Замкнутый круг: История страха и надежды

      Луна неторопливо отдаёт свои бразды правления солнцу, когда весь город потихоньку начинает просыпаться, а люди заниматься кто чем. Яркие лучи упрямо пробиваются в комнату, задорно играя на обоях, потолке и лицах спящих. Ёрзая на постели, Чонгук переворачивается с боку на бок и медленно открывает свои глаза, ощущая слабую, пульсирующую боль в висках и прищуриваясь от яркого света. Взгляд цепляется за человека, лежащего на другой половине кровати, и Гук осторожно приближается к нему. Мирно посапывающий Тэхён лежит на спине, его губы слегка приоткрыты, а веки слабо подрагивают. Чон задерживает дыхание рядом с ним, чтобы не разбудить и одновременно с тем вдоволь тайком наглядеться.       Кожа у Кима красивого золотистого оттенка, ровный нос и длинные ресницы. Он чертовски красив, когда его лицо выглядит таким умиротворенным и спокойным. Это побуждает всё ещё сонного Чонгука осторожно прикоснуться к нему. Его руку, словно магнитом тянет к мужчине, и он не пытается себя остановить. Если сделать это аккуратно, вряд ли Тэхён проснётся, думается ему. Поэтому без задней мысли начинает своё маленькое путешествие. Лоб, щёки, подбородок, линия челюсти. Лёгкие поглаживания подушечками пальцев приносят удовлетворение. Мягкая кожа под ними без единого изъяна, так и манит прикоснуться больше, ощутить сильнее. Чонгук касается слегка припухлых губ Кима и прикусывает щёку изнутри, стараясь отбросить навязчивое желание прикоснуться гораздо больше спящего и ничего не знающего Тэхёна.       Когда же он с титаническим усилием прекращает свои бесстыжие поползновения, Тэ неожиданно перехватывает руку, что была ещё поднята напротив его лица, и прижимает тыльную сторону ладони к своим губам. Они касаются немного шершавой прохладной кожи и Тэ блаженно улыбается. Сердце Чонгука вздрагивает, а затем ускоряется, когда он замечает на себе расфокусированный взгляд Кима, и смущённо смотрит в ответ. Мужчина тянет Гука на себя, тем самым заставляя его грудью упасть на свою, и окольцовывает спину младшего, нежно и приятно массируя кожу. И даже не верится, что теперь этот прекрасный человек — его дорогой партнёр. Это ли не счастье? Ким продолжает наблюдать за робким парнем, который не знает, как удобней улечься на нём, и прижимает к себе плотнее, наслаждаясь теплом и приятной тяжестью чужого тела на себе. Гук, наконец, заставляет отвязать от себя неловкость и опускает голову на Кима, слушая его размеренное сердцебиение и прикрывая глаза. Волшебно. Вот бы это мгновение никогда не кончалось. Чтобы они могли вот так вот лежать рядом, обниматься и больше ни о чём не думать.       Мужчина перекладывает Гука с себя на кровать, видя удивление на лице младшего, и нависает сверху, приближаясь вплотную к его лицу, чтобы вкусить его губы. Раннее утро и любимый человек рядом. Что может быть лучше этого? Вот и Тэхён не знает. Мысли не перестают восхвалять сегодняшнее начало дня, ведь оно поистине прекрасно. Его сухие тёплые губы касаются других влажных и Ким балдеет от ленивого поцелуя. Их языки медленно переплетаются между собой и кружат в невинном танце, медленно и не спеша, позволяя мужчинам вдоволь насладиться поцелуем. Чонгук мелко дрожит от приятного ощущения чужих губ на своих и это заставляет его смущаться. — Доброе утро… — хрипит спросонья Тэ, когда Гук отрывается от его губ. — Доброе, хорошо спалось? — бурчит краснеющий Чон, попадая в крепкий замок объятий. Уютно. Сердце трепещет из-за подобных нежностей. — Очень, с тобой любая ночь будет проходить приятно! — лёгкий флирт невесомо окутывает атмосферу между ними.       Но Чонгук не готов ещё к таким откровенным вещам от Кима с утра-пораньше, когда как сам Тэхён тихо посмеивается, наблюдая за только сильнее робеющим на его глазах Гуком. Парень пытается рьяно освободиться из его медвежьих объятий, а мужчина пытается как можно лучше скрыть своё довольно выражение лица. Решая не мучать любимого, он позволяет Чону быстро убежать в ванную. Такой милый. И не скажешь даже, что в самом начале Гук был таким дерзким и остроумным юношей. А в это время яростно умывающийся холодной водой Чонгук старается как можно скорее привести себя в порядок и заодно успокоиться. Нельзя же так очевидно сходить с ума по Тэхёну. Должны же они быть немного сдержанными в этом случае партнёрами… Сдержанными?! Чон Чонгук, ты, наверное, забыл, что вытворял вчера по пьяни?       Быстро пробегающий рой воспоминаний в голове ужасает бедного Чонгука, из-за чего он хватается за больную голову и тихо шипит. Вот чёрт! Точно! Вчера он был таким бесстыдным. Как Тэхён его только вытерпел? И самое ужасное, что он не помнит каким именно был их первый поцелуй. А ведь это было так важно для него! Помнит только своё невыносимое пьяное поведение, обрывки некоторых фраз и шокированное лицо Кима. Какой позор! Хуже и быть не может!       Выходя из комнаты, парень ощущает вкусный запах еды, доносящийся с кухни, и лишь сейчас понимает, каким голодным оказывается. Его желудок нещадно урчит и ноет. Аккуратно проходя на кухню, Чон замечает Тэхёна в своём кухонном фартуке и застывает от увиденного на месте. Старается быть бесшумным, чтобы немного понаблюдать за мужчиной исподтишка, и внимательно осматривает его широкую спину, скрытую под немного прозрачной белой футболкой. Мышцы спины привлекательно перекатываются под кожей с каждым движением рук и Гук сглатывает скопившую слюну во рту. Даже не верится, что этот Аполлон теперь принадлежит ему. Аж самому себе завидно стало. Ким, ощущая чужое присутствие, оборачивается назад и в упор смотрит на Гука. К себе рукой подзывает и мычит довольно, намекая на вкусный-превкусный завтрак, на который обязательно должен посмотреть Чонгук.       Тихо посмеиваясь, младший подходит к Тэхёну и аккуратно заглядывает в дымящую сковороду, ощущая во рту стремительно скопившиеся слюни и прилив бодрости из-за маняще пахнущего завтрака. Он ещё и готовить умеет. Ну что за мужчина! Ким свободной рукой приобнимает его за талию и целует в висок. Так по-домашнему. Но мысли Чонгука всё ещё бушуют в голове, заставляя её болеть сильнее, когда Тэхён невзначай начинает говорить про вчерашний вечер. — Как себя чувствуешь? Вчера ты выпил достаточно много, я не знал твоего предела, поэтому было мило наблюдать за твоими пьяными привычками, — Тэ выключает плиту и раскладывает на тарелки яичницу с беконом и помидорами.       Чонгук готов сжаться в размерах примерно до молекулы, чтобы не слышать наигранно ребяческого голоса Тэхёна и не видеть его лукавой улыбки. Тот специально с нажимом в словах напоминает ему о вчерашнем и Гук раздражённо фыркает, усаживаясь за стол напротив мужчины. — Ну спасибо, до твоего напоминания мне было гораздо лучше! — он обижено начинает поглощать еду и с удивлением замечает, что обыкновенная на первый взгляд яичница вышла чертовки вкусной. Он даже не ожидал этого. — Ха-ха-ха, прости, ты был слишком милым, я не смог устоять, — Ким тянется к надутой левой щеке Гука и мягко касается её, широко улыбаясь. До невозможности очаровательный, когда обижается. — Я мало что помню, — прожёвывая пищу, младший запивает её небольшим количеством воды и вытирает рот рукой, внимательно уставившись на Тэхёна. — Особенно наш первый поцелуй… — щёки Гука начинают предательски гореть от своих откровений. А старший прекращает есть, потом и вовсе пересаживаясь рядом, чтобы быть как можно ближе. Когда только успел… — Ну это дело поправимое, я помню абсолютно всё и могу помочь напомнить. Хочешь? — томно понижает свой голос Ким, загадочно смотря в горящие глаза Гука.       Надо же, у него ведь всё на лице написано, как сильно он желает во всех мельчайших подробностях узнать об этом, а ещё желательно и повторить! Почему Тэхён сегодня такой дурашливый? Так смущает. Только Гук собирается вновь недовольно фыркнуть на Кима, как тот довольно усмехается и тянется ближе, касаясь своими губами его уха. Горячее дыхание опаляет чувствительную кожу и Чонгук мелко вздрагивает, хватая Тэ за плечи. Ладно, возможно, его возмущения могут немножко подождать. Но только совсем чуть-чуть… — Сначала ты чмокнул меня в губы, вот так… — мужчина резко целует Чона в губы и быстро отстраняется, чтобы продолжить дальше шептать ему на ушко и только больше раззадоривать. — А…п-потом? — Чонгук ёрзает на стуле и тяжело дышит, уплывая куда-то далеко и надолго. — Потом ты целовал меня уже вот так, — Тэхён нависает над чужим лицом и срывает с него судорожных вздох, перед тем как соединить их губы.       Чон дрожит в его крепких руках, ощущая покалывание в губах, когда Ким их кусает, лижет рот и сплетает их языки в безумном танце. Тэ тянет его на себя и Гук усаживается на чужие бёдра, с шоком рассоединяя губы, чтобы схватиться за шею мужчины покрепче и не свалиться на пол. Сидеть на другом человеке, да ещё и на стуле, ко всему прочему, не очень-то и удобно. Но, видя озорные огоньки в глазах Тэхёна и его раскрасневшиеся опухшие губы, Чонгук уже более охотно подключается к процессу, снова сплетаясь с ним в новом поцелуе. Не щадя ни себя, ни его.       Обрывки вчерашнего в голове понемногу проясняются и соединяются в одну общую картину, но младшему уже это не особо-то интересно. Чувствуя на себе ладони своего парня, он понимает, что внизу начинает стремительно и неожиданно твердеть. И это заставляет его слегка запаниковать. — Тэхён, подожди… — дальше руки Кима опускаются на ягодицы Чонгука, отчего парень крупно вздрагивает, стараясь оттолкнуть напористее. В голове вдруг рой мыслей поднимается вихрем и младший с силой отпихивает от себя Тэхёна, глубоко восстанавливая своё дыхание. — Хва..тит!       Старший резко каменеет, когда его мысли начинают немного проясняться, а взгляд фокусироваться на лице Чона. Замечает его испуг и молниеносно в себя приходит. Аккуратно пересаживает Гука на его место, а сам берёт резко похолодевшие руки младшего в свои и склоняется к ним. Что. Он. Только. Что. Делал. — Прости меня, я потерял над собой контроль, — Тэ боится поднять глаза и посмотреть на Гука, лишь бы не увидеть в его глазах ещё больший страх. — Нет, это не оправдание, я вообще не должен был делать этого.       Ким Тэхён. Какой же ты урод. После всего того, о чём откровенно и уязвимо рассказывал тебе Чонгук. В чём сумел найти силы признаться и раскрыться. То, что пропустил через себя ещё раз и позволил снова испытать всю ту боль. После всего этого, как только руки потянулись, блять!       Голова разрывается от беспорядочного потока мыслей, пока мужчина, не двигаясь, лишь шепчет слова извинения. Сердце болезненно стучит в грудной клетке и не перестаёт отдавать в ушах ритмичными стуками, пока Чонгук слезящимися глазами смотрит на затылок Тэхёна. Понимает всю серьёзность ситуации, но не может перестать дрожать, даже не имея сейчас какого-либо страха. Что же делать? Он хочет что-то сказать, как-то подбодрить Тэ, но его собственный голос не хочет поддаваться. Словно в горле застрял огромный ком. Тэхён ведь ему не противен. Он не тот человек, так почему?       Звонок мобильника прерывает бессвязные шептания Кима, но тот не спешит отвечать на звонок. Чонгук всё ещё не может выдавить из себя хоть слово и это выбешивает его. Он решает успокоиться и прикрывает глаза, чтобы как можно скорее прийти в себя и перестать быть овощем. Глубоко вдыхает и медленно выдыхает, повторяя так несколько раз.       Через какое-то время дрожь в теле понемногу проходит. Гук высвобождает одну руку из захвата и запускает её в чужие волосы, чтобы мягко погладить, тем самым переставая мучить Тэхёна своим бездействием. Мягко перебирая локоны, парень поднимает голову мужчины за подбородок и замечает выражение лица, с которым Тэ смотрит на него. Выражение, которое показывает невероятное раскаяние и печаль. От этого становится ещё паршивее. Видно, как он волнуется, кусает свои губы и почти что плачет. И прошлое забвение уходит без следа, когда Чон нежно касается щеки Тэхёна и шепчет хрипло, будто трое суток в молчанку играл: — Я в порядке, Тэхён, правда, со мной иногда такое бывает… — чтобы снять напряжение, он выдавливает из себя улыбку, но Кима она, кажется, не особо впечатляет.       Старшему ещё сильнее хочется хорошенько ударить себя по рукам, чтобы больше не поступать так с Чонгуком. С этим особенно важным для себя человеком — своим возлюбленным, которого хочется оберегать от всего на свете. Хотелось ведь постепенно, осторожно и незаметно. Чтобы не было никаких подводных камней, неуверенности и страха. Какой же он кретин… — Как часто? — взволнованно спрашивает, при этом не напирая. — Пожалуйста, давай не будем говорить об этом… — видно, что Чонгуку не нравится обнажать эту проблему перед кем-то и Тэхён уважает его желание. Это меньшее, на что он сейчас способен. — Тебе звонят уже в четвёртый раз, вдруг там что-то срочное, ответь.       Мужчина смотрит на слегка подрагивающие руки Чонгука и коротко вздыхает, нехотя хватая свой мобильник и принимая вызов. Женский голос на том конце кратко и информативно повествует о проблеме, возникшей в клинике, и Тэ закусывает в недовольстве губу. Ему не хочется покидать сейчас Чона, когда он выглядит сейчас таким потерянным и делающим вид, что с ним всё хорошо. Как же ему не хочется уходить… Завершая звонок, Ким снова возвращает взгляд на Чонгука и осторожно окликает его, не смея самовольно касаться его даже пальцем. — На работе возникли проблемы, мне нужно спешить… — Гук понятливо кивает на слова старшего и когда они проходят в коридор тот начинает натягивать на ноги кроссовки. — Да, конечно, позвонишь мне, когда освободишься? — младший, замечая подавленное настроение возлюбленного, мягко касается его руки своей. Для мужчины это зелёный свет.       Большой палец скользит по тыльной стороне ладони Тэхёна и мужчина сокращает расстояние до Чонгука, чтобы нежно обхватить свободной левой рукой его подбородок и поцеловать осторожно в щёку. Гук прикрывает в наслаждении глаза на этом моменте и слабо улыбается. — Можно я лучше приеду к тебе? — тихо интересуются в ответ. Чонгук незамедлительно соглашается.

