Косплей, кофе и поцелуи

В день своего тридцатидвухлетия Чу Ваньнин получил от ученика необычный подарок. Звание «самый душный старик-препод в мире». А Чу Ваньнин-то всего лишь зашёл в туалет не вовремя. Он просто хотел вымыть руки, а возле умывальников, на подоконнике, сидел его собственный ученик и плакал, размазывая тушь по лицу. Чу Ваньнин не замечал, чтобы раньше Ши Мэй красился и сейчас был очень удивлен. Ну да косметика это личное дело каждого человека, а ученик явно нуждался в утешении и заботе. Чу Ваньнин долго думал, что самое утешительно-заботливое можно сказать в такой ситуации, и придумал более-менее ласковую фразу: — Почему ты плачешь в учительском туалете? Ши Мэй вскинул голову и посмотрел на Чу Ваньнина с некой враждебностью, как обычно подростки смотрят на родителей, которые внезапно вломились в комнату. Но через пару мгновений на лице Ши Мэя появилась обычная ласковая полуулыбка и он, неловко шмыгнув носом, ответил: — Простите. В общем туалете слишком много народу. Я сейчас уйду. Чу Ваньнин почувствовал неприятное покалывание в районе желудка, которое возникало, когда кто-то нуждался в его поддержке. Он не умел успокаивать людей, но Ши Мэй все-таки был его учеником, тем более, сиротой. Ему негде и некому было плакать, и он забился в уголок учительского туалета, как маленький раненый зверёк. — Так почему ты плачешь? — снова спросил Чу Ваньнин, пытаясь придать голосу теплую интонацию. — На самом деле…из-за косплея, — всхлипнул Ши Мэй, — у меня никогда не получится, я неудачник и некрасивый, и… — Косплей…это… — Чу Ваньнин отчаянно пытался не выглядеть глупым, — д-девушка, которая тебе нравится? Вот тогда-то Ши Мэй посмотрел на него не просто как на тупого взрослого, а прямо как на древнее ископаемое. Он аж приоткрыл рот и хлопнул ресницами, прежде чем выдавить: — Не…не совсем. Это когда…переодеваешься в персонажа и делаешь, ну…фотки там, видео. В костюме. — То есть, это когда мужчины переодеваются в женщин? — нахмурился Чу Ваньнин. — Ты уверен, что в твоем возрасте нужно именно этим заниматься? Ши Мэй так старался не закатить глаза, что даже перестал плакать. Через полчаса до Чу Ваньнина примерно начала доходить суть проблемы. Дело в том, что Ши Мэй как раз-таки не хотел переодеваться в женщину. Но, с его нежной внешностью, все ждали именно этого — парни-косплееры называли его «сестренкой» и предлагали женские амплуа. Он никак не мог стать «своим» в тусовке, а фестивали ему отказывали в участии. Даже сегодня он нанес тушь, пытаясь скосплеить какую-то «Геншин», но в итоге посмотрел в зеркало и расплакался. Чу Ваньнин выслушал Ши Мэя, но совсем не знал, что с этой информацией делать. Он только помог ему умыться и сказал, что не нужно слушать людей, которые ему не нравятся. Большего он сказать был не в силах, так как все ещё не до конца понимал, что такое «косплей» и в чем его глобальный жизненный смысл. Так что, после ухода Ши Мэя, Чу Ваньнин, вместо празднования дня рождения, сам сел на этот дурацкий подоконник и ввел в Гугл слово «косплей». Справедливости ради, дни рождения у него всегда проходили уныло, а психологи советуют в этот день получать новые эмоции и впечатления. Вот он и узнает что-то новое сегодня. А впечатлений ему уже хватило. После нескольких статей про косплей он начал немного разбираться в вопросе и сделал два вывода: 1. Подростки странные. 