Рождественская любовь.

Рождество ещё чуть-чуть и наступит, но Чуя до сих пор был на задании, которое дал ему Мори. Ёлку, Осаму и Накахара, договорились наряжать вместе, но второй очень сильно задерживался. Украшать именно в день Рождества весь дом — точно было не очень идеей, но эти двое всегда делали всё в последний момент. Будь то любой праздник, им надо украсить или приготовить всё за пару часов до окончания самого праздника. Хотя времени было предостаточно. Дазай сидел на кухне, попивая чай из кружки, которую ему подарил Накахара буквально пару месяцев назад, когда они вдвоём были в другом городе. Чуя был на очередном задании, а Осаму за ним поехал просто как хвостик. Куникиде он сказал, что плохо себя чувствует и ближайшие три дня на работу в агентство не выйдет, а Чуя просто не сказал Огаю, что Дазай едет с ним. Правда пришлось просить Гин, Тачихару и Хироцу, которые тоже были на этом задании, не проговориться Мори, потому что он не особо одобрял их совместные поездки с Дазаем. Что, когда Осаму ездил с Чуей, что Чуя ездил с Осаму везде где только мог. А кружку рыжеволосый предложил в качестве подарка для Дазая, когда они уже шли к поезду, чтобы поехать обратно в Йокогаму. Парни проходили мимо огромного торгового центра, а Чуя, который замечает любые яркие вывески, увидя вывеску «Сувениры для близких» сразу свернул с дороги, и пошел внутрь помещения. — Эй, куда ты? — крикнул Дазай в след Накахаре, на что рыжий отмахнулся и уже открывал дверь в магазин. Осаму молча ждал его на входе. Чуя вышел на улицу и схватил шатена за запястье. На что тот, пребывал в недоумении, но не сопротивлялся. Накахара подвёл его к стенду с кружками, и отпустил его запястье. — И? — Дазай озадаченно смотрел на рыжеволосого. — Ну, выбирай любую кружку, это будет моим подарком для тебя. Осаму приподнял бровь. — Мне не послышалось? Подарок? — удивленно спрашивал парень. Они часто делали подарки друг другу, но чаще всего это были подарки на праздники, а тут никакого праздника нет. Подарок.. просто так? — Чертов идиот, — прошипел Накахара, — я просто хочу тебе сделать приятный подарок, а ты тут в чём-то удивляешься. — Мне казалось, что приятный подарок ты сделал вчера вечером, в номере отеля. — Дазай сделал наигранное, задумчивое лицо, при этом сказал это довольно громко. Да так, что стоящая рядом пожилая пара странно зыркнула на них и отошла подальше. — Кретин! — выкрикнул Чуя, — выбери уже эту долбанную кружку. Парень усмехнулся и выбрал кружку с черной надписью «Здесь могло бы быть вино» с нарисованным бокалом рядом. Он взял кружку и передал её Накахаре. — Извини, ну уж очень она мне нравится, — Осаму вновь усмехнулся и направился к кассе. Чуя сказал ему в след что-то явно оскорбительное, но Дазай уже не слышал это. С магазина они вышли вместе и рыжеволосый отдал в руки Осаму кружку со словами: — Надеюсь, когда ты будешь пить из неё, то подавишься. Пока Дазай вспоминал, как Чуя подарил ему эту кружку, то услышал звуки открывающихся дверей, звон ключей, и конечно же недовольного Накахару. — Боже, Осаму, где тебя, блять, носит. — Проворчал Чуя пока снимал обувь. Дазай встал с стула, на котором сидел последний час, и направился прямиком к Накахаре. — Что ты так долго? — недовольно спросил рыжеволосый. — Вспоминал всякое. Но у меня к тебе такой же вопрос, — Осаму взял пакеты с продуктами из рук Чуи, пока тот снимал своё чёрное пальто и обувь. — Чуя. — Дазай сказал это чуть громче, чем говорит обычно — приглушенно, со спокойствием, выдержанно. — Не начинай. Когда мне действительно будет холодно, то я оденусь