***

      Тэхён устало откидывается на спинку стула в своём кабинете и прикрывает глаза, стараясь ненадолго абстрагироваться от всего столь на него резко навалившегося. Семь часов! На семь грёбаных часов Ким застревает в своей клинике. Погрязший в потоке словно обезумевших людей с домашними питомцами, которым не терпелось провести срочный осмотр абсолютно здоровых питомцев именно у него. Какого чёрта им всем вообще приспичило именно сегодня? Тэхён впервые так сильно злится на любимой работе и даже несколько раз повышает свой голос, чтобы усмирить ругань и крики людей, что грызлись между собой за очередь. И кто теперь тут животные? Собачки с кошечками и то поинтеллигентнее будут.       Обычно он очень уравновешен и дружелюбен с людьми, предпочитая неконфликтность и избегая острых моментов. Но сейчас не мог похвастаться тем же, всё время отвлекаясь на мысли о Чонгуке и в который раз раздражаясь на особо надоедливых клиентов. Так ведь нельзя. Его законный выходной был попусту потрачен на работу, которая спокойно обошлась бы и без него. Почему люди настолько эгоистичны в своих желаниях? Того гляди, каждый из них свой выходной защищает с пеной у рта. А что же делать ему?       Голова разрывалась от беспорядочных мыслей, только сильнее, заставляя виски ощутимо пульсировать. А ведь те были отнюдь не такими уж и хорошими. Его собственный мозг топил его сегодняшний поступок всё глубже и сильнее, раз за разом напоминая Тэхёну о своём позоре, тем самым заставляя настроение падать буквально со скоростью миллисекунды. От этого хотелось лезть на стены и громко выть, подобно псу. Но от этих действий его останавливает всё та же любимая работа и целый коридор людей, будто и не собиравшихся идти по домам. — Господин Ким, вот, выпейте, — молодая медсестра ставит на стол в его кабинете чашку с кофе и слегка кланяется. — Спасибо, что смогли приехать, никогда бы не подумала, что люди будут настолько яростно просить Вас в простом осмотре питомцев… — Спасибо, — Тэхён устало улыбается девушке и хватает чашку, отпивая немного бодрящего напитка. — Ничего, как начальник, я обязан был помочь Вам, — кофе действительно помогает прийти в себя даже с одним глотком. Особенно сегодня, в этот прямо-таки сумасшедший день. — Я улажу остальные дела, а Вы идите, смена уже подходит к концу, я сам закрою клинику.       Девушка понятливо кивает и вежливо прощается с Тэ. А когда в кабинете он остаётся один, то сразу же смотрит на циферблат часов, что висит на стене. Уже так поздно. За работой время пролетает слишком быстро. Хоть Гук и разрешил ему после работы зайти к себе домой, Тэхён всё же не уверен в том, что сможет показаться сейчас перед возлюбленным. Только не тогда, когда он выглядит таким замученным, уставшим и некрасивым. Точно нет.       Ещё немного посидев в кабинете, мужчина выходит к ожидающим его клиентам и в ускоренном режиме проводит ещё два часа. Общий осмотр, УЗИ, анализы и прививки. Справившись с оставшимся потоком, Тэ с натянутой улыбкой прощается с последней на сегодня клиенткой — бабушкой со шпицем и обессиленно плюхается на маленький диванчик в своём кабинете, тут же закрывая глаза.       Молниеносно проваливаясь в сон, мужчина даже не сразу разбирает парочку неуверенных стуков в свою дверь, вздрагивая от неожиданности. Он проходит за свой стол и мысленно воет от усталости, потирая пальцами невероятно сухие глаза. Кажется, после сегодняшнего дня ему самому понадобится помощь доктора.       Ким, наконец, приглашает неизвестного в свой кабинет и застывает на месте, замечая в проёме открывшейся двери знакомое лицо. Резко вскакивает на стуле, сам не ожидая такого, а Чонгук слабо улыбается ему, ощущая небольшую неловкость. Проходит немного вперед и прикрывает за собой дверь, ставя на маленький столик около дивана прозрачный пакет с контейнерами с едой. — Чонгук… — мужчина хрипло шепчет имя возлюбленного и ощущает подкатывающую истерику, закрывая лицо руками, чтобы скрыть своё настолько уязвимое сейчас состояние. Он ведь не хотел показываться перед Гуком таким.       Младший подходит к Тэ ещё немного ближе и аккуратно касается чужой руки, чтобы таким образом оказать поддержку и тем самым показать, что в этом нет ничего плохого. Каждый человек устаёт. У каждого случаются плохие и тяжёлые дни. Чонгук здесь для того, чтобы быть рядом в такой момент. И он хочет, чтобы Тэхён позволял ему быть с ним в такие моменты. — Давай поедим?

