Hat Trick

Что делать, если твой горячий краш продолжает посылать тебе двусмысленные намёки? Вымести все свои чувства на льду! Что делать, если твой горячий краш не покидает твои мысли ни на одну секунду ни одного дня? Практикуй удары! Что делать, если твой горячий краш теперь учит группу девятилеток, как не падать лицом в лёд? Высвободи чувства на льду! У Джисона не было защитных механизмов, в которых бы не участвовал хоккей. Не имело значение то, что его старая травма снова начала возвращаться, он просто больше не мог сидеть, ему нужно двигаться, ему нужно выходить из общежития, а иначе, он боялся, что снова не сможет вылезти из кровати. Джисон заметил, как Минхо заходит на ледовую арену после его урока. Погодите, разве урок Минхо не начался всего лишь минут 10 назад? Сколько Джисон уже был на льду? Минхо окинул его обеспокоенным взглядом и подозвал его рукой к родной скамейке, там, где они могут поговорить, и Джисону не нужно будет уходить со льда. — Джисон, ты должен отдыхать. Я не хочу, чтобы ты снова ныл, как у тебя болит нога, — накануне вечером Джисон плакал Минхо в грудь от того, что у него пульсирует лодыжка, а сейчас его поймали на том, что он ухудшает своё положение. — Но… — Джисон попытался защититься. — Сонни… — Мин… — Джисон. — Минхо. — Хан Джисон. — Ли Минхо. — Пойдем со мной выпить кофе? — предложил Минхо с любящим взглядом. Это будет свиданием или просто дружеской прогулкой? Джисон предположил последнее, он не хотел оправдывать свои надежды. Весь смысл его нахождения на льду заключается в том, чтобы все его лишние мысли по поводу Минхо исчезли. — Нет, я хочу практиковаться, я клянусь, травма больше не беспокоит, — Джисон соврал и поехал за шайбой, демонстрируя свою абсолютно не пульсирующую лодыжку. — Ладно, тогда посиди 15 минут, пока я переоденусь. Я присоединюсь к тебе и позабочусь о том, что у тебя есть кто-то рядом, кто склеит тебя, когда ты неизбежно развалишься, — Минхо подождал, пока Джисон перелез через бортик и сел на неудобную лавочку отдыхать. Его лодыжка сильно опухла и болела, когда он катался, но его это не беспокоило. Его мысли мчались со скоростью ста километров в секунду, и за час его состояние скакало от маниакального до депрессивного. Ему нужно было продолжать двигаться, быть активным, он не хотел, чтобы его мысли даже на мгновение свободно блуждали в его голове. Во время перерыва Джисон осознал, что он полностью измотан. Но, не желая тратить усилия Минхо на одевание, Джисон катился вслед за старшим. — Давай попрактикуем твои пасы, потому что ты никогда не даёшь их, — проинструктировал Минхо, подбирая брошенную клюшку Джисона. — Бро, мои пасы в полном порядке, — Джисон закатил глаза, стараясь переместить свой вес на левую неповрежденную ногу. — Сонни, ты прекрасный хоккеист, — Джисон сделал удивленное выражение лица, — но ты не передаешь пассы своим товарищам по команде: это не только ограничивает твои возможности, но и портит игру остальным. Ты не можешь отбирать шайбу, сейчас мы просто веселимся, — Минхо передал шайбу Джисону, и тот поймал ее своей клюшкой и передал обратно. — Вы, ребята, просто замедляете меня, — отметил Джисон. — Из-за такого мышления ты и сидишь в запасных, — Минхо быстро дал пас, — Всё, что тебе нужно сделать — пас. — Звучит довольно легко, — Джисон отправил шайбу Минхо, попадая прямо на клюшку. — И мы дадим тебе играть. Джисон всё ещё не видел смысла, но если это означает, что он будет играть, он это сделает. Он уже забивал больше всех во время их тренировочных игр, с ним на льду они с легкостью выиграют зимний сезон. Они оставались на льду еще около тридцати минут, выполняли упражнения по атаке и защите, пока Джисон не начал терять равновесие и чувствовать привкус крови на своем языке. Джисон откатился к выходу со льда, плюхнулся на скамейку, ожидая, пока тошнота утихнет. — Ладно, Сонни, думаю, мы уже наигрались на сегодня, — Минхо подъехал и поднял руку Джисона, но Джисон не мог двигаться. Все его тело было как желе. — Ты в порядке? — от голоса Минхо только сильнее начинала кружиться голова. Джисон помотал головой и лег на лавочку. — Чувствую себя плохо. Не могу двигаться, — Минхо принес ему немного воды и помог Джисону выпить её через клетку шлема. Тошнота постепенно отошла, но боль в ноге резко вернулась, усиленная раз в десять. Когда ему стало более-менее