теплее, но сейчас ещё тепло. И что бы ты не говорил, я продолжу носить это пальто, — сказал Накахара снимая с головы шляпу. — И будешь продолжать носить эту отвратительную шляпу. — Проговорил Осаму уходя на кухню. Чуя поменялся в лице. — Ублюдок. К твоему сведению.. Парень не успел договорить, как его перебил Дазай с кухни: — Ещё меня всегда интересует вопрос: где ты берешь эти безвкусные шляпы? У тебя настолько нет вкуса? — На секундочку, эти шляпы мне отдает босс. Ты сам знаешь это правило. — Чуя зашёл в гостиную, — идиот! Иди сюда. — Что уже у тебя опять случилось? — Осаму подошел к двери в гостиную. Чуя оглядел комнату и повернулся к шатену. — Щас у тебя что-то случится. Кретин! — Накахара напрыгнул на Дазая и начал в «шутку» бить его. Осаму перекинул рыжеволосого к себе на плечо, и из-за этого он был обездвижен. — Отпусти! Идиот. — Брыкался тот на плече Дазая. — Отпущу, когда ты передумаешь бить меня. Я не люблю боль. — Осаму дошёл до их спальни на втором этаже, и бросил Накахару на кровать, упав рядом. — А будто бы я не вкурсе. Тоже мне новость. — Посмеялся Чуя. — А вообще ты правда идиот, я тебя просил украсить хотя-бы в гостиной всё. Ну, хотя-бы ёлку! — Накахара облокотился на свой локоть, продолжая смотреть на Дазая. Парень же удивленно посмотрел на Чую. — Ты просил?.. Я думал мы вместе вечером всё украсим. Осаму действительно не помнил, чтобы рыжий говорил ему такое. Чуя положил ладонь себе на лоб и встал, он оглянулся на всю спальню. Мало того, что у них осталось четыре часа до прихода гостей, так у них ещё ничего не убрано в доме и даже не украшено. Накахара глянул на Дазая, а потом направился на кухню первого этажа. — Если ты не встанешь в течение десяти секунд, то я тебя действительно изобью, — воскликнул рыжеволосый с кухни, из-за чего его было плохо слышно, но Осаму все же услышал это. Именно по этому, Дазай лениво встал с кровати и направился на кухню. Там Накахара объяснил, что решил позвать всех с агентства и мафии к ним в дом, ведь нужно иногда мириться. На что Осаму сказал, что Чуя сам в конфликте, даже с воздухом, не считая уже агентства, но потом и получил за это от рыжего. Дальше он объяснил, что нужно сделать по дому: убраться, украсить ёлку и комнаты, приготовить еду на определенное, приличное количество человек, когда Накахара сказал это, то Осаму чуть ли не подавился чаем, который уже давным-давно остыл в подаренной кружке. — Сколько? Ну и зачем? — с любопытством спросил Осаму. — Как это «зачем»? Вспомни, когда последний раз к нам приходили хотя-бы Ацуши с Акутагавой. Вот! Даже я не помню, — проанализировал Чуя. — Конечно ты не помнишь. А я помню. Это было три месяца назад. Ты притащил их двоих, сказав, что «сегодня праздник день встречи со старыми друзьями». Забыл об этом? — напомнил Осаму. — Я до сих пор помню, как Акутагаве стало плохо, когда ты назвал праздник, ради которого мы встретились. — Ну это было очень давно! Тем более раз уж рождество, то почему бы не позвать. — Абсолютно всех, да? — продолжил шатен. — А чего ты уж тогда не позвал «Гильдию»? Или вообще Фёдора с Николаем? — буркнул Дазай. Накахара слушая это всё поменялся в лице и опустил голову. — Ты прав. Наверное, надо было с начала спросить у тебя и поинтересоваться. Если хочешь я могу отменить приглашения для всех, — он огорчённо выдохнул и направился к выходу из кухни. — Ну стой. — Осаму перехватил руку Накахары и остановил его на месте, — я не против, и поверь, даже не обижаюсь. Мне всё равно придут они или нет, главное, что ты будешь рядом, Чуя. — Осаму встал с места и обнял рыжеволосого.