***

      Чонгук, кусая в нетерпении свои губы, спешно бродит по квартире туда-сюда. Его глаза бегают по комнате, а руки то и дело бродят по своей одежде, то сжимая, разжимая её в руках. Поразмыслив немного о всех «за» и «против» он хватает на кровати лежащий телефон и набирает номер своего друга. Прикладывает к уху мобильник и вслушивается в гудки, что только сильнее заставляют его нервничать. Когда же вызов был, к счастью, принят, Гук позволяет себе глубоко выдохнуть и присесть на диван в гостиной. Слушая сонный и невероятно злой голос Юнги, Чонгук слабо улыбается и в ответ здоровается с Мином. Старший недовольно сопит в трубку и шепеляво матерится, грозясь в свои драгоценные выходные полностью выключать мобильник, чтобы никто и ничто не могло его разбудить. Чон на эти высказывания друга лишь сильнее начинает улыбаться, прыская себе в кулак, и замечет, как неприятная тревога в груди понемногу начинает исчезать. — Да, знаю, у тебя сегодня выходной, но мне нужна твоя помощь, хён! — после этих слов Юн прекращает браниться в трубку и тяжело вздыхает. — Хорошо, скоро буду, но с тебя за сегодня причитается! — Чонгук рад это слышать, но не успевает ответить. И последнее, что улавливает, так это шорох одеяла и шаги Мина по квартире, который уже начинает собираться к нему.       И Гук понимает, что нет в жизни лучшего человека, которого он сумел встретить, чем Юнги. Он единственный, кто слушает его бред и помогает разбираться в нелёгких ситуациях. А ещё Мин никогда бы не стал насмехаться над ним. И Чонгук знает, что сейчас его выслушают и помогут во всём, о чём бы он ни попросил. Потому что он сам не в состоянии. Его многое пугает и заставляет переживать. А ещё он не понимает реакции своего организма на недавний поцелуй с Тэхёном. Всё ведь было так хорошо… Неужели теперь так будет всегда?       Когда, наконец, приходит Юнги, Чонгук услужливо заваривает мужчине кофе в своей особой технике, видя его помятый вид, и с огромным усилием дожидается командного движения друга, который обычно действует между ними в такие моменты. С родни их маленькой традиции, в которой один сначала внимательно слушает, а после другой должен внимательно слышать.       Мин любит подолгу наслаждаться любимым кофе, который готовит для него Гук. И даже несмотря на горящий взгляд младшего и его нетерпеливость, он всё равно с радостью смакует каждый глоток, позволяющий ему постепенно ощущать долгожданную бодрость. Юнги знает это состояние Чонгука, и обычно оно не предвещает ничего хорошего. Он внимательно осматривает постукивающие пальцы по столу, сомкнутые в тонкую полоску губы и дрыганье ногой. Всё сходится. Но теперь Мин собирается сделать то, что должен был уже очень давно. Серьёзный разговор. Теперь без шуток и отговорок. Мужчина отставляет подальше от себя кружку и поднимает руку ладонью вверх.       Это действует как спусковой крючок. Чонгук начинает быстро рассказывать сегодняшнее происшествие, немного захватывая вчерашнее, а у Юнги глаза на лоб лезут от неожиданно интересного повествования Чона. Ничего себе. Он ведь даже и не предполагал, что разговор зайдёт о таком, и они начнут встречаться так скоро. Думал будут ходить вокруг да около ещё долгое время. Но пьяная спонтанность Чонгука позволила им полностью раскрыть свои сердца. Просто невероятно. Мужчина довольно улыбается, но когда смущённое выражение лица младшего сменяется грустью, серьёзнеет и продолжает слушать дальше. Кажется, ещё не время радоваться, пока у Чонгука возникают проблемы. Но Юнги уже рад, ведь Чонгук меняется. После встречи с Тэхёном он начинает приобретать разные эмоции и возвращать себе былые краски в жизнь. Юнги счастлив видеть своего дорогого друга таким заинтересованным и желающим меняться в лучшую сторону.       Младший продолжает своё повествование, ощущая некую неловкость при описании самого процесса поцелуя с Кимом и всего выходящего после него. Вспоминая широкие ладони на своём теле, особенно на своих ягодицах. Его щёки начинают предательски гореть. Признаться честно, это действие нехило так завело Гука в тот момент, несмотря на то, что мозг так резко среагировал на Тэхёна. И подводя итог своего рассказа, парень складывает руки в замок перед собой и выжидающе смотрит на Мина. Того, кто знает всё на этом свете и обязательно поможет. — Хм… — старший откидывается на спинку стула спиной и скрещивает свои руки на груди, выстраивая чёткий план будущего диалога в своей голове. Потому как разговор будет отнюдь не из самых приятных. Учитывая ещё и то, каким упёртым бывает Чонгук. — Тебе это не понравится, но есть только один выход из этой ситуации… И для начала я должен прояснить тебе, что несмотря на твою симпатию к Тэхёну и вашу взаимность, твоё прошлое всё ещё связывает тебя по рукам и ногам. Мозг не обманешь, он всё помнит. — Но как же так, мне с Тэхёном не страшно, — уверенно заверяет, — я доверяю ему и уже давно позабыл об Усоне! — Ты так уверен в этом? — Юн заглядывает прямо в душу, его не обманешь и не проведёшь, а у Чонгука мурашки табуном по спине скачут. — Я…я не знаю! Я только-только впустил Тэ в своё сердце, думал что всё, наконец, моя жизнь начинает налаживаться, как наступает это! Почему даже сейчас я не могу жить полноценной жизнью?! — с силой сжимая чёлку, Гук тихо воет, не на шутку злясь с несправедливости жизни. Он так сильно хочет сбросить эти тяжёлые оковы прошлого. Почему сделать это так тяжело? — Спокойно, не нужно так переживать, — друг хватает Гука за руку и приободряющие похлопывает по его скрещенным в замок рукам. — Эта проблема решится только тогда, когда ты действительно захочешь кардинально изменить свою жизнь и быть со своим партнёром искренним. — Я хочу поменяться! Юнги, скажи, как мне сделать это? Я больше не вынесу этих сюрпризов от своего организма, я хочу быть самим собой! — глаза младшего загораются в уверенности. — Психолог. Он и только он. — Гук кривится после ответа Мина и упрямо качает головой. Запал тут же пропадает. Но Юнги был к этому готов. У него и на это есть рычаг управы над Чонгуком. — Я знаю, ты их не любишь, но если хочешь поменяться и забыть о своих прошлых страхах, разве прибегнуть к помощи специалистам не лучшее решение? — Нет, это мне не поможет! Они бесполезны, только и могут, что насмехаться над такими, как я… — обидчиво произносит, вспоминая то время. — Чонгук… — тяжело вздыхает Мин. — Ну что? Что, хён? Я ведь прав, и ты прекрасно знаешь то, почему я так их не люблю! Однажды я уже пробовал, — грустно смотрит на старшего Чон, кусая изнутри щёку. — Не получилось, меня только высмеяли и послали лечить ориентацию! — Не все специалисты плохие, тебе просто не повезло в тот раз, — Юн протягивает младшему визитку. Найти действительно хорошего специалиста в нынешнее время сложно, но Юнги потратил на это не одну неделю и в своём выборе уверен на все сто. —Я нашёл хорошего для тебя специалиста, в этот раз точно хорошего! Но дальше всё зависит только от тебя. Чонгук, молю, просто возьми её и подумай хорошенько, я не настаиваю, ты же знаешь. Я всегда на твоей стороне и очень волнуюсь за тебя!       Чонгук берёт бумажку в руки и внимательно осматривает содержимое. Видимо, Юнги правда хорошо постарался, ища для него самого лучшего психолога. Поэтому, переводя взгляд на друга, парень коротко кивает, тем самым соглашаясь подумать над данной идеей. Юн рад осознавать, что данная проблема понемногу двигается с мёртвой точки. Ведь получая от Чона согласие, он уже может понимать, что, скорее всего, тот согласится с его предложением. И тогда, наконец-то сможет обрести только самое лучшее и желанное для себя. Ребята прощаются друг с другом, и Чонгук засовывает визитку в карман куртки, готовясь к скорой встречи с Тэхёном.

***

      Мужчина смотрит на еду и у него стремительно начинает собираться слюна. Как же он голоден. Чонгук будто бы знал, в какой запаре находился Ким, чтобы прийти, накормить и порадовать своим присутствием. Ну, ангел… И еда выглядит невероятно по-домашнему и вкусно. Видно, что всё было приготовлено Чонгуком. А это сердечко из горошинок, выложенное по середине риса… Тэхён и вправду сейчас расплачется, только теперь от счастья. Или превратиться в лужу. Он точно не знает, что из этого произойдёт с ним раньше.       Подходит к Гуку и обнимает, устало опуская голову на чужое плечо. Делает всё предельно аккуратно, чтобы не повторить недавнее. Но ощущает на своей спине ладони Чонгука, что только крепче прижимают его к себе, и ощущает прилив радости. Мягко, тепло и приятно. Вот бы Чон всегда приносил ему еду на работу… Тэ даже не злился бы больше не людей и бежал на работу сломя голову! Ха-ха, видимо любовь так вскружила ему голову, что теперь он может вытерпеть абсолютно всё, но только при условии, что Чонгук всегда будет рядом. Невероятно. Он такой влюблённый дурак. Но ему нравится быть таковым. Особенно показывать свои чувства Чонгуку.       Младший отрывает тело Тэхёна от себя и усаживает того на диван, присаживаясь рядом и всучивая ему в руки палочки. Ким с минуту сидит без эмоций, ощущая себя абсолютным овощем, и потом медленно кладёт в рот яичный рулет. Первый, второй, третий. Тэхён стремительно начинает поедать еду, не успевая иногда даже как следует прожёвывать. А Чонгук тихо цокает языком, останавливая мужчину, чтобы тот ненароком не подавился. — У тебя никто ничего не украдёт, не спеши… — он даёт старшему бутылку с водой и наблюдает за тем, как быстро движется кадык на шее Тэхёна, даже не понимая, почему вообще так сильно пялится на это место. Но честно говоря, выглядит очень эротично… — Я просто так проголодался, а ещё приготовленная тобою еда такая вкусная, — Ким довольно причмокивает и вытирает свои мокрые губы тыльной стороной ладони, приближаясь к Гуку и нежно целуя того в щёку. — Спасибо большое, ты придал мне сил своим приходом.       Чон неловко улыбается, отгоняя от себя неожиданно возникшие непристойные мысли, и слабо кивает головой, присоединяясь к еде вместе с Тэ. Закончив с пищей, старший удовлетворённо откидывается назад и утягивает за собой парня. Они оба, полусидя, располагаются на диване и смотрят друг другу в глаза. — Пойдёшь со мной в кино? — сердцебиение Чона усиливается и он запускает ладонь в свои волосы, чтобы поправить их и заодно чем-то себя занять на момент недолгой тишины. Чонгук впервые зовёт кого-то на свидание. С Тэхёном у него вообще много чего происходит впервые… Этот факт, кстати, ему очень симпатизирует. — Кино? — лицо старшего вмиг озаряется неподдельной радостью. — Конечно, я сто лет там не был!       Чонгук довольно кивает головой на это, а Тэхён счастливо подпрыгивает на месте. Свидание, о котором он в тайне мечтал и фантазировал! Тёмный зал кинотеатра, последние ряды и море попкорна… Это же просто сказка! Киму уже не терпится уже оказаться там и вдоволь понаслаждаться временем, проведённым там вместе.

