С новым годом

***

      Больница. Не каждый Новый год проходит тут, да и, что тут говорить, человек врятли когда-то думал, что будет проводить тут свои первые дни нового года. От и Ли Вон с Цезарем так не думали, к одному моменту, пока Цезарь не решил "оставить себе Ли Вона" самым необычным способом - перерезав себе горло.       Недельным вечером 31 декабря Ли сидел в палате на кровати уколо стены и читал книгу. Цезарь, в свою очередь, сидел на кровати уколо окна с катетером и капельницой в руке. Он смотрел в окно: на улице много людей ходили, веселились, улыбались друг другу и просто сидели на лавочках смотря на большую ёлку, которая стояла посреди площади и переливалась разными цветами герлянд. Помимо самых отблесков ёлки в окне, в комнате тоже горели герлянды и даже была маленькая ёлочка, которую Ивон сам украшал. Цезарь она очень понравилась, так как она не просто украшала комнату, но и немного подняла новогоднее настроение у Ли Вона, но, к сожалению, не на долго. "И всё-таки, какая же это дуристика.." сказал Ли после нескольких минут милования ёлочкой. Блондин посмотрел на ёлку, а после на Ивона. Он сидел и читал "Весь тот незримый свет" и настроения у него совсем не было. Цезарю было его в какой-то степени жаль и он понимал, что сейчас они в этом месте сейчас из-за него. В этот момент хотелось просто обнять его и как-то взбодрить. — Ли Вон, - говорит блондин. — Да? - отзывается тот отравая свой взгляд от книги. — Подойди сюда. — Зачем? — Просто подойти.       Метис встал и подошёл к кровати. Цезарь обнял его одной рукой за талию, положил свою голову ему на грудь и закрыл глаза. — Не сильно шевели рукой, чтобы катетер не подвинулся, - говорит ему Ивон спираясь правой рукой на перила. — Ты всё ещё злишься? —" Всё ещё"? Ты прикалываешься? - вскинув бровь спрашивает он. — Прости, я не хотел, чтобы сейчас так было. — Да.. да нечего. Почти всё же сейчас хорошо, это главное. Просто пообещай, что больше так не сделаешь..., - Ивон был немного в шоке, так как раньше он не извинялся перед ним и вообще мало когда говорил что-то об этой ситуации. — Обещаю, больше не буду. — От и хорошо. Я пойду дочитаю книгу, - поцеловав Цезаря в макушку сказал Ли о обернулся ушев к книге.       Цезарь обернулся назад к окну, а Ли взял стакан воды. Выпив половину он поставил стакан на место и подошёл к кровати. Не успев сесть на кровать кто-то постучал в дверь. Вопросительно посмотрев на дверь Ивон подошёл к двери и открыл её. На пороге стоял Дима одетый в чёрное пальто, щеки были розоватыми, в руках он держал полностью набитый пакет. — Привет, - сказал удивлённый Ли Вон — Привет, можно к вам? - спрашивает мулат улыбаясь. — Да, проходи, - показывая в нутрь комнаты рукой говорит метис и впускает незваного гостя.       Дима поставил пакет на кровать и подошёл ближе к Цезарю. Сев на стул он расстегнул первую пуговицу его пальто и положил руки себе в карманы. — Как вы? - спросил он у обоих. — Нормально, пока всё гладко, - говорит Цезарь. — "Пока"? - переспрашивают метис и мулат в унисон. — Ну, никто же не знает, что будет через неделю-две. — Хах, так я сейчас спрашиваю, не пугай так. Я вам тут сладостей на