордена Бездны. Как, черт возьми, Люмин вообще угодила в битву с одним из них? – Да уж, действительно сложные. Однако на ней, похоже, не было ни единой царапины – девушка выглядела идеально, как и обычно. Но… эти безжизненные глаза. – Не верю, что тебя это действительно волнует, но я в порядке. Он заслужил это недоверие. Её спокойный тон вновь заставил его вздрогнуть. Чайльд не принимал это на свой счет, очевидно же, что бездна сильно затронула ее. Свет вернется. Он знал, что вернется. Да, его свет был утерян навсегда, но… Ее? Ее свет точно вернется. – Это все? – Э-э… д-да, но… слушай, ты не голодная? Обычно этот вопрос привлекал внимание Паймон. Но ее все еще не было рядом. – …Я спрошу еще раз. Чего ты хочешь, Чайльд? И это он тоже заслужил. – Обед. Я просто умираю с голоду. Не хочешь присоединиться ко мне? – Он ухмыльнулся, но не той очаровательной учтивой улыбкой, на которую рассчитывал, а скорее неловкой улыбкой человека, который понятия не имеет, что он делает или зачем он это делает. Девушка молча приподняла бровь. – Извини, кхем… никаких скрытых мотивов, просто… обед. Честно, ты выглядишь сейчас так, будто тебе не помешало бы что-нибудь съесть. И я все еще не отблагодарил тебя... за Тевкра, – она помогла ему уйти целым и невредимым, присмотрела за его младшим братом. Чайльд был у нее в долгу. – Я не голодна. Она не чувствовала… ничего. Она даже не осознавала, почему отправилась в гавань Ли Юэ, а не в Мондштадт. Паймон не было рядом уже так долго. – Нет, – ему было знакомо это чувство, – ты, скорее всего, умираешь с голоду прямо сейчас. Я уверен в этом, потому что я знаю этот взгляд, Люмин… Бездна преследует тебя, забирает что-то, и ты даже не осознаешь, что этого больше нет, пока не становится слишком поздно, и не остается ничего. – Место, наполненное ненавистью, тьмой и отчаянием. Место, наполненное чудовищами, жаждущими отомстить миру света. Оно вырывает что-то из души. И чем дольше ты подвергаешься этому действию, тем больше пустота внутри тебя. – Поэтому, прошу… позволь мне помочь тебе. – Ты что, был когда-то под влиянием Бездны? Как еще он мог узнать, что за жидкость была на лезвии ее меча. Как он мог знать, что она ничего не ощущала. Чувствовала себя преследуемой и уничтоженной. Одинокой и потрясенной. – Как я уже говорил, я Предвестник. Я очень близко знаком с активностью Бездны. – Он был одним из немногих детей в Тейвате, кому не посчастливилось быть схваченными Бездной. – Да ладно, тебе не обязательно разговаривать со мной, просто поешь. – Она открыла рот, вероятно, собираясь возразить, но урчание в животе прервало ее. – Видишь? – Он засмеялся с еще большей уверенностью, чем прежде. – Ты действительно хочешь есть. – Хорошо, но никаких многолюдных мест, – прямо сейчас она совершенно не хотела находиться рядом с местными жителями. Люмин понятия не имела, зачем забрела в гавань Ли Юэ. Это совершенно не то место, где она хотела бы сейчас находиться. Но тогда… где бы она хотела быть? – Все в порядке, у меня есть дом недалеко от города, – она снова приподняла бровь. Выражение лица по-прежнему было пустым, лишенным жизни. Кроме этой странно приподнятой брови. – Это безопасно, я обещаю. Я приготовлю еду, а ты просто ее съешь. – И я должна довериться твоим кулинарным навыкам просто… потому что? – Я готовлю и убираю. У меня есть полный набор хозяюшки, – вторая бровь присоединилась к первой. Хозяйственный значит? – Плюс… я старший брат в семье. Конечно, я умею готовить. Что-то промелькнуло в ее глазах на этих словах. Что-то, что владело ее сознанием долгое время. Боль, что жила глубоко внутри, на мгновение пробилась сквозь прикосновения Бездны, застилающие ее разум. – Я знаю, у нас с тобой не самые гладкие отношения, но… ты можешь доверять мне. Никаких скрытых мотивов, клянусь. Да даже если бы они и были, я уверен, что ты бы задала мне хорошую трепку, – тень улыбки тронула уголки ее губ, лишь на мгновение, прежде чем снова исчезнуть. Но он был готов поклясться, что видел ее. Бездна не сжимала ее так крепко, как держала его самого. – Хорошо, один совместный обед.