***

      Проходя в торговый центр и затем кинотеатр, расположенный на нулевом этаже, Тэхён восторженно рассматривает большие банеры недавно вышедших фильмов. От лёгких романтических комедий до жутких хорроров. Как говорится, на любой вкус и цвет. Следует попятам за Чонгуком, и так они доходят до касс. Ким изначально дал полную волю выбора фильма младшему, потому как всё это время летал в своих мечтаниях, желая поскорее оказаться в зале и сгрести в охапку Чонгука. Естественно, чтобы воплотить все свои дальнейшие желания. Вскоре Чон удачно приобретает билеты на уже совсем скоро начинающийся фильм, который он очень сильно желает посмотреть. Не забывает взять на двоих огромную коробку карамельного попкорна и газированных напитков.       Устраиваясь на диванах в зоне ожидания, Гук переводит взгляд на Кима, что сидит рядом и тихо бормочет себе что-то под нос, явно пребывая далеко в своих мыслях. Такой забавный. И наивный. Дал полное добро на выбор фильма Чонгуку, прекрасно зная, то, что Гук полный фанат ужастиков. Ну что ж, он сам виноват! Парень довольно улыбается от этого и переплетает руку Тэхёна со своей.       Старший от этого действия отвлекается, наконец, от своего воображения и придвигается к Чону ближе, перехватывая большую коробку попкорна, чтобы облегчить Чонгуку задачу. Вот дурак, совсем поплыл уже от этих надоедливых мыслей. Нужно уже прекращать это дело. Пиликанье короткой мелодии в динамике и женский голос оповещают ребят о начале заполнения их зала. Мужчина поднимается быстрее и помогает подняться следом Гуку, чтобы потом пройти в зал и занять их места. При входе в помещение у них проверяют билеты, которые Ким даже не удосужился как следует рассмотреть. Ведь он понятие до сих пор не имеет, какой фильм в итоге они будут смотреть. Тэхёну, в принципе, это не особо интересно, главное, что с Чонгуком рядышком, чтобы можно было и в щёку целовать, и нежно руки поглаживать. А ещё кормить друг друга попкорном и напитками. Это же такая романтика! Киму не терпится начать.       Радостно идя следом за Чонгуком, Тэ понимает, что они начинают всё дальше и дальше отдалятся от экрана. Неужели это будут те самый последние места в зале? О боже! Тэхён ощущает, как его щёки начинают розоветь и гореть от смущения и всё тех же беспорядочных мыслей. Когда же они занимают свои места, мужчина старается успокоить всё бешенное сердцебиение, присасываясь к трубочке своего напитка. Почему здесь так жарко? Или же только Ким здесь так переживает за их с Чонгуком второе свидание? Старший переводит взгляд на тихонечко сидевшего рядом Чонгука, который с интересом смотрит на бесконечно длившиеся рекламы перед фильмом. И Ким решает тоже перестать так стрессовать, чтобы по максимуму, с интересом и наслаждением провести эту встречу.       Зал стремительно начинает наполнятся людьми и практически все места становятся занятыми. Неужели фильм, на который они пришли, настолько популярный? Ким Тэхён, ты настолько сильно плавал в своих мыслях, что до сих пор не понял, какой это фильм? Такой простофиля. Он чешет от неловкости свой затылок и обращается к Гуку, что в ожидании радостно потирает ладони, как только начинаются первые секунды фильма. — Чонгук, а какой фильм ты выбрал? — спрашивает с небольшим придыханием, так как ему немного неловко со своего вопроса. — А ты как думаешь? Конечно же «Секунду»! — руки Тэхёна покрываются небольшим холодком. — Я так долго ждал выхода этого ужастика, ты, как я уже знаю, тоже не против этого жанра фильмов, поэтому почему бы не убить двух зайцев одним выстрелом? — воодушевлённо щебечет Гук, в то время как лицо Тэхёна приобретает серый оттенок. Он влип. По полной.       Дело в том, что Ким не против лайт-версий некоторых ужастиков с очевидным сюжетом. Но вот эта самая «Секунда», которую все сидящие здесь люди так ждут, определённо должна быть супер-пупер стрёмной, со всеми своими самыми неожиданными скримерами и большим количеством крови. Неужели нельзя было изначально сказать Гуку, что предпочитаешь более спокойные лёгкие фильмы или же вообще глупые комедии? Но нет, хотелось зацепиться за «общий интерес» и похвастаться своей пуленепробиваемостью. Да-да, только теперь что делать целых три часа, сидя рядом с любимым человеком что без ума от ужасов, мужчина просто не представляет.       И смотря сейчас на увлечённого фильмом Гука, Ким понимает, что ни о каком романтическом свидании тут даже и речи быть не может. Как вы представляете себе поцелуи во время криков главных героев и противных звуков разрывающийся плоти на фоне? Вот и Тэхён не представляет и даже не хочет ничего общего иметь с этим фильмом и уединением с любимым. Тэхён боится на экран взглянуть в страшные моменты, не то что строить из себя храбреца. Хватит, довыпендривался.       А когда сюжет начинает заворачиваться только сильнее, Ким едва ли может есть попкорн или пить свой напиток. Его начинает мутить от всего происходящего, хотя он всеми возможными способами пытается отвлечь себя. И видя некоторых людей, что выбегают с зала, прикрывая ладонью рот, Киму от этого лучше не становится. Ему тоже хочется убежать подальше из этого зала и вдохнуть свежий воздух полной грудью, что сейчас в тиски свело всю.       Чонгук, чувствуя изменения в состоянии Тэхёна, оборачивается на него и видит его подвешенный вид, хватая крепко за руку. Всё-таки фильм действительно оказался хорош и не для всех. Поэтому Чон может понять Тэ, помогая тому подняться на ноги и спуститься к выходу. Он же не такой уж и эгоист, чтобы продолжать просмотр фильма, когда его возлюбленному так плохо.       Тэхён не помнит, как они доходят до улицы, но понемногу начинает приходить в себя на свежем воздухе, судорожно хватая ртом кислород. Чонгук рядом с ним осторожно поглаживает по спине и предлагает купить в аптеке какое-нибудь лекарство от тошноты. На что Ким упрямо вертит головой, ощущая только сильнее свою беспомощность и стыд. Он так облажался. Чонгук не смог досмотреть фильм до конца и, скорее всего, расстроен сейчас из-за него… Поворачивая голову в сторону Гука, мужчина пересекается с ним взглядом и ощущает ещё большую вину. Чонгук выглядит встревоженным. Он волнуется из-за него. И Тэхён даже не знает, от чего ему хуже — фильма, стыда или вины. А может от всего сразу? Чёртов ужастик! — Тэхён-а, как ты? Стало немного получше? — Чонгук берёт его холодную ладонь в свою и обхватывает сразу двумя руками, слегка массируя кожу. Чтобы отвлечь от неприятных ощущений и вместе с тем оказать поддержку. — Да, спасибо… — старший кладёт свою голову Чону на плечо и шумно выдыхает. — Чувствую себя так намного лучше. Только вот наше свидание… Я его испортил…       Тэхён сильно хмурится после своих слов, и Чонгук замечает это, обхватывая ладонями теперь уже его щёки. И несмотря на то, что Ким был с надутыми от обиды на себя губами и хмурым выражением лица, младший всё равно любовался им. Его взгляд то и дело цеплялся за губы, что хотелось поцеловать. И себе он в этом не смел отказывать. Ему в первую очередь хотелось успокоить Тэхёна, а заодно и насладиться всё-таки их немного неудачным свиданием. Ведь Чонгук тоже хорош, когда решился выбрать именно такой непростой фильм.       Трепетно прижимаясь к сухим губам Тэ, Гук ощущает привычное для себя чувство наслаждения. Будто бы он сейчас ест самый вкусный и самый сладкий десерт на свете. Поцелуи с Тэхёном были даже слаще самого приторного кондитерского изделия. Продолжая сминать немного вялые и ленивые губы, Чонгук начинает подключать в ход язык, чтобы раззадорить и придать интенсивности поцелую. И Тэхён быстро втягивается. Из его головы мигом улетучиваются все плохие мысли, когда он ощущает на своих губах другие, самые любимые и самые вкусные. Ему уже становится не так важно недавнешнее происшествие, когда к нему прижимается такой очаровательный Гук. То, как они целуются, несмотря на общественное место, и как растворяются друг в друге до конца, не сравнить ни с чем. — Ничего ты не испортил, глупенький, — ласково шепчет, касаясь нежно щеки мужчины. — Прости, что не посоветовался с тобой и выбрал фильм только из своего предпочтения. Хоть ты и дал полную волю, мне всё равно стоило поинтересоваться с тобой. — Мы оба виноваты, — чуть посмеиваясь, отвечает, — к тому же наше свидание ещё не подошло к концу. Может сходим куда-нибудь покушать? А то из-за стресса я жутко проголодался. — Хорошая идея, я тоже голодный, здесь где-то неподалёку была отличная бургерная.       Они довольно-таки быстро находят нужное заведение, имеющее своей изюминкой готовить только на вынос. Этого Чонгук предугадать не смог, но всё же аппетитно выглядещее блюда на картинках меню очень сильно привлекли ребят, поэтому решить вопрос с местом трапезы не составило особого труда. Особенно в момент так неожиданно начавшегося ливня. И так как по счастливой случайность дом Тэхёна находится ближе всего, Чон решает напроситься к нему в гости, чтобы рассмотреть неизведанное место и заодно узнать, как выглядит его квартира. Всё же этот вопрос интересовал его уже очень давно.       А ведь он думал, что прийти в гости к своему парню будет легче лёгкого, пока Тэ на корню не воспротивился данной идеей. И как бы Гук не искал правильный путь в разговоре, Ким наотрез отказывался от похода в свою квартиру. Это было странно для Чонгука. Ведь в свою квартиру он спокойно его пускает. Что за дела…       И только Тэхён знает, чего именно опасается. Но говорить об этом Чонгуку ему совсем не хочется. Киму итак сложно проявлять свои эмоции возлюбленному после того раза, когда Гук был не в себе. Страшно быть виновником его несчастия. Страшно быть на поводу у своих чувств. А если быть точнее, то в своих чрезмерных желаниях, о которых разрешает себе думать только лишь в стенах своего дома, подальше от Чонгука. Потому что думать о таком неловко и горячо одновременно. Сказать об этом, понятное дело, он не может. А расстраивать — тем более. Чёртов дождь! Почему ты решил пойти именно сейчас? Сегодня вообще весь день для Тэхёна был каким-то не таким. Возможно, ему стоило отлежаться этот день дома, чтобы переждать эту неудачу? — Тэхён, на улице так испортилась погода, мы не сможем дальше погулять, пожалуйста, давай позависаем у тебя? Я с Ёнтаном поиграю! — видя умоляющий взгляд младшего и его слегка надутые губы, Ким понимает, что ещё немного и шаткая стена его уверенного отказа рухнет, так и не начав нормально обороняться. — Ты был у меня столько раз в гостях, а я вот ни разу! Неужели ты хранишь там какой-то секрет? — лёгкое касание ладони Чона щеки Тэ окончательно разрушает всю оборону. — Мой секрет заключается только лишь в бардаке, всё же я не ожидал, что в итоге мы будем сидеть у меня. И Ёнтан не дома, его мама попросила забрать, — мужчина снимает с себя ветровку, чтобы после накинуть на себя и рядом стоящего Чонгука. Отчасти он и не врёт, в его доме всегда присутствует лёгкий бардак. Но он любит называть его творческим беспорядком. — Тогда в следующий раз обязательно поиграю с ним! И я думал, ты никогда не позовёшь меня к себе, — Чон с широкой улыбкой придвигается к Тэ ближе и прижимает к своей груди пакет с едой, чтобы та не промокла. — Побежали скорей!

