not the most true story

*** Джон приволок какие-то «обрубки саркофага»-так их называла девушка. Он был не щедр на подробности, не всегда показывал ей свои новые изобретения. Она видела их только на чертежах. И эту вещь тоже. Маска, складывающаяся из двух половинок...по чертежам же нетрудно было догадаться, как она работает. Единственно, там, где должны были располагаться колья, была только полость. Джон приготовил всё нужное и стал приваривать какие-то гвозди, которые притащил с собой в банке. Хоффман в это время резал кожаные полоски и делал ремни, крепил на них замки и соединительные детали. -Для кого эта ловушка? -Для одного засранца. -А если конкретнее?-не унималась А., сидя на высоком стуле и наблюдая за процессом, допивая попутно кофе. -Игрок-осведомитель,-невозмутимой ответил Джон, откладывая одну готовую половину,-А., принеси-ка манекен. На твой выбор. *** *от первого лица* Что делать, я послушно поднялась и принесла этим двум манекен. Без рук, без ног, у него была только голова и туловище. Как угадала... я оставила несчастную куклу на большом столе, где работал Хоффман. Он примерил готовые ремни на менекене, одобрительно кивнул. -Ремни есть. -Замки? -Тоже. Что дальше? Джон окинул взглядом валявшиеся ремни и какие-то металлические детали - Наплечники подлатай. И доделай это,-он положил на стол чертёжик какой-то детали. Мне хотелось вмешаться и вызваться самой собирать...эту штуку, которую он поручил копу. В самом деле, до сих пор мне казалось, что я была занята чем-то важным, но завидев, что они готовят, мне показалось, что меня не воспринимают всерьёз. Сердце вновь забилось быстрее обычного, опять сбивалось дыхание, как перед выступлением на семинаре...честное слово, будь на месте Джона тот же грубиян Хоффман, я бы и бровью не повела, мне было бы пофиг, но Джон...почти что всякий раз такое случалось, когда я хотела заговорить с ним. Но я собрала волю в кулачок и промолчала...ещё бы запорола всю работу, а этого мне не хотелось. Так что я сидела и смотрела, смотрела, смотрела... *** *от третьего лица* Прошло с пару часов этой возни, когда Джон наконец объявил: -Гото-ово...-и оставил устройство на столе в гордом одиночестве. Картина маслом: девушка, выглядевшая как ребёнок в свои-то 23 года, грузный, но крепкий шатен и инженер с ироничным лицом. Троица стояла у стола, устремив взоры на очередную изощренную ловушку; на рабочем столе Джона-черноволосая кукла в строгом чёрном костюме, понурив голову, свесив свои механические ножки в маленьких башмачках, осыпанных блёстками. В комнате на несколько секунд воцарилось молчание. Марк стоял невозмутимо, лениво, Джон критически осматривал «маску смерти», оставаясь при этом бездвижным; А. уставилась глазами-пуговками на это ужасающее орудие, затаив дыхание. Как будто увидела чудо света. -Запустим это?...-робко спросила девушка. -Прошу, bite,-ответил Крамер, приглашая её поближе к столу. Марк закатил глаза и фыркнул, скрестив руки на груди. -Берегите ручки, миледи,-съязвил он. Девушка сделала вид, насколько это ей удалось, что не заметила очередной грубости. Она усадила манекен на стул со спинкой, зафиксировала его. Осторожно подняла «маску», надела её на голову куклы, закрепила ремни, установила таймер и отошла подальше... 3...2...1...щелчок, мгновение-и манекен вместе со стулом и маской грохнулся на пол. Из отверстий для рта и глаз сыпались осколки. Осколков было предостаточно...мелкие и острые, они легли точь-в-точь так, как разлилась бы чья-нибудь густая кровь...жуткое зрелище. Девушка стояла, заворожённая... -Браво, браво, браво,-похлопал Хоффман,-полагаю, я более не нужен и могу идти,-обратился он к Джону. -Да, Марк, ты свободен. Держи в курсе,-добавил он. Хоффман кивнул и удалился, оставив пару наедине. -Молодец. -Я ничего не сделала. Только убила манекен... -Всё равно, это практика. -Кстати о практике. Когда я начну собирать эти ловушки с тобой? -Скоро. Нужно ещё немного подождать. -Я полтора месяца вожусь с бумажками, я хочу...-тут она запнулась. «Нет. Нет, я не буду этого говорить, не дождётесь, господин из «Гидеона»...с вами надо очень осторожно подбирать слова». И хорошо, что она не осмелилась продолжить... -Ты хочешь что? -Ещё учиться, пожалуй...тебе виднее, когда я буду готова... -Гм... *** *от первого лица* Вот и что значит это «Гм?..», думала я, стоя в душе под еле-тёплой водой. Чёрт, он же инженер, отчего не починит грёбаную сантехнику? Столько мыслей, столько мыслей... По правде, меня в то время многое раздражало. Мне не нравился (и не нравится, ей-же) этот странный тип Хоффман, мне не нравилось, что я забросила науку, мне не нравилось, что Джон не смотрит на меня так, как смотрю на него я...с тех пор, как мои раны зажили, он почти не прикасался ко мне. За исключением случая, когда мы заснули на диване. Он никогда не трогал меня так, как мне хотелось бы...моя одержимость крепла, разум затуманивался совсем. Я искала любые пути, чтобы ему понравится, я подражала ему, как дети подражают своим обожаемым героям. Чертов стокгольмский синдром...сначала заставляет рвать кожу до костей на плечах, чтобы мне не вывернуло наизнанку череп, потом залечивает мои раны, и после всего я без ума от этого...человека.