Запретные чувства: порывы сердца

      Ехали в такси мы молча, я буквально чувствую наше с ней напряжение. Секса с натуралкой у меня ни разу не было, что еще больше напрягало меня. Правильно ли я делаю? Я ведь завтра сто процентов буду ее избегать. Как мне себя вести с ней после этого? Это будет только один раз? Или как? А что, если Аня узнает? Как она отреагирует? Неожиданно я чувствую, как чья-то рука оказывается на моем коленке. — Саша, я знаю, что я делаю, — Марина осторожно гладит мою ногу. Я поворачиваюсь к ней и лишь киваю головой. Зайдя уже в номер, я прикусываю губу. Сейчас нужно сосредоточиться на другом и постараться расслабиться. Я наблюдаю, как учительница, нагнувшись снимает обувь. Свою же я давно сняла. Я не могла никак оторвать взгляда от ее прекрасной пятой точки. Женщин однозначно придумал Бог. Потому что как объяснить, что все они прекрасны? Сняв обувь, Марина не успевает сказать и слово, как я притягиваю ее к себе и целую. Кареглазая даже на секунду не задумалась, а сразу же ответила на поцелуй. Он быстро перерос в агонию страсти. А платье как будто нарочно мешало и вообще казалось ненужным. Я осторожными шагами веду ее к кровати. Попутно пытаясь снять это чертово платье. — Осторожно, его нужно просто расстегнуть, — оторвавшись от поцелуя, тихо произносит Марина. После чего сама пытается его снять. Ну уж нет, я не упущу такой возможности, сделать это сама. Когда я еще смогу это сотворить именно с ней? Я подхожу к ней сзади и осторожно расстегиваю ее платье, а заодно и ее лифчик. Как только я это успешно проделала, естественно, не с первой попытки, начинаю целовать ее плечи. Услышав томный вздох, я прикрываю глаза от удовольствия. Как только платье летит вниз, возвращаюсь снова к ней и вновь целую, но уже в губы. —Вы слишком шикарны для этого мира, — тихо говорю я, когда она забирается на кровать. Я быстрыми движения снимаю с себя пиджак, оставаясь в штанах и блузке, нависаю над ней. Марина прикусывает губу, я никак не могу оторвать от неё взгляда. Всё-таки девушки с каждым годом только хорошеют. Придя в себя от столь небесной красоты, я опускаюсь к груди. Проведя языком по соску, замечаю, как тело Марины поднялось. Я улыбаюсь, после начинаю ласкать губами ее грудь. Иногда слегка прикусывая, чтобы не сделать больно, а рукой играюсь с второй грудью. Её стоны становятся уже громче. Поставив коленку между ног Марины, чувствую, как она начинает тереться об нее. Еще немного поигравшись рукой с грудью, я спускаю руку до её промежности. Даже сквозь ткань чувствую, насколько сильно она намокла. Немного убрав лишнюю ткань, слегка надавливаю на самое чувствительное место любой женщины. Марина издает громкий стон. Я целую ее в губы, нам лишний шум не нужен. Продолжая целовать ее губы, рукой начинаю выполнять круговые движения, слегка надавливая. Тело учительницы начинает извиваться подо мной. Я начинаю ускоряться, ее стоны как музыка для моих ушей становятся все громче и громче. Мне кажется, я сама скоро получу оргазм, даже без помощи рук. Приспустившись, начинаю целовать её шею, иногда нежно проводя языком до мочек ушей. — Саша, — стонет Марина, её тело двигается в такт с моей рукой, и я решаю ускориться. Учительница неожиданно забирается руками под мою блузку и цепляется в мою спину. Тяжелый вздох. Боже — это, прекрасно. Еще немного, и я чувствую, как тело Марины напрягается и из уст вылетает очень громкий стон. Я прикрываю глаза, но не останавливаюсь, лишь замедляюсь понемногу и замечаю, как её ноги начали трястись, а тело обмякло. Я потихоньку останавливаюсь рукой и целую в губы. Марина тяжело дышала. Вот интересно, она второй раунд сможет перенести? Или мне придется вызывать скорую? — Саша — это, слишком прекрасно, — тяжело дыша говорит Марина. — Готовы к следующим раундам? — я улыбаюсь. — Раундам? — Марина вопросительно смотрит на меня. Я убираю руку и нависаю