С новым годом, Вильгельм

Вильгельм устало опустился на диван. Предновогодняя суета не оставляла сил от слова совсем. У них с Гришей была традиция - Рождество отмечать вдвоём, а новый год вместе со всеми южанами. Салаты обычно оставляли на Рахима, но всеми южанами было принято решение, что оливье от Вильгельма - лучшее, как бы это странно не звучало. Поэтому Твангсте пришлось резать целый тазик оливье в одиночку, не смотря на то, что он улетит очень быстро. Иногда к нему присоединялся Гриша, но его очень быстро уводили, поэтому большинство времени он провёл в одиночестве. Из соседней комнаты доносились радостные возгласы, проводы старого года шли уже полным ходом, а сейчас постоянного движения ой как не хотелось видеть. – Вильгельм? - Из открывшейся двери показалось лицо Гриши. – Чего ты здесь сидишь один? – Да устал просто, - Улыбнулся краем губ Виля. Волжский подошёл к нему ближе, он не мог допустить, чтобы в этот праздник его возлюбленный остался один. Присев рядом Гриша обнял старшего, согревая в своих объятиях. – Задушишь же сейчас, - Пробурчал Твангсте, но из объятий и не думал выбираться. Гриша часто сравнивал его с котом, по разным причинам. Сейчас казалось, что он превратится в это мурчащее чудо и свёрнётся клубочком на коленях. Они оба обожали такую идиллию домашнего уюта. Пока в соседней комнате раздавался отсчёт от двенадцати, они просто сидели и наслаждались друг другом. "Двенадцать, одинадцять, десять" – Может пойдём к ним, пока ещё не поздно? - Предложил Гриша. – Мне и здесь хорошо. "Девять, восемь, семь" – Тут стоит вопрос, хочешь ли этого ты. – Мне хорошо, там где и тебе. "Шесть, пять, четыре" В комнате появился тишина, но она отнюдь не была гнетущей. Скорее наоборот, загадочно-романтичной. "Три, два" – Вильгельм. – М? "Один" – С новым годом. Гриша аккуратно поцеловал Вильгельма в губы. Пожалуй, это лучший новый год, который он встретил со своим любимым человеком.