Этаж 57

— Вас ждет лифт «S», — проводила инструкцию Мун Гаен, секретарь Ким Тэхена, на следующий день. — Он ведет на этажи, отведенные сотрудникам. — А лифт «D»? Я ранее использовал его, — Чонгук вертел в руках красную ключ-карту со своим именем. — Лифт «D» ведет напрямую в кабинет президента, а также в личные номера владельцев и акционеров. Президент Ким любит давать гостям доступ напрямую в свой кабинет, но это происходит достаточно редко, — секретарь махнула рукой, приглашая следовать за собой. — Тебе отвели кабинет рядом с Ким Сокджином, на пятьдесят шестом этаже. — У меня будет свой кабинет? — Чонгук прошел в лифт «S», убирая ключ-карту в карман. — Разумеется, — Гаен недовольно дернула бровью, нажимая кнопку с цифрой «56». Ее тон был таким же холодным, как и выражение лица. — Не будешь же ты работать в кабинете президента, — она бросила на Чонгука взгляд, полный превосходства. — Скажу прямо: не всем дано быть рядом с ним. Ты здесь, чтобы выполнять поручения, а не мешать важным делам. Не думай, что сможешь просто так войти в его кабинет без веской причины и записи. Она чуть прищурилась, внимательно скользя по фигуре Чонгука. Взгляд задержался на его рваных джинсах, после чего она добавила: — Надеюсь, ты понимаешь, что доверие и уважение здесь нужно заслужить. Если хочешь продвинуться, придется очень постараться. Президент Ким ценит исполнительность, точность и скорость. И, конечно же, опрятный внешний вид. Чонгук удивленно расширил глаза, но быстро вернул себе спокойное выражение и пожал плечами. Собственно, ему было все равно, где работать. И если для него выделили аж отдельный кабинет, то, может, он даже не возненавидит свое место работы и руководителя. Что же касается внешнего вида, то в его договоре было прописано: одежда должна быть чистой и опрятной. Дырки на коленях — это модель одежды, а не ножницы его дочери. Двери лифта открылись, и Чонгук с секретарем оказались в холле со множеством дверей. К одной из них Гаен и провела Чонгука. — Твой рабочий кабинет располо- — Не слишком обживайся тут, — раздалось за спиной. — Скорее всего, большую часть времени будешь проводить в кабинете Ким Тэхена, — к ним подошел Сокджин. Несмотря на утро, выглядел он уже достаточно вымотанным. — Но… — начала Гаен, но Сокджин вновь прервал. — Гаен, перенеси все встречи Тэхена после трех дня. До трех он будет занят. Чонгук, идем, нас уже ждут. Чонгук кивнул, а Гаен недовольно поджала губы. — Я уже было обрадовался кабинету, — произнес Чонгук, поднимаясь вслед по лестнице на этаж выше. — Так он правда твой, — ответил Сокджин, не отрываясь от экрана телефона. — Системный администратор уже настроил ноутбук, — добавил он, пройдя мимо стола Мун Гаен, и толкнул дверь, ведущую в просторный кабинет президента. Ким Тэхен расслаблено сидел за большим столом перед ноутбуком и, видимо, с кем-то вел переговоры по видеозвонку. Он жестом указал на диван, не отвлекаясь от диалога. — Господин Ким, — тихо обратился Чонгук к Сокджину. — Просто Джин. — По договору мое рабочее время начинается с девяти, но президент уже здесь. Это значит, что мне тоже нужно приходить раньше? — осторожно уточнил Чонгук. — А? — Сокджин поднял голову, словно только сейчас понял, где он и с кем. — А, нет, конечно. Тэхен просто живет на работе. Тебе не стоит брать с него пример. Да и с меня, если уж на то пошло, тоже, — добавил он с легкой усмешкой, возвращаясь к своему телефону. Образ помощника президента совсем не бился с характером этого самого президента. Холодный Ким