***

— Вот, блять, любимая гирлянда перегорела. — Выругался Чуя на весь дом. — Боже, ну это же не последняя гирлянда в нашем доме, — сказал Осаму, вешая очередной шарик почти на самый верх двухметровой ёлки, стоя на табуретке, которая стояла на ещё одной табуретке. — Ты не понимаешь. Это была моя любимая! — ответил парень. — Не волнуйся, на рождественских выходных поедем и купим специально такую же для следующего рождества, — отозвался Дазай, спускаясь с несчастных, шатающихся табуреток. Чуя кивнул ему с улыбкой. А после перевёл взгляд на ёлку и вскрикнул. — Осаму! Господи, придурок. Ты не видишь что-ли? Эти два золотых шарика висят рядом. Перевесь или поменяй на красный. — Да твою ж мать, я заебался с этой ёлкой! — недовольно крикнул он. — Снова что-то не то. Может мы просто выкинем эту ёлку? Было бы в разы проще. — Констатировал Дазай, и вновь перешагивая с дивана встал на две табуретки, чтобы перевесить шар. — Или я тебя выкину. Перевешивай давай. — Любезно отозвался Чуя. Пока Накахара развешивал гирлянду вдоль шторы уже на третьем окне, то Осаму все это время менял расположение шаров, ведь каждый раз Чуя говорил «Не, я имел ввиду этот шар туда, а вот тот повыше. А эти два вообще замени, у них цвет отличается. И вот тот шар повесь на пару сантиметров ниже, он слишком близко весит к этому шарику». Чуя успешно закончил развешивать гирлянды на окнах и мишуру на поручнях лестницы, так же он успел приготовить целый стол, благо кулинарные способности у него намного лучше, чем у Осаму, и когда он увидел, как страдает Дазай уже третий час, решил добровольно «помочь» ему. — Слезай уже, бытовой инвалид. Что бы ты делал без меня? — Осаму молча спустился с шатающихся табуреток на диван, и передал Накахаре два шарика, и сам он с утомительным вздохом завалился на диван на котором только что стоял. — Чибиксик, эх, знал бы ты, как я устал, — Дазай вновь выдохнул, и разложив руки вдоль двух сторон дивана, он нащупал ту самую сломанную гирлянду, парень взял её в руки и начал осматривать, — Чуя, а как думаешь, на гирлянде можно повеситься? — Только попробуй совершить попытку самоубийства в Рождество. Когда я тебя в семнадцать лет вытаскивал с петли, то это было не из приятных моментов. Знал бы ты, как я тогда переживал, то умер бы в серьёз. — Чуя повесил последний шарик на ёлку и спустился вниз. Накахара лег рядом с Осаму на не заваленную часть дивана украшениями. Дазай положил сломанную гирлянду назад, а после положил свою руку за голову Чуи, второй рукой он уже взял руку рыжеволосого. Накахара же перелёг прямо на грудь шатена и вытянулся вдоль дивана. Они молча лежали и каждый отдыхал друг другом от этих трёх часов. Им для отдыха хватало просто обняться и уже быть счастливыми. Они могли только поцеловаться и уже каждый чувствовал себя неодиноким. — Ну что же, осталось только помыть полы и протереть пыль. Второе на тебе. — Резко встал и сказал Чуя. — Ну ненаглядный ты мой, зачем же ты встал? Мы так хорошо обнимались и лежали, — жалобно протянул Осаму. — Через сорок