***

      Дом, в котором живёт Тэхён, располагался действительно очень близко. Это позволило ребятам не так сильно промокнуть. Но всё же обувь и вся задняя часть штанов были абсолютно мокрыми и грязными, так как они очень спешили поскорее оказаться в подъезде дома и скрыться от холодного дождя. Сейчас уже переводя своё дыхание в лобби многоквартирного дома, Тэхён встряхивает вдрызг промокшую ветровку, доблестно служащую совсем недавно зонтом, и выворачивает её наизнанку, чтобы повесить себе на левое предплечье. Так она становится менее влажной. Затем переводит взгляд на Чонгука и довольно улыбается, замечая озорной огонёк в глазах парня.       Неужели этому сорванцу так сильно хотелось увидеть его окрестности? Кажется, Тэхёну следовало быть намного серьёзнее, чтобы не допустить этого. Но сейчас уже поздно что-то говорить. Он и сам хочет этого. Не только из-за продолжения свидания, но в том числе из-за того, что Гук может заболеть, если в ближайшее время не переоденется и не примет душ. И Киму этого очень сильно не хотелось бы.       Пропуская Чона в квартиру, старший быстро снимает с себя ботинки и спешит в спальню, чтобы подобрать для своего гостя сменную одежду и заодно достать новое полотенце. Стоит только представить Чонгука в своей ванной обнажённым, как его пульс начинает отбивать бешенный ритм. И как бы ему не хотелось быть «хорошим» партнёром, к сожаленью, сегодня его мозг живёт собственной жизнью. От развратных мыслей его щёки и уши начинают предательски полыхать огнём. И ладно только они. Что ему делать, если наливаться кровью будет кое-что другое? Нет, нет и нет. Сбрось эту глупую мысль со своей головы! Ким Тэхён, ты должен верить в своё благоразумие и сдержанность. Всё будет хорошо. Ты сможешь справиться с этой ерундой! Это же легче лёгкого, правда же?       Сглатывая тяжёлый ком в горле, мужчина возвращается обратно к стоящему у двери Гуку и цепляет на лицо доброжелательную улыбку. Провожает до ванной комнаты, а после ретируется на кухню, чтобы достать тарелки и кружки. Ставит чайник. Горячий чай или кофе не повредит, особенно после холодного ливня.       Стоя под горячим душем, Чонгук блаженно выдыхает, прикрывая глаза. Приятно. Гуку нравится квартира Тэхёна, хоть он её ещё толком не успел разглядеть. Но всё же видно, что каждая деталь здесь была выбрана с особой тщательностью и усердием. Это приятно осознавать. В Тэхёне тоже имеется некая черта искусства. И замечать необычные вещи, стилизованные под повседневную рутину в квартире, очень интересно. Чего только стоит зеркало, раковина и ванная, выполненные в одном стиле. Их внешний вид приковал к себе внимание Чона с самого начала, а плавные линии, похожие на волны моря или же плавающие облака на небе, лишь поднимают его настроение. Если бы только он не прекратил своё обучение, то, возможно, был бы уже в шаге от того, чтобы стать создателем таких же невероятных вещей…       Когда Чонгук заходит на кухню, Тэхён замечает его подавленность. Взгляд младшего приобретает печаль, а его плечи несколько сникают. Это настораживает, потому как причину резкой смены настроения Ким понятие не имеет и очень легко может связать с собой. Всё-таки этот день уже давно вышел из-под контроля. Может быть, Гуку не нравится находиться у него дома? А когда Чон видит волнение во взгляде мужчины, сразу же спешит развеять все ненужные мысли, а также отпустить в ванную, чтобы тот смог тоже принять душ. Нечего Тэхёну надумывать себе невесть что, когда причина грусти Гука исходит только по поводу себя.       Хоть Чонгук и сказал ему, что голоден и немного устал, дабы развеять ненужные мысли, пустота в его сердце так и не ушла. Даже во время поедания невероятно вкусного бургера. Не зря они туда заходили. Сочное мясо, свежие овощи и необыкновенный на вкус соус, кажется, ещё одна специфика заведения. — Вкусно, правда? — у Тэхёна бургер был слишком огромным, из-за чего его рот был весь блестящим и грязным.       Это немного развеселило Гука, пока он сам старался аккуратно есть свой, но гораздо меньшего размера. Особенно было забавным то, как он сладко причмокивал губами во время кусаний бургера и то как при этом наслаждался едой. Такой открытый и очаровательный рядом с Чонгуком.       Сидит весь такой домашний, с растрёпанными влажными волосами и с такой охотой поедает еду, что Гук не может пересилить себя и быстро приближается к лицу Кима, касаясь его губ своими. Сразу страстно и ярко. Чтобы показать этим свои намерения и ещё больше распалить Кима. И плевать на соус, придающий их поцелую особый вкус. На всё плевать. Чонгук уже не может терпеть того чувства в груди, которое распространяется по всему его телу и не даёт спокойно жить. Он хочет дарить это тепло в ответ, как делает это Тэхён. Он, чёрт возьми, любит его! Так какого хрена его глупый мозг до сих пор видит в нём опасность? Нет, сейчас всё по другому, он чувствует это. Он чётко хочет этой близости, а не застигнут врасплох. Его тело и его душа едины и, кажется, лучшего момента не найти. Но всё заканчивается слишком резко, так нормально и не начавшись.       Губы Кима горят огнём. Его тело пышет жаром, а то самое место «кажется» начинает просыпаться. Это то, чего он так не хотел. Уже видеть Чонгука в своей одежде кажется ему сущей пыткой. Так почему этот глупыш настырно пытается завалить его? Что вообще происходит? Но пока Тэ пытается хоть что-либо понять, Чонгук снова пытает свой шанс, видя подвешенное состояние старшего. У него в голове красным горит фраза: «Либо сейчас, либо никогда!» и он основательно наступает на мужчину, пригвождая того к стулу. — Ч…Чонг..ук… Чонгук! — отрывает от себя настырного младшего, пока тот настырно старается затянуть в новый поцелуй.       Опасно. И уже начинает попахивать жареным. Почему он так себя ведёт? Тэхён не может даже нормально сфокусироваться на своем здравомыслии, пока Чон обхватывает щёки мужчины и быстро начинает осыпать их поцелуями, не упуская из виду ни один участок, чтобы вдоволь насладиться забавным ступором Тэхёна. И, несмотря на его жалкие попытки освободиться, он довольно-таки быстро бросает это дело, подхватывая Чонгука ловко под бёдра. Он пытался, правда. — Неужели ты заранее всё это спланировал, хитрец? — Ким проходит в спальню и опускается вместе с Гуком на край постели, обнимая за талию. — А как же дождь? Ты умеешь контролировать погоду? — Пфф, — прыскает от смеха младший, касаясь широкой спины Тэ. Такой забавный. Чонгуку так хорошо с ним. — Это совсем не обязательно уметь делать, скорее ты сам сумел соблазнить меня! Никогда бы не подумал, что окажусь таким непристойным… — Не ты один, Гук, я недалеко от тебя ушёл…ой! — оказавшись опрокинутым на постель, Ким наблюдает за тем, как Чон удобно устраивается у него на бёдрах и судорожно вздыхает, ощущая прилив возбуждения.       Оказывается, ему ещё и нравится, когда над ним доминируют… Боже… Что ещё ему предстоит узнать о себе, находясь в отношениях с Чон Чонгуком? И не подумайте, это не жалоба. Скорее Тэхён начинает видеть и узнавать себя с другой стороны. Это одновременно радует и немного волнует его, так как очень велика вероятность того, что он может оказаться ещё большим извращенцем, чем сейчас… И Гуку, конечно, знать об этом пока что необязательно. Слишком много всего нового за один день получится. Киму бы ещё свыкнуться с этим…       А в это время Чонгук действует как хищник. Он медленно движется к лицу Тэхёна, остолбеневшего от соблазнительного взгляда возлюбленного. Манящий вид выбивает из головы всю дурь, все крупицы когда-то сохранившегося терпения. Теперь его точно нет, даже крохотной песчинки. Но несмотря на желанную близость, Тэ не теряет бдительности, внимательно следя за Гуком. От чего-то на его душе неспокойно. Может потому, что действия Чона изначально были непонятны для него. Но даже так Ким старается делать всё, чего хочет младший. Возможно, так он пытается что-то узнать для себя. Ким не против, но лишь бы это не доходило до фанатизма.       Гук касается неспеша груди Тэхёна. Снимает ненужную футболку, рассматривает рельефное тело под собой и на пробу аккуратно прислоняет свои ладони к животу, с интересом скользя по кубикам пресса то вниз, то вверх. Так приятно. Кожа бархатная, крепкая, манящая. И как только он жил без этого чуда всё это время?       Вязкая слюна собирается во рту, когда шаловливые ручки начинают спускаться ниже, касаясь заметной выпуклости в шортах. Тэхён сразу напрягается в это время и тихо стонет, ощущая заряд тока, проходящий по телу. Он готов сойти с ума, пока Чонгук медленно знакомится с его телом. А ему этого мало. Всё это время, пока Чон мог делать всё, что его душа только пожелает, Тэ мог лишь смирно лежать и смотреть. Но так это не делается. Он тоже хочет сделать приятное и показать, что с ним будет по другому. Доказать и Чону, и себе, чтобы больше никакого страха между ними не проскальзывало и никаких чужих личностей. Ублюдки должны быть стёрты из памяти навсегда. Тэхён сделает всё, чтобы его сокровенное желание сбылось как можно скорее. — Чонгук, малыш, перестань ублажать меня, я хочу и тебе сделать приятное! — хриплый низкий голос выводит Чонгука из легкой дымки взбудораженности.       Затем Тэхён меняет их местами, удобно устаиваясь между разведённых ног. Картина раскрепощённого Чона пробуждает в Киме нечто новое, немного даже животное. Ему хочется сорвать с парня всю одежду и облизать каждый участок тела, залюбить его настолько сильно, чтобы он молил его о «пощаде». Срывать с любимых губ хрипы и стоны, ласкать и доводить до крайности. Господи, он скоро свихнётся. Правда. Ещё чуть-чуть и от Тэхёна может ничего не остаться, так как он может просто-напросто сгореть сейчас.       И, замечая горящий взгляд Кима на себе, Чонгук помогает ему снять с себя ненужную одежду, оставляя лишь бельё. Но несмотря на сильное желание, граничащее с безумством, Чонгука это также несколько смущало. И довольно-таки сильно. Ведь они впервые так близки друг к другу телами. Но когда Тэхён начинает ласкать его тело и гладить своими мягкими горячими руками каждый участок, в голове начинает переклинивать. Сначала вспышки были совсем слабыми, Гук их даже не замечал, а потом всё дошло до финиша. Спонтанно, резко и неожиданно. И это именно то, чего Чонгук так боялся. Тэ не успевает даже как следует изучить чужое тело, как у Чона наступает сильнейшая паника.       Гука начинает сильно трясти, штормить и разрывать на части, пока Тэхён в ужасе обхватывает его лицо и заставляет смотреть на себя. Мужчина начинает отвлекать его различными способами, чтобы резко начавшийся недуг также скоро и прекратился. Но это, к сожаленью, теперь навсегда окажет Тэхёну несгладимое впечатление. Потому что он был тем, кто пошёл на поводу у чувств, своих желаний и Чонгука. Глупец. Разве это стоило того? Пока Гук конвульсивно плачет у него на груди и не перестаёт дрожать?       Страшно быть свидетелем этого, пытаться хоть чем-то помочь, но не знать, как улучшить ситуацию. Собственные слёзы медленной рекой срываются с глаз, пока Ким слабо укачивает в руках своего возлюбленного. Так страшно ему уже не было давно… И таким бесполезным он тоже себя давно не ощущал. Через какое-то время Чонгук перестаёт подрагивать у него в руках, а затем и вовсе притихает. Мужчина вглядывается в мокрое и покрасневшее от слёз лицо и осторожно поднимает его за плечи, чтобы Чон смог сесть на кровать. — П..прости, Тэ… — редко всхлипывая, произносит, — я хотел…доказать себе…что…справлюсь…с этим сам. — Ты себя совсем не щадишь, — хватает за руки и нежно сжимает. — Тебе не стоило делать это просто потому, что это бы решило твою проблему… Ничего, если это затянется. Я всё понимаю и никогда не упрекну, ведь люблю тебя, Чонгук. Я хочу оберегать тебя, а не быть тем, кто причиняет боль…       Чон придвигается ближе и обхватывает чужую шею, крепко прижимаясь к тёплому телу любимого. Тэхён не спешит обнимать в ответ. Ему всё ещё боязно касаться тела Гука, ведь это может привести к новому приступу, а там и неизвестно, чего следует ожидать дальше и сможет ли Чон это вытерпеть. И это так расстраивает. Почему из-за какого-то ублюдка он не может показывать Чонгуку свою любовь? В конце концов дарить её именно тому, кто действительно заслуживает и достоин. Ну почему? — Я буду проходить лечение, мне надоело ощущать на себе отголоски прошлого, я устал надеяться на то, что совсем скоро оно пройдёт самостоятельно. Тэхён, я буду ходить к психологу, он поможет мне, слышишь? Я стану нормальным! — голос Гука дрожит, пока он крепко прижимает Кима к себе. Но слова, что судорожно вылетают из рта Гука, ему не нравятся. — Ты чего, солнце, перестань так думать о себе, ты не ненормальный, — Тэхён касается голой спины Чона и ласково гладит, пытаясь таким образом успокоить. — Мы будем делать это вместе, ходить на сеансы, делать специальные задания, вместе мы справимся и тогда нам будет по плечу любая проблема! — Тэхён-а, я так тебя люблю, ты такой невероятный! — нежно касаясь лицо Гука, Тэ слабо улыбается, аккуратно укладывая младшего на кровать.       Всё будет хорошо. Они со всем справятся. Тэхён на всё сто процентов уверен в Чонгуке. А Чонгук, имея колоссальную поддержку в Тэхёне, обещает себе побороть все свои страхи. А пока им стоит поспать и зарядится энергией на следующий день. День, что принесёт много нового и сдвинет с мёртвой точки самый тяжёлый груз Гука.