Тэхен в красном костюме выглядел как кусок айсберга. Равнодушный ко всему, при этом с нескрываемой любовью к себе, контрастировал с будто бы суетливым Ким Сокджином. — Как же я его ненавижу, — пробубнил Сокджин в ответ на всплывающее уведомление. — М? — Чонгук не расслышав фразы, машинально осматриваясь вокруг. За время своих прошлых визитов он так и не удосужился как следует осмотреть помещение. Кабинет президента был просто огромным. Пространство было разделено на рабочую и зону отдыха. Чонгуку даже показалось, что вся квартира его родителей, которые немало зарабатывали, работая в мэрии, была меньше этого кабинета. Вдоль одной стены располагался массивный деревянный стол с современным компьютером, за которым в данный момент и сидел президент Ким Тэхен. Зона отдыха, где сейчас находился Чонгук, включала в себя мягкие диваны в минималистичном стиле. Они соседствовали со стильными журнальными столиками, на которых стояли несколько бутылок дорогого вина. Полки вдоль другой стены были плотно заполнены книгами и журналами. Недалеко от Чонгука стоял барный столик с высокими стульями, рядом с которым располагался шкаф для алкоголя. Между приоткрытых створок он заметил бутылки с дорогим виски, редким вином и другими алкогольными напитками. Столик с высокими барными стульями служил идеальным местом для неформальных встреч. «Или просто, чтобы напиться», — усмехнулся Чонгук. — Как же я устал от его выходок, — вновь пробубнил Сокджин, издавая тихий стон. — Он причина всех моих седых волос. Чонгук скованно улыбнулся, понимая, что Сокджин, похоже, говорит сам с собой. А причина его негодования сейчас как раз сидела за их спинами и с кем-то вела диалог. Чонгук перевел взгляд на окна, в который раз поражаясь виду. Шестиметровые потолки и вид сквозь полностью панорамные окна завораживал. Утренний свет проникал и освещал каждую деталь в интерьере. Внизу раскинулся мегаполис: его огни мерцали и отражались в стеклянных фасадах небоскребов. Вдалеке виднелась река Ханган, извивающаяся через центр города. На горизонте возвышались зеленые горы, создавая впечатляющий природный барьер вокруг городской застройки. Чонгук был уверен, что когда наступало утро, вид из окна преображался. Первые лучи солнца, скорее всего пробиваясь через горные вершины, лениво освещали город, наполняя его золотистым светом. Красиво. — Моя мама передавала тебе привет, — раздалось неожиданно. Тэхен сел на диван рядом с ними, закинув ногу на ногу. — Как же мне ее не хватает! — почти взвыл Сокджин, драматично запрокидывая голову. — Когда они собираются в Корею? — Не хочу портить этот трогательный момент, но напомню: они мои родители, а не твои. — Меня они любят сильнее! — с вызовом воскликнул Сокджин, а затем, сузив глаза, ядовито добавил: — Как прошла встреча с Сынри? — У него очень глубокая глотка, — Тэхен пожал плечами, расправляя пиджак. — Избавь нас от этих подробностей! Я только вчера просил без скандалов! — Ну видели нас в ресторане, — президент вопросительно поднял брови, — и что? — Как же я тебя ненавижу, — Сокджин откинулся на спинку дивана, возведя глаза к потолку. — Ты меня любишь, — Тэхен обворожительно улыбнулся. — Тц, — Сокджин выдохнул, собирая себя в руки. Чонгук молчал, чувствуя себя абсолютно лишним. — Ладно, почему ты перенес сегодня все на вторую часть дня? — спросил помощник, листая расписание. — Ты в курсе, какой сложный у тебя сейчас график? — Мой график оказывается у меня на столе каждый вечер и утро, — Тэхен хмыкнул. — Сегодня встреча с