Тест четвертый
17 января 2024 г., 10:00
Джисон задумался. Определенно следующий шаг — поцеловать Минхо. В качестве четвертого теста. Очевидно. Это имеет смысл, учитывая, что они почти поцеловались в библиотеке, а это значит, что Минхо хочет (или, по крайней мере, хотел) поцеловать его.
Итак, пришло время выяснить, по-прежнему он этого хочет или нет.
Ему следует быть очень осторожным в своих действиях. Одно неверное движение, и Минхо может подумать, что он ему нравится. Что, конечно, было бы нелепо. После этого им нельзя разговаривать, иначе Минхо тут же спросит, нравится он ему или нет, и весь эксперимент будет испорчен.
Они смотрят документальный фильм на кровати Джисона, ноутбук зажат между их бедрами. Фильм о гепардах, который Джисон видел бесчисленное количество раз, потому что это его любимый. Он выбрал его, прекрасно осознавая, что не будет его смотреть. Вместо этого он нервничает. Он придумал план, но ждет идеального момента. А пока он будет дразнить Минхо.
— Оуу, твои детские фотографии просто очаровательны, хён, — воркует он, когда на экране появляется детеныш гепарда.
— Ты съел клоуна на завтрак? Это так чертовски смешно, — саркастично говорит Минхо и закатывает глаза. — Не смеши меня, это явно мой двоюродный брат.
Джисон прикладывает ладонь к лицу:
— О боже, это было так очевидно. Ты заслуживаешь того, чтобы щелкнуть меня по лбу за это. — он убирает волосы со лба.
Минхо фыркает и поднимает руку, лишь слегка щелкнув Джисона по голове средним пальцем.
— Я почти ничего не почувствовал. — дуется Джисон.
Минхо удивленно поднимает бровь:
— Ты хочешь, чтобы я сделал тебе больно?
— Ну нет, но мне нужно найти способ извиниться за то, что я пропустил эту шутку.
Минхо посмеивается и ставит фильм на паузу:
— Можешь просто принести мне стакан воды?
Ох. Настал его момент.
— Будем ли мы квиты? — спрашивает Джисон, оживляясь, когда Минхо кивает. — Хорошо, я сейчас вернусь. — он встает и выходит из комнаты, направляясь на кухню.
Он открывает шкафчик, достает два стеклянных стакана и ставит их на стойку. Он достает свой телефон и просит Феликса зайти через пятнадцать минут. Именно столько времени ему нужно, чтобы набраться смелости и поцеловать его. Он подходит к раковине и наполняет оба стакана. В ответ он получает шквал поднятых вверх больших пальцев.
Окей. Пора это сделать. Он делает глубокий вдох.
— Стакан воды для мистера Ли? — спрашивает он, просовывая голову в дверь, притворяясь официантом.
— Ах, да, это я. — тут же подыгрывает Минхо.
Джисон одаривает его своей лучшей улыбкой и протягивает стакан. Когда Минхо обхватывает его рукой, младший дразнит его пальцы своими.
— И... вы часто сюда приходите? — он ставит свой стакан на прикроватный столик.
Губа Минхо дернулась вверх, его явно забавляет порно сценарий Джисона. Он заставляет свое лицо снова принять нейтральное выражение.
— Ага. А что?
Джисон мычит, кивая, когда опирается коленями на кровать:
— Потому что я бы определенно запомнил такое лицо, как у вас. — мурлычет он, приближаясь.
— Ах да? — размышляет Минхо, отрывая верхнюю часть тела от изголовья кровати и садясь прямо. Он ставит свой стакан на стол.
— Ммм, — Джисон прикусывает губу, глядя на него сверху вниз. Он поднимает ногу над бедрами Минхо, зажимая их между своими. Он садится. — Я бы ни за что не забыл.
Взгляд Минхо падает на сидящего Джисона, ухмылка не сходит с его лица:
— Тебе действительно нравятся мои бедра, не так ли? Ты не можешь оторвать от них свои руки.
— Я впервые вижу вас, сэр. Я не понимаю, о чем вы говорите. — он подавляет дрожь, когда руки Минхо ложатся на его задницу. — Итак, — шепчет он и одной рукой прижимает торс старшего к спинке кровати, склоняясь над ним. — Ты бы забыл такое лицо, как мое?
Хватка Минхо становится крепче:
— Ни за что.
— Хорошо. — рука Джисона скользит по его шее, глаза опускаются к его рту. — Не забывай об этом. — он прижимается губами к губам Минхо.