над ней. — Тебе не жарко? —Немного, — на самом деле много, не очень удобно в одежде, но я не знаю будет ли ей приятно, если я даже буду просто в нижнем белье. —Так что? — Сними одежду, — спокойно говорит учительница. — Не знаю, честно. — Не могу, не думаю, что вам понравится мой вид, я все же девушка, — я тяжело вздыхаю. А после ложусь рядом с Мариной и поворачиваю голову к ней. — Но у меня же нет отвращения. Думаешь, я не видела женских тел? — Марина хихикает. — А сейчас обидно! — я надуваю губы. — Саша! Ну что ты как маленький ребенок? — кареглазая целует меня в нос. Я как-то по-детски улыбаюсь. — Вы отдохнули, — я ухмыляюсь. Я не даю ей и слово сказать, как целую ее в губы. Марина моментально поддается, я сажусь на нее сверху и быстро снимаю с себя лишнюю одежду. Оставшись в одном лишь нижнем белье. Проделываю все тоже самое, что и в первый раз, но этот раз вместо руки, сама опускаюсь вниз поцелуями по всему телу. Опустившись до бедер, целую их и быстрым движение снимаю последнюю часть ее одежды. Языком провожу от внутренней стороны бедер до укромного места. Устроившись поудобнее, я слегка поднимаю ее ноги. Как только мой язык соприкасается с чувствительной точкой, тело Марины выгибается. Я улыбаюсь. Это однозначно лучший день в моей жизни за то время, что я ее любила, буквально мечтала об этом. Выполняя круговые движения языком, стоны Марины становились все громче и громче. Иногда я помогала себе рукой, от чего тело учительницы извивалось. И вот я вновь я чувствую напряжение, ещё немного ускорившись, я слышу громкий стон. Тело кареглазой начинает расслабляться, чувствую на языке соленоватый вкус. Остановившись, облизываю губы. Я отпускаю её ноги и поднимаюсь. Любовь продолжалась по моему внутренним ощущениям еще часа два. За это время я смогла принести ей как минимум 3 оргазма. — Еще один раунд и тебе точно придется вызывать мне скорую, — тяжело дыша и улыбаясь говорит Марина. Я сажусь рядом с ней и целую в лоб. — Тогда отдыхайте, а я пойду к себе в номер, — я улыбаюсь. Как только я собираюсь встать, как меня тут же мертвой хваткой хватают за плечо и усаживают обратно, чуть не уронив. Силы в ней хоть отбавляй. — Нет, уж оставайся, — я поворачиваю голову на Марину и на секунду залипаю на ее груди. — Саша! Мне уже становится некомфортно! Я хотела бы пошутить, но вовремя решила себя остановить. Я думаю, хоть она и вымотана, но если она захочет, то в меня полетит, всё что угодно. После чего молча помогла ей надеть хотя бы трусы. —У меня нет никакой одежды, чтобы переодеться, — спокойно говорю я и ложусь рядом с ней. — Ты можешь спать и просто в одних трусах, сняв лифчик, — пожимает плечами Марина. — Ну уж нет, я в целом не сплю голая, — возмущаюсь я, обняв себя за плечи. Не хватало, чтобы она мои шрамы увидела, она так и переедет чем-нибудь меня. Во время секса ей явно было не до разглядывания меня. — Да ладно тебе! — вздыхает Марина. — Я не хочу, Марина Леонидовна, — я нарочно перешла на имя отчество. — Марина Леонидовна? После секса? Саша, тебя давно били? Так вот скоро начнут! — она ударяет меня в плечо, не сильно, но мало приятного. — Марина! Больно вообще-то, — возмущаюсь я. — То-то же! Ладно, давай спать, а то времени, — Марина начинает искать телефон на тумбочке. Найдя его, она кричит: — Бегом спать, время 4 утра, нам уже скоро вставать! Снимай давай лифчик и спать или мне тебе помочь? — учительница ухмыляется. — Нет, спасибо, — я снимаю лифчик и сразу забираюсь под одеяло. Чувствую себя очень комфортно. Как ей на утро смотреть в глаза? — Саша, расслабься, — вздыхает Марина. После чего забирается под одеяло и прижимается ко мне. Я вздыхаю и прикусываю губу. — Давайте спать, — я целую ее в лоб и закрываю глаза. От усталости я очень быстро засыпаю.        