руководителем Technotels GmbH. Мы договорились провести совместный обед. Я хочу, чтобы Чонгук на нем присутствовал. — О, — только и смог проговорить Чонгук, ошарашенный неожиданной информацией. Он бросил взгляд на часы и заметно занервничал. — Должен ли я успеть подготовиться? Встреча уже совсем скоро. Кто они? — Немецкая компания, специализирующаяся на разработке и поставке высокотехнологичных решений для гостиничной индустрии, — на автомате отчеканил Сокджин. — Их продукты включают интеллектуальные системы управления номерами, инновационные решения для автоматизации процессов в отелях, — он перевел странный взгляд на Тэхена. — Ты серьезно хочешь с ними встретиться? — Нет, Чонгук, тебе не нужно готовиться. Для тебя это будет первый опыт, я просто хочу показать, как проходят деловые встречи, и познакомить со стилем их ведения, — Тэхен совершенно очаровательно улыбнулся, а потом повернулся к Сокджину. — Да, я считаю, что это будет очень полезным для всех сторон. — Ты босс, делай, что считаешь нужным, — Джин встал, потянувшись. — Пошли, Чонгук, пока покажу тебе рабочее место и ноутбук до вашего отъезда. Спустя несколько часов Чонгук сидел в ресторане и нервно жевал нижнюю губу. — Чонгук, расслабься, — тихо произнес Тэхен, опуская ладонь на его колено, едва касаясь оголенной кожи. — Тебя никто не съест, — добавил он с легкой улыбкой, которая, однако, больше напоминала оскал хищника. Чонгук сглотнул и заставил себя перестать нервно дергать ногой, хоть напряжение внутри никуда не исчезло. — А вот и они, — спокойно сказал Тэхен, указывая в сторону входа.. Двое мужчин и одна девушка, негромко переговариваясь, вошли в ресторан и направились к их столику. — Рад вас видеть вновь, — на ломаном корейском и с ужасным акцентом произнес мужчина с сединой в волосах. — Добрый день, Вильгельм, — Тэхен вместе с Чонгуком поднялся из-за стола и вежливо поклонился. Он говорил медленно, чтобы собеседник его понял. — Позвольте представить Чон Чонгука — он мой переводчик на эту встречу. — Guten Tag, Jeon Jungkook, schön, Sie kennenzulernen, — Вильгельм тут же обратился к Чонгуку на своем родном языке, явно обрадовавшись, что не придется вести диалог на корейском. — Ich freue mich auch, Sie kennenzulernen, — Чонгук вновь поклонился и сел после того, как гости с Ким Тэхеном заняли свои места. На столе уже находились блюда и алкоголь. Тэхен, как хозяин встречи, взял на себя обязанность разлить напитки. Одной рукой он держал бутылку, а другой аккуратно придерживал свое запястье. Чонгук заметил, как немецкие партнеры переглянулись, но, когда Тэхен наливал, не притронулись к своим стаканам. А после и вовсе пили, используя одну руку. Он вскользь посмотрел на Тэхена, но тот ни одним жестом не показал, что ему неприятно. Возможно, это объяснялось тем, что гости плохо знали корейский деловой этикет. Хотя, если это была не их первая встреча, то, по мнению Чонгука, они могли бы подготовиться более тщательно. В течение всей встречи Чонгук внимательно следил, чтобы стакан Тэхена не оставался пустым, при этом активно участвуя в разговоре. Он переводил быстро, стараясь избегать неловких пауз и минут тишины. В какой-то момент, когда Вильгельм отлучился в уборную, внимание Чонгука привлекла его подчиненная: — Jungkook, ich habe ein Angebot für Sie. Wir wissen, dass Präsident Kim ziemlich eigenwillig ist und seine Mitarbeiter streng kontrolliert, — тихо произнесла она, пока Тэхен на корейском что-то говорил третьему собеседнику. — Was wollen Sie damit sagen? — Wir