Секунду они просто прижимаются губами друг к другу, но затем Минхо целует в ответ. Джисон обнимает его за шею и кладет ладонь на спинку кровати, приоткрывая рот, чтобы углубить поцелуй. Его спина выгибается каждый раз, когда Минхо массирует его задницу, возбуждение скручивается внизу живота. Он вздыхает, чувствуя, как руки скользят ему в штаны.
— Блядь, — выдыхает он прямо в рот Минхо, когда тот сжимает его голую кожу. Он ловит нижнюю губу Минхо зубами, заставляя того застонать, прежде чем снова погрузиться в поцелуй.
Его руки блуждают по бицепсам, сжимая и растирая мышцы, и он скулит, когда Минхо напрягает под ним свое бедро. Подбираясь руками к обнаженным бедрам Джисона, он побуждает его покачивать бедрами взад и вперед, толкая и притягивая уверенными движениями. Джисон стонет в рот Минхо, член твердеет, когда трется об объект его недавней одержимости. Минхо снова напрягает мышцы, и руки Джисона цепляются за его грудь, пока он трется промежностью о ногу без помощи старшего.
— Боже мой, хён, — стонет он, когда Минхо прерывает поцелуй, чтобы присосаться к его шее, его руки вылезают из штанов, чтобы пробраться под рубашку.
— Ты такой сексуальный, Джисони, — говорит он, голос грубее, чем Джисон когда-либо слышал, отчего по его телу пробегает жар. — Твоя крошечная блядская талия.
Ответный стон Джисона прерывается звонком в дверь. Он замирает.
— Ох, черт, хён. Феликс. — он соскальзывает с ошеломленного Минхо, руки того все еще на талии Джисона.
— Что...?
Джисон торопливо пытается поправить волосы и одежду.
— Я... я уже говорил тебе раньше, что мне нужно сегодня встретиться с Феликсом. Это совершенно вылетело у меня из головы, черт. — он даже не лжет. Это вылетело у него из головы. — Я просто, эээ... мне нужно идти, — он вздрагивает, хватая бумажник и телефон, прежде чем выбежать из спальни.
Он засовывает ноги в кроссовки, а ключи в карман, действуя так быстро, как только может. Когда он открывает входную дверь, яркая улыбка Феликса на мгновение гаснет. Затем его рот медленно расплывается в широкой ухмылке.
— Ооо бо...— рука Джисона зажала ему рот.
Он выходит из своей квартиры, таща Феликса за руку, и закрывает дверь.
— Не говори ни слова. — предупреждает он, нахмурив брови и краснея от смущения — Давай пошли.
Он ведет Феликса в ближайший парк, не обращая внимания на его пристальный взгляд и слишком широкую улыбку.
— Перестань, блядь, так на меня смотреть!
— Я ничего не могу поделать! — Феликс визжит. — Ты определенно с кем-то целовался, у тебя губы все красные! — Джисон бьет его по руке, когда проходящая мимо мать бросает на них осуждающий взгляд. Его волнение не ослабевает. — Кто это был?
— Это не твое дело. — фыркает он и скрещивает руки на груди.
Феликс оглядывает его с ног до головы, подозрительно щурясь:
— Значит, это кто-то, кого я знаю.
— Пожалуйста, давай без детектива Феликса прямо сейчас. — умоляет Джисон. Ничто не ускользнет от детектива Феликса. Ты можешь молчать, а он все равно догадается, что ты скрываешь.
У Феликса отвисает челюсть:
— Это был Минхо-хён?!
Глаза Джисона расширяются:
— Как, блядь?
— Ну, то, что ты прикрыл мне рот у себя дома, означает, что человек все еще был там, а это значит, что ты доверяешь ему настолько, что он может находиться в твоем доме один. Следовательно, моим вариантом был один из твоих близких друзей. То, что ты спешил убраться из квартиры, означает, что это не тот человек, с которым ты обычно целуешься. Затем, когда ты сказал мне не говорить ни слова, это было очевидным знаком «мне стыдно за это», и затем ты сказал, что это не мое дело, и это дало мне понять, что этот человек был кем-то, кого я знаю лично. Последнее, это то, что ты не хотел, чтобы я привлекал детектива Феликса. Это означает, что ты не хотел, чтобы я знал, потому что мы уже говорили об этом раньше, следовательно, Минхо-хён!
Джисон моргает:
— Я хочу разозлиться, но, если честно, я просто впечатлен.
— Так это он! Как это вообще произошло? — взволнованно спрашивает он, подпрыгивая вверх-вниз.