минут начнут все приходить, а у нас все еще бардак и мы до сих пор не переоделись. Но, чтобы переодеться надо сначала убраться, так что вперёд и с ленью. — Накахара ушёл в ванную за шваброй, ведром и моющими средствами. Осаму опять с недовольством встал и ушел на второй этаж протирать пыль со всего, что видел. А Чуя мыл полы в каждом уголке. Такими темпами они управились за тридцать пять минут. Накахара обвёл взглядом весь первый этаж и довольно улыбнулся. — Вроде как, всё даже чисто. Дазай устало спустился со второго этажа и буркнул под нос что-то по типу «ненавижу праздники из-за долбанных уборок». Чуя не стал на это отвечать, зато потянулся к телефону на котором только что прозвенело уведомление. — Они не приедут, — без эмоций сказал Накахара. Осаму сразу же оживился, и уже почти сев на диван подскочил. — Что? Да они обязаны после моей этой четырёх часовой пытки приехать. Щас я им наберу, что они сюда не просто приедут, а долетят! — вскрикнул Дазай уже доставая свой телефон, но прекратил это делать, когда услышал саркастический смех рыжеволосого. — Ты правда поверил? — заливался смехом Чуя, — шутка это, шутка. Дазай кинул подушкой в Накахару, которую он естественно словил и кинул обратно на диван. После долгого смеха Чуи, он все же сказал, что Йосано написала ему, что они все будут в течение пятнадцати минут. Поэтому у парней есть десять минут на то, чтобы переодеться, поставить на стол алкоголь, достать с холодильника все оставшиеся салаты и в полном наборе ждать гостей. Осаму быстрым шагом направился на второй этаж в их комнату. Там он ещё с утра погладил себе белую рубашку и чёрные брюки, а для Чуи погладил чёрную рубашку, предварительно закатав рукава рубашки по локоть, как это любит Накахара, и погладил точно такие же чёрные брюки для рыжего, только от другой фирмы. Когда-то они купили одинаковые брюки от разных фирм, но ни один не помнил, когда и при каких обстоятельствах. Пока Чуя на первом этаже ставил салаты на стол из холодильника, Дазай переодевал свою домашнюю одежду — красный свитер с оленями, который опять-таки подарил ему Накахара, ведь сам Осаму никогда ни купит себе вещи яркого цвета, но вот от голубоглазого он носил всё и пользовался всем, что он ему подарит, и так же домашние свободные штаны чёрного цвета, которые купил себе когда-то Дазай. Осаму причесал волосы первый раз за день, чтобы выглядеть не как домовёнок Кузя. Когда шатен был в полном арсенале одет, то пошёл вниз заменять Чую, чтобы тот тоже поменял одежду на более праздничную. Теперь Осаму дополнял стол выпивкой, пока Накахара надевал рубашку и брюки, его домашняя одежда была намного заношенной и старей, ведь, как Чуя всегда говорил «если нет дыр, значит можно дальше носить» — мудро и умно, ничего не скажешь. Дома парень всегда ходил в футболках, которые уже выцвели, и некоторые рисунки практически стерлись от носки и стирок. А низ всегда был разный.. шорты, штаны и каждый раз они менялись, Дазай очень часто шутил «Чу, мне иногда кажется, что ты работаешь не в мафии, а в