sind bereit, Ihnen eine Stelle bei uns anzubieten. Wir zahlen Ihnen viel mehr als Präsident Kim, — она коснулась его запястья, но сразу убрала руку. — Worin besteht meine Aufgabe? — Чонгук напрягся, подозревая, куда клонит девушка. — Uns interessiert zusätzliche Information über Kim Taehyung, — произнесла она еще тише, кокетливо улыбаясь. Со стороны это выглядело как попытка флирта. — Sie wollen, dass ich spioniere? — Ich würde es nicht so nennen. Es geht nur darum, ab und zu zusätzliche Informationen zu liefern. Nichts Ernstes. Wir sind bereit, ab 10 000$ zu zahlen, — ответила она с легким смешком, словно Чонгук только что произнес шутку. — Danke, das interessiert mich nicht, — Чонгук спешно отвлекся, наполняя стакан Тэхену, чтобы уйти от дальнейшего диалога. Весь остаток обеда Чонгук пребывал в легком ахуе, хотя старался держать лицо. Он косился в сторону президента и гадал, стоит ли рассказать ему о произошедшем или это вообще не его дело? Чонгук не планировал работать с Ким Тэхеном долго, но все же понимал, что президент явно несет ответственность за людей, которых принимает в свою команду. А он сам, Чонгук, работая на Тэхена, по сути, тоже попадал под эту категорию. Особенно не давала покоя прямота, с которой немцы обратились к нему. Это же насколько нужно быть самоуверенными и как сильно не уважать корейскую сторону, чтобы так открыто предлагать шпионаж сотруднику? Теперь их манера пить за столом показалась Чонгуку не ошибкой, а сознательным решением. Они возвращались в отель, когда Тэхен прикрыл шторку в машине между водителем и ними, отложил телефон и, обернувшись к Чонгуку, заговорил: — Нужно было принять деньги. Правило бизнеса: никогда не отказывайся от легких денег, когда от тебя ничего не требуется. Чонгук поперхнулся воздухом. — Нет такого правила, — глухо произнес он. — Вы знаете немецкий? — Поверхностно, — Тэхен расплылся в улыбке, когда увидел замешательство на лице Чонгука. — Но моего знания языка хватает уловить предложение о сливе информации. — Зачем же вы с ними хотите работать? — Чонгук нахмурился, пытаясь найти мотивацию. — Или… — Они который год ищут выходы на мой бизнес, предлагая различные коллаборации. Но, честно говоря, они мне неинтересны, — спокойно ответил Тэхен. — Тогда… — Чонгук замолк, резко осознавая. — Вы хотели меня проверить. Так ведь? — Я бы выразился иначе, — Тэхен ненадолго задумался, затем слегка ухмыльнулся. — Хотя нет. Именно так я бы и сказал. Он сделал паузу, а затем добавил с легкой улыбкой: — И, Чонгук, отбрось формальности со мной, хотя бы в моменты, когда мы наедине, — произнеся это, Тэхен первым покинул автомобиль, тем самым и первым нарушив этикет. Поднявшись на пятьдесят седьмой этаж, Тэхен тут же скинул пиджак на спинку дивана и подошел к столу с напитками. Чонгук, стоя в центре, пытался привести дыхание и мысли в порядок. Этот человек умел выбивать почву из-под ног и с явным удовольствием пользовался этим. Чонгук пытался понять свое отношение к происходящему — президент отодвинул все важные дела только для того, чтобы проверить сотрудника. Допустимо ли такое поведение в личном кодексе правил Чонгука? Но чем больше он об этом думал, тем больше склонялся к положительному ответу. Президент Ким не просто так занял свою должность, и очевидно, что его отец настолько доверял решениям своего сына, что спокойно отошел от дел, позволив себе уйти на заслуженный отдых. Неожиданно для себя Чонгук испытал прилив уважения. — Тэхен! — в кабинет ворвался Сокджин, когда президент