***

      Утро ребят начинается довольно-таки легко. Просыпаясь в объятиях друг друга, они не прекращают улыбаться и наслаждаться своей компанией. Будто бы так было всегда. Будто бы вся жизнь перед их знакомством понемногу меркла на фоне, пока они не начали вместе создавать всё новые и новые воспоминания. И если честно, никому из них уже даже не хотелось представлять свою жизнь без друг друга или же вспоминать прошлое, когда они ещё были не знакомы. Иногда даже создавалось впечатление, что они всегда были знакомы, просто находились то на шаг впереди, то на шаг дальше.       Начинают этот день ни рано и ни поздно. В самый раз, к тому же ощущая удовлетворение после приятного сна в компании друг друга. Тэхён не отлипает от Чонгука, пока младший готовит для них завтрак. Постоянно трётся рядом, касается рук парня, выпрашивает поцелуи. Чонгук не против, ему нравится миловаться с утра пораньше. Но его немного смущала идея того, что его мужчина по какой-то своей причине считает сегодняшний день очень особенным для него. Даже уговорил посвятить его чисто компаньонскому виду отдыха. А если быть точнее, то ничего не делания. И Чон согласился, хоть и хотел, как и было вчера задумано, сразу же связаться с психологом и назначить встречу. Он впервые так сильно рвался к этому. А Тэхён, напротив, не хочет слишком уж торопить события, пытаясь утихомирить пытливость любимого человека, понимая, что вчерашний случай явно не обошёлся без потерь.       Тэ всё же прекрасно видит, каким уставшим и измученным выглядит Гук, поэтому сейчас в первую очередь ему обязательным пунктиком нужен хороший отдых. И Ким сделает для этого всё, что от него только потребуется, но как можно более легко и непринуждённо, чтобы не навязать Чонгуку чувство вины за то, что он ощущает после своей истерики. Ни в коем случае.       А после целого дня лежания в кровати и просмотра лёгких фильмов Чонгук и сам с благодарностью принимает своё состояние. До этого момента он и не понимал даже как следует то, что после «этих» состояний становится очень ослабленным и будто бы выжатым, как лимон. Оказывается, так было всегда, просто он слишком привык к этому. А замечать подобное уже сейчас было для Чонгука само собой разумеющимся. Теперь он старается осмысливать каждое своё действие и эмоцию, особенно что-то негативное.       Следующий день открывается Чонгуку новыми красками. Он чувствует себя бодрым, свежим и отдохнувшим. Тэхён рад замечать это и понимает для себя, что делать паузы во время реабилитации для Гука будет хорошей идеей. Всё же работа с психологом Чону предстоит сложная. И Ким немного опасается побочных эффектов от этого, больше склоняясь к неизвестности и реакции младшего. Но всё же будем надеяться, что их будет как можно меньше. Адаптацию ещё никто не отменял. Прощаясь с Гуком около его дома, мужчина отправляется к себе на работу, с лёгкой нервозностью на сердце ожидая сегодняшнего вечера, когда Чонгук будет рассказывать ему о своём первом сеансе.