Джисон стонет:
— Ликс, это действительно не то, чем кажется.
Он прекращает прыгать.
— Что ты имеешь в виду?
— Ну... — Джисон разводит руками, думая, как это сформулировать. — Мы действительно поцеловались, но не по той причине, о которой ты думаешь.
Феликс все еще выглядит потерянным.
Он вздыхает и садится на скамейку.
— Если я тебе расскажу, ты пообещаешь никому не говорить?
Феликс тоже садится:
— Конечно. — кивает он с обеспокоенным видом.
— Ладно. В общем, некоторое время назад я заметил, что все парни, которых трахал Минхо-хён, похожи на меня, поэтому я рассказал об этом Чанни-хёну. Он сказал, что это, вероятно, просто совпадение, поэтому я решил провести тесты, чтобы убедиться, что мои наблюдения обоснованы и верны. Итак, сначала мы сыграли в Вдуть или пнуть, и я перечислил нескольких людей, похожих на меня, и он вдул им всем! — он колеблется, но добавляет. — Кстати, он бы тебя трахнул.
Феликс оживляется:
— О! Я польщен, я бы тоже с ним переспал. Он действительно секси.
Внутренности Джисона неприятно скручиваются. Вероятно, потому, что мысль о том, что двое его лучших друзей трахаются, кажется странной.
— Ах хорошо. Вы ребята можете эээ...Спать. Вместе. Если хотите. Ха. Буду рад, я полагаю? — говорит он на автомате.
Феликс с удивлением изучает его лицо:
— Угу. — затем его брови хмурятся. — Подожди, так ты поцеловал его в качестве теста?
Джисон сглатывает, внезапно оказавшись не в лучшем настроении:
—…помимо всего прочего, да. Я также начал больше с ним флиртовать, но сегодня мы просто поцеловались. — он не смотрит на Феликса, его голос становится тише, чем раньше.
— Джисон, — начинает он, — это как-то странно.
Джисон хмыкает:
— Я не нравлюсь ему на самом деле, так что все в порядке, — бормочет он. —Наверное, я просто в его вкусе. Я, пожалуй, пойду, я неважно себя чувствую.
Феликс выглядит так, словно хочет что-то сказать. В итоге он просто улыбается:
— Хорошо, Сон. Увидимся завтра?
Он медленно кивает:
— Увидимся.
~~~
Они об этом не говорят. Напротив, все возвращается в норму. Ну, почти. Появилось это новое напряжение, которого не было раньше, даже когда они больше флиртовали. Но они об этом не говорят. Прошло три дня с тех пор, как они поцеловались, и даже если Джисон хотел бы сказать, что избегает Минхо, он этого не делает. Их жизни слишком переплетены, их дружба слишком важна для них, чтобы провести в разлуке даже полдня. Итак, все в порядке. — Ты придешь вечером? — спрашивает Минхо. — К Чанбин-хёну выпить? — Ага. Джисон кивает: — Ага. Ты что-нибудь принесешь? — Бутылку вина. Ты? Он мычит: — Я должен, а. Пиво? Минхо кивает. Боже, это неловко. — Ладно. Может, нам пойти вместе? — Я думаю, да. Примерно через час. — фыркает Минхо. Джисон щурится: — И ты спрашиваешь меня, пойду ли я прямо сейчас? — Похоже, тебе больше некуда идти, — он закатывает глаза, игнорируя раздраженный протест Джисона. — Давай купим пива и вина по дороге. — Конечно. Час спустя они звонят в дверь Чанбина. — Привет, ребята. — здоровается он с ними, открывая дверь. — Мы принесли напитки, — улыбается Джисон и поднимает упаковку с двенадцатью банками пива, показывая ему. — Вот почему вы, ребята, мои любимцы. — Эй! — кричит Хёнджин изнутри. — Я тоже принес напитки! — Ага-ага. Ты мой самый любимый, Джинни. Минхо поднимает бровь: — Мы последние? — Ага! — И вы самые трезвые! — добавляет Чан. Они входят, Феликс тут же прыгает в объятия Джисона. Хёнджин, Чонин, Сынмин и Чан сидят в гостиной, стол завален разным алкоголем и стаканами. — Не могу поверить, что вы начали пить без нас. — ворчит Минхо. — Мы почти не пили! А еще, — Феликс свирепо смотрит на них, грозя пальцем перед их лицами, — мы играем в алкогольные игры. Не пытайтесь ускользнуть. Минхо закатывает глаза: — Да, да. — Что у тебя на уме, Ликси? — спрашивает Хёнджин, прижимая к себе недовольного