El trato de nuestros demonios(Сделка наших демонов)

*Девять месяцев назад* — Я же сказала тебе заткнуться, — спокойно, но слишком угрожающе проговорила Эшлин. Её рука крепко держала волосы на макушке девушки, которая дрожала перед ней, сжимаясь от резкой боли. Карие глаза смотрели со страхом, будто на хищника, который собирался съесть свою добычу. Эшлин знала, что она боялась, и, конечно, ей это до безумия нравилось. Ей нравилась жестокость, в какие-то моменты Эш не могла без неё жить. Блэкфорд обожала смотреть в запуганные лица, видеть, как их тела дрожат только потому, что Эшли слишком близко. Никто никогда её не останавливал и не присекал, ведь все знали, что злость, которую несла в себе девушка, обрушится и на всех них. В школе все знали, кто самое главное зло. Но при всём этом покрывали все злодеяния и грехи, и это касалось не только учащихся, но и учителей, которые затыкались за небольшую сумму. — Прости… Я… — Что ты? — Эш с брезгливостью оттолкнула от себя девушку так, что она даже упала. Брюнетка никак на это не отреагировала. Она, словно коршун, нависала, закрывая собой солнце, оставляя тонуть свою жертву в холодных серых глазах. — Я протянула тебе руку помощи, а ты?! Я сказала тебе заткнуться и никому не говорить, не распускать слухи, а что сделала ты?! Девушка немного отползла назад, когда Эшлин сделала угрожающий шаг вперед. — Я просила всего лишь об одном… Но ты воспользовалась моим положением ради своей выгоды. — Я всё исправлю! Обещаю! Взгляд Эш резко смягчился, она присела на корточки, чтобы быть на одном уровне с собеседницей. Её рука аккуратно, почти ласково, дотронулась до покрасневшей от пощечины щеки, проводя по ней костяшкой пальца. — Всё уже исправили, Наоми. Просто знай, что за твой неконтролируемый язык тебе вернётся. И уверяю тебя, вернётся в три раза больше, в три раза сильнее. И всё это сделаю я. Ты даже не поймешь, как попадёшь в мою ловушку, думая, что я забыла про тебя, — рука Эшлин резко окрепла, смыкаясь на горле Наоми так, что она подалась назад, но Блэкфорд не дала ей окончательно упасть, наоборот, резко приблизила девушку к себе, всё сильнее сжимая руку. — Не надо, пожалуйста. Мне нужны были деньги для мамы… — Мне всё равно, тебе стоило думать перед тем, как говорить что-то другим. — Ты думаешь, что тебе всё позволено? — Гляньте-ка, голос прорезался? — Эш искренне усмехнулась и отпустила Наоми, но осталась на корточках. — Ты держишь всех в страхе, как Селеста и Аден, думаете, вам ничего не будет? — в карих глазах наконец-то появилась ответная злость, которая долго копилась. — Не знаю, как мои брат и сестра, но я не бросаюсь на людей просто так. Каждый что-то когда-то мне сделал, я всего лишь даю им то, что заслужили. А вот, что происходит во время мести, — с какой-то горечью усмехнулась брюнетка, всматриваясь в карие глаза. — Да, я умею это делать. И делаю с особой жестокостью. Но знаешь, что? Мне нравится, как бы это ни звучало. Мне нравится смотреть, как меня боятся, прокручивая в головах, что с ними будет дальше. — У тебя было хреновое детство, раз ты так чувствуешь. — Наверное, — взгляд Эшлин провалился куда-то сквозь Наоми, а голос стал задумчивее. — Но не жалуюсь. Меня устраивает. А ты начинай ждать. Терпение тебе понадобится. Девушка поднялась и почти ушла, как её остановили кинутые в спину слова: — Тебе не на что давить! Эш лишь ухмыльнулась, понимая, как Наоми ошиблась. Блэкфорд, как и обещала, не трогала девушку какое-то время, и она правда расслабилась, наивно думая, что Эшли не придерживается своих слов. Наоми обзавелась парнем, подругой, смогла подтянуться в успеваемости. Что может быть не так? Но может. Особенно, когда твой парень изменяет тебе с твоей подругой, так ещё всё, что они прошли