***

      Наблюдая за тем, как машина Кима плавно исчезает из видимости Чонгука, парень разворачивается к своему дому и заходит внутрь. Уже в квартире он ищет визитку, которую отдал ему Юнги, стараясь подавить у себя чувство страха. Юн всё же ручался за этого человека, и Гук верит своему другу, потому что он говна точно не посоветует. С такими мыслями он находит злосчастную картонку и быстро вбивает номер в телефон, чтобы сохранить контакты и сразу позвонить. Была не была, как говорится.       Но пока с каждой пройденной секундой продолжались бесконечно бесячие гудки, Чонгук всё меньше хотел продолжать пытаться. Ему почему-то сразу захотелось прерваться и закончить это дело. А всё потому, что стало ещё страшнее, чем было до этого. Может, стоило делать это при ком-то, а не наедине с собой? Вдруг Чон не сможет пересилить себя и опять опустит руки? — Здравствуйте!.. — дёргаясь от неожиданного приветливого голоса в динамике, парень случайно прослушивает больше половины слов, ощущая себя ещё более глупым, чем когда-либо. — Эм… Здравствуйте, я бы хотел записаться на приём… — голос непривычно дрожит и Гук не может прекратить это, как бы сильно ему не хотелось. Какой же он трус… — Да, конечно! Не могли бы Вы назвать своё имя? — женщина по ту сторону шелестит листком бумаги и этот звук почему-то начинает немного успокаивать. Его хотя бы точно запомнят. — Чон Чонгук, — сердце бешено колотится в груди. И скорее запомнят как самого глупого человека на свете! — Ох, Чонгук-щи, я знаю Вас, — голос незнакомки приобретает ещё более светлые и радостные нотки. Странно это слышать. — Юнги-щи говорил мне про Вас, я так рада! На какое число и время записываем?..       Ещё более странно. Чонгук ощущает себя не в своей тарелке, полулёжа располагаясь на кресле около рабочего места психолога. С первых минут нахождения в этом кабинете, рассматривая интересные картины, маленькие скульптуры и дизайн помещения в целом, Чонгук не переставал ощущать себя неудобно здесь. Словно не на своём месте. И как бы приветлива и вежлива не была девушка, являющаяся ему «доктором» он всё равно не может успокоить это чувство в своей груди.       Весь первый сеанс, длящийся от силы минут тридцать, Чон был зажат, скуп на свои ответы и неприветлив. В последствии чего ему было очень стыдно, хоть девушка и успела его успокоить, заверяя о том, что начинать всегда сложно, главное не сдаваться на самом начальном этапе. Он же думал, что это будет проходить легко и он сразу расскажет обо всём, что его гложет. Но оказывается, говорить о своих чувствах незнакомому человеку чертовски тяжело. Настолько, что Чонгуку поначалу показалось, что он на мгновенье разучился говорить. Это довольно-таки непонятное чувство. Наверное, так себя чувствуют все малыши, пытающиеся повторять за своими родителями и издавать хоть какие-то звуки.       Первый блин комом, как обычно говорят. При знакомстве специалиста с Чонгуком та получила не совсем ту информацию, что хотела, имея лишь некоторые факты о своём клиенте. Но это её нисколько не удручало, ведь она понимает, какой Чонгук психологически израненный человек. А иметь дело с трудными клиентами — как раз таки её конёк. А её Юнги выбрал не зря. Ведь он из тех, кто скрупулезно будет выбирать всё на этом свете, не скупясь на слишком большие затраты. Потому что когда хорошо, тогда хорошо. Да и к тому же, зачем лишний раз переплачивать, тратя при этом не только материальное, но и физиологическое (свои нервы), когда сразу можно найти нужного для себя специалиста?       Вот и Тэхён такого же мнения. Он вместе с Мином с самого начала решил поддерживать особый контакт с этой девушкой, чтобы та в случае непредвиденной ситуации могла к ним вовремя обратиться. Ну и ещё для того, чтобы слишком сильно не волноваться, когда Чонгук будет уходить на более продолжительные сеансы.       Дальше сложности на этом не заканчиваются. Когда следующая дата и время встречи были уже назначены, Чонгук ловит себя на мысли, что совершенно не хочет идти туда. Его буквально выворачивало от понимания того, что его самого будут читать, как открытую книгу. Выкорчёвывать глубокие, давно забытые чувства и ковырять старые, едва зажившие раны. Тэхён волновался за Чона, видя, как трудно ему приходится начинать этот тяжёлый путь. Но чтобы привыкнуть, нужно время. У всех эта стадия проходит по разному.       И кто бы что ни говорил, Кима это всё равно не устраивало. Он не хотел отпускать своего возлюбленного на следующую встречу с психологом в одиночку. Но, понимая всю серьёзность, напросился только посидеть в коридоре, чтобы хоть таким образом быть рядом. Чонгука эта мысль и понимание того, что буквально за стеной кабинета сидит его Тэхён, придавала ему сил. Одно безмолвное ожидание Гука около кабинета психолога и эмоциональный фон младшего приобретал более мягкие, плавные линии. Никакого всплеска агрессии, отказов и истерик. Девушка после завершения работы с младшим была очень впечатлена особому влиянию Кима на Гука. Так они поняли, что работать стоит теперь уже в троём, чтобы не сбить хорошее начало их борьбы. И самое главное, что Чонгук был этой идее не против. Ему было уже нечего скрывать от Тэхёна, потому что Чон ощущал от него больше защиты и помощи, нежели стыда.       Так и началась долгая плодотворная работа Чонгука с психологом. Было всё. И ругань с истериками и слезами, и смех с добрыми улыбками и благодарностью. Тэхён по прежнему оказывал Чонгуку безмолвную поддержку, лишь находясь рядом с ним и изредка обнимая Гука в особо тяжёлые моменты. Которых, увы, было не мало.       Выворачивая наизнанку всю свою душу, Гук ощущал невероятную тяжесть. Она была для него непонятной, странной и пугающей. Но после таких сеансов он многое начинал по другому осознавать. С каждым разом он чувствовал, как меняется. Как легче становится его тело. Раньше ему было очень сложно подниматься с постели, не говоря уже о качестве и количестве сна.       Но упрямый мозг не хотел так сильно сдаваться под натиском стольких помощников. Несмотря на прогулки Гука с Юнги или же свиданий с Тэхёном. Он мог иногда полностью перестать реагировать на них. А всё из-за откуда-то не возьмись плохих мыслей, что поступали в голову в самый неожиданный момент. И даже если всё было хорошо, когда он проводил веселые времена с Тэ и Мином, следующий день мог в корне поменять его. Иногда Чону в прохожих мерещился бывший партнёр, если он видит похожий силуэт, схожую походку или причёску. Прошлое снова затягивало его в свой капкан, пока он пытался правильно проживать его и проводить через себя.       В какой-то момент это достигло пика. Чон снова замкнулся в себе, не подпускал к себе близко дорогих для себя людей и плохо питался. Это было самым тяжёлым периодом для ребят. Тэхён и Юнги попеременно контролировали Чонгука, чтобы тот не смог наделать глупостей. Чанми, та самая девушка, являющаяся психологом для Гука, приходила к нему на дом и оказывала свою особую терапию, чтобы вывести парня из этого состояния.       Тэ в то время тоже пережил ощутимые изменения в себе. Он ощущал почти что физическую боль, когда Чонгук в очередной раз плакал за закрытой дверью во время работы со специалистом. Юнги было тяжело смотреть на Кима, особенно когда они с Чонгуком совсем недавно были так близки. Он, как мог, всегда поддерживал Тэ, чтобы тот не отчаивался и не расстраивался слишком сильно. Но даже тогда никто всё равно не пытался сдавать назад. Это было не в их планах, особенно когда изменения с Чонгуком уже происходили. И поэтому работа с Гуком велась очень плодотворная. Тэхён помогал младшему с выполнением «домашнего задания», когда сменял Юнги. И также было наоборот. Каждый вносил свой вклад и помощь.       И уже совсем скоро ситуация решается в особый день «икс». А именно тогда, когда, проснувшись, Чонгук вдруг чётко понимает для себя, что скучает по своим ребятам. Ему, наконец, перестают мерещится страшные события прошлого. Он по немногу приходит в себя, ощущая огромную потребность увидеть Тэхёна и зацеловать его всего. А ещё поблагодарить за то, что ухаживал за ним, даже когда получал колючие оскорбления. И Юнги. Быть таким терпеливым другом для Чонгука — высшая степень благодарности. Нет никого, кто бы так яро старался изменить его жизнь, как он. Он так любит своих ребят. Господи, спасибо, что послал для него таких замечательных людей. Если бы не они, возможно, он бы никогда не смог достичь таких целей.       Вылетая пулей из комнаты, Чонгук натыкается на спящего на диване Юнги и с лёту запрыгивает на него. Тем самым будя и одновременно пугая. Крепко обнимая старшего, Гук шепчет слова благодарности, пока тот сонливо приобнимает его в ответ и счастливо улыбается. Всё понемногу начинает налаживаться.