Чонина. Он ухмыляется, и что-то в этой улыбке так и кричит: «Вы попались». — Мы играем в Правду или действие. Варианты алкоголя — водка, текила или вино. Раздается коллективный стон. Вот так группа из восьми взрослых друзей оказывается вовлеченной в юношескую игру Правда или действие. Никто не может сказать «нет» Феликсу, и это проблема. — Сынминни, ты первый. — говорит дьявол, в образе симпатичного веснушчатого мальчика, с обманчиво милой улыбкой. Его первая жертва вздыхает: — О, конечно. Чанни-хен, правда или… Боже, я не могу поверить, что собираюсь это спросить. — бормочет он. — Правда или действие? — выдавливает он. Чан хихикает: — Действие. Сынмин хмыкает, размышляя. Затем он начинает смеяться: — Я знаю. — О нет. — Я предлагаю тебе выйти на улицу и сказать первому встречному человеку, что он прекрасен. Если это женщина, назови ее «нуна», а если мужчина, назови его «оппа». — Я блядь ненавижу тебя. — Это так здорово! — Хёнджин заливисто смеётся. — Делай, делай, делай. — скандируют все в унисон, оказывая давление на Чана. — Я блядь ненавижу вас всех. — стонет он, прежде чем встать. Чанбин вскрикивает: — Погнали! Ворча, Чан направляется к двери, остальные следуют за ним по пятам. Они ждут снаружи секунд тридцать, прежде чем мимо проходит старик, заложив руки за спину и сгорбившись. Он идет медленно. Потому что он старый. Очень старый. — Ты, должно быть, шутишь. Сынмин громко смеется: — Да ладно, Кристофер. Иди и очаруй его, вы примерно одного возраста. Снова застонав, он подходит к мужчине и осторожно похлопывает его по плечу: — Извините? Старик медленно поворачивает голову, глядя на Чана усталыми от возраста глазами, морщины показывают, сколько лет ускользнуло у этого человека из-за неумолимого течения времени. Он такой старый. Чан хочет умереть. А этот мужчина выглядит так, будто может это сделать в любой момент. — Ты прекрасен, оппа. Оппа Чана не удивлен. Он бросает на Чана самый душераздирающий, разрывающий сердце, выворачивающий внутренности осуждающий взгляд, и медленно уходит. Чан не думает, что он когда-нибудь снова станет прежним. Они все еще смеются, сидя в гостиной Чанбина. — Мастер Угвэй выглядел так, будто ты только что насрал в его гребаной гостиной, о боже, — хрипит Джисон. Чан бросает на него свирепый взгляд: — Окей, Джисон. Правда или действие? Все еще посмеиваясь, Джисон отвечает: — Правда. Я ни за что не сделаю ничего подобного. Он закатывает глаза: — Ух, ладно. Дай мне подумать. — он смотрит в потолок, напевая в раздумьях. — Кого ты последний раз целовал? Мозг Джисона отключается. Он определенно больше не смеется. Избегая смотреть на кого-то определенного, он быстро наливает себе шот текилы. — Хан Джисон идет прямо за текилой, — радуется Хёнджин. С покрасневшими от смущения щеками Джисон проглатывает шот одним глотком. Он высовывает язык, корча гримасу: — Блех. — Хорошо, — пожимает плечами Чан. — Ты следующий. Вытирая лицо, Джисон спрашивает: — Хёнджинни, правда или действие? — Действие. — Покажи нам свой член. Хёнджин становится на одну стопку водки пьянее. — Надо было начинать с Я никогда не, — говорит он, качая головой. — Ликси, ты готов. Правда или действие? — Действие, — говорит он, не колеблясь ни секунды. — Сделай пятьдесят отжиманий. Феликс раздраженно щурит глаза: — Я физически не могу этого сделать. — Тогда пей! — Хёнджин усмехается. Феликс тоже берет водку но не раньше, чем показывает фак: — Хорошо, Сынминни. Правда или действие? Сынмин вздыхает: — Правда. Феликс злобно улыбается: — Какой у тебя самый большой кинк? — Неа. — он немедленно выпивает шот вина. — Чанбин-хён, вперед. — Действие. — Позвони какому-нибудь случайному человеку и расскажи ему о своей самой большой фантазии. Чанбин бормочет: — Чт... как тебе вообще в голову приходят такие вещи?! Сынмин пожимает плечами: — Достань