Стихи от бешенства

Тэхен комкает очередной исписанный листок и не глядя кидает его в мусорку у стола. Последние полчаса он тщетно пытается дописать стихотворение, работу над которым начал еще неделю назад, но слова упрямо отказываются складываться в рифмованные строчки. Он тяжело вздыхает и в отчаянии роняет голову на руки. Дверь в комнату открывается с тихим щелчком, слышатся легкие шаги, и его плечи накрывают теплые ладони. Как всегда вовремя. — Как ты, Тэхен-а? — Чонгук наклоняется и целует чужую пушистую макушку, разминая напряженные плечи. — Все в порядке? Тэхен поднимает голову, смотрит побитым щенком, поворачивается, обнимая Чона за талию, и жалобно говорит: — Ничего, Чонгук. Уже неделю на этих чертовых листах не появляется ничего стоящего, — он поджимает губы и вяло кивает в сторону заполненной неудачными работами урны. — Думаю, тебе стоит отдохнуть. Придерживая за локоть, он поднимает Тэхена со стула, тянет за собой на кровать, усаживает к себе на колени и ласково треплет по кудрявым волосам. Они молчат, но не потому, что не имеют общих тем. Они молчат, потому что понимают друг друга и без слов. *** Терапия в лице Чонгука и его горячих губ делает определенные успехи, потому что двумя часами позже Ким выводит на новом листе:

Любить тебя, должно быть, мне необходимо До той поры, пока не перестану я Дышать чрез раз и чувствовать себя счастливым, В твоих объятиях сгорая вновь и вновь дотла.