Ты остаёшься со мной

      Цезарь всё же отказался пока от идеи искать удобное место для побега и вернулся в дом. Если его будут слишком сильно подозревать то ничего не получится. Марк смотрел на него как обычно холодно, но в этом взгляде будто читалось что-то ещё. Угроза, может злоба, сложно было понять. Да и смотреть долго в глаза существу не получалось.       — Собираешься с.б.е.г.а.т.ь?       Создавалось ощущение что альтернатив реально читал мысли Цезаря, потому и спрашивал только про это, а не говорил на какие-то повседневные темы. Парень сглотнул и ощутил, как мурашки снова забегали по телу. Он не знал что ответить, поэтому молчал, Марк же сверлил его своим безжизненным взглядом. Через какое-то время ему надоела игра в молчанку и он прошипел.       — Отвечай м.н.е.       Тут же Цезарь снова ощутил где-то внутри тоску и отчаяние, казалось что из него вытягивают не просто силы, у него забирают саму жизнь. Появилась слабость, чтобы не упасть пришлось схватиться за стену и получить ещё несколько заноз.       — Ты останешься з.д.е.с.ь, тебе ясно?       Пленник не мог выдавить из себя ни единого слова, хотя пытался. Голова гудела и в ней будто звучал какой-то шум, который невозможно было ничем заглушить. Цезарь пытался прекратить эту пытку и сказать о том, что он не собирается сбегать, но изо рта вырвался только слабый болезненный стон. Он схватился за голову и осел на пол, Марк медленно приближался.       — Ты д.о.л.ж.е.н радоваться что я р.а.з.р.е.ш.и.л тебе выходить на улицу. Я могу перегрызть тебе с.у.х.о.ж.и.л.и.я, и ты больше никогда не сможешь х.о.д.и.т.ь.       Его голос оставался безжизненным и пустым, но сейчас звучал жутко и угрожающе. Цезаря начала бить дрожь, он до сих пор не мог сказать ничего внятного. Голова просто раскалывалась, теперь вместо шума он слышал голос своего мучителя, который повторял одно и то же — ты остаёшься со мной.       Марк подошёл вплотную и схватил Цезаря за ворот кофты, резко притянул к себе. Его лицо искажалось, показывая истинное обличие — чёрное изломанное тело, мёртвые глаза и острые зубы, возможно даже в несколько рядов. От этого зрелища у Цезаря закружилась голова, ему показалось что он сейчас упадёт в обморок. Существо встряхнуло его, судя по всему желая привести в чувство, после чего прошипело.       — Смотри н.а м.е.н.я.       Но парень не мог поднять голову. Во всём теле он ощущал ужасную слабость, перед глазами всё плыло, а чувство безысходности и тревоги уже накрыло с головой. В гудящей голове даже мелькнула мысль о том, что добровольный уход из жизни не такой уж плохой вариант, как вдруг его снова встряхнули. Искажённый голос вновь прошипел, но в этот раз твёрже.       — С.м.о.т.р.и на меня.       Слабость немного отступила, Цезарь даже смог слегка поднять голову. Его сердце колотилось как при какой-то болезни, а колени тряслись. Он не падал только потому что альтернатив держал его. Но он всё ещё не мог сфокусироваться на одной точке, перед глазами бегали чёрные пятна, резко накатила тошнота. Хотелось заплакать, но слëзы не текли. Только противный комок образовался в горле. Его встряхнули снова, в этот раз кажется сильнее.       — Смотри на м.е.н.я.       Цезарь всё же сделал усилие над собой и попытался нормально удержать голову. Он смотрел Марку в глаза, чувствуя как постепенно приближается к состоянию истерики. От резких движений голова заболела сильнее, неприятное пульсирующее ощущение появилось в висках. Казалось что альтернатив хочет напугать его до смерти, но тот скрыл свой пугающий истинный облик под внешностью Марка, после чего угрожающе прошипел.       — Ты никуда н.е у.й.д.ë.ш.ь отсюда. И я запрещаю тебе п.о.д.х.о.д.и.т.ь к лесу, пока меня нет. Если я уйду ты будешь с.и.д.е.т.ь в доме.       После этого он смерил пленника пустым взглядом и холодно добавил.       — Ты понял?       