2. Он таким не занялся бы даже в подростковом возрасте. Даже пьяным и на спор. Закрыв вкладку, Чу Ваньнин порадовался, что ему больше никогда с такой глупостью сталкиваться не придется и пошел отсыпаться в заслуженные выходные, решив выкинуть из головы проблемы шестнадцатилетних. Но не тут-то было. Телефон — это хищный зверь, который, учуяв твой мимолетный интерес, вцепляется в него зубами и тащит обратно к хозяину. С этого момента вся контекстная реклама Чу Ваньнина была заполнена исключительно костюмами для косплея, косметикой для косплея, париками для косплея, обувью для косплея, билетами на косплей-фестивали. Чу Ваньнин, как взрослый серьезный человек, решил просто больше никогда в жизни ничего не гуглить. Он даже не рисковал доставать телефон в школе, иначе не ровён час пойдут слухи, а он скорее умрет, чем станет ассоциироваться у людей с этим самым. Но однажды коллега скинул ему важные учебные материалы на почту, Чу Ваньнин открыл браузер и сразу увидел рекламный баннер. А на баннере парень-косплеер рекламировал какой-то очередной жизненно необходимый подросткам товар. Чу Ваньнин вовсе не хотел парня разглядывать. Он абсолютно случайно попытался приблизить изображение пальцами и абсолютно случайно перешел по ссылке, попав в блог этого «впечатляюще незаурядного Мо Жаня». Так страница и назвалась. Чу Ваньнин зачем-то пролистал пару записей. Ему совершенно точно не понравился этот Мо Жань, он выглядел слишком надменным и, конечно, слишком красивым, от чего Чу Ваньнин почему-то чувствовал себя слегка неуютно. Но, когда он уже собирался закрыть страницу, то случайно прочитал заголовок одного поста. Мо Жань искал себе партнера по выступлениям. Ему нужен был именно парень, для какого-то BL-косплея. Чу Ваньнин не хотел гуглить «BL», ещё один поток контекстной рекламы он не выдержит, но звучало это интересно. Наверное, Мо Жань хочет какую-то батальную сцену, может, битву на мечах, если ему принципиален партнер-мужчина. Чу Ваньнин не признавался, но его сердце болело за Ши Мэя. Он подумал, что, возможно, стоит ему предложить поработать с Мо Жанем. Была только одна проблема. Ши Мэю шестнадцать. А этому Мо Жаню на вид не меньше двадцати. Разница небольшая, но кто его знает, может он тайный маньяк-извращенец. Чу Ваньнин решил проверить эту возможность, в смысле, опасность, и назначил Мо Жаню встречу лично. Он посмотрит на него вживую и решит, можно ли доверить ему Ши Мэя. Мо Жань согласился на встречу неожиданно быстро. *** — У меня есть тот, кто тебе нужен, — сразу сообщил Чу Ваньнин, придя в студию Мо Жаня. Тот сам был ещё и фотографом, так что они встретились на работе. — Отлично, — произнес Мо Жань, сверху вниз оглядев нового знакомого, — я бы даже сказал, потрясающе. Чу Ваньнин сначала даже не понял, почему Мо Жань все время согласен на всё, а потом понял и чуть покраснел. Очевидно, этот юноша просто не разбирается в людях и готов на любого, кто что-то предложит. — Даже не спросишь, про кого я? — зашипел он, сдерживаясь, чтобы не пнуть табурет, — вдруг тебе не понравится. — Ой, мне уже очень нравится, — сказал Мо Жань и беззастенчиво навел на него камеру, — мы с тобой будем так круто смотреться вместе. Тут-то до Чу Ваньнина дошло и он со спокойной душой пнул табуретку: — Ты придурок. Разве я похож на косплеера? Мо Жань оторопел и даже обиделся. Не каждый день самый красивый мужчина в мире называет тебя придурком. Он почесал затылок и честно сказал: — Я правда ничего не понял. А когда Чу Ваньнин объяснил, то ответил максимально вежливо и тактично: — Блять, нет! Нахуя мне в BL малолетки?! Ты хочешь, чтобы мою студию прямо завтра прикрыли??? Ясно. Зря Чу Ваньнин не погуглил. BL — это явно как-то связано с наркотиками или разбоем. — Ты можешь взять