вместе, было ложью, которую Эшлин устроила с самого начала. Молодой человек подставной, подруга тоже. Сердце разбито, а в голове страх за маму, которую никто трогать и не собирается. Она ведь Эш ничего не сделала. Вскоре Наоми стала изгоем, которого все ненавидели. Всё дошло до такой степени, что она просто ушла с позором и болью. Самое интересное, что Эш не испытывала вины или угрызений совести. Ей было плевать, как бы Наоми ни сломалась, как бы ни грустила. Было всё равно. *Настоящее время* Приятный солнечный день, который был в последнее время самой настоящей редкостью. Лучи солнца падали на лицо, отдавая последнее тепло. Эшлин расслаблено сидела на сиденьях для болельщиков, пока одноклассники бегали кросс, и наблюдала за ними девушка и радовалась тому, что имеет освобождение. Эш раскинула руки на спинки сиденья, расслабленно греясь на солнце, закинув голову к небу. Эта внешняя безмятежность и ледяное спокойствие скрывало за собой кучу боли, злости и ярости, которая бурлила в ней уже несколько дней. Она молчала, и от этого будто ломало кости. Эшлин смотрела на Еву, а в мыслях задавалась вопросом: «Как ты могла со мной так поступить? За что? » Но ответов не находилось. Блэкфорд находила в себе силы улыбаться и разговаривать с ней, хотя в душе хотела кричать и крушить. И даже любовь, которая появилась в этой темной и чёрствой душе, не могла остановить этот пыл. Эшли раздражалась тем, что пыталась её оправдать, найти объяснение её поступкам. А ещё хуже, когда приступы злости смешивались с этим глубоким чувством, что опьяняло голову. Эш удивилась, как разрывалась внутри от желания простить Еву, но принципы были сильнее. Как можно простить такое предательство? — Урок окончен, все свободны! — донесся громкий мужской голос, который вывел Эшли из размышлений. Она, не задерживаясь на урок, подхватила рюкзак и направилась в школу. Как бы ни прискорбно, следующий урок был испанский, на который Эш шла без энтузиазма. Самой главной проблемой было то, что девушка не знала, как себя вести. При виде Евы лезла вся грязь и чувства одновременно. То ли улыбаться, а самой воткнуть тот же нож, что когда-то Ева воткнула ей в спину, то ли сразу начать громить и кричать, высказывая всё, что она думает о Мортем и её поступке. — Ой! — кто-то, в кого Эшли врезалась, чуть ли не упала лицом в пол, но устояла благодаря той же Эшли, что поддержала девушку за талию. — Извини, — хрипло произнесла брюнетка, чуть ли не на ухо незнакомке. Девушка медленно к ней развернулась, освобождаясь из рук Эш и, мягко говоря, её лицо не выражало добродушия, но когда ученица разглядела ту, из-за кого чуть не упала, сразу изменилась и смягчилась. — Все нормально, Эшлин. — Откуда знаешь моё имя? — Весь мир знает вашу семью. В этом нет ничего удивительного. — Верно… — Эшлин хотела назвать имя девушки, но осознала, что оно ей не известно. -Ада, — протянула руку девушке, лучезарно улыбаясь, Эш ответила на рукопожатие, отмечая, что волосы девушки интересно покрашены. Тёмные волосы, в которых виднелись белоснежные пряди. — Новенькая, значит. — Да, мы переехали сюда с братом. И, знаешь, я даже начинаю радоваться, — девушка оценивающе пробежалась по Эшли взглядом, давая понять, что она ей симпатизирует. На самом интересном моменте беседы прозвенел звонок на урок. — Мы ещё поговорим, — подмигнула Ада и скрылась в потоке учеников, оставляя Блэкфорд в небольшом ступоре, но он тут же прошел, когда она среди всех людей наткнулась на горящие зелёные глаза, которые чуть ли не сверкали молниями. Эш впервые видела Еву насколько напряжённой и даже злой. По всей видимости, она говорила с новенькой учительницей, но перестала слушать её, когда она столкнулась с Адой и начала с ней говорить. Сейчас же в коридоре