Люблю тебя, Руслан

Всякий раз, когда Коля засиживался у себя, немного уставая от горы бумаг, откидывался в кресло, почему то всегда вспоминал красную макушку, кислотно-зелёные глаза, которые хоть и казались токсичны, но так приманивали, словно что то тёплое, неизведанное, что хотелось увидеть снова и снова. Осознавая все, Коля всячески старался выкинуть его образ из головы. Забивая свой разум работой. В его голове происходил сбой, он не мог осознать, что образ Енисейского застрял в его голове и терзает его сердце и душу. Такое происходило не первый раз и не первый месяц, и каждый раз ненавидел все чувства в те моменты; все всевышние силы, что заставляли из раза в раз вспоминать Руслана. Слышать вечные колкости и обращение "малыш" в свой адрес, уже стало обыденностью, хотя и не хотелось слышать это прозвище. Коля понимал, что его томный голос отзывается у него эхом в голове, от этого становилось ещё больше терзающе, чем раньше, и прозвище не казалось таким уж бесячим. Они с Русланом никогда не общались как друзья, только по каким-то важным делам, поэтому, невзначай, Коля хотел узнать что делает его объект, с кем, где и прочее. Порой боялся забыть его. Словно сходя с ума, он хотел написать слова, что копились в его голове, что было не похоже на Колю. Раз за разом заходя в компьютер, открывая почту, руки чесались написать Руслану, просто, без повода, но разум его всегда останавливал. Всегда, не давая шанса. Коля всегда действовал разумно, даже сейчас. Всегда на людях - спокоен, усердный, правильный, как и обычно, но оставаясь один на один с этой странной влюблённостью, он менялся. Он заметил, что сильно изменился. Все изменилось. Из головы так и лезли мысли о том, чтобы признаться, сделать то, чего он сам не ожидал, успокоить свою душу. Но разум все держит. Пару месяцев спустя это сошло на нет. Все вернулось на круги своя и Сибирякова ничего не беспокоило, словно ничего и не было. Пока красная бестия снова не дала повода засесть в его мыслях.

***

Очередной вечер, Коля как всегда разбирал бумаги, отчёты, обычная рутина, мысли уже не мешали ни его мозгу, ни работоспособности. - - Могу зайти, дофаминчик. - произнёс тихий томный голос Тумова, который заставил Колю отвлечься от работы - Что то нужно? - монотонно произнёс Коля, немного выглядывая из за компьютера. - Ты в последнее время стал сильно занят, может ты сделаешь перерыв? - обеспокоенно спросил Матвей, заходя в кабинет. - У меня ещё работа, пока не планирую, если это все, то прошу оставить меня в покое. - холодно ответил Коля, печатая на клавиатуре. - Ты же понимаешь, что тебе нужно иногда отдыхать, также не забывать про свои чувства и то как они важны. - в этот момент Сибирякова что то остановило. Он пусто посмотрел на очередную бумажку, и холодно глядя в глаза Матвею произнёс: - Я помню. Это все? - Да, не засиживайся долго. - мягко произнёс Тумов и ушёл, закрыв за собой дверь. Как только дверь хлопнула, Коля откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Мысли снова заполнили его голову. Хотелось вообще не видеть и не слышать все, что связано с Енисейским. Он старался забыть о своей привязанности к этому человеку. Признайся. Скажи. Не молчи. Мозг окончательно дал понять, что дальше Коля не протянет, ему надо действовать. Коля все больше и больше загнал себя в угол и молчать уже вряд ли мог..

***

Очередной день. Собрание городов, которое подходило к концу. Все почти ушли, кроме Коли и Руслана. Хотя сам Коля уже собрался уходить, но все же решился. - Ну и зачем я тебе? - произнёс Руслан, понимая, что нахуй он сдался Коле, и уже стоя около двери, его остановил холодный голос Сибирякова. Коля подошёл так близко насколько можно было, и прикоснулся своими губами в сухие губы Руслана.... Смог. Сердце, словно заново зацвело, душа снова ожила, а разум перестали терзать назойливые чувства. Аккуратно, как мог, Коля проходил по всем зубам Енисейского, вплетая свой язык с его. Руслан также ответил на поцелуй, стараясь перенять инициативу на себя. Языки крутились в медленном и плавном танце, Коля все сильнее и сильнее впивался в сухие губы Енисейского, стараясь не сбивать свое дыхание. Енисейский плавно переложил свои руки на белый пиджак Сибирякова, притягивая к себе. Наконец они расцепились и Коля, немного переведя дыхание, шепотом произнёс: - Я люблю тебя, Руслан.