плеснул себе в стакан воды. — Французы перенесли созвон на послезавтра. У них там какое-то ЧП возникло, и они попросили дать им дополнительный день, чтобы подготовиться. Так что завтра отбой. Они извинялись сотню раз и обещали в следующий твой приезд компенсировать задержку. — Нестрашно, — Тэхен кивнул, ослабляя галстук у шеи. — Так даже лучше, Чонгук успеет ознакомиться с материалами. — Тоже так подумал. Я уже написал юристу подготовить материалы, — ответил Сокджин, не отрываясь от своего телефона, где быстро печатал сообщение. Затем он поднял взгляд и обратился к молчавшему до этого Чонгуку: — Как тебе наши немецкие друзья? Чонгук, стоя в центре комнаты, чувствовал себя слегка неуютно. Казалось, Сокджин и Тэхен разговаривают с ним так, будто он давно работает в их команде, а не всего несколько часов. — Чрезмерно нахальные, — проговорил Чонгук, думая, как бы выразиться помягче. — Они предложили Чонгуку десять тысяч за слив информации, — ответил Тэхен, подойдя к панорамному окну. Сокджин недвусмысленно присвистнул: — Прайс-то поднялся, я смотрю. Совсем отчаялись, бедолаги. Чонгук отметил, что главный помощник был совсем не удивлен. А вспомнив его реакцию утром, сделал вывод, что Сокджин был в курсе. Славно… — Президент Ким, — в кабинет заглянула Гаен, прерывая диалог. — На второй линии Шин КванХо. Его звонка нет в вашем расписании, но голос очень взволнованный, поэтому я подумала… — Соедини, — Тэхен кивнул и подошел к своему столу, принимая звонок. — Могу я спросить? — тихо произнес Чонгук, а Сокджин кивнул и, взяв за локоть, отвел Чонгука в сторону, чтобы не мешать разговору. Благо пространство кабинета позволяло. — Я немного обескуражен обедом и поведением немецких партнеров. Ким Тэхен не собирается же работать с ними? — О, нет, конечно, разве он не сказал это тебе? — Да, но я все равно немного в замешательстве. — Чонгук, ты поступил по-взрослому, отказавшись. Я восхищен! И мне жаль, но Тэхен всегда проверяет сотрудников весьма странным образом… Не бери на свой счет. Его статус обязывает быть осторожным. — Нет, я не это имел в виду. Я понимаю. Просто… — Ты волнуешься, не изменится ли когда-нибудь позиция Тэхена касательно них? — Если честно, то да. Бизнес всегда меняется, и вдруг так случится, что их помощь понадобится. Сокджин внимательно всматривался в глаза Чонгука, а затем улыбнулся. — Думаю, права ЛГБТ в Корее примут раньше, чем такое произойдет, — он хмыкнул. — Мы получили приглашение на Breast Cancer Awareness Campaign, — произнес Тэхен, завершив разговор. — Оно пройдет в середине сентября. Официальное приглашение доставят чуть позже. — Ты не лишишь меня отпуска! — резко воскликнул Сокджин. — Я его два года ждал! Я не отменю свою поездку! — он скрестил руки на груди, встав в позу. — Чеджу никуда не денется, — Тэхен хмыкнул, упираясь бедрами на край своего стола. — Нет, ты не понял! — Сокджин возмущенно закатил глаза. — Меня не будет в Сеуле. Я давно тебя предупреждал. Делай, что хочешь, но я не поменяю планы. — Успокойся, истеричка, — Тэхен вздохнул и кивнул на Чонгука. — Я и не собирался тебя звать. Я пойду с Чонгуком. — Вот Гаен обрадуется, — буркнул Сокджин, успокоившись. — Для Чонгука нужно будет подготовить костюм, — Тэхен повел плечом, проигнорировав высказывание. Чонгук только хлопал глазами, переводя взгляд с одного на другого. Из всего услышанного он смог для себя понять только то, что в середине сентября он будет принимать участие в мероприятии наравне с президентом. И это вау? Когда он работал на