никого не осталось, кроме них двоих, что смотрели друг на друга. Только чувства их были очень разными. Одна ревновала, а другая ненавидела. — Урок, — тихо констатировала факт Ева, приглашая Эш пройти первой, что она, собственно, и сделала. Все сорок минут Мортем вела себя крайне агрессивно, срываясь на учеников за каждый промах, чего обычно она никогда себе не позволяла. — Кто её укусил? — шепнул сзади Аден, на что Селеста странно покосилась на Эшли, которая, в свою очередь, только наблюдала за очередным интеллектуальным унижением от Евы. К великому счастью урок закончился, из-за чего все сразу подскочили со своих мест, но причина на это была не то, что все хотели поскорее уйти на перемену, все хотели просто смыться из этого кабинета, потому что атмосфера была мягко говоря напряженной. — Эшлин, останься. Мне нужно тебя спросить, — холодно попросила Ева. Одноклассники сочувственно посмотрели на девушку, молча покидая класс, не желая больше находится в нём ни секунды. И вот они один на один. Сначала долго и молча смотрели друг на друга, точнее это делала Ева, пытаясь испепелить Эш взглядом, а потом подошла к двери и закрыла ту на замок. — Вы не в настроении? — Я? Нет, у меня всё хорошо, — всё так же продолжала блондинка. Она вернулась на свое место, поворачивая монитор компьютера к Эшли, демонстративно нажимая на клавиатуре «2». — Убеди меня не ставить её тебе. — Я ничего не сделала, плохую оценку тоже не за что ставить. — Я могу спросить тебя по материалу, и тогда будет, за что. Я ведь могу и завалить. Я могу быть плохой… Просто будь послушной. — Зачем это вам? — Как же? Ты так мило обнимаешься с другими девочками. Даже флиртуешь с ними. Как я могу быть спокойной? «Тебя действительно заботит это, Ева? Как же круто ты играешь. Если бы я не знала всей правды, то действительно подумала бы, что ты ревнуешь. Но я всё знаю и не поведусь на твоё тупое вранье, которым ты сама и живёшь.» Тело Эш всё напряглось и сжалось, а на шее и вовсе выступила пульсирующая вена, которая неконтролируемо показывала всю злость и напряжение, но было и кое-что еще. Эти бабочки в животе, они были хуже всего на свете. Испытывать удовольствие, смотря на человека, который убил твою «подругу». Наверное, это было противнее всего. Противнее и больнее. — Иди сюда, — Ева похлопала по коленке, приглашая девушку сесть. — Не хочешь провести со мной время? Эш пыталась держать себя в руках, но как бы ни старалась, она почувствовала, как покраснела от гнева и негодования. Ей было противно даже смотреть на Мортем, не то, что касаться её. Но если Эшли желала отомстить, то обязательно должна была сохранять самообладание и играть ту наивную и ничего не знающую дуру, которой была всё это время. Эшлин бесшумно сбросила рюкзак с плеча на пол и медленно последовала к блондинке, что ожидала её, и как только девушка сделала то, что от неё требовала Ева, руки Мортем обвились вокруг её талии, крепкой хваткой прижимая ближе к себе. В коем-то веке Эшлин могла смотреть на Еву сверху вниз и не поднимать голову, чтобы заглянуть в глаза, в которых нашла… Безопасность? Надежду? Спокойствие? В них было всё, о чем Эшли мечтала, и не могла купить за деньги. И как же было больно осознать, что этого всего никогда и не было, а всё, что показывала Ева, было игрой. Это будто бы дать бездомному еду, а потом перед его же носом пройтись по ней и затоптать. — Так кто же она? — ласково спросила Ева, поправляя прядь волос Эш. — Я видела её первый раз, — руки Блэкфорд легли на спинку рабочего кресла, крепко его сжимая. Их взгляды встретились. Они обе знали, какими они были. Но Эш была не в порядке. Она смотрела с такой болью и пустотой, что у Евы внутри все сжалось. — Я не заставляю делать ничего против твоей воли. Ты