Утро начинается не с кофе. А с очень сильной головной боли. Всё тело болело. Как будто меня всю ночь били. Я открываю глаза. Я поворачиваю голову и вижу рядом с собой мирно спящую Марину. Видимо, я проснулась раньше будильника. Тогда я сколько в итоге поспала? Час? К сожалению, узнать я не могу, потому что телефон у меня так и остался в куртке. И вот что мне делать? Уходить или как? Вроде, мне ничего не мешает уйти, а с другой стороны, вроде, как-то не очень красиво. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Я осторожно встаю с кровати и одеваюсь. Пытаюсь все сделать максимально тихо, чтобы ее не разбудить, иначе проблемы настигнут меня раньше, чем я думаю. Одевшись, я подхожу к ней и целую в лоб, после чего быстрым шагом беру обувь и куртку и выхожу из номера. Уже за дверью я тяжело выдыхаю. Если бы я знала тогда 4 года назад, мне кажется я бы не поверила своим глазам и ушам тоже. —Александра Сергеевна? — услышав этот голос, я подпрыгиваю на месте. Нет, только не она. Не сейчас. Прям вообще не сейчас. Зачем? Ну за что? Я медленно поворачиваю голову и вижу перед собой Аню. На пару секунд я перестаю дышать. —Ты что тут делаешь в такую рань? — собрав воедино все мысли, я кое-как выдавлю из себя голос. —Такой же вопрос к вам, — Аня приближается ко мне и прищуривает глаза. Я начинаю оглядываться, надо куда-то отойти иначе около двери учительницы, есть шанс разбудить ещё и её. Если выйдет Марина, я буду готова провалиться сквозь землю. Земля под ногами становится слишком ватной, из-за чего я боюсь сделать даже шаг в сторону от двери. Собрав всю силу в руки, я делаю пару шагов в сторону своего номера. Оказывается, что мой номер не так уж и далеко, всего лишь надо было дойти до конца этого коридора. Я вздыхаю. Что мне делать с этими двумя, а ах да тремя. Вот тебе и Санта Барбара. И почему именно я стала участником данного круга ада? — Александра Сергеевна, — я сглатываю. Самая большая головная боль это она. Ее бархатный низкий голос и глубокие карие глаза, которые мне просто не дают спокойно ее послать и все. А может я влюбилась? Да не, ну нет. Я отказываюсь с этим мириться. — Александра, что случилось ночью? И почему вы вышли из номера Марины Леонидовны? — меня буквально кидает в холодный пот. Что мне ей сказать? Я не хочу ей разбить сердце, но и врать не хочется. Но я же с ней не в отношениях, почему меня так это мучает? Блять. Заварила я кашу, конечно. — Мы с ней отдыхали. Вспомнила прошлое, а нас очень многое связывает, — по сути своей, я даже не солгала. Наконец я снова делаю шаги вперед и вот уже не так страшно. — Отдыхали значит, —Аня задумывается. — Я любила ее очень сильно, когда училась в старших классах, но любила как учителя и человека, — сразу оговорилась я. — Вы дружили? — не унималась Аня, а я продолжала идти к заветной двери. — Ну что-то типа этого, — я скорее была её личным психологом. —Аня, иди в номер еще рано, сегодня много будем ходить, поэтому надо отдохнуть. Говорила я даже не смотря на девушку, у меня была одна цель дойти до своего номера. — Что-то с вами не так, — продолжала свои догадки Аня. У меня начинает еще больше болеть голова. Наконец дойдя до своего номера, я берусь за ручку двери и поворачиваю голову на Аню. — Я просто не выспалась, — после этих слов я открываю дверь и захожу внутрь. Слезы сами по себе начинают течь из глаз. Повесив куртку и поставив ботинки, я облокачиваюсь на дверь и сажусь, закрывая руками глаза. По сути, я сама виновата раз заварила всю эту кашу. Но как мне разобраться с этим? Я чувствую себя так будто изменила Ане, хотя на самом деле этого нет. У нас нет никаких отношений. Но почему я себя так чувствую? Еще эта Марина, блин с ней то, что мне делать? Я не позволю ей разбить мне сердце. Один раз я видела, как она плакала, мне на всю жизнь хватило. Боже, что я натворила. Лучшим исходом будет, если для Марины это был лишь эксперимент, тогда все наладится. Наверное. Боже. По-моему, оставшиеся недели практики я буду в одном сплошном стрессе.