~*~

Люмин не ожидала увидеть комфортное жилище, когда он приглашал ее в свой дом. Чайльд был воином, таким же, как и она сама, поэтому она не думала, что здесь будут удобный диван, пышные одеяла и плюшевые подушки – все те детали, которые имеются в обычном доме. Находящийся у дальней стены камин наполнял гостиную уютным теплом. Она ожидала увидеть разбросанные повсюду мечи, клинки, минимум мебели, возможно, лежанку где-нибудь в углу, но не… уютный дом. – Ты, кажется, удивлена, – она не вздрогнула от его голоса, позвучавшего слева от нее, и лишь перевела на Чайльда пристальный взгляд. Интерес вновь сменился безэмоциональным выражением лица. – Я подумал, раз уж я остаюсь в этом регионе надолго, то было бы славно устроиться здесь поудобнее. Разувайся. Значит он действительно застрял в Ли Юэ. Все было лучше, чем она себе представляла. На самом деле мысль о том, что он будет рядом, была отчасти приятной. Чайльд был не так уж и плох, когда не сбрасывал небесных китов на людей. И если уж быть откровенной с собой, то… она чувствовала себя комфортно в его компании, ведь он был гораздо больше похож на нее саму, чем она могла признать когда-нибудь вслух. – Так, значит, ты здесь надолго? – Сняв обувь и поставив ее у двери (она могла бы драться и босиком, если того потребует ситуация), девушка не стала задерживаться у входа и присела на диван, окружив себя мягкими подушками. – Это что-то вроде..? – Наказания? Да, – он тоже разулся и направился на кухню, обогнув диван. – Хоть я и был всего лишь пешкой в этой игре, Царица посчитала, что для повторного налаживания дипломатических отношений с Ли Юэ будет лучше, если я останусь здесь и заглажу все свои прегрешения, – он убил ровно ноль человек, поэтому до сих пор не понимал, из-за чего они все так разозлились. – Однако местные жители по-прежнему обходят меня стороной. – Знаешь, они относятся ко мне как к своей девочке на побегушках, так что у тебя все еще не так плохо. – Из кухни донесся громкий смех, разжегший любопытство Люмин настолько, что она наклонилась вперед, чтобы заглянуть туда. – Ух ты, я знал, что у этой кошечки есть коготки, но даже не догадывался, что ты так к этому относишься, – девушка встала и выглянула из-за дверного проема. Чайльд в синем фартуке, завязанном на спине, действительно готовил еду, ого. – Ты могла бы просто перестать им помогать. Предполагаю, что все эти плакаты о твоем брате, пропавшем без вести, которые люди развешивают взамен на твою помощь, на самом деле не приносят особой пользы в поисках. Зияющая дыра в душе увеличилась вдвое при этих словах. Пропавший без вести… Верно, никакой пользы. С таким же успехом все эти плакаты можно сорвать. – Нет. Это не так. Она вернулась на свое место и в задумчивости нахмурила брови. Но, чем больше она думала об этом, тем больнее становилось. Итэр предпочел ей какую-то случайную организацию. Они вместе видели бесчисленное множество миров, встречались с тысячами людей. Так почему именно этот народ? Почему ЭТИ люди? Что сделало их такими особенными для него? – Эй, принцесса, если будешь смотреть на этот стол еще пристальнее, то обязательно прожжешь в нем дыру, – девушка медленно вздохнула, прежде чем оторвать взгляд от стола перед собой, повернувшись, чтобы сфокусироваться на Предвестнике в дверном проеме. – Если тебя что-то беспокоит, то можешь смело говорить об этом. Ничего из того, что ты скажешь, не покинет пределы этой комнаты. – А с чего ты взял, что нам есть о чем разговаривать? – Ну, смотри. Паймон нас не достает. Света в твоих прекрасных глазах больше нет, как, собственно, и в моих, – он дотронулся пальцем до лица, чуть ниже левого глаза. – Кровь Вестника на твоем мече и ряд других крайне красноречивых факторов. Я знаю, что что-то случилось. Ты можешь рассказать мне. Это останется только между нами, я обещаю. Рассказать ему что-либо было бы ошибкой. Это означало бы лишь то, что Люмин поддалась искушению раствориться в его удивительно успокаивающем присутствии, разрушить стену между ними, которую она старательно