можешь встать и… — её губы заткнули. Очень грубо, зло и требовательно. Будто бы Эшли не целовалась так давно, но очень этого хотела. Руки брюнетки всё сильнее сжимали спинку кресла, пока язык жил своей жизнью, делая поцелуй только жарче. Эшлин поразила себя своей же яростью и любовью, что проявляли себя одновременно, но с одинаковой силой. Голову кружило от прикосновения к шее, которые хотелось смахнуть с себя, не позволяя теплым рукам вообще что-либо с собой делать, но через мгновение это желание сменилось мыслями о продолжении. Эш хотела, чтобы Ева залезла под её лонгслив и обследовала всё под ним. А в моменте внизу почувствовалась вибрация, которая исходила от Евы. Все эмоции и мысли смешались в одно так, что контролировать это стало невозможно. Эш невольно прикусила губу Евы, из-за чего та простонала и аккуратно отстранилась, с шоком смотря на девушку у себя на коленях. Она видела, как светлые глаза всё ещё были в боли и пустоте, но до сих пор не понимала причины. Глаза говорили одно, тело другое, а сама Ева ничего не понимала. И вот когда требовательные поцелуи сменялись один другим, тогда Мортем не выдержала, хоть сама это и начала. Вся ревность улетучилась в момент. — Эш, что такое? — Ничего. Не отвлекайся, — задыхаясь ответила брюнетка, пытаясь поцеловать Еву ещё раз, но та ей не дала, мягко упирая ладонь ей в грудь. — Нет. Тебя что-то волнует. И что с твоей рукой? — Мортем потянулась назад за забинтованной рукой Эшли, всё ещё следя за отрешённой реакцией ученицы. — Ничего. Порезалась. Ева не понимала. Эш говорила, двигалась, целовалась так же, но вот смотрела… На Еву она смотрела по-другому, и только это её выдавало. — Ты обижена на меня? — Нет. С чего ты взяла? — Ты какая-то грустная и холодная. Разве не так? Я заставила чувствовать себя некомфортно? — Нет, прости… — Эшлин прикрыла глаза и немного опустила голову. «Если хочешь сделать то, что собираешься, сострой нормальное лицо и попытайся сделать вид влюбленной дуры. Ну или хотя бы придумай нормальное оправдание!» — Я просто очень устала. Извини. Горло сдавило от того, что она не могла говорить всю правду. Не могла высказаться и выкрикнуть всё, что думала. Она должна была молчать. — Эй, всё нормально. Ты чего? — костяшка пальца Евы дотронулась до щеки Эш, по которой скатилась слеза, которую она возненавидела. Того же мнения девушка была и о себе, когда не смогла сдержать свою слабость. Откуда вообще взялись слезы? Разве Эшли не выплакала их, за все эти 2 дня? — Прости, — Блэкфорд хотела подняться, но Ева усадила её обратно, не позволяя уйти. — Я не отпущу тебя в слезах. Так еще и одну. Что с тобой? — Просто устала. Бывает, — помотала головой девушка, возвращая себе собранность. — Прости, мне стоило просто поговорить, а не… — Забудь. Ты не виновата, — от этих слов у Эш свело челюсть. — Но мне нужен совет. — Какой? — Если бы у тебя был секрет, от которого зависели бы твои дальнейшие взаимоотношения с человеком, ты бы рассказала? На миг Ева впала в ступор, проваливаясь в сомнения, но тут же собралась. — Думаю, да. Но всегда нужно смотреть на обстоятельства. Если они не дают тебе этого сделать, то и не нужно. Человек поймёт, если любит. — Даже если это очень важно? — Всё равно. В первую очередь думай о последствиях, которые тебя настигнут. В грудь Эшли, что-то больно ударило. Что-то очень маленькое и до жути острое. Оно резало сердце с жуткой болью. — Спасибо… — Ты точно в порядке? — нахмурилась блондинка, кладя ладонь на щеку Эш. — Да, все нормально. Я пойду… Увидимся на «Вечере приветствий и прощаний», — натянуто улыбнулась Эшли, поднимаясь с колен Евы, что всё так же обеспокоенно смотрела на девушку. — Хорошо… Но даже если слова Эш хоть как-то могли быть похожи на правду, то