Юнги, на всех официальных встречах мелькал Сыхо, а Чонгук был в стороне, впитывая поведение и манеры. — Костюм? — проговорил он тихо. — Передай эту задачу Гаен, — Тэхен поднялся со стола. — Хотя мне думается, что Calvin Klein захочет взять на себя его образ. На сегодня совещание закончено. Чонгук снова поперхнулся воздухом. Кажется, это войдет в привычку, но… Это было совещание? — Насчет Celine, помнишь, что у тебя завтра фотосессия? — спросил Сокджин уже у выхода из кабинета. — Да, — Тэхен как-то странно отмахнулся, не поворачиваясь. — Как же, помнит он, конечно, — фыркнул Сокджин себе под нос, когда вместе с Чонгуком покинул кабинет, вызвав на губах улыбку. — Гаен, позвони, пожалуйста, господину Паку. Передай, что я его ищу. Пусть поднимется ко мне сразу. — Да, Джин, без проблем, — секретарь мило улыбнулась, потянувшись к телефону. — И попроси его захватить всю информацию по французам. Он поймет, о чем я. — Все сделаю, — кивнула она, даже не взглянув на Чонгука. — Итак, — они спустились на этаж ниже. — Не стоит пугаться того, что я буду в отпуске, — сразу начал Сокджин. — Для тебя я буду на связи все двадцать четыре часа в сутки. Так что при любых вопросах, даже самых незначительных, сразу обращайся. До отпуска еще две недели, и я постараюсь максимально тебя подготовить, но лучше предупредить заранее. — А если я не справлюсь? — вырвалось у Чонгука, совершенно не представляя, как они могут доверить в его руки мероприятие! Он ведь только устроился! — Тебе надо будет лишь улыбаться и красиво получаться на фотографиях, — с усмешкой ответил Сокджин, хлопнув его по плечу, прежде чем завести в свой кабинет. — Со всем остальным Тэхен справится сам. Чонгук понимал, что работы впереди будет много. Об этом его предупредили еще на собеседовании, но чтобы вот так внезапно оказаться в центре событий — такого он не ожидал. — Сейчас придет господин Пак, наш юрист, и вот тут-то начнется самое сложное, — Сокджин вздохнул, взъерошив свои волосы. — Если вкратце, Тэхен планирует выход на международный рынок. Первый филиал отеля будет построен во Франции. Этот проект только стартует, так что твое участие начнется с самых азов, — улыбнулся, увидев удивление на лице Чонгука. — Это, конечно же, большая тайна сейчас? — спросил он, уже догадываясь об ответе. — Разумеется, — Сокджин кивнул. — Мы не намерены вставать в конкуренты LOTTE, и маркетинг наш тоже будет другим. — А почему Франция? — Хорошие условия, сильная поддержка, пиар и медиавозможности. У Тэхена с этой страной налажен брендовый капитал и доверие, что открывает дополнительные партнерские возможности. Чонгук понятливо кивнул. Он никогда не следил за Ким Тэхеном, но, работая в сфере к-попа, все равно волей-неволей слышал имя Тэхена, звучавшее в одном предложении с городом Париж. — О, господин Пак! — воскликнул Сокджин, когда в кабинет зашел хмурый мужчина в очках. — Чонгук, это господин Пак, главный юрист отеля Golden. Господин Пак, это Чонгук, новый ассистент и переводчик. — Супер, — юрист кивнул, кладя на стол папку с документами. — У Тэхена новый помощник, а мне опять все одному делать, да? — ворчал он себе под нос, доставая бумаги и раскладывая их на три части. — Я работаю над этим, честно! — Сокджин положил руку на чужую склоненную спину. — Чонгук, отчасти, здесь как раз для этого! — Бежал бы ты, Чонгук, отсюда, — господин Пак тяжело вздохнул и пододвинул стул к столу, усаживаясь на него. — Не слушай его, — Сокджин отмахнулся и указал Чонгуку тоже садиться. — Я смотрю, тут все рады работать, — Чонгук хмыкнул, но занял отведенное для него место. — О, ты даже не представляешь, — саркастично проговорил господин Пак. Остаток дня Чонгук провел, полностью погрузившись в проект. Чтение документов, обсуждения и изучение деталей заняли все его внимание. К концу дня его голова буквально кружилась от обилия информации, а сильная боль напоминала о том, что темп работы здесь оказался интенсивнее, чем он мог себе представить. В него впихнули юридические аспекты:       * Правовые нормы и разрешения.       * Земельное право.       * Трудовое законодательство. Коснулись финансовых и экономических тем:       * Бюджетирование и финансирование.       * Налоги и сборы. Чонгука посвятили в культурные и социальные аспекты:       * Местные обычаи и традиции.       * Общественное мнение. По словам Сокджина, завтра Чонгук мог полностью посвятить время работе из дома, так как было необходимо подготовиться к созвону с французами. Это означало, что он должен был изучить все материалы, касающиеся работы с партнерами и подрядчиками, чтобы эффективно переводить и быть полностью осведомленным обо всем, о чем будет идти речь. Уже по пути домой, слушая болтовню Анны на заднем сиденье, Чонгук вдруг осознал, насколько сильно измотан. Так сильно, что запланированный разговор с воспитателем просто отошел куда-то на задний план, забившись в самый дальний угол. — Аппа! — М? — промычал Чонгук, доставая рюкзак из машины и блокируя двери уже у своего дома. — А ты сделаешь те блинчики, котолые мне обещал? Чонгук замер, смотря сверху вниз на слишком активную к вечеру дочь. — Какие блинчики? — пробормотал он, судорожно пытаясь вспомнить, о чем шла речь, но в голову совершенно ничего не шло. — Ну как! В фолме солнышка! Такие ялкие, с улыбкой! Ты забыл?! — Анна насупилась и обиженно скрестила руки на груди. — Милая, давай ты мне просто напомнишь, о каких блинчиках говоришь, а я на выходных обещаю сделать их, — Чонгук протянул ладонь, чтобы дочь взялась за нее, но та лишь топнула ножкой. — Нет! Ты мне сегодня обещал! Хочу блинчики сегодня! Чонгук сглотнул. Он всегда старался держать свои обещания, ведь для своей дочери он старался быть не просто отцом, но и человеком, на которого она могла безоговорочно положиться. Если он начнет подводить ее, то в кого превратится в ее глазах? — Напомни, пожалуйста, — мягко сказал он, присев на корточки, чтобы их глаза оказались на одном уровне. — У меня сегодня был очень сложный рабочий день и я мог подзабыть. Когда я тебе обещал? — В дневной сон! Когда я была в костюме клолика, а ты делева! А над нами было солнце! И ты обещал, что сделаешь такие же блинчики! Ой… — она моргнула, опустив свои руки. Чонгук, посмеиваясь и расслабившись, притянул дочь к себе, обнимая и целуя в висок: — Значит, я во сне обещал тебе блинчики? — Да… — Ну раз обещал, значит, сделаю. — Плавда? — Только не сегодня, котенок, хорошо? Сегодня я очень устал и, боюсь, мои блинчики будут не как солнышко, а как смятый кусочек бумаги. — Не хочу, как смятый кусочек бумаги! Хочу, как солнышко! — Подождешь до выходных? — Холошо… — сдалась Анна, видимо, понимая, что не совсем права в этом споре. — Вот и договорились, — с облегчением произнес Чонгук, выпрямляясь и протягивая ей руку. Анна тут же ухватилась за два его пальца, крепко сжав, как она любила делать. Они направились через двор к подъезду, когда Чонгук увидел того, кого меньше всего ожидал встретить. — Привет, мы можем поговорить? — голос Сыхо резанул слух Чонгука и раздробил сердце на