свой телефон. Я скажу тебе, когда прекратить прокрутку. Открыв контакты, Чанбин начинает пролистывать вниз. — Стоп. Он качает головой: — Неа. Нет. Точно нет. Это моя мать. — он выпивает рюмку текилы, остальные смеются на заднем плане. — Хён, — он кивает в сторону Минхо. — Правда или действие? Минхо, кажется, колеблется: — Правда, — говорит он наконец. Поднеся руку к подбородку, Чанбин оглядывает комнату. Его взгляд останавливается на двух людях. — С кем бы ты предпочел переспать с Хёнджином или Ёнбоком? Джисон чувствует, как его улыбка начинает исчезать. Он знает ответ, и он ему не нравится. Это было бы странно. — Эй! — Хёнджин скулит. — Почему я? Минхо усмехается: — Не волнуйся. Я выбираю Ёнбока. — он многозначительно шевелит бровями. Раздается коллективное «Ооо». — Ох, правда, хён? — Феликс мурлычет, кокетливо прикрыв глаза. Джисон чувствует, как в животе образуется пустота. Ему не нравится, насколько Феликс этим увлечен. — Ты сексуальный. — говорит он, пожимая плечами, оправдывая свой выбор. Сексуальный. Это слово он использовал, чтобы описать Джисона, когда они целовались. Чан одобрительно свистит. — Я бы позволил тебе трахнуть меня. — усмехается Феликс. Ты такой сексуальный, Джисони. Ему внезапно хочется плакать. Игра больше не такая смешная, и в голове у него все перемешивается. Он хочет домой. Он почти уверен, что Минхо задает Чонину вопрос, но не слушает. Он пассивно наблюдает за всем, выпивая только тогда, когда его заставляют сделать что-то, чего ему не хочется. В какой-то момент кто-то предлагает Минхо поцеловать Феликса. Он не помнит, кто это, он сосредотачивается только на том, как Минхо подходит к Феликсу, обхватывает ладонями его лицо и прижимает их губы друг к другу. Он видит их языки, их руки и их улыбки, когда они отстраняются друг от друга. Остаток ночи проходит как в тумане.~~~
— Ты идешь, Джисон? — Минхо спрашивает, когда пора уходить. О, верно. Они возвращаются домой вместе. Джисон уже не уверен, что хочет этого. — Хм. — грустно хмыкает он, игнорируя растерянный взгляд, который бросает на него Минхо. Все они благодарят Чанбина и прощаются с ним, и все семеро уходят вместе. Ночь не слишком холодная, алкоголь согревает и приятно кружит. Все они живут в нескольких минутах ходьбы друг от друга, им никогда не нужны такси, они всегда возвращаются большой группой. Чан уходит первым, всего в трёх минутах ходьбы от дома Чанбина. Когда их остаётся шестеро, Чонин отпускает глупый комментарий. — Феликс-хён и я уходим следующими. Минхо-хён, дай мне знать, пойдешь ли ты с нами домой и нужно ли мне сделать остановку, чтобы купить наушники с шумоподавлением. Минхо и Феликс хихикают. Джисон чувствует себя ничтожно. — Определенно не сегодня. — стонет Феликс. — Я без сил. Не сегодня. Значит в другой раз? Джисон надеется, что он шутит. Вероятно, так и есть, да? Потому что, секс может разрушить их дружбу, верно? И это было бы странно. Он бы не знал, как вести себя в их присутствии. В целом это была бы неловкая ситуация, поэтому разумнее всего было бы этого не делать. — Да, тебе определенно нужен отдых. — ухмыляется Минхо. Громкий смешок Феликса заставляет Джисона съежиться.~~~
— Что случилось? — спрашивает Минхо, как только они добираются до его дома. — Ты был тихим всю ночь. Сбрасывая куртку, Джисон бормочет: — Ничего. Я просто тихий. — Эээ, нет, это не так. — Минхо скидывает обувь и следует за Джисоном на кухню. — Ты никогда не бываешь просто тихим, — цитирует он — Ты молчишь, когда тебе грустно или тревожно. — Ну, разве ты не эксперт по языку тела? — саркастически размышляет он, наливая себе стакан воды. Глаза Минхо вспыхивают: — Почему ты показываешь мне свое отношение? Ты так не делаешь. Мы так не делаем. — Я, блядь, не знаю, хён, — раздраженно говорит он. — Ты можешь просто оставить меня в покое? — Джисон