её нервные движения, которыми она открывала дверь, выдавали её с потрохами. — Мда… *Вечер того же дня* Эшлин уже давным-давно собралась, ожидая, пока то же сделают и брат с сестрой. Неприятное и тягучее волнение в животе кружило, и даже сигареты не помогали. Хотелось бы думать, что сегодня она просто проведет хороший вечер, сводит Еву на крышу здания, в котором проводится торжество, устраивая свидание, на котором скажет о своих чувствах, но это только фантазии, которые рушились только одной единственной мыслью о существовании реальности, в которой Ева никогда не любила Эш и использовала её. Реальность так жестока, да? Всё это ударило в голову, словно пуля или что-то подобное. Так же резко и больно, но очень отрезвляюще. — Ты готова? — в комнату аккуратно вошла Селеста, с довольной улыбкой разглядывая сестру. — Ты шикарна. — Спасибо. Ты тоже, — усмехнулась Эшли, беря в руку сумочку. — Идём? — Да.

***

— Кажется, тётя сделала этот вечер грандиознее. По крайней мере, мне так кажется, — осматриваясь, сказал Аден, в то же время останавливая официанта, что уже во всю разносил закуски и напитки. — Да, точно лучше, — сделал вывод парень после глотка содержимого в своём бокале. — Она здесь есть? — Селеста ткнула Эшлин локтем в ребро, привлекая внимание, чуть склоняясь к её уху, чтобы лучше слышалось. — Кто? — Твоя девушка. — Она не моя девушка. И нет, её тут нет. — Не моя девушка, не моя девушка. Неужели ты не хочешь этого подросткового романа? В конце концов, нам скоро восемнадцать, а ты что делаешь? Теряешь лучшее время жизни? — Не драматизируй. Я просто осторожна и избирательна. — Это называется глупость, — вклинился Аден, допивая шампанское. — Так и скажите, что хотите, чтобы я побыстрее от вас съехала. Необязательно меня с кем-то сводить. — Ты знаешь, что это не так. Просто любить - это круто, а ты теряешь это. — Это говорит мне девушка, которой изменил парень? — спросила Эшли, поднимая бровь. Блондинка только подала на это плечами. — Всё равно. Это круто, и тот случай нисколько меня не переубедит. Габриэль просто козёл. — Как пожелаешь, — отмахнулась Эш, переводя всё своё внимание на зал гостей, чтобы увидеть знакомые лица, но увидела только одно и остолбенела, теряя дар речи. Ева. Она стояла и с кем-то говорила с бокалом в руке в красивом бардовом платье. Её волосы спадали ей на плечи, делая эту картину ангельской. Она смеялась и улыбалась, действительно, будто что-то, сошедшее с небес. Живот скрутило ещё сильнее, сердце забилось чаще. Первым, чего Эш захотела - это поцеловать её. Эти красиво накрашенные губы. Чтобы отпечатки помады были везде. Но потом девушка вспоминала и разочаровалась. Хотелось курить так, чтобы лёгкие полностью наполнились дымом сигарет. — Надеюсь, вы не забыли маски? — строго спросила Селеста. — Нет. — Не забыл. И, будто по зову, выключился свет. Заиграла музыка, и только где-то на потолке были фиолетовые спецэффекты, что освещали всё пространство, в том числе и сцену, на которую вышла Джорджия. — Приветствую, дорогие друзья. Вот и наступил этот долгожданный вечер. Надеюсь, сегодня вы попрощаетесь со всем плохим и скажите «привет» новому. Проведите этот вечер так, чтобы он запомнился на всю жизнь! Зал залился аплодисментами и радостными криками и визгами. Музыка заиграла громче, и все наконец-то надели маски, что до неузнаваемости скрывали лицо. Кто-то начал танцевать, кто-то вёл беседу, но Эшли не относилась ни к чему из этого. Она стояла и наблюдала, зная, что скоро за ней явятся, что и случилось. Уже спустя пять минут кто-то потянул её за руку, уволакивая в темный угол, где их бы не заметили. Губы тут же оказались заняты поцелуем, который перебрался к шее. Эшли машинально закинула голову назад, открывая всю область