несколько кусочков. Чонгук бросил на него взгляд из-под отросшей челки, сильнее притягивая дочь к себе: — Я не один, да и говорить нам не о чем. Сыхо, стоявший в дорогом костюме, совершенно не вписывался в окружение. Он на мгновение опустил взгляд вниз, будто обдумывая что-то, а затем снова посмотрел на Чонгука. — Она может подождать дома. Разговор не займет много времени. — Ты шутишь? — Или на детской площадке, — Сыхо кивнул в ее сторону, где сейчас бегали дети. Дочь, словно почувствовав сгущающуюся атмосферу, прижалась к ногам отца. — Я не хочу на площадку, — проговорила она, поглядывая из-за Чонгука на незнакомца. — Она не хочет, — жестко отрезал Чонгук. — И мы идем домой. — Хватит обижаться, Чонгук. Я понял, у тебя есть характер. Но продолжать избегать — это уже чересчур. Чонгук сжал зубы так сильно, что, казалось, услышал их скрип. — Я не избегаю, — процедил он сквозь стиснутые зубы, стараясь не показывать дочери, что что-то не так. — Все, что я хотел, я уже сказал. Ничего нового ты от меня не услышишь. Мне нужно домой, моя дочь и я хотим есть. Не попрощавшись, Чонгук поднял Анну на руки и уверенно вошел в подъезд, оставляя Сыхо позади. — Аппа, кто это был? — чуть позже, сдавшись своему любопытству, спросила Анна, качая ножками на высоком стуле, пока Чонгук разогревал еду. — Старый знакомый. Мы работали раньше вместе. — Плохой знакомый? — Почему ты так решила? — Чонгук повернулся к ней, удивленно подняв бровь. — Ты ушел, не сказав пока, хотя меня учил всегда показывать уважение. Чонгук поджал губы, не зная, как ответить. Какой отвратительный пример он сейчас подал, ужас. — Знаешь, иногда люди делают такие плохие вещи, — он подошел к дочери, положив ладонь на ее макушку, — что не хватает сил соблюдать этикет. Я иногда бываю очень слабым и не нахожу в себе силы, чтобы быть вежливым в ответ. — Он сделал что-то плохое? — Анна нахмурилась, сжимая кулачки. — Это было давно. Но ты у меня сильная, верно? — дочь на вопрос отца утвердительно кивнула. — Вот, поэтому я уверен, что ты не повторишь моих ошибок. И даже если кто-то сделает плохо, ты будешь стоять с гордо поднятой головой. — Конечно, буду! Чонгук взлохматил ее волосы и поцеловал в макушку: — Давай ужинать, а потом посмотрим несколько серий Пороро. — Да! — Анна вскинула руки вверх, светясь от счастья. Чонгук, посмеиваясь, отошел к холодильнику, доставая коробку сока. Как же мало иногда нужно ей для радости, вот бы и Чонгук умел так радоваться мелочам. Если бы не его дочь, Чонгук даже не знал, как бы справился с расставанием. Глядя на ее пухлые щечки и довольное личико, он постепенно начал успокаиваться после незапланированной встречи. В идеале ему стоило сменить место жительства, но… найти деньги на депозит, который может составлять от десяти до нескольких десятков миллионов вон, сейчас было просто нереально. Плюс далеко не факт, что Чонгук сможет найти квартиру по адекватной цене, которая будет соответствовать его требованиям. Чонгук вздохнул, понимая, что переезд пока не вариант. Возможно, если он успешно вольется в новую работу и решит остаться на ней, то через пару-тройку лет можно будет всерьез подумать о смене жилья. Но на данный момент это просто не представлялось возможным. Уже укладывая Анну спать, Чонгук решил, что завтра останется дома. Изучать документы все равно где, а так он сэкономит время на дороге. Бонусом он приготовит те самые блинчики в виде солнца, которые обещал дочери. Во сне. Он так редко ее радует, что если есть возможность, то почему нет?