возводила, чтобы защитить себя после произошедшего в Золотой Палате. Тем не менее, он оказался удивительно способным в разрушении этой стены по маленьким кусочкам. Глупый обаятельный Предвестник. Она знала, что довериться ему стало бы фатальной ошибкой, и он однажды обязательно этим воспользуется. – Разве ты не должен был готовить? – Чайльд заметно осунулся, выражение его лица смягчилось. Что ж, это было ожидаемо. – Мне кажется, тебе нужно вернуться к этому. – Тц, хорошо. Но предложение в силе, если ты этого захочешь. Она этого не хотела. Она не хотела вновь открывать ему свои чувства и эмоции. В первый раз это было уже достаточно больно. Для того чтобы отвлечься, она бы сейчас с удовольствием вступила с кем-нибудь в смертельную схватку. Спарринг был бы идеальным решением, а Чайльд – идеальным партнером, но… впервые с тех пор, как она встретила его, он, казалось, был не в настроении биться клинками, а был гораздо больше заинтересован в том, чтобы разобраться в беспорядке, который творился в ее мыслях. Она не хотела говорить, она хотела чувствовать… хотела действий, хотела… его. Черт бы все побрал. Почему именно он должен был быть тем единственным мужчиной, который пригласил Люмин к себе домой и действительно приготовил ей обед, как и обещал? – Что, если я захочу чего-то другого? – Он вопросительно приподнял бровь, проявляя интерес. – Ты же у нас не особо хороший парень, не так ли, Чайльд? Ей не нужен был кто-то хороший. Ей нужен был плохой человек. – Не могу сказать, что я такой, подруга… к чему ты клонишь? Люмин встала. – Что ж, если я попрошу тебя меня отвлечь, – она щелкнула застежкой своего платья, и оно свободно спало к ее босым ногам, оставляя ее только в нижнем белье. Глаза Чайльда расширились от удивления, а губы приоткрылись, чтобы вдохнуть, когда плавными изящными движениями девушка перешагнула платье на полу и направилась прямо к нему, глядя в глаза. – Ты же не будешь таким благородным, чтобы отказаться, верно? – Он с трудом сглотнул слюну, которая накопилась при виде открывшегося перед ним зрелища. Он не ожидал, что день пройдет так, но… кое в чем она была права. Он был недостаточно хорошим человеком, чтобы отказаться. – Я знал, что ты смелая, принцесса, – расстояние между ними сократилось за несколько коротких шагов. Фартук, который был у него на шее, упал на пол, пока Чайльд подходил к девушке, благодаря архонтов за то, что не успел включить духовку, – но до такой степени… Она крепко схватила его за воротник, притягивая к себе и наклоняя достаточно близко, чтобы увидеть новую вспышку удивления в его глазах. Все слова замерли у него в горле, когда ее мягкое дыхание щекоткой прошлось по его губам. Так близко. – Ты слишком много болтаешь. Она стремительно пресекла попытку что-либо ей возразить, сократив расстояние между их губами в игривом поцелуе. Чайльд за считанные секунды поднял девушку над полом, и после того, как та обхватила его своими бедрами, понес ее в соседнюю спальню, как будто она вообще ничего не весила. Зажегся свет, и, не прерывая страстного поцелуя, Люмин ловко и быстро справилась с пуговицами на рубашке Чайльда, и та плавно сползла с его плеч. Ее проворные, но сильные пальцы ощутили под собой гладкую горячую кожу и твердые мускулы, и этого было достаточно, чтобы Люмин оторвалась от поцелуя, просто чтобы взглянуть на Чайльда. – Ч-что? – Его голос прозвучал хрипло, губы покраснели и блестели от слюны. – Тебе следует почаще ходить без рубашки. Он фыркнул от смеха, прежде чем притянуть ее обратно к себе. Его рука зарылась в ее короткие светлые локоны, чтобы снова сократить расстояние между ее улыбающимися губами и своими собственными до минимума. Спина девушки ударилась о матрас, твердые мышцы вплотную прижались к ее мягкому вечно юному телу. Она тихо простонала ему прямо в губы, когда его рука скользнула под ткань лифчика, чтобы сжать ее упругую грудь. – Так мягко, – промурлыкал он, на мгновение разорвав их поцелуй. От еще одного нежного сжатия Люмин громко вздохнула, и он воспользовался