Ты остаёшься со мной

      Цезарь уже не смог оправиться от пережитого ужаса, он полностью потерял надежду на спасение или побег. Теперь голос в его голове шептал совсем другие слова — он хвалил парня за то, что тот принял верное решение, называл его очень умным и податливым, а также обещал что за хорошее поведение его будет ждать награда. Но Цезарю не нужны были эти обещания, он и сам не знал что ему нужно. Он просто ничего не чувствовал, лишь холод и пустоту внутри. После такого шокирующего зрелища он даже не смог самостоятельно зайти домой, Марк поднял его на руки и принёс на кровать.       — Цезарь в.с.ё х.о.р.о.ш.о — он так же растягивался в улыбке и будто испытывал радость от вида сломленной жертвы — теперь ты п.р.а.в.и.л.ь.н.ы.й.       Пленник же просто лежал и смотрел на него. Если бы кто-то видел его со стороны, то подумал бы что парень погиб несколько часов назад. Бледная кожа, красные глаза, ярко выраженная худоба и полное отсутствие жизни во взгляде. Теперь Цезарь почти ничем не отличался от своего похитителя, разве что не мог вывернуть руку в обратную сторону, да и лицо его не сползало вниз. Он отчасти превратился в того, от кого так пытался сбежать.       — Таким ты мне н.р.а.в.и.ш.ь.с.я больше — Марк продолжал свой монолог — если ты будешь себя х.о.р.о.ш.о вести, я найду тебе ещё цветы.       Старые цветы уже засохли, от них не было толку. Но толку не было и от живых цветов, пленнику они не принесут радости. Разве что станут символом окончательной смерти всех его мечтаний и веры в лучшее. Цезарь вздохнул и закрыл глаза, почти сразу же провалился в сон. Организм не вытерпел стресса, с которым пришлось столкнуться и без того ослабленному и разбитому подростку.       Поначалу Цезарь видел лишь черноту. Ему даже показалось что это снова сон без сновидений, но внезапно где-то далеко появился белый свет. Он горел тускло, можно было бы и не увидеть с такого расстояния, но в полной тьме этот огонёк светил будто солнце. Постояв на месте и подумав парень пошёл к свету, даже не думая что это может быть опасно. Он уже пережил множество ужасных событий, вряд ли теперь что-то сможет его напугать.       Чем ближе был свет, тем сильнее Цезарь ощущал тепло. Приятное, и такое желанное, он не чувствовал его уже давно. Было в нём что-то родное, близкое ему, поэтому парень ускорил шаг. В конце он уже бежал, отчего с размаху влетел в это странное свечение. Он не попал в ловушку или в новую пустоту, он оказался у себя дома.       Сначала Цезарь растерялся, он снова видел знакомые обои, торшер около дивана, голубые полупрозрачные шторки. Это была его гостиная, и он стоял в её центре в ступоре. Может быть, все эти ужасы с Марком ему приснились, и не был он никогда в плену где-то в чаще леса, не видел оторванной головы, не питался тем, что принёс его похититель. Бывают же очень реалистичные дурные сны, не обязательно же им быть правдой.       — Цезарь?       Женский голос звучал удивлённо, но Цезарь тут же узнал его. Он повернулся и увидел свою мать, она тоже была в растерянности от того, что видела. Конечно, любая мать удивится когда увидит своего сына в грязной одежде, которая не подходит ему по размеру.       — Мама?..       — Что ты здесь делаешь?       Но парень ничего не мог выдавить из себя, он плакал от счастья. Снова оказаться дома и встретиться с матерью он уже и не надеялся, может быть он всё же пережил кошмар, но смог сбежать? И сейчас вернулся в таком виде, стоял посреди гостиной как оживший труп. Цезарь и сам запутался в каком порядке шли события его жизни, и были ли они вообще. Может быть всё это действительно был сон, а может и нет. В любом случае, он вернулся и теперь был дома.       — Я тебя не ждала — её голос звучал холодно.       — Мам я.. не знаю где я был.. но я вернулся..       Парень не скрывал радости, но он не видел такой же радости от своей матери. Ей будто было вообще без разницы что её сын вернулся из настоящего ада, как будто перед ней стоял совершенно чужой человек. Это пугало, но Цезарь хотел верить что она просто очень шокирована, поэтому не такая эмоциональная.       — Почему ты вернулся?       — Я скучал по тебе..       — А я нет.       Её слова звучали резко, и ранили сильнее любых ножей. Приглядевшись Цезарь понял, что это не его мать. У этой женщины были совершенно другие волосы, другие глаза, всё другое. И улыбка у неё была пустой, так же как и взгляд.       — Мама..       — Не называй меня так. Возвращайся туда, откуда пришёл.       Она нахмурилась, брови очень сильно наплыли на глаза, а рот съехал к подбородку. И комната где они стояли тоже изменилась, теперь это больше походило на заброшенный дом, без мебели, без обоев. Цезарь в панике оглядывался по сторонам, и каждый раз возвращался к искажённому образу своей матери.       — Возвращайся, Цезарь — она шептала так же, как и неизвестный голос в его голове — возвращайся.       — Нет! Я не хочу..       Она сверлила его суровым взглядом и продолжала шептать. Чтобы избавиться от этого парень закрыл глаза и уши, он тяжело дышал и слегка трясся. В какой-то момент всё стихло, наступила полная глухая тишина. Она начала давить на уши, поэтому Цезарь всё же открыл глаза. Он снова был в чёрной пустоте, не было ни дома, ни его матери, ничего. Только он наедине с целым ничем.       — Цезарь.       Внезапно зазвучавший голос заставил вздрогнуть и обернуться. Позади Цезаря стоял он сам, но другой. Более ухоженный и живой, с улыбкой, с блеском в глазах и в красивой опрятной одежде. Он смотрел на него так невинно и по-доброму, но одновременно с этим печально, словно с какой-то жалостью.       — Цезарь, мы больше не встретимся.       В этот момент он начал таять, будто мираж в пустыне. Это вызвало внутри необъяснимо сильную тревогу, Цезарь вскочил с пола и кинулся к своему двойнику, но так и не смог схватить его. Руки просто прошли сквозь тело.       — Постой.. кто ты, почему ты похож на меня?..       — Прощай, Цезарь — полупрозрачный двойник как-то грустно улыбался — прощай.       Он растаял в воздухе и оставил после себя дымку, Цезарь протянул руку к ней. Остатки двойника очень быстро рассеялись в пустоте, а парень так и стоял с вытянутой рукой, будто ждал чего-то. Он чувствовал как что-то покинуло его, что-то важное и ценное, то, что уже никогда не вернётся. И тревога внезапно сменилась на спокойствие, и даже какую-то радость.       — А чего я расстраиваюсь.. — сказал он самому себе чуть дрожащим голосом — у меня же есть Марк.       В этот момент на плечо ему легла когтистая холодная лапа. Можно было даже не строить догадок, всё и так было понятно. Альтернатив явился посмотреть на свою сломленную и ослабленную жертву, которая потеряла не просто надежду и веру. Она потеряла свою личность.       — Здравствуй Ц.е.з.а.р.ь.       От существа исходил могильный холод, и даже спиной можно было ощутить что оно улыбается. Он выиграл в этой борьбе, хоть она и продолжалась довольно долго. Пленник сопротивлялся, он оказался крепче других людей. Но любой камень со временем раскалывается. Цезарь чувствовал как его снова утягивает куда-то вниз, ещё глубже в бездну из которой ему уже никогда не выбраться. Вот только теперь это доставляло ему удовольствие.       Резко открыв глаза парень уставился в потолок. По крыше барабанил дождь, кругом была темнота. Он лежал и слабо водил рукой по грудной клетке, будто пытался что-то нащупать.       — Доброй ночи Ц.е.з.а.р.ь.       Оторвавшись от своего занятия он посмотрел в сторону. Альтернатив стоял и смотрел на него, его голова была чуть наклонена, а губы растянулись в ухмылке. Он ждал ответа, и он его получил.       — Доброй ночи, Марк.       Голос пленника чуть дрожал, но он не обращал на это внимания. Сложно было сказать приснилось ли ему всё то, что он видел, или же это было в реальности, границы уже совсем стёрлись. Но он был рад увидеть Марка, поэтому тоже улыбнулся.       — Ты хорошо с.п.а.л?       — Да, ты мне снился. Я этому рад.       Он продолжал улыбаться, будто случилось что-то хорошее. Голос в голове снова хвалил его, говорил какой он молодец и как Марк им доволен. Та его часть которая хоть как-то пыталась сопротивляться стёрлась. Осталась та, что хотела остаться с альтернативом.