***

      «Терпенье и труд всё перетрут». Поговорка, являющаяся основополагающей частью нескольких последних месяцев, проходивших и огонь, и воду, и медные трубы. Но если бы не это, если бы не помощь близких людей и хорошего специалиста, был бы сейчас Чонгук настолько счастливым человеком? Он всё ещё помнит, будто это было только вчера, как тайком пришёл к Тэхёну на работу в тот день. Каким растерянным и удивлённым был Тэхён. Как долго прижимал к себе и лил слёзы. Слёзы радости и неверия. Мужчина готов был закричать во все услышанье о своём счастье. Счастье — видеть, касаться и целовать любимого человека. Без страха, что тебя могут оттолкнуть, оскорбить или вовсе отвернуться. Как трудно было ему быть рядом, но одновременно с тем абсолютно далеко, будто на совершенно другой планете.       Но жаловаться было бы грехом. Тэхён старался быть опорой. Даже если это претило и было Гуку не нужным, Ким оставался рядом. Он всё понимал, Чанми объясняла каждое проявление агрессии Чонгука, чтобы хоть как-то помочь ему. И Ким бесконечно благодарен ей за помощь себе и особенно за помощь Гуку. И не стоит слишком сильно зацикливаться на прошлом. Ведь сейчас уже всё хорошо. Настала пора создавать действительно хорошие воспоминания с любимым человеком, проживать эту жизнь на полную и радоваться каждому дню!       Рассматривая большие колонны, выполненные в греческом стиле, Чонгук с широко приоткрытым ртом ветрел туда-сюда головой, рассматривая шикарно расписанный потолок, большие картины и мраморные стены. Сказочное место. Тэхён всегда знает, как удивить и порадовать его, приглашая в такие места, от которых у Чона поджилки трясутся от восторга. К тому же являющийся самым популярным и дорогостоящим отелем с различными приятными бонусами. Что может быть лучше? После того, как Чонгук вернулся к своей учёбе, продолжая осваивать наилюбимейшую профессию, Тэхён тоже зря времени не терял, усердно стараясь на работе. Они долгое время были вдали друг от друга из-за загруженности. Но как только у обоих появилась свободная минутка, Тэ тут же пригласил Гука на свидание, неизвестно какое уже по счёту.       Ему приносит невероятное удовольствие делать своего любимого счастливее, радовать сюрпризами и кормить вкусностями. А Чону нравится проводить с мужчиной время вместе и вовсе не важно в каком именно месте. Гук слишком сильно скучает по Тэхёну, когда они не могут долгое время встретиться, а переписки и звонки нисколечко не уменьшают это чувство. Поэтому сегодняшний день априори является уже самым лучшим.       Заканчивая все оформления на ресепшене, Тэхён забирает у администратора ключ-карту от номера и окликает Чона, чтобы они могли уже скорее подняться по лифту на нужный этаж. С каждый пройденным этажом в лифте начинает стремительно заполняться пространство. И, видя то, как у младшего блестят от радости глаза, Ким осторожно касается ласково его поясницы, чтобы случайно не задеть кого-то другого. Круговыми движениями поглаживая спину Гука, дабы хоть немного скрасить его сильнейшее желание прижать к себе и зарыться в чужие волосы. Невыносимо. Ждать подходящего момента так трудно.       Наконец, выйдя из лифта, мужчина переплетает с Чонгуком их пальцы и крепко стискивает, радуясь тому, что никто другой из этого злосчастного лифта с ними не вышел. Открывая дверь номера и проходя внутрь, Ким бросает ненужную сейчас сумку и со вкусом прижимается к Чонгуку, выбивая у того весь воздух из лёгких. Как же он скучал. Ещё бы чуть-чуть и его мозг поплыл бы от нехватки любимого человека в его жизни. — Чонгук-а, как же я соскучился, малыш… — нежно шепчет, зарываясь в мягкие волосы ладонью. — И я скучал, Тэ, наконец-то мы сможем побыть вместе, — довольно отвечает, крепче стискивая в руках рубашку Кима на спине. — Давай никуда не пойдём, м? — Чонгук от этого вопроса невольно расплывается в улыбке, пока Ким канючит и с недовольством вздыхает. Ему кажется что он не сможет сейчас просто-напросто отстраниться от младшего, это для него невыполнимо. — Будем валяться на огромной кровати и бесконечно целоваться, как тебе идея? — А как же бассейн, горячие источники, целый игровой этаж и бар на самом верху с пометкой всё включено? — с нажимом намекает Чон, пока старший с огромной грустью отпускает его и слабо кивает головой. — Да, давай повеселимся, чтобы ни о чём не жалеть сегодня, всё попробуем!       Ребята переодеваются, осматривают немного свой номер и бегут развлекаться, чтобы выжать из этого дня как можно больше. Прогулка в ботаническом саду, аквапарк, баня, мир сладостей и многое другое было освоено в первые четыре часа. А сколько фотографий было сделано! Несчесть. И несмотря на обширность и громоздкость различных интересных программ, Тэхён с Чонгуком нисколечко не ощущали усталость, размышляя над тем, чем теперь стоит позаниматься. Веселились на полную катушку, особенно в игровом центре, испробовав почти что всё. Завершающей частью был так называемый бар с танцевальной зоной, но там уже их на много не хватило. Пара коктейлей с закусками, и ребята уже упорно старались держать свои глаза открытыми, с трудом осознавая то, как быстро летит время. Двенадцать часов пролетели совершенно незаметно, но так интересно и весело.       Громко врываясь в номер, Чонгук с лёту предлагает Тэхёну принять джакузи вместе. Ким без задней мысли соглашается, пока Гук колдует в ванной, используя различную вкусно пахнущую соль и несколько цветных ярких бомбочек. Душа младшего порхала, словно бабочка над цветком, когда как до Тэхёна только-только начал доходит смысл предложенного.       Ладони его тут же вспотели, а в горле пересохло. Неужели сегодня? Ким, как дурак, до последнего не осознавал то, что снимая номер в отеле, между любящими людьми обычно происходит «то самое». И как можно было забыть о таком? Только Ким подрывается с места, чтобы предложить Гуку помыться раздельно, как младший громко зовёт его в ванную. Но теперь уже поздно и назад дороги нет. Потому что он не хочет расстраивать Гука, надумывать себе невесть что и волноваться по этому поводу. Пускай всё движется так, как и должно быть.       Медленно открывая дверь, Ким ощущает высокую температуру в комнате, а также слабый пар, стараясь почему-то сначала рассмотреть интерьер, нежели желанное обнажённое тело Чонгука. Сглатывая резко набежавшие слюни, Тэ всё же переводит взгляд на Гука и мысленно прощается со своим разумом.       Младший, уже достаточно распаренный, сидит по центру джакузи, окутанный со всех сторон пеной. Какой же он невероятно красивый. Слегка нарумянившиеся щёки, с прищуром глядящие на него тёмные глазки и слегка прикушенная зубами нижняя губа. Ну нельзя быть таким сексуальным и милым одновременно! Хотя нет, Чонгуку можно всё. И да, он уже поплыл, не пытаясь даже что-то с этим делать.       Быстро стягивая с себя ненужные шмотки, Ким плюхается к Чонгуку и тут же окольцовывает его талию своими руками, дурея от понимания того, что здесь и сейчас они абсолютно нагие друг перед другом. Чонгук обхватывает руками шею старшего и притягивает к себе ближе, долгожданно и сладостно целуя. Быстро сминая чужие губы, Гук перебирается на бёдра Тэхёна, чтобы быть так ещё ближе. Не зря от сегодняшнего дня ему нужно брать всё. Вот Чонгук и старается взять по максимуму, пока ощущает приятное головокружение от их с Тэ поцелуя. Но этого мало. Слишком.       Старший тоже понимает это. В следующее мгновение касаясь мокрыми губами шеи Гука. Проходясь по ней губами или носом и нежно целуя кожу, он понимал, как быстро начинает заводиться. Особенно с Чонгуком на своих бёдрах и от его слабых ёрзаний. Чувствуя мягкие ягодицы младшего на себе, Ким сильнее пригвождает его к себе. Срываться нельзя. — Гук-а, я могу…? — хрипло обращаясь к младшему, тот тихо вздрагивает в его руках, а затем утвердительно кивает, не удосужившись даже дослушать до конца.       А Тэхён не настаивает. Он поднимается из воды и тянет за собой Чона, смывает всю пену и затем слегка обтирает полотенцем. Чонгук чувствует смущение от того, что Ким ухаживает за ним, как за ребёнком, пока он с дрожащими от возбуждения ногами стоит и смотрит в пол. Но Тэ не обращает на это никакого внимания, хватая того на руки и следуя со своей дорогой ношей в спальню. Там, где стоит громадная кровать и приятно приглушён свет. Мужчина аккуратно опускает Гука на постель, а затем забирается следом, нависая сверху лежащего и подрагивающего от нетерпения младшего. — Такой сладкий, нетерпеливый и разгорячённый, — шепчут губы Тэхёна, приближающиеся к ключицам.       Мокро обцеловывая и облизывая манящую кожу, руки Кима беспорядочно бродят по всему телу Гука, но не касаясь самого основного. Ощущая небольшую зажатость и неловкость младшего, Тэхён старается его как можно больше расслабить и успокоить. — Т..Тэ… — грудь Чона приподнимается навстречу ласкам, пока он ласкает ярко-розовые соски, то прикусывая зубами, то перекатывая между пальцев. — Нравится? — видя то, как Чонгук соблазнительно выгибается в спине при каждом его поцелуе, Тэхён сыто облизывается, позволяя себе немного больше вольности. Пора переходить к десерту.       Гука подбрасывает на кровати, когда он ощущает касание ладони Тэ к своему члену, стараясь не смотреть вниз. Конечно ему нравиться. Как такое может не нравится? Даже очень. Это сводит с ума и почти заставляет заскулить, но пока он может контролировать свой голос. Даже сейчас, когда ему начинают неспеша надрачивать. — Малыш, посмотри на меня, — настойчиво просят, когда как глаза Чона то и дело закатываются в наслаждении.       И как только всё прекращается, Чон с недовольством опускает свои глаза, пересекаясь с горящим взглядом медовых глаз. Он специально прекратил ласку, чтобы Чонгук обратил на него внимание, чтобы в следующую минуту под внимательным взором наклониться вниз и вобрать в себя сразу половину. — Ах-х… Тэхён, ты заче..ах! — чувствуя теплый влажный рот Кима и скользящий язык на своём члене, Гук перестаёт окончательно соображать, принимаясь двигать навстречу своими бёдрами и громко стонать. Невыносимо ощущать настолько сильное возбуждение.       Ещё никогда ему не было так ярко и так крышесносно. Но говоря сейчас только о себе, что же чувствует сам Тэхён? Он так долго обхаживает его, когда самому, наверное, уже больно от твёрдости. Приподнимаясь на локтях, Гук дотягивается до волос Кима и нежно оттягивает их, чтобы внимание на себя переключить, как бы ему сейчас сказочно приятно не было. — Что такое? Тебе было не приятно? — приближаясь к его лицу, Чон машет головой и стирает с уголка губ Тэ слюну перемешанную с его предэякулятом. Слишком горячая картина. — Я хочу тебя, Тэхён-а, хочу тебя в себе уже слишком долгое время, прошу, дай мне его, — заметно смелея, Гук касается крупной головки Кима и увереннее обхватывает её, наблюдая за хмурым выражением лица Кима.       Тяжёлое дыхание мужчины выдаёт его с потрохами, особенно после недавних слов и действий Чонгука. И теперь он со спокойной душой собирается позволить себе взять от этой ночи всё. Быстро находит смазку с презервативами и приближается к губам Гука, поочерёдно нежно сминая каждую. Ну какой же у него Чонгук замечательный. Его буквально разрывает от этого момента и чувств, которые он сейчас ощущает. Благодарность, любовь, страсть. Кажется, будто нельзя уже просто любить сильнее, чем сейчас, но это не так. Тэхён чувствует, что в его сердце останется ещё много места для безграничной любви к парню. Чонгук ощущает нечто схожее. Поэтому, когда он ощущает в себе осторожно скользящие пальцы, осторожно разрабатывающие его, это позволяет ему неожиданно всхлипнуть. Как прекрасно, когда твой партнёр по-настоящему любит и заботится о тебе. Приятное чувство распирания вскоре заполняет его и это позволяет окончательно раскрыться перед Тэхёном. И теперь уже насовсем.       Отвечая на непрекращающиеся поцелуи, Чонгук не может поверить в своё счастье, обхватывая спину Тэхёна своими ногами. Ким двигается осторожно, нежно, считывая каждую эмоцию на лице любимого. Наслаждаясь приятной узостью, Тэ немного меняет угол проникновения, дабы перенести тяжесть на ноги, а также принести ещё больше удовольствия и себе, и ему. Чон звонко стонет, когда старший задевает внутри все его чувствительные места, будто бы зная заранее как ему будет лучше. Как всегда, идеальный Ким Тэхён. Безупречный во всём мужчина, принадлежащий Чон Чонгуку. — Тэхён, ммм, прошу, быстрее…сильнее!       Идя на поводу сладкого голоска, Ким начинает заметно ускоряться, сильнее стискивая ослабшие бёдра в руках. Чонгук запрокидывает голову назад, с восторгом отзываясь на каждое движение. Громкие шлепки бедёр об ягодицы лишь сильнее раззадоривают. Тэхён, словно оголодавший зверь, присасывается к открытой шее, кусая и засасывая чуть солоноватую от пота кожу, и довольно мычит, прикрывая глаза, когда Чон, окончательно срывает свой голос и обильно кончает, при этом сильно сжимая его в себе. Изливаясь следом, Ким валится от усталости рядом с Чонгуком и к себе его прижимает. Они, не обращая внимание на липкость кожи и свою усталость, сладко целуются, закрепляя этот волшебный момент не менее прекрасным поцелуем.       Укладывая голову на грудь Тэхёна, Чонгук удобно закидывает на него свою ногу, ощущая лёгкие поглаживания. Гук так рад, что однажды ему на пути встретился упрямый мужчина, не желающий так просто сдаваться, вскоре спасший его от прошлого и научивший заново жить. — Это и есть любовь? Та самая, да, Тэ? — спрашивает со слезинками в глазах, когда сердце готово петь от радости. — Да, наша с тобой любовь, мой хороший, — в ответ Тэхён с безграничной нежностью смотрит, крепче обнимая расчувствовавшегося возлюбленного.