кожи, шумно дыша от возбуждения. — Скучала? — прошептала Ева, ухмыляясь. Горячие руки были на талии Блэкфорд, что вызывало у той мурашки. Но со временем они переползли на рёбра, а потом ближе к груди. — А ты? — Я очень, — новый поцелуй. Руки двинулись чуть дальше, а сама Эшли замерла, ожидая продолжения. — Я всего лишь прикасаюсь… И она была права. Мортем не трогала ничего интимного. Ни грудь, ни промежность, сохраняя личные границы, если они вообще ещё остались, и это можно так назвать. — Не боишься, что узнают? — Не-а. — Тогда всё отлично. — Не хочешь потанцевать? — Нас не должны узнать? — Думаю, нет. Да и сегодня мне крайне всё равно. — Хорошо, пойдём. Девушки вышли в зал и впали в поток танца, который поддерживали другие пары. Никто ни на кого не смотрел, каждый был увлечен партнёром, чтобы хоть как-то заботиться о том, что происходит вокруг. Ева полностью вела танец, позволяя себе забрать весь контроль над ситуацией. Руки Эшли лежали у неё на плечах в то время, пока Мортем крепко держала её талию. Всё было медленно и аккуратно настолько, что Эш почувствовала себя хрусталем, который может разбиться лишь от одного прикосновения. Она снова забыла, что сделала Ева, и кем она является. Снова вспомнила, что влюбилась, хотя мечтала забыть об этом больше всего на свете. Блэкфорд совсем забыла, что в этих зелёных глазах никогда не было того же, что в глазах Эшли. Сердце Евы никогда не билось сильнее при её виде, и ей всегда было всё равно, ведь всё изначально затевалось из-за расследования и шантажа. Но так хотелось верить, что это всё неправда… Всегда хотелось утонуть в тепле, которое Эш познала только сейчас. Почему его отобрали так быстро? — Ты как? — шепотом спросила Ева. — Прекрасно, — натянуто улыбнулась Эшлин, хотя у самой стоял ком в горле, а слёзы уже почти выходили наружу. — А ты? — Кажется, я счастлива. — Почему? — Не знаю. Но когда ты рядом, это нормально. Враньё. Очередное новое враньё. А так хотелось, чтобы оно оказалось правдой… — Рядом со мной испытывают не только счастье, но и многое другое. — Поговорим после твоего совершеннолетия, — тихо усмехнулась Ева, склоняясь с уху брюнетки, обжигая щеку. — Дожить бы до него ещё… — Доживёшь, — голос Евы сменился на строгий, и это случилось так быстро, что Эшлин не сдержала смешка. — Мне нужна живая и здоровая девушка. — Ты сейчас предложила мне встречаться или мне показалось? — Нет, тебе не показалось. — А, тогда меня это успокаивает. — Так что, Эш? — впервые Ева смотрела так глубоко, будто собиралась съесть душу Эш, но вместе с этим был отчётливо виден страх. Боялась, что весь план пойдет не в то русло? — Мне казалось, что мы и так пара. К чему эти вопросы? — Нам нужно было прояснение ситуации, — блондинка заметно расслабилась и нервно ухмыльнулась. Теперь всё было таким пустым. Раньше, когда Ева смотрела на неё, Эш трепетала, а сейчас… Сейчас она даже сомневалась в честности её улыбки. Она уже ни во что не верила. Ни в слова, ни во взгляды. Всё стало таким же, как и было пару месяцев назад - серым и холодным. Музыка сменилась другой, а вместе с ней и люди поменялись местами. Теперь танцевали другие. Время летело слишком быстро за беседами и времяпрепровождением с Евой, так что Эшлин не заметила, как настал час икс. Зал полностью погрузился во тьму, а вместо приятной мелодии начала играть запись. " — Вы не в настроении? — Я? Нет, у меня всё хорошо, — всё так же продолжал женский голос — Убеди меня не ставить её тебе. — Я ничего не сделала, плохую оценку тоже не за что ставить. — Я могу спросить тебя по материалу, и тогда будет за что. Я ведь могу и завалить. Я могу быть плохой… Просто будь послушной. — Зачем это вам? — Как же? Ты так мило обнимаешься с другими девочками. Даже флиртуешь с