закрывает кран и идет в гостиную, задевая при этом Минхо. От остатков алкоголя в крови слегка кружится голова. Это раздражает. — Джисон. — его голос суров, и Джисон вздыхает, останавливаясь и поворачиваясь спиной к Минхо. — Что за хуйня с тобой происходит сегодня? — Со мной все в порядке! Ты делаешь большую, блядь, проблему из ничего, и я просто прошу тебя отъебаться! — рявкает Джисон, оборачиваясь. Он видит, как дергается бровь Минхо. — Ты действительно начинаешь меня бесить. — Тогда почему бы тебе не пойти к Феликсу, если я тебя бешу?! Он развлечет тебя гораздо лучше, чем я, верно? Раз уж вы так увлечены друг другом! Когда он заканчивает последнее предложение, становится тихо, и сердитое выражение лица Минхо сменяется чем-то более мягким, а затем переходит в замешательство. — Так это все потому, что ты... ревнуешь? Джисон моргает, ошеломленный от гнева: — Что? — Ты ревнуешь, — повторяет он. — к Феликсу. — Это не так, — медленно произносит Джисон. — С чего бы мне вообще ревновать? Минхо смотрит на него с любопытством: — Ну, ты только что упомянул его, не так ли? Сказал, что с ним мне будет лучше, чем с тобой. Джисон смотрит секунду, открывая, закрывая и, наконец, снова открывая рот: — Я сказал это, потому что вы двое явно хотите переспать друг с другом. И типа, — он неловко почесывает руку, — ты бы предпочел заняться сексом, чем тусоваться со мной, — бормочет он. — Итак, — тянет он. — Ты ревнуешь, потому что я уделял внимание ему, а не тебе. — Я не ревную! Минхо пристально смотрит на него сверху вниз. — Ревнуешь. Лицо Джисона теплеет: — Неважно, — фыркает он. — Ты бы тоже ревновал, если бы я начал сближаться с кем-то, кроме тебя! Предполагается, что ты мой лучший друг. Приступ собственничества заставляет Минхо кривить губы: — Я бы ревновал, да, — пожимает он плечами. — Но я думаю, что есть нечто большее, не так ли? — хмурый взгляд Джисона побуждает его продолжить. — Я всегда был близок с Ёнбоком, и ты никогда раньше не ревновал. Кроме того, мы оба близки с другими людьми. — он делает шаг ближе к Джисону. — Думаю, тебя беспокоит тот факт, что я сказал, что трахну его. — Меня не волнует, что вы делаете, ребята. Минхо поднимает бровь: — Не волнует? — Нет. — Значит, тебя не волнует, что мы с ним поцеловались? — он делает ещё шаг. Джисон чувствует, как что-то неприятное подкатывает к горлу. Он сглатывает. — ... нет. — И тебя бы не волновало, если бы мы переспали? — Минхо теперь прижимает Джисона к спинке дивана, положив руки по обе стороны от него на спинку. Джисон смотрит на него снизу вверх, неестественно моргая: — Я... Минхо хмыкает: — Ты? Воздух тяжелый, Джисон не думает, что сможет говорить. Его это не волнует. Это их жизнь, они могут делать все, что захотят. Просто было бы немного обидно, если бы Минхо начал проводить с Феликсом больше времени, чем с ним, или если бы они стали друзьями с привилегиями. Было бы ощущение, что Феликс узнал Минхо на таком уровне, на который Джисон никогда не был способен. Будто он знает Минхо, которого не знает Джисон. И если бы они начали встречаться, боже. Что, если Минхо пожертвует их вечерами кино ради вечеров кино с Феликсом? Он не может этого допустить. Он ловит взгляд Минхо, скользящий вниз, и это все, что ему нужно, чтобы обнять его за шею и притянуть к себе для поцелуя. Ему просто придется целовать Минхо, пока он не сотрет все мысли о Феликсе. Руки Минхо обвивают его талию, прижимая к себе. — Не целуй его больше, ладно? — он тихо выдыхает, отстраняясь, и, прежде чем Минхо успевает ответить, их губы снова соприкасаются.~~~
