Аспирин тут не поможет

      Юкичи передернул плечами: мороз так и щипал под курткой, хотелось как можно скорее попасть домой и залечь в адски горячую ванную и до колик в животе напиться чаю. Мечты о горячем заставили еще раз вздрогнуть и ускорить шаг. Вот дернул черт заказчика назначить дату на 31 число, захотелось красивую дату на надгробии или просто фетиш какой, но дела это не меняло — вместо пьянки продрогший и злобный Фукудзава топал по заснеженной улице, чтобы шлепнуть одного придурка. Обычно свои убийства Юкичи совершал тихо и быстро, но сегодня он был на грани того, чтобы расправиться с целью максимально жестоко и кроваво: надо было выпустить пар и отыграться за испорченную ночь. Хотя, конечно, все это лирика, естественно он сделает все аккуратно и без излишней свирепости, он же профессионал. Неожиданно вдарившие холода никак не сочетались с обычным гардеробом киллера, поэтому Юкичи засунул руки в карманы, чтобы хоть как-то согреть одеревеневшие пальцы. Еще этот сраный лед под ногами! Гладкая подошва бесшумных ботинок скользила по дороге не хуже коньков, вот только фигурист из Фукудзавы был так себе, поэтому его то и дело мотало взад-вперед, и каждый раз он тихо матерился под нос, проклиная свою нелегкую работу. И вот нужный поворот уже маячил пошлой вывеской на горизонте, еще немного и он у цели. Заприметив подъезд указанного заказчиком дома, Юкичи невольно прибавил шагу, мечтая попасть в отапливаемое помещение. Он почти блаженно улыбнулся, занеся ногу на ступеньку, уже предвкушая тепло, но местные уборщики явно не страдали филантропией, поэтому обледеневшие ступеньки не были посыпаны даже песком, не то что солью. Гладкая подошва пролетела со скоростью света по подлой поверхности, и Фукудзава с выпученными глазами и тихим хрипом повалился назад, пробив головой корку льда. ***       Канун Нового года — отличное время, чтобы провести его с любимыми и семьей, но когда этого самого любимого нет, а семья регулярно возмущается его отсутствием, вариантов провести праздник становится не так много. Можно было остаться дома и уныло позалипать в комп или почитать книгу, но это попахивало суицидом, поэтому Огай Мори присосался не хуже пиявки к своим коллегам по врачебной деятельности. Реаниматоры с травматологами восприняли его появление очень радушно и сразу же втянули в свою игру «впади в алкогольную кому до курантов». Напиваться до отключки не входило в привычку патологоанатома, но сегодня почему-то хотелось набраться. Мори уныло закинул в рот кусочек сашими и заполировал лосося шампанским. Пузырящаяся дрянь слабенько обожгла горло и услужливо напомнила ему о том, что в свои сорок с небольшим Огай все еще был одинок, как никем не тронутая баночка с васаби, и от этого стало только хуже. Коллеги уже здорово набрались и начали в открытую крысить и обсуждать всех, кто на вечеринку не явился, хотя присутствие не избавляло от перемывания костей. Мори слушал их вполуха, и включился в беседу только когда его имя непосредственно зафигурировало в разговоре.       — А что, Ринтаро (так его звали только немногие друзья), ты все еще ту однушку снимаешь? Огай оценил попытку Кое замаскировать неприятный для него вопрос, но отвечать так же замысловато было лень.       — Да, я все еще волк, воющий на луну.       — Ну и зря, — Кое опрокинула в рот чашечку саке, и коллеги дружно поддержали ее — Тебе нужно найти нормального мужика. Мори хмыкнул. Нормального… Да где ж его найдешь? В медицине все либо чокнутые (по себе знал), либо уже заняты, а в других кругах он особо не ошивался.       — Да не знаю… — Огай тускло посмотрел в мертвые глаза угрю и опустошил свой бокал — Времени нет, желания особого тоже. Дом-работа, не до того. Врачи очень понимающе покивали и сочувственно подлили ему пузырящегося брюта.       — Прояви инициативу, — посоветовала Кое. Мори едва не хрюкнул. Хорошо давать такие советы, когда ты знойная дама в самом соку с шикарной грудью и лоснящимися рыжими волосами, а когда ты сорокалетний мужчина-омега с постной рожей человека, умершего в восемнадцатом веке от депрессии, очень сложно добиваться внимания. От осознания собственного прискорбного положения, слегка опьяневший Огай махнул на все рукой и за один раз влил в себя все содержимое бокала.       — Да в задницу! Если он сам на меня с неба не упадет, то и не нужен мне никто! Кое хотела что-то возразить, но в ординаторскую забежал Тачихара, водитель неотложки.       — Там мужика привезли! Головой об лед ударился! Кое бросила многозначительный взгляд на Огая, а после тут же поднялась с места, едва не рухнув обратно за стол.       — Оп-оп-оп! — она пьяненько подтянула лямки лифчика под кофточкой, будто это могло помочь ей собраться — Тэк-с, сейчас подойду. Мори скептично посмотрел на ее попытки взять себя в руки и с тихим вздохом встал сам.       — А вы куда? — Тачихара смахнул с плеч снег — Он живой еще.       — Ну вот поэтому и надо поспешить. Мне работа на первое не нужна, а от этих толку немного. Кое возмущенно выдала что-то вроде «Хамло!», и поднялась следом, ковыляя на каблучках как на ходулях. Остальные уже были готовые, поэтому, увидев, что добровольцы нашлись, не стали утруждаться излишней активностью.       Едва не под ручку, они добежали до палаты и сразу же принялись за работу. Более менее трезвая медсестра помогла им надеть халаты и подготовила инструменты, но при осмотре оказалось, что они и не пригодятся. Кто-то нашел мужика, без движения лежавшего на дороге, и сразу же позвонил в скорую, поэтому неизвестного доставили в больницу за рекордные двадцать минут. Альфа, а это несомненно был именно представитель сильного пола, здорово треснулся головой и получил легкое обморожение, но череп остался цел, а значит операция не требовалась. Единственное, что настораживало — он не приходил в себя.       — Не думаю, что аспирин здесь поможет, — вкинул Мори.       — А я думаю, что он красавчик, — Кое нависла над безмятежным лицом пациента. Мори вскинул бровь, разминая его конечности и разгоняя замерзшую кровь по сосудам.       — Еще и не женат, — добавила Кое, все-таки присоединившись к реанимации.       — С чего ты взяла?       — Кольца нет.       — Не все носят, — ответил Мори, мельком глянув на жилистые крепкие пальцы.       — Очнется — познакомься.       — Не положено. Женщина поморщилась от дотошности коллеги.       — Это когда тебе двадцать не положено, — Озаки согнула висевшую как у трупа руку в локте, проверяя ее на подвижность — А когда тебе сорок это обязательно! Мори пожал плечами и перешел на ноги, удивленно подняв брови: вместо дряхлых икр его ожидали приятные накачанные мышцы. Видимо, этот день ног не пропускал.       — Вот что тебе не нравится? — продолжила возмущаться Кое — Красивый, взрослый, а пресс какой!       — Еще и молчит, вообще кайф, — поддакнул Огай, закончив с массажем — Что-то он долго в себя не приходит. Может, просто добить его? Я тогда хотя бы по специальности буду работать. Кое глянула на него с укоризной и открыла рот, чтобы ляпнуть что-то грубое, но неожиданно мужчина захрипел и, чуть нахмурившись, медленно открыл глаза. Кое тут же любопытно впилась взглядом ему в лицо и довольно растянула широкую улыбку. Мужик и впрямь оказался красавцем. Серо-голубые глаза под стать уже вкусившим седину но не потерявшим густоту и лоск волосам, светлая кожа, длинные ресницы — сама бы себе забрала, но уже была замужем. Мори тоже невольно рассмотрел его, пока пациент приходил в себя и пытался понять, где он. Поморгав пару раз и нахмурив лоб, мужчина пригляделся к стоявшим у него над душой врачами, от которых даже через маски пасло алкоголем.       — Вы сейчас в больнице, пожалуйста, не дергайтесь, у вас травма головы, — сразу же предупредила Кое — Как вы себя чувствуете?       — Неплохо, — мужчина еще раз напряг глаза, будто пытался разглядеть что-то в темноте, а потом немного заторможено перевел взгляд на Мори — А кто я?