цехе по производству штанов и шорт, ибо, как ты их регулярно меняешь?» Накахара пшикнул свои запястья и шею духами «Jo Malone» с запахом роз, абрикоса и полыни. Казалось бы, ядерное месиво, но этот запах лишь дополнял Накахару Чую. И перед тем, как спуститься он распустил свои рыжие волосы, причесал их и перезавезал в новый хвост. Они уже оба были готовы и ждали всех, ведь Йосано вновь написала, что там небольшая пробка, почти рядом со въездом в коттеджные сектора. — Чёрт, и зачем мы так торопились? — сонливо протянул Осаму растянувшись на стуле. Накахара закатил глаза. — Не ворчи. И не засыпай, они вот-вот должны все приехать. — Кстати, — Дазай оживился и принял строгое лицо, — кто вообще должен быть? Ты же так и не сказал чётких имён. — Ну. — Чуя задумался, — смотри, Мори и Коё не смогут приехать у них «своё» настроение, Элис по понятным причинам остается с боссом, Хироцу вообще сказал, что ляжет за несколько часов до праздника, но подарок я ему уже подарил, хотя заранее и не дарят. Из мафии пригонят получается Рюноске, Гин, Хигучи и Тачихара. — А как же этот. Ну который с лимонами? — поинтересовался Осаму. — Мотоджиро? — Да! Именно. Он не приедет? — Думаю, что нет, он всегда ходит на прогулку перед Рождеством, а потом ложится спать. Я звал его, но он прямо отказался. Так. — Накахара задумался, — так.. да, из мафии они вчетвером будут. Из агентства Ацуши, Миядзава, Йосано, Кёка.. но мне кажется, что это плохая идея, тут все-таки Акутагава будет. А он бывший наставник Кёки. Осаму облегченно выдохнул и кинул улыбку. — Не переживай, надо будет и я если что, всё решу. Продолжай, кто придёт ещё. — Посмотрим. – Недоверчиво кинул рыжий, после слов Дазая, что он все решит, если надо. – Получается придёт ещё этот.. ну ваш детектив умный. — Накахара прокручивал все имена, чтобы сказать, потому что Осаму не особо хотел помогать. — Вспомнил. Ранпо! С ним ещё будет Эдгар, который был в гильдии, это по пожеланию вашего умного детектива. Вроде это всё. Дазай потянулся к тарталетке с красной икрой и съел её, на что рыжеволосый ударил его по руке, когда Осаму потянулся уже за второй. — А все остальные? Куникида, Фукудзава, Наоми и Танизаки? — непринужденно спросил Дазай у Накахары. — Куникида и твой босс отказались, а брат и сестра сказали, что хотят провести наедине этот праздник. Осаму промолчал на это. Спустя ещё одну минуту Накахаре пришло новое сообщение, но уже от Рюноске. — Пишут, что стоят у ворот. — Сказал Чуя Дазаю, который смотрел на него. Когда Накахара пошёл к пульту управления ворот у входной двери, то Осаму пошёл за ним. Чуя нажав кнопку открытия ворот, повернулся и там стоял Дазай с праздничной коробкой среднего размера, обвязанной в красную ленточку. Шатен наклонился к уху Накахары и почти прощептал: — Откроешь, когда все лягут спать. Хочу лишь один увидеть твою радость. Чуя взял коробку из рук Осаму, и встав на носочки поцеловал в губы парня. Как только он слегка прикоснулся губ Дазая, то понял, что сейчас все придут и надо унести коробку в их спальню.