этим моментом, чтобы углубить поцелуй и проникнуть языком вовнутрь, вовлекая и девушку в эту игру. – Ах… твои штаны. Сними их. Слова прозвучали приглушенно, но у него не возникло проблем с пониманием ее требования. Он отстранился и так неловко изо всех сил пытался их снять, что Люмин искренне звонко рассмеялась. Звук ее смеха заставил его выпрямиться и глупо улыбнуться, потому что… Это действительно ей помогает? Невероятно. Еще лучше стало, когда она совершенно избавилась от нижнего белья, и оно присоединилось к его штанам где-то на полу. Чайльд ненадолго вернулся к ее губам, а затем слишком быстро спустился вниз, оставляя дорожку из горячих поцелуев, пока его пальцы медленно обводили изгиб ее бедер. – Мннн-Чайльд… – этот тон заставил его оторваться от ее левой груди. Зрачки расширились, а глаза потемнели от вожделения, но все его внимание сейчас было приковано к ней. – Я никогда в жизни так сильно не хотела пропустить прелюдию – может, ты просто… мне нужно… мне нужен ты. Она чувствовала, как желание разливалось внутри нее, как сильно она хотела его. С тех самых пор, когда он уничтожил всех тех Стражей Руин на заброшенной фабрике, она ощущала необъяснимое странное влечение к нему. А теперь, когда он был в пределах досягаемости, обнаженный и готовый, не обладать им стало настоящей пыткой. Каким бы человеком он был, если бы отказал ей в такой просьбе? – Пообещай, что позволишь мне поиграть с тобой как-нибудь в другой раз. Озорство в его взгляде стало еще более ощутимым, когда он увидел, как сильно она раскраснелась от этой просьбы. Такая сильная и в то же время обманчиво хрупкая, она заставила его захотеть чего-то иного, кроме бесконечных битв. И, несмотря на то, что это чувство пугало и сбивало с толку, оно было невероятно захватывающим. Обещание не было для него пустым звуком, и она это знала. А также она знала, что оно сулило ей самой еще больше удовольствия в будущем. Поэтому, отбросив осторожность, она приняла решение: – Обещаю. Ему потребовалось всего полсекунды, чтобы приблизиться и одним плавным движением бедер войти в нее. Они застонали в унисон. О, архонты, он практически согнулся оттого, как в ней было жарко. Она сжимала его так сильно, когда он входил во всю длину. У Люмин не было возможности привыкнуть к этим невероятным ощущениям, ведь он безостановочно двигался внутри нее. Он должен был двигаться. Он должен был чувствовать ее еще сильнее. Не было нужды просить изменить темп. Как будто он и так прекрасно знал, что ей нужно и как именно ей это нужно. Он уткнулся лицом в изгиб ее шеи и продолжил двигаться под мелодию из ее безудержных вздохов и стонов удовольствия. Он чувствовал, как ее ногти беспорядочно царапают его спину, оставляя после себя красные полосы. Но никакие ощущения в этот момент не могли сравниться с той эйфорией, которую он испытывал, будучи с ней единым целым, с тем умопомрачительным блаженством от того, как ее стенки сжимались и расслаблялись вокруг него снова и снова, от непристойных звуков шлепков скользких от пота тел друг о друга, наполняющих комнату. – Т-так хорошо, солнышко, мне так хорошо, – прорычал он ей в шею, упиваясь собственнической мыслью о том, что только он видел ее такой. – Ч-ча-аайльд!! Ах-аах! Чайльд!! – Но он не остановился даже, когда оргазм электрическим разрядом прошелся по телу Люмин. Стенки девушки со всей силы сжали член, она содрогнулась и закричала: – Кончаю!! Я – ннгхх!! Девушка откинулась назад на подушки. Чайльд ухватился за спинку кровати, чтобы не потерять равновесие, и дерево под его руками затрещало от такой чудовищно сильной хватки. Он понимал, что уже на пределе, но решил сделать эти последние несколько минут лучшими в ее жизни. В бешеном темпе он входил в нее снова и снова, заставляя выкрикивать его имя, и мгновение спустя он кончил, до краев наполнив ее своим семенем.

~*~

Спустя неделю, Люмин смело вошла в его кабинет. Ее глаза вновь горели. Улыбаясь, она присела к нему на колени на несколько секунд. Ну, а то, что было потом… осталось строго между ними.