Неделя

      В понедельник Минхо чувствует себя хорошо. Встает рано, приводит себя в порядок, завтракает и даже просит добавки. Целый день занят: сначала в танцевальном зале, а затем в тренажерном.       Во вторник появляется некоторая усталость, но Ли оправдывает все загруженным понедельником. К вечеру пьет воду больше обычного и спать ложится только к двум часам.       В среду, как бы это не было странно, он решает выйти на пробежку, хочет взять с собой Чана, но судьба подкидывает Джисона. Мысль лишний раз подразнить младшего мотивирует Минхо, и три километра он пробегает будто с крыльями за спиной. А когда позже они останавливаются в кафе и Джисон говорит, что марафон надо будет повторить, Минхо лишь сует в рот побольше еды, пытаясь скрыть улыбку.       В четверг Минхо не слышит будильник сквозь сон, а когда все-таки открывает глаза, понимает, что опаздывает на тренировку. Появившуюся слабость списывает на не проснувшийся организм и поэтому не остается дома, а придерживается графика.       В пятницу его также ждет загруженное расписание, но выбора нет. Собственный кашель он не замечает до одного встревоженного взгляда Хана.       По этой причине субботу он проводит в постели, хотя и считая себя полностью здоровым. Но ведь всегда приятно, когда о тебе заботятся? Вот и он так думает, пока Джисон прыскает ему в горло лекарство от кашля. И пускай градусник показывает 37.4, а на лбу выступили испарины. Это не важно. В конце концов Минхо уверен, что уже скоро встанет на ноги. С Джисоном любая простуда нипочем.       Только вот когда младший покидает комнату, чтобы выполнить свои дела, жар накатывает с новой силой. Минхо кутается в одеяло, жмется носом к холодной подушке, одновременно пытаясь согреть и остудить тело.       Джисон возвращается спустя два часа и, видя, что старший окончательно размяк, берется за тяжелую артиллерию. Он притаскивает коробку с разными антибиотиками и садится рядом с новоиспеченным больным. Следующие 10 минут приходится читать инструкции к препаратам. *       — Знаешь, хен, я бы хотел чтобы так было чаще, — видя обескураженный взгляд Минхо спешит дополнить, — Ну, всмысле я бы хотел больше проводить с тобой время, вот. Не думай, что я хочу смотреть как ты мучаешься, — он неопределенно крутит рукой в воздухе.       Минхо с ответом не спешит. Да и градусник во рту не позволяет.       — Без тебя сегодня было не очень, я даже отпросился на полчаса, чтобы сюда вернуться, — Джисон молчит ещё немного, а потом достает градусник. Убеждается, что температура спала и убирает его насовсем, — Чонин шутил, что можно не особо стараться. Ты ведь все равно не узнаешь.       Джисон улыбается, видя как Минхо хмурит брови.       — А теперь ты, получается, знаешь.       — Ага.       Минхо сам не осознает, что отвечает. Он смотрит на Хана и не понимает, почему тот сидит с ним. И дело даже не в том, что он может заразиться, а в том, что у остальных сейчас происходит что-то интересное. До комнаты Ли доносятся веселые голоса и смех с первого этажа. А Джисон здесь, смотрит на больного Минхо и говорит будто с ним лучше.       Возможно, Хан Джисон слишком добрый, чтобы оставить его одного - с такими воспаленными, от постоянного потирания, глазами и вялыми движениями - в совсем пустой комнате.       Возможно, Хан Джисон действительно нуждается в присутствии Минхо рядом.       И как бы эгоистично это не было, Минхо намерен пользоваться своим положением.       — Ляжешь со мной?       Ситуация выглядит коммично и неловко. Джисон укладывается слева от Минхо, специально ложиться на бок, чтобы иметь возможность видеть чужое лицо. Для удобства кладет правую руку под голову. Минхо неосознанно повторяет движение, но уже другой рукой.       Говорят, если человек влюблен, то это можно понять по его глазам. Он должен смотреть с теплотой, искренностью и решимостью. Только вот последнего Джисону не хватает.       Минхо берет все в свои руки. Он тянется к волосам Хана, едва касается и наблюдает за реакцией. Лицо Джисона похоже на солнце. Такое же яркое и ослепляет едва бросишь взгляд. Ли не боится им обжечься. Минхо опускает руку и сжимает пальцы Джисона. Сейчас ему хочется лишь одного: До побеления в костяшках сжимать чужую руку лишь бы не отпускать. Не сейчас и не когда-либо потом. Он полностью окован незримой любовью и бесполезно это скрывать.       Минхо от этого до жути неловко. Мурашки появляются на коже, когда Джисон, разнимая их замок из пальцев, проводит рукой по его плечам и спине как-бы обнимая.       Они прижимаются друг к другу ещё крепче, чувствуют биения сердец и почти одновременно произносят «Люблю». *       В воскресенье все встает на круги своя. Обычный день, который отличается от любых других разве что присутствием Хана под боком, когда Минхо ложится спать.