Джисону нравится целовать Минхо. Ему это нравится, потому что это означает, что он не думает о поцелуе с Феликсом. И, как бонус, Минхо хорошо целуется. Это беспроигрышная ситуация. С той ночи в квартире Чанбина они стали целоваться чаще. Они проводят столько же времени вместе, но теперь Джисон знает, что может поцеловать Минхо, и им даже не нужно об этом говорить. Они могут что-то смотреть, и Джисон может бросить взгляд на Минхо, который тот сразу поймет, а дальше — они набрасываются друг на друга. Однако существует негласное правило, что это остается между ними. Так что было бы плохо, если они попадутся на глаза Хёнджина, учитывая, что тот самый большой болтун, которого они знают. Они лениво целуются на диване Джисона, его ноги закинуты на ноги Минхо, когда его телефон начинает звонить. Раздраженный тем, что их прервали, он убирает руку со щеки Минхо, чтобы вытащить телефон, закатывая глаза, когда видит, кто звонит. — Что тебе нужно, Хёнджин? — ворчит Джисон. — Что ты делаешь? Джисон вздыхает, когда Минхо касается губами его шеи. — Ничего. Я просто тусуюсь с Минхо-хёном. — он включает громкую связь и снова прижимается губами к губам Минхо. — И что вы, ребята, делаете? Его вопросы начинают раздражать. — Как я и сказал, — отвечает Джисон, — мы тусуемся. Ничего особенного не делаем. — О, круто. — в трубке тишина. Прежде чем Джисон спрашивает, может ли он повесить трубку сейчас, Хёнджин продолжает. – Тогда ты можешь открыть дверь? И Минхо, и Джисон замирают. — Что? Раздается громкий стук в дверь. Связь обрывается. — Я ненавижу Хван Хёнджина. — заявляет Минхо. Джисон стонет, вставая.: — Я убью его нахрен! — он открывает дверь. — Что ты здесь делаешь? Хёнджин сияет: — Я пришел навестить свое любимое беличье гнездышко! — На самом деле их называют дреями... — Привет, хён! — он прерывает его, когда заходит в дверь, как будто он хозяин. Он плюхается на место, которое раньше занимал Джисон. — Как дела? Минхо пристально смотрит на него: — Привет, Хёнджин. Он делает вид, что дрожит: — Что здесь с холодным воздухом? Я что-то прервал? Минхо вздыхает: — Нет, это не… — Да, — перебивает Джисон. — У нас был личный разговор, но ты не знал об этом. — он садится справа от Минхо, прижимаясь к его боку. — Итак, в чем дело? — Я быстро, не волнуйся, — Хёнджин пренебрежительно машет рукой. — Я просто хотел прийти сюда, чтобы рассказать тебе кое-что безумное. — взволнованно говорит он. Минхо и Джисон оживляются. — О, есть ли здесь драма? — Минхо шевелит бровями. — К сожалению, нет, — дуется Хёнджин. Затем он закатывает глаза. — Ты шутишь? Очевидно, я пришел, потому что у меня есть сплетни. — Да, черт возьми! Про кого? — Минхо всегда слишком волнуется, когда дело касается драмы. Джисон этого не понимает. — Это о нашем Джисони! Джисон понимает. Это о нем, так что он понимает. Он произносит слова, которые, как он думал, никогда в жизни не произнесет: — Выкладывай. Хёнджин и Минхо с удивлением поворачиваются к нему. — Что? — спрашивает он, защищаясь. — Я пользуюсь Интернетом. Я знаю терминологию. — Да, но ты, типа, сумасшедший натурал, так что это показалось странным. — щурится Хёнджин. — Сказать выкладывай делает тебя геем!? — Я просто сказал. А теперь слушайте внимательно, — говорит он, жестом подзывая их поближе, Джисон еще сильнее прижимается к Минхо, а Минхо вообще не двигается. — По дороге сюда я встретил Чеён и... — Подожди, подожди, подожди, — перебивает Джисон. — Какая именно Чеён? — Ли. Та, которая тебе нравится. — затем Хёнджин наклоняет голову. — Подожди минуту. Разве все твои бывшие подружки и девушки, которые тебе нравились, не были Ли? — Что ты… — Твои бывшие подружки Ли Бора, Ли Мина, Ли Минён и Ли Юна! А потом тебе понравились Ли Минджи, Ли Соён, Ли Кёнын, а теперь и Ли Чеён! — Хёнджин смеётся. — Чувак, у тебя серьезно есть типаж, да? Да, да, Чан не нужен. Джисон видит иронию ясно как божий день. — Черт, я на самом деле никогда не замечал, — говорит он. — Это вроде как круто, я хочу сохранить эту тенденцию. — он чувствует, как напрягается Минхо. — Что ж, — продолжает Хёнджин, — сегодня