anxiety

яркие огоньки переливаются за окном, сначала это были ярко красные лучи, которые переходили в синий и обратно, моя улыбка медленно спадала с лица, после насыщенного дня. усталость давала о себе знать в виде боли в ногах, размазанным рассудком и тремором в руках. я слишком устал, стоило бы конечно принять душ, или что-то типа такого, но дай бог мне силы с кровати хоть подняться. по прежнему смотрю в окно и провожаю уходящий день. моя ладонь медленно скатывается вниз по холодному стеклу и оставляет мелкие капельки на нем. становится почему-то невозможно грустно и одиноко, словно я несколько месяцев, заперевшись дома и заблокировав всех сидел дома, не вставая с кровати, но это вовсе не так. Сатору пару минут назад улыбался мне и махал рукой, когда покидал мой дом и я запер дверь за ним, вот только что наблюдал его уходящий силуэт. или же.. сколько времени прошло с того момента? я теряюсь в мыслях и мне становится тяжело дышать. только середина зимы, а я уже ужасно устал, но я за день ведь и ничего не делал. дрожь накатывает по всему телу и мне становится не по себе, чувствую, как холодный пот каплями стекает по лбу и разбиваются о простынь. в комнате невообразимо темно, я дальше пальцев своих не вижу, что уж тут. они произвольно тянутся к лежащему рядом телефону, я вздыхаю, но никак не останавливаюсь, набираю знакомый номер и слушаю, как гудки врезаются мне в ухо, из-за чего голова начинает болеть только сильнее. я закрываю глаза и свожу брови домиком, надеясь, что долго это терпеть не придётся. на линии раздался знакомый мужской голос, который взволнованно зовет меня, я на минуту теряюсь, а потом возвращаюсь в реальность, и пытаюсь вспомнить, по какой причине я сейчас слышу голос годжо, и зачем набрал ему. -сугуру? -ты далеко ушел? - накручиваю смольную прядь на палец, прикусываю губу и щурюсь. -что-то случилось? тяжёлые вздохи раздаются на той линии, секундное молчание, и стоит бы продолжить. -не мог бы вернуться? - надеюсь, что голос мой не дрожит, иначе будет немного нелепо. мои щеки покрываются легким слоем румянца, ковыряю нервно заусенцы и кусаю губы,надеясь на положительный ответ. -ох, да, конечно, скоро буду. -спасибо, сатору. - звонок вроде бы продолжается, а вроде и гудки уже слышны, но телефон от уха я не убираю. глупо тяну уголки губ выше, и решаю встать с кровати. выгляжу уже неважно, зима все же никого не щадит. наблюдая, как снежные хлопья разбиваются о землю и постепенно покрывают голые верхушки домов. покидаю кровать и босыми ногами прохожусь по коридору, собирая волосы той резинкой, что сегодня годжо мне и подарил. открываю дверь, и первое, что вижу, так это взволнованные голубые глаза, на его белоснежных ресницах красуются пару снежинок, и морганием он их стряхивает. та белоснежная кожа покрыта легким румянцем, который уже сложно разглядеть из-за темноты ночной. сразу же чувствую, как тепло проливается по телу, и остается где-то на языке как послевкусие. всю мою усталость забирает сатору, который крепкими руками обнимает меня за плечи, спешу обнять в ответ и кладу голову ему на плечо. ловлю себя на том, что уже всхлипываю и пальцами цепляюсь на его куртку, умоляя не уходить и остаться хотя бы на ночь. - прошу, - слышу в районе уха ласковый голос и прижимаю сатору ближе к себе, вдыхаю аромат, словно не видел его лет 10, не отпускаю, уже не слушаю, хотя очень даже пытаюсь, - разговаривай со мной чаще, что беспокоит. - на этом мы заканчиваем. холод постепенно охватывает меня, проходится по ногам, пальцам и щекам. я начинаю ластиться под саторовские поцелуи и приподнимаю плечи, становится щекотно. с ним удобно и комфортно молчать, ходить и держаться за руки, засыпать на коленях, и лежа замечать, как появляется нежно улыбка на его лице, он единственный, кто высасывает всю мою тревогу и ничего не оставляет после нее, но только, когда он стоит вот так вот, рядом, нежно обнимая и расцеловывая мое лицо. я касаюсь его губ своими. они у него холодные, сухие, но очень мягкие и приятные, я закрываю глаза и наконец спокойно выдыхаю, лишь чувствую, как снежинки падают на наши лица и сразу же тают. -останусь сегодня? вслед идет конечно же молчание. беру его за такие же холодные как у меня руки, и кладу себе на щеки. -это значит да? лишь целую мимолётно в нос и ничего не отвечаю вновь впускаю его в свой дом, подмечая, что метель уже давно стихла, как и я с его приходом.