***

Вся компания уже сидела за столом, и каждый подарил друг другу подарки, затратно конечно, но зато от чистого сердца. Посидев так буквально два часа, и встретив Рождество, кто-то предложил посмотреть фильм. Кто конкретно уже никто не помнил, за исключением Кенджи и Кёки, которым максимум наливали вишнёвый сок, и Ацуши, который выпил один бокал вина за весь вечер. Когда все расселись по местам, предварительно отодвинув стол, то Чуя включил фильм, который приблизительно длился около двух с половиной часов. Гин и Мичизу уже сидели под одним пледом около дивана, Гин переоделась с белоснежного платья в домашнюю пижаму, а Тачихара просто снял галстук. Накаджима и Рюноске нашли небольшое место с краю на диване, где и уснули в скором времени, Ацуши приютился на груди Акутагавы, но тот как-то был и не особо против. Хигучи и Йосано под действием алкоголя быстро подружились, что сидели вместе на одном тесном диванчике, где потом так-же и уснули на половине фильма. Изуми и Кенджи уснули на диване, под разными пледами. Ранпо и Аллан вообще сразу отказались смотреть фильм и попросили выделить им комнату, в которой они провели всю ночь. Эдогава, как обычно пол ночи ел сладкое, которое дал ему Дазай, пока По писал новый роман-детектив для того, чтобы потом попросить Ранпо попасть в эту книгу и попробовать разгадать убийцу. Одни Накахара и Осаму не уснули. А наоборот дождались субтитров в конце фильма, после выключили телевизор и ушли к себе в спальню. — Как же долго я мечтал до тебя добратся! — тихо сказал Чуя, упав лицом на кровать, пока Дазай закрывал дверь. — Ничего не забыл? — спросил Осаму садясь рядом с лежащим Накахарой. Рыжеволосый подскочил и достал подарок из гардеробной для Дазая. — Это тебе. Я не знал, что конкретно тебе подарить, но я знаю, что ты как минимум любишь чёрный чай. Не подавись, когда будешь пить его, — по доброму улыбнулся Чуя и сел снова на кровать. И вправду. Накахара подарил Дазаю набор разных чёрных чаёв, разных вкусов там было около пятнадцати штук. Осаму улыбнуло, что Чуя замечал, какой чай он пьет чаще всего. — Чу, спасибо, — Дазай обнял Накахару, а под выпитыми тринадцатью бокалами шампанского ещё и поцеловал его в губы. Но поцеловал нежно, ненастойчивого, чтобы если Чуя не хотел этого, то отодвинулся, но он не сделал этого, а наоборот проявил ещё больше инициативу. Осаму слегка отступил, ведь он ждал немного другого, — Чу, когда я говорил «ничего не забыл?», то я имел ввиду не то, что ты должен мне подарить подарок, а то, что ты должен распаковать мой подарок для тебя. — Я забыл, прости! — Накахара встал и пошёл вновь в гардеробную, ведь именно туда Чуя отнёс подарок, который подарил ему Дазай ещё несколько часов назад. Когда оба были пьяны, то их тактильность и доброта были чуть больше, чем обычно. Именно из-за этого их разговоры были несвязанные, непонятные и в каких-то местах даже милые. Накахара вынес коробку, обмотанную красной ленточкой, и положил её на кровать. — Если там секс-игрушка я тебя выкину из комнаты, — развязано сказал Чуя. Дазай улыбнулся, но ничего не ответил. Накахара начал распаковывать подарок. Сначала он снял красную ленту, спасибо, что не чёрную, а потом оторвал кусочек скотча с одной стороны, но этого хватило, чтобы достать подарок. Подарок был кружкой. Но не просто кружкой, а кружкой с заказной надписью «Дазай Осаму всегда прав». Чуя прочитал это, а после напрыгнул на Осаму. — Идиот! — говорил Накахара стараясь не шуметь, при этом сидя сверху на Дазае. — Ну это же ещё не всё, Чу. Посмотри поглубже. — Говорил шатен Чуе. Накахара вернул своё внимание к коробке, продолжая сидеть на коленях Осаму. — Ключи? От машины? Осаму... Ты дебил, зачем? Не надо было тратиться на меня. Мне стыдно принимать такой подарок, — тараторил Чуя, даже, когда был пьян. — Брось ты. Помнишь, ту тачку, которую я тебе взорвал в день своего ухода их мафии? Так вот считай, что это возмещение. — Осаму положил обе руки себе под голову, продолжая смотреть на Накахару, в то время как Чуя продолжал сидеть на ногах Дазая. Машина, которую Осаму подарил Накахаре была и вправду очень дорогой. «Maserati MC20» стоило настолько дорого, что Чуя не решил поинтересоваться тем, откуда у Дазая такие деньги. Когда Накахара и Осаму все же легли под одеяло для сна, то Дазай спросил у Чуи: — А когда мы ёлку уберем? — Как и все. В марте или апреле. — Ответил Накахара и уснул вместе с Дазаем.