нормально, Минхо помог ему подняться, они перебрались через бортик. Минхо, приобнимая его, помог добраться до раздевалки. Минхо положил Джисона на деревянную лавочку, сам переоделся и собрал свои вещи. Джисон смог только снять перчатки и шлем, а дальше двигаться стало слишком больно. Минхо подошел, как закончил, и начал помогать Джисону снимать его форму. Потом его подкладки под локти, дальше подкладки под плечи. Минхо присел, чтобы снять коньки Джисона. Тот снова чувствовал себя как ребенок, которому помогает завязать коньки его отец. Минхо снял его правый ботинок, вызывая у Джисона прилив боли и открывая его пульсирующую ногу. — Ты сказал, что она не болит, — изрёк Минхо. — Эм… Да, я говорил это, — Джисон решил не оправдываться, а Минхо с беспокойством осматривал его ногу. — Боже, Сонни. — Только он мне и поможет, после всего, что я сделал со своей ногой сегодня, — Джисон попытался отшутиться в ответ, пока Минхо тыкал в опухшую ногу, заставляя Джисона корчиться от боли. — Запрет на хоккей, пока это не пройдет, — Минхо показал пальцем на опухшую массу в носке. — Что? Нет? Пожалуйста, ты не можешь. Я должен играть, — дыхание Джисона усилилось, а грудь сжалась от этой мысли. Нет. Нет. Нет. Внезапно руки обхватили его лицо, и Джисон наклонился к нему. Минхо вытер его слезы большими пальцами. — Тихо, ты сходишь к врачу и вылечишься за короткое время. Скорее всего, это от того, что ты перетренировался. У нас есть четыре недели зимних каникул, — Минхо успокоил его и начал снимать коньки с другой ноги Джисона. — Но я буду не в форме, — Джисон сказал. Он не хотел терять свой прогресс. — Ты оправишься, — Минхо снял ленту, которая держала подкладки под голени на месте. — И что мне делать? — Минхо помог Джисону подняться на одну ногу, расстегнуть и снять его хоккейные штаны, прежде чем посадить Джисона обратно на лавочку. Джисон откинулся назад, чувствуя себя больше не таким утомленным. — Хм, может, будешь помогать мне учить детей? — Минхо отстегнул и снял с него большие черно-красные хоккейные гамаши и аккуратно стянул их. — Но ты сказал никакого хоккея? — наконец, Минхо снял накладки на голени, оставив Джисона в его обычных носках и хоккейном бандаже. — Ну, кататься на коньках ты точно не будешь, ты будешь ходить по льду в этой форме тренера. Ты можешь давать пасы детям, ты можешь учить их. Йенни сказал, что это ты научил его поднимать шайбу, — Минхо успокоил его, снял с него носки и отнес его в душ, где была еще одна скамейка. — У нас есть два варианта. Либо ты моешься сам, либо я тебе помогаю, — Минхо предложил, а Джисон осознал, что не может двигать своим телом достаточно, чтобы помыться. Он даже не мог стоять, из-за его пульсирующей ноги. Джисон поднял два пальца, выбирая второй вариант. Было странно, когда Минхо помог снять с него хоккейный бандаж, и Джисон первый раз в жизни был голым перед Минхо и чувствовал себя очень уязвимым. Тем не менее, Минхо принес ему чистую одежду и полотенца и тоже разделся, чтобы помочь Джисону помыться, даже не успев помыться самому. Джисон сидел на лавочке, и это означало, что ему не нужно ничего делать, ура, но это также означало, что он находился довольно близко к члену Минхо. Джисон не хотел пялиться, но он был слишком мягким, слишком близко, ему хотелось потрогать. Джисон остановил себя от фразы «не пойми меня не правильно, но я хочу сжать твой милейший член». За это на него точно доложат за сексуальное домогательство. К счастью для Джисона, он был слишком уставшим, чтобы возбудиться и снова показать свой стояк в душе. Минхо нежно помылся сам и помыл Джисона, прежде чем выключить теплый душ. Это немного отличалось от того, что представлял Джисон, когда фантазировал о нём с Минхо голыми в душе. Сейчас они просто мылись, без лишних прикосновений телами. Окей, может быть он не слишком устал и мог возбудиться. Минхо завернул их обоих в полотенца и одел, прежде чем отнести Джисона и обуть его. Когда они были готовы, Минхо предложил подвезти Джисона до его общежития, считая, что парень всё ещё не может нормально ходить. В квартире у Джисона Минхо помог ему лечь в кровать и начал прикладывать лёд, в основном на его ногу. — Ты старательный идиот, но не делай так больше! — Минхо отругал его, кладя последний пакетик со льдом на живот Джисона. — Но тогда тебе не нужно будет никого склеивать, — Джисон понимающе