его в какой-то другой проект. Может, ты хочешь денег? Сколько? — О господи, — Мо Жань поднял несчастную табуретку и сел, — этот Ши Мэй твой молодой любовник, верно? Хочешь его порадовать? Чу Ваньнин был настолько шокирован, что мог в этой ситуации сделать только одно — он опять пнул табуретку, заехав Мо Жаню по голени. — Все-таки, первое впечатление не обманывает, — прорычал он, — ты придурок и есть. Я пошел. Чу Ваньнин и сам не понимал, что с ним. Уважаемый педагог сейчас рычал и пинался, взбешенный двадцатилетним мальчишкой. Но никто никогда не раздражал уважаемого наставника настолько сильно и глубоко. — Ладно, пожалуйста, не сердись, — Мо Жань поймал его у двери и ослепительно улыбнулся, — ты тоже меня пойми. Я ищу особенного человека, не обычного парня. У меня достаточно сложная идея для образа, молодой смазливый мальчик не подойдет. — Ты тоже молодой смазливый мальчик, тебе это не мешает, — буркнул Чу Ваньнин и сразу понял, как это прозвучало. Ожидаемо, Мо Жань радостно рассмеялся: — Правда? Спасибо за комплимент. Чу Ваньнин вдруг залип на его смеющееся лицо и ямочки на щеках. Когда он пришел в себя, Мо Жань продолжал что-то болтать: —…я и говорю, молодые красивые мордашки мне не по вкусу, так что… — Так что тебе по вкусу старые страшные рожи, — мрачно закончил за него Чу Ваньнин. — Нет, мне по вкусу строгость и чистота, — серьезно сказал Мо Жань и подошел чуть ближе, — можешь сейчас меня пнуть ещё раз, но я предлагаю тебе сделку. Точнее, просьбу. Точнее…помоги мне, а. На слове «сделка» Чу Ваньнин пришел в бешенство, на слове «просьба» слегка оттаял, на жалобном «помоги мне» вдруг почувствовал странное ощущение внизу живота, но разбираться с этим времени не было. Он сам от себя не ожидал следующих слов: — Чего ты хочешь? — Помоги мне сделать BL-косплей. Ты идеально подходишь, правда. Только один раз, прошу. Потом можешь тоже просить у меня все, что угодно, я всех Ши Мэев возьму под свое крыло, буду каждый день приносить тебе кофе в школу, целовать твои ноги… — Хватит! — оборвал его Чу Ваньнин, — откуда ты знаешь, что я работаю в школе? — Так у тебя на странице написано, — пожал плечами Мо Жань. — И ты решил, что я с учеником…бесстыдник! — А что? — вскинулся Мо Жань, — я однажды читал такую книгу! Думал, она на реальных событиях. — И что нужно сделать? — сдался Чу Ваньнин. Ради Ши Мэя он попробует помочь Мо Жаню. — Для начала, давай выберем нам образы. Я предлагаю пройтись по популярным. Например, взять новеллу «Система-Спаси-Себя-сам». Как тебе идея? — Я такое не знаю, — честно сказал пожилой тридцатидвухлетний мужчина, — кого мы будем играть? — О, тебе понравится. Я весь такой сумасшедше-сексуальный мужчина в черном, а ты праведный заклинатель в белом…. — Мне не нравится, — сразу обрубил Чу Ваньнин, — давай кого-то другого. — Хорошо. Тогда…«Магистра дьявольского культа»? — А там мы…? — Я весь такой сумасшедше-сексуальный мужчина в черном, а ты праведный заклинатель в белом…. — … — Хорошо, хорошо. Есть ещё «Благословение небожителей», там все совсем по-другому. — Пожалуйста, удиви. — Я весь такой сумасшедше-сексуальный мужчина в красном…ну в красном же, эй, чего опять драться, дослушай! А ты праведный заклинатель в бел…да понял, я, понял, всё, умолкаю. — Ладно, — у Чу Ваньнина разболелась голова, — тебе самому какое…произведение нравится больше всего? — Ой, мне нравится «Хаски и его учитель белый кот», но тебе такое явно не зайдет. — Почему? — поднял брови Чу Ваньнин. Он услышал слово «учитель» и сразу понял, что это произведение должно быть хорошим, в