ними. Как я могу быть спокойной? Иди сюда. Не хочешь провести со мной время?» Голоса были искажены, но если голос Евы ещё возможно было узнать, то Эш никогда в жизни не распознали бы. Все гости зашептались одним громким вихрем, но громче всех был испуганный взгляд Евы, которая не понимала, что происходит и ожидала того же от Эш, но та с убийственным спокойствием смотрела в ответ. В зелёных глазах появилось замешательство, а потом понимание и шок. Но это был не конец. На экране появилась женская фигура в маске, которая полностью прятала лицо. Сама девушка, расслаблено сидела в кресле, откинувшись на спинку, а ногу закинула на другую. Темные брюки и белая рубашка с расстегнутой пуговицей. — Знаю, друзья, вы сейчас в смятении, но не волнуйтесь, — девушка ухмыльнулась, и каждый пытался понять хотя бы по голосу, кто это, но он так же был искажен компьютером. — Я всего лишь хочу передать послание, чтобы тот человек, который причастен к смерти Камилы знал, что я знаю о его существовании. Твоя карма тебя настигла и настигнет в будущем, знай, что это не конец. Вся твоя ложь раскроется, все об этом узнаю, просто пока мне это не нужно. Но будь осторожен, друг, никогда не знаешь, где сидит предатель, хотя… Думаю, тебе это и так знакомо, верно? Ева вновь перевела взгляд на Эш, только теперь уже с красными от слез глазами и бледным от страха лицом. Блондинка хотела подойти, но Блэкфорд не дала ей сделать это в помещении и вышла на улицу, тем самым выводя Еву за собой. Сигарета в руке оказалась сама по себе, Эшли и не заметила, как начала курить. — Так ты знала?.. — дрожащим голосом спросила Ева. Брюнетка лениво повернулась к ней, оглядывая брезгливым взглядом. — Как видишь. — Дай мне объясниться… — А ты думаешь, я тебе поверю? — прищурилась Эшлин, делая новую тяжку. — Думаешь, я правда буду тебя слушать? — Всё не так, как ты думаешь… — Я прочитала переписку Камилы с самого начала до самого конца. Я знаю достаточно, — резко оборвала девушка. Её зрачки по непонятной причине сузились, а вена на шее начала пульсировать от злости. — Это была идея Каса. Я была против. — Именно поэтому ты обманула меня? Молчала и использовала ради своей выгоды в то время, пока твой любимый убивал мою… — Девушку? Она была твоей девушкой? — Это разве имеет значение? Не сваливай всё на Каса, от этого ещё противнее. — Да. Не отрицаю, изначально план был такой. Мне нужно было сблизиться с тобой, но это было до того, как ты согласилась! Я ведь уже говорила. — Допустим. Но ты знала, почему Ками сделала это с собой, и молчала! Ты заткнулась, хотя знала, что я винила себя в этом, а, как оказывается, виноваты во всём вы! — Я узнала об этом слишком поздно! После того, как это случилось. Я была против, Эш! Мы стали близки не потому, что так надо было, а потому, что ты мне понравилась. У меня есть к тебе чувства! — Ты думаешь, я поверю тебе после всего, что узнала? — Ты чувствуешь, что-то ко мне? — перебила ту Ева, пытаясь сдержать собственные слезы. — Какая разница?! Какая тебе разница?! — голос Эшлин сорвался на крик, она отбросила сигарету в сторону, размахивая руками в порыве эмоций. — Ответь мне! — Хорошо! Да, они есть! Я влюбилась в тебя! — Эшли, — Мортем попыталась взять девушку за руку, но она не далась, отталкивая Еву. — Не трогай меня и заткнись! Я не договорила. Я влюбилась в тебя. По уши влюбилась. У меня такое первый раз, и я жалею только об одном. — О чем же? — О том, что это было с тобой. Лучше бы я тебя не встречала. Лучше бы сбила тогда на той дороге. Лучше бы никогда не доверяла. Да плевать, что случилось бы, лишь бы тебя не было в моей жизни! — Я виновата, Эш. Но я никого не убивала и не предавала, — красные глаза Евы были полны слез, но она не дала им волю. — Я докажу свою