Цезарь кивнул головой, он был согласен на любые условия, лишь бы этот кошмар кончился. Что угодно чтобы шёпот альтернатива ушёл из головы, чтобы эта слабость и ужас прошли.       — О.т.в.е.ч.а.й.       — Понял..       Это слово далось ему с трудом, но Марк отпустил его. Ослабленное тело Цезаря опустилось на пол, его била крупная дрожь. Хотелось спрятаться где-нибудь и не выходить несколько недель, но здесь было негде прятаться. Альтернатив стоял и смотрел на то, как пленник из-за слабости заваливается на бок и тихо стонет, не то от боли, не то от страха. А может и от того и от другого.       — Я пойду з.а е.д.о.й — протянул он — не смей никуда у.х.о.д.и.т.ь.       После этого он медленно направился к двери и оставил Цезаря в одиночестве. Тот всё ещё лежал на холодном полу, голова уже не кружилась, но болела так, будто он поспал всего два часа. Тело ломило, опустошение никуда не делось, Цезарь всё ещё чувствовал эту мёртвую тоску и ужас. Создавалось ощущение что из него вытянули не только силы, но и частичку души. По щекам побежали слëзы, сначала это просто было два небольших ручейка, а затем тело парня начало содрагаться от рыданий. Он никак не мог успокоиться, хотя очень пытался, воздуха не хватало. Истерика наступила с опозданием, и она забирала остаток сил.       Через какое-то время слëзы перестали течь, Цезарь лишь иногда всхлипывал и сжимался калачиком. Он был один в этом доме, никто не мог помочь ему, никто не мог успокоить, и от этого становилось ещё хуже. Осознание что он остался один на один со своей бедой добивало окончательно, хотя казалось Цезарь итак уже был сломлен. Воздействие альтернатива было слишком сильным, он только что буквально чуть не убил его. Но не смотря на это пленник всё же не терял надежды на спасение, она теплилась где-то в глубине души и горела будто маленький костерок. Закрыв глаза Цезарь начал тихо читать молитву, первую которую вспомнил. Из-за пережитого страха он путался в словах, повторял одну и ту же строчку несколько раз, порой замолкал чтобы прислушаться к звукам с улицы — не возвращается ли его мучитель. Но за окном были слышны лишь звуки леса, и ветер слегка колыхал деревья. Осознавая это Цезарь продолжал молиться, надеясь что высшие силы обратят на него свой взор и помогут. Люди в отчаянии готовы на что угодно чтобы избавиться от бед, даже поверить во что-то, что не поможет им. Наивность это, или слепая надежда на лучшее? Цезарю всё это было не важно, он лишь хотел чтобы кошмар закончился.       Более или менее он пришёл в себя тогда, когда уже всходила луна. Марк так и не вернулся, но о побеге не возникло ни одной мысли. Цезарь лишь упёрся руками в пол и аккуратно встал. Ночь в лесу была тихая, на небе не было туч и можно было хорошо рассмотреть звëзды и луну. Цезарь медленно подошёл к окну и уставился на белый диск в небе. Сейчас он не хотел говорить как это красиво, он просто хотел отвлечься. Увидеть что-то, что не относится к грязному старому дому в лесу, к ужасному существу что держит его здесь. Луна была белая и чистая, прямо как надежда которая ещё не угасла в душе Цезаря. Может быть, у каких-то народов луна это символ надежды? Если да, то пускай она будет некой опорой для несчастного подростка, который был похищен альтернативом. На моменте этой мысли Цезарю показалось, что он уже сходит с ума. Ему нужно как-нибудь выбраться отсюда.       Ещë немного посмотрев на луну парень прислушался. Никто не шёл к дому, значит альтернатив пока не собирался возвращаться. Решив воспользоваться этой возможностью Цезарь добрался до кровати и лёг на неё, закрыл глаза. Он был совершенно вымотан, поэтому не обращал внимания на неудобство спального места. Главное сейчас это успокоиться, и попытаться оставаться в здравом рассудке. А альтернатив, судя по всему, очень хочет сломать свою жертву тем или иным способом.