воспитательном духе, — кем мы там будем? Мо Жань пару секунд помялся, прежде чем прошептать: — Я весь такой сумасшедше-сексуальный мужчина в черном, а ты праведный заклинатель в белом… Чу Ваньнин закрыл лицо руками и пообещал себе вечером напиться до чертиков. — А ты сам чего хочешь? — вдруг тихо спросил Мо Жань, — давай сделаем так, как тебе нравится. — Я хочу, чтобы меня никто не узнал, — честно сказал Чу Ваньнин, — и не в белом. Глаза Мо Жаня расширились от внезапной идеи. Оставшуюся часть дня Чу Ваньнин не мог назвать иначе, кроме как помутнением разума. Мо Жань нихрена не отличался от знакомых косплееров Ши Мэя. Как только Чу Ваньнин попал к нему в руки, то его попытались сразу нарядить в девчачье. В смысле, в красное свадебное одеяние. Если Мо Жань назовет его сейчас сестренкой или, не дай боги, «женой», то может сразу прощаться с жизнью. Но Мо Жань сказал только: — Тебе некомфортно? Давай красные брюки, не юбку. Будет модерн-AU. Вот так, да, повернись. Ты очень красивый. Если Мо Жань скажет «Не зажимайся, покажи мне на камеру страсть дикой кошки», как говорят на модельных ток-шоу, то он сразу куда-нибудь эту камеру Мо Жаню засунет. Но Мо Жань сказал только: — Давай я встану вот так, чтобы тебе было удобно. Какой у тебя любимый цвет? Чу Ваньнин обернулся на внезапный вопрос и Мо Жань поймал в кадр его естественный, чуть растерянный взгляд. Оба мужчины словно вошли в транс. Чу Ваньнин слабо понимал, кого они играют. Мо Жань был Императором, он понял по внешнему виду. А кем был он сам? Не совсем женщиной, потому что костюм был мужской, хоть и красный; но и не совсем мужчиной, потому что в волосы легли тяжелые украшения, а лицо слегка прикрывала вуаль. Ему все ещё было скованно и сложно стоять перед камерой, но он выяснил одну модельную хитрость — если смотреть в глаза Мо Жаню, то его самого словно засасывает водоворот, и становится совсем не важно, что он делает. Он даже разрешил Мо Жаню расстегнуть одну пуговицу на пиджаке, а пиджак был на голое тело, так что… Мо Жань и сам постоянно смотрел ему в глаза, словно примагниченный. Он поставил камеру на таймер и был всегда рядом с Чу Ваньнином, слегка направляя его, но ничего не требуя и не вынуждая. Однако когда Чу Ваньнин расслабился и потерял бдительность, Мо Жань вдруг легко спросил: — Ты не против сделать последний кадр чуть более интересным? Чу Ваньнин кивнул, думая, что Мо Жань хочет добавить какой-то реквизит или вроде того. Но тот вдруг посмотрел на него по-другому. Хищно и зло, как голодный огромный волк. А затем притянул Чу Ваньнина к себе за талию и впился яростным поцелуем в губы. Они целовались долго, связанные какой-то невидимой магией. Чу Ваньнин этого не хотел, но его тело — хотело дико и прижималось к Мо Жаню как давно потерянная его часть. Теряя голову в этом поцелуе, Чу Ваньнин подумал, что дело не в том, что он не отдаст Ши Мэя Мо Жаню. Все ровно наоборот. Это Мо Жаня он ни за что не отдаст Ши Мэю. Не сможет их даже познакомить, даже на миг представить, что Мо Жань…что Ши Мэй… Но при мысле о Ши Мэе Чу Ваньнин вдруг протрезвел и оттолкнул юношу от себя. Он вдруг понял… — Ты что творишь? — прохрипел пересохшим горлом. — Ну так…BL же, — прошептал обалдевший Мо Жань, — это часть фотосессии. Вот как. Часть фотосессии. То есть, если бы здесь был Ши Мэй, возможно, и с ним бы Мо Жань занялся этим…BLом. Как глупо. Чу Ваньнин содрал с волос украшения и бросил их прямо на пол. Под тяжелым взглядом Мо Жаня он надел пальто поверх костюма и ушел из студии. Дома он первым делом загуглил долбанное «BL» и напился. *** Контекстная реклама — это как бывший парень. Возникает внезапно, не логично и в самый не подходящий момент. Чу Ваньнин видел Мо Жаня на каждом баннере. Казалось, весь интернет насмехается над его глупой влюбленностью и подсовывает ему именно то, что он совсем не хочет никогда видеть. Но хуже всего было то, что в рекламе стали возникать фото с их странной фотосессии. Мо Жань не обманул, он выстраивал ракурс так, что лицо Чу Ваньнина было прикрыто волосами или вуалью, его бы никто не узнал. Но этот бесстыжий мальчик даже не постеснялся взять ту фотографию с поцелуем. Хотя Чу Ваньнин уверен, что это было видео. И у Мо Жаня есть на него огромнейший компромат. Умная часть души боялась, что кто-то все-таки распознает своего учителя на фото и Чу Ваньнина уволят из школы с громким скандалом. Глупая часть души надеялась, что все узнают его на этих фото и сразу поймут, что он — с Мо Жанем и этот…косплеер только его, так что убирайте руки, двери закрываются, следующая остановка «идите нахер». Он даже зашел в блог Мо Жаня, почитав комментарии под фото. Содержание было примерно таким: «Не, ну это несерьезно, где фулл 🙄» «Тасянь-Цзюнь, наступи!!!» «Кто второй косплеер? Он такой развратный Чу Фэй! 🤤» Р-развратный? Это он, Чу Ваньнин, развратный? Чу Ваньнин уже было написал «я заслуженный учитель года, а не какой-то там «развратный косплеер», это ваш Мо Жань не имеет стыда и совести…» но «ваш Мо Жань» выглядело как-то неприятно и Чу Ваньнин не стал ничего отправлять. Он только захлопнул ноутбук и вышел из здания школы, на ходу заматывая шарф, а у ворот столкнулся с… — Где кофе? — мрачно спросил он, останавливаясь, но глядя зло и упрямо. — Какое кофе? — оторопел Мо Жань. — «Какой». Слово «кофе» мужского рода, — машинально поправил его Чу Ваньнин, — и я тоже мужчина, если ты не заметил. — Да я заметил, — растеряно сказал Мо Жань, протянув руку и стряхнув пару снежинок с шарфа Чу Ваньнина. — Если заметил, зачем тогда наряжал в эти женские тряпки? — … — Думал, смешно? Забавно? — Я никогда не смеялся над тобой, — Мо Жань вдруг покраснел, — ты мне правда…ладно, потом. Лучше скажи, что за кофе? — Ты же сам обещал, — прикрыл глаза Чу Ваньнин, — я тебе помогаю, а ты мне за это под крыло, кофе и ноги…. Он оттолкнул Мо Жаня с дороги и пошел к дому, но его, конечно, догнали и развернули. — Прости за тот поцелуй, — прошептал Мо Жань, прижимая его к себе, — я тебя поцеловал потому что ты красивый, это правда. Но сейчас я пришел, не потому, что ты красивый. В смысле, ты и сейчас красивый, но я пришел не за этим. — А зачем? — ничего не понял Чу Ваньнин и на всякий случай оттолкнул Мо Жаня подальше, — что тебе нужно? — Сам не знаю, — улыбнулся Мо Жань, — я просто читал очередную новеллу и понял, что они все-там такие придурки. — В смысле? — Они понимают, что им кто-то нравится, только когда этот «кто-то» умер. Вот я и подумал…подумал… — Подумал что? — Что, может быть, мне удастся понять пораньше? Не ждать, пока что-то случится, а сразу прийти к тебе и проверить. Нравишься ли. — Как проверять собрался? — прищурился Чу Ваньнин. — Как получится, — Мо Жань протянул ему руку, — вот, например, сейчас я понял, что мне нравится твоя некоторая…меркантильность! — Меркантильность? — это то, что Чу Ваньнин максимально не ожидал услышать. — Ну ты сам сказал, что согласен быть со мной за кофе и целования ног. Мне такая сделка нравится. — Можно и не ног, — еле слышно прошептал Чу Ваньнин. Только Мо Жань услышал. Чу Ваньнин хотел ещё что-то спросить, но его вопрос потонул в поцелуях.