улыбнулся. — Я предпочитаю своего Джисона без клея, — Минхо прилег на другую сторону кровати и положил свою голову на плечо Джисона. — Я люблю своего Минхо таким, какой он есть, — Джисон пофлиртовал и наклонил голову так, что он был в 5 сантиметрах от лица Минхо. Он быстренько взглянул на розовые губы, о которых мечтал. Каковы они на вкус? Минхо проследил за его взглядом и тоже посмотрел на губы Джисона, мягко улыбаясь. Они лежали и смотрели друг другу в глаза в полной тишине, между ними были лишь чрезвычайно холодные пакеты со льдом, находящиеся на измученных мышцах Джисона. Минхо взглядом попросил разрешения. Джисон медленно моргнул, с мягким, приветствующим взглядом. Минхо приблизился и соединил их губы. Джисон прижался к пухлым губам и ответил на поцелуй, разрешая Минхо углубить поцелуй и одной рукой обхватить щёку Джисона. Они были в таком положении, пока Джисон не вспомнил, что, вообще-то, надо дышать, и не отстранился от Минхо, вдыхая кислород. Губы Минхо были мокрыми от слюны, и он пристально смотрел на него. — Я ждал этого момента с тех пор, как ты открыл свой красивый рот. — Чего? Мои ужасные подкаты сработали? — пузырь восторга Джисона лопнул, когда тот вспомнил его тупые, плохо продуманные и пошлые слова. — Да, ты что, не видел, что я стоял там, как олень в свете фар добрых три минуты, пока ты продолжал говорить фигню? — Минхо хихикнул с мягким, воздушным звуком. — Нет, я был слишком занят утопанием в стыде и попытками остановить тебя от заявления о сексуальном домогательстве, — Джисон вздрогнул, вспоминая, как он хотел провалиться сквозь землю тогда. — Ну, эти комментарии действительно были не к месту, но я сказал про заявление только потому, что я паниковал, — Минхо возразил, покраснев. — Бро, ты постоянно посылал мне странные намёки, ты очень много флиртовал со мной, но был тактильным с другими, — Джисон отметил, всё ещё пытаясь принять, что Минхо поцеловал его. Что он хотел его поцеловать и сделал это. Их чувства взаимны. — Меня интересуешь только ты, — Минхо защитился, немного обиженно. — Это ложь, я видел тебя на вечеринке, — Джисона беспокоил тот «двойник» Минхо слишком долго. — Я не хожу на вечеринки, — Минхо моргнул с непониманием. — Ладно, тогда я видел человека, очень похожего на тебя на вечеринке, — Джисон отклонил разговор. — Уже лучше, — Минхо кивнул в знак одобрения. — Могу ли я снова тебя поцеловать? — Джисон хотел сменить тему с его ревности на той чёртовой вечеринке, ведь это даже не был Минхо. — Да, пожалуйста. Джисон наклонился и поцеловал губы Минхо, пока пакеты со льдом медленно таяли и мочили его одежду. Джисон и Минхо тусовались каждый день во время каникул, ходили на свидания в кофейни, устраивали ночевки и учили маленьких гремлинов. Между всеми делами они ещё и успевали много целоваться. Джисон не был уверен, кем они были, но он был счастлив и навязчивые мысли нашли, чем себя занять. Джисон смотрел, как дети играют между собой, и Минхо выкрикивает исправления. Но Джисон заметил кое-что интересное. — Почему некоторые дети, даже несмотря на то, что они так медленно едут, не передают пас их товарищу по команде, который уже на линии, а сами пытаются забить? — Они видят «профессионалов» и пытаются повторить. Напоминают мне об одном маленьком Сонни, которого я знаю, — Минхо подразнил и ударил Джисона по плечу. — Хэй, но я реально умею забивать, — Джисон ударил Минхо по плечу в ответ. — Да, как ты забил в первую игру, — Минхо фыркнул. — Это потому что я долго сидел на скамейке запасных и мои мышцы были не разогреты. — Джисон, когда-то соперник будет сильнее. Тебе нужно научиться полагаться на своих товарищей по команде, прямо как сейчас учатся дети, — Минхо начал говорить тише. Да, он знает, давать пасы. Но он не видел смысла. Он был лучшим, и только если они дадут ему шанс, то они увидят. Его нога довольно быстро заживала в корсете, и он выздоровеет ко второй игре зимнего сезона, как сказал доктор. Его мама чуть не упала в обморок, когда услышала про его травму, но она была удивлена услышать, что у него все в порядке и даже лучше чем просто в порядке с Минхо. Минхо не был его парнем, но и не был просто другом. Они просто целовались и ходили на свидания. Джисон взглянул на его человека «целоваться-и-ходить-на-свидания» и улыбнулся. Впервые за долгое время ему было чего ожидать за пределами хоккея.