Я близко к твоим границам

      СССР не любил США из-за наглого характера. Америка усмехался над ним, а порой прикасался до него. Союз морщился от рук Аме. Противно и мерзко. США веселила реакция Союза. СССР хотел ударить наглеца по роже, но он сдерживал эмоции и силу — прекрасно понимал, что результат будет плаченным.       Союз находился в кабинете и рассматривал документы. Всё ничего, но к нему заглянул гость, которого Союз не хотел видеть. «Званный гость» игриво улыбаясь, подошёл к Союзу сзади и положил руки на плечи.       — Ну, здравствуй, Союз, — ядовито шепнул в ухо капиталист. Союз, услышав знакомый ядовитый голос, испугался.              — США, напугал. Придурок, — чуть ни крича, сказал красноармеец и убрал руки Аме.       — Испугался, my dear? — усмехнулся Мурик. — Не бойся, друг, я тебя не потревожу, — медленно и нежно прошёлся пальцем по груди СССР. Красноармеец закрыл глаза и сморщился. Прикосновение жалили. США ядовито усмехнулся и положил руку на лицо СССР. Союз убрал руку с лица.       — My friend, я ближе к твоим границам, — шептал в губы Аме. СССР сморщил лицо. — Мне нравится, когда морщишься, — поцеловал в губы. Союз оттолкнул капиталиста и обтёр рукой.       — Гадость какая, — отплёвывался СССР. США положил голову на плечо СССР.       — Да, отцепись от меня, — вертелся коммунист.       — Я же говорил тебе, что я ближе к твоим границам. От тебя я не отстану, — гипнотизировал США.       — Придурок, — выругался красноармеец и толкнул Аме. СССР сел на диван. Мурик сел рядом с красноармейцем. Союз опустил голову, чтобы не видеть наглую капиталистическую рожу. Аме нежно поцеловал в плечо, потом в шею. Союз глубоко вдыхает и выдыхает. США, поцеловав в шею, положил подбородок на плечо.       — Может ты отойдёшь от моих границ, — просил коммунист.       — Нет, my dear, я хочу видеть тебя, — поцеловал руку коммуниста США.              — Так с меня хватит, — резко встал СССР. — Пошёл вон отсюда!       — Как скажешь, my dear, — усмехнувшись, встал США и покинул кабинет. Союз ненавидел Аме за наглость и хотел набить морду. Но он сдерживал эмоции.