твой счастливый день, потому что угадай, кто остановил меня в коридоре, чтобы спросить о тебе? — Заткнись. — Мисс Ли Чеён собственной персоной! — Ты лжешь, — говорит он, садясь и отодвигаясь от неподвижного тела Минхо. — Я не лгу! — Хёнджин счастливо улыбается. — Она сказала мне, что слышала от кого-то, что она тебе нравится, и она тоже считает тебя милым! Поэтому она дала мне свой номер, чтобы я передал его тебе. — он вытаскивает из кармана листок бумаги. — Вот. Джисон моргает, глядя на аккуратно написанный номер телефона. — Ох. Вау. Это действительно… неожиданно. — пару недель назад он был бы на седьмом небе от счастья, с пеной у рта пересказывая эту информацию. Но теперь он удивлен тем, как мало это его, кажется, волнует. — Не за что, — улыбается Хёнджин, вставая. — Я быстренько схожу в ванную, а потом не буду вам мешать. — Оки, Хёнджинни! — Джисон улыбается. Как только дверь ванной закрывается, он поворачивается к Минхо, его улыбка превращается в самодовольную ухмылку. Минхо приподнимает бровь: — Он писает, чаги. — Так что нам лучше поторопиться, — говорит он, немедленно притягивая Минхо для поцелуя. Он тянет слишком сильно, и Минхо падает на Джисона, прижимая руки рядом с головой. — Детк... — он прерывается, потому что Джисон запускает руку в его волосы и тянет. Минхо ахает, и Джисон использует это как шанс проскользнуть языком в его рот. — Я хочу тебя, — шепчет он. Минхо смотрит на него сверху вниз, его глаза темнеют, он наклоняется для еще одного поцелуя. Он обхватывает ладонями лицо Джисона, их губы приоткрываются, чтобы языки могли исследовать рты друг друга. Одна его рука опускается, скользит по боку Джисона и сжимает его бедро. Джисон задыхается, открывая рот, чтобы что-то сказать, но замок на двери ванной гремит. — Ох, бля... — они быстро садятся прямо, делая вид, что ничего не произошло. — Было так здорово пописать. — радостно говорит Хёнджин. — Я пойду, сейчас! Джисони, не забудь написать ей, ладно? — ворчит он. — Ага-ага. Пока-пока! — Увидимся на тренировке, Джинни, — улыбается Минхо и машет рукой. — Увидимся! — И дверь захлопывается. Джисон снова поворачивается к Минхо, ожидая продолжить с того места, на котором они остановились, но глаза Минхо прикованы к брошенному листку бумаги на диване. Он откашливается. — Итак. Ты типа собираешься написать ей? — Хм? — Чеёни. — он поднимает бумажку. — Похоже, ты ей тоже нравишься. Это круто. Джисон медленно кивает: — Ага. Круто. Но я не думаю, что сделаю это.— пожимает он плечами. Минхо приподнимает бровь: — Почему нет? Я думал, она тебя заинтересовала. — Не знаю, мне не хочется. — он прижимается к Минхо. — Я думаю, что забыл ее. Минхо с любопытством смотрит на него и закидывает руку ему на плечо. — Хорошо. Джисон смотрит на него и улыбается: — Да. — он вытягивает губы для поцелуя, и Минхо наклоняется, прижимаясь к ним.♧♧♧
Ли Минхо хочет трахнуть меня? Тест первый: Вдуть или пнуть - Чхве Ёнджун: пнуть («не в моем вкусе») - Хан Хёнджун: вдуть - Брэд Питт: вдуть (молодой Брэд) - Брэд Питт: пнуть (сегодняшний Брэд) - Гу Гуниль: трахались три раза (!!!) - Хван Хёнджин: пнуть («близкие друзья») - Хан Ёнхён: вдуть - Бан Чан: пнуть («близкие друзья») - Ли Феликс: вдуть («на удивление мой тип») - Ян Чонин: пнуть («младший брат») ТЕСТ ОДИН ПРОЙДЕН Тест второй: расспросить окружающих о его типаже - Ниже его (ДА) - Младше (ДА) - Симпатичный (😎) - Большие глаза (ДА) - Большая задница (ДА) - Тонкая талия (ДА). - Тот, с кем он смеется (ДА) - Тот, с кем он совпадает (ДА) ТЕСТ ДВА ПРОЙДЕН Тест третий: флирт Милая реакции, краснеет, заикается, пару раз посмотрел на мои губы, стал больше флиртовать со мной, больше прикасаться ко мне. ТЕСТ ТРИ ПРОЙДЕН Тест четвертый: поцеловать его
Примечания:
Ну как вам? Градус все повышается, как думаете будет ли пожар в следующей части?