невиновность. — Ты думаешь, мне что-то надо от тебя? Мне всё равно, виновата ты или нет. Оставь уже меня и мою семью и всё! — Я тоже влюбилась в тебя. — Я тебе не верю. — Пускай. Потом поймёшь, что я тебе не врала. Всё, что я говорила и делала, было честно. — Уходи, Ева. Я не хочу тебя слышать. И видеть тоже не хочу. — Хорошо. Но это ещё не конец, trozo de hielo. Эшлин вздрогнула от знакомого прозвища, произнесённого надломленным голосом, но проявила к этому хладнокровие и промолчала, позволяя Еве наконец-то уйти, но слова вырвались ей в спину сами собой: — И, да, Ева… Помнишь, я говорила, что у меня не осталось сил ненавидеть? Девушка молча развернулась, ожидая продолжения. — Я ошиблась. Ненависти во мне куча, а особенно к тебе. Надеюсь, что ты в ней утонешь. И что касается расследования. Делай, что хочешь, мы больше в этом не участвуем. — Эш… — Мне всё равно, как ты будешь искать брата и найдешь ли вообще. Глубоко плевать. А если попытаешься что-то предпринять, то все узнают, кто был на записи. За себя я не боюсь, а вот тебе придётся несладко. Горло Евы сдавило невидимой удавкой, а отчаяние и бессилие накрыло с головой. Хотелось напиться до беспамятства, забыть всё, что сказала Эшлин. Забыть о том, что она её ненавидит. Было до ужаса больно, но она ничего не могла сделать. Всё же одна слеза скатилась, но Ева сразу же её смахнула, не давая волю другим. Она вернулась в зал, наблюдая за тем, как всё успокоилось, и взяла бокал шампанского, чтобы заткнуть все мысли, что крутились в голове. Через пару минут вернулась и Эш, только теперь она была не одна, а в компании какой-то девушки, только через время Ева поняла, что это та самая Ада. Они мило болтали и иногда смеялась, Эш смотрела на неё со всей своей нежностью и обаянием, что у неё были. Руки, которые только недавно трогали Еву, теперь прикасались к другой девушке. Минута за минутой, а потом разговор сменился резким поцелуем, инициатором которого была Ада. «Оттолкни ее», — кричала Ева у себя в голове, но этого не случилось. Эш не услышала её и целовала тёмноволосую, как когда-то Мортем. Тысячи осколков разлетелись по разным сторонам. В груди что-то сильно заболело. Хотелось снова плакать. По чистой случайности их взгляды столкнулись, и это было всего пару секунд, но для Евы это казалось вечностью. Она заметила, как Эш ухмылялась и начинала целовать Аду с большей страстью, прижимая к себе. Эш смотрела на Еву так по-чужому и по-обычному, будто ничего не было, и она ничего для неё не значит. Ева просто не наблюдала за этим дальше, уходя с торжества. Она вызвала такси, но домой не поехала. Лучшим местом был бар, где точно можно было расслабиться. Сначала всё начиналось с рюмок, а закончилось коктейлями, и, к счастью, это помогло. Да, Мортем шаталась и не могла даже нормально идти, но смогла забыть всё, что случилось, и то, что сама сделала. Последним желанием на сегодня был сон, в который она бы провалилась на несколько блаженных часов. Всё было хорошо, если бы такси, которое Ева вызвала, было настоящим. — Девушка, это вы такси заказывали? Ева оглядела черную машину, что на такси совсем не похоже. — Нет. Я жду мужа, — после своего невнятного ответа она сразу же полезла в телефон, чтобы отменить заказ, но на экране увидела, что её машина ещё не приехала. — Меня? — повернув голову, Ева остолбенела. Лицо Касия показалось ей пугающим, хоть оно ничего не выражало, и, наверное, чувства не подвели, правда, было уже поздно. Кто-то прижал к лицу девушки тряпку с химией. Дышать становилось тяжелее, лёгкие жгло, а глаза закрывались, пока Ева кричала и звала на помощь, надеясь, что где-то рядом окажется Эшлин, которая всё это время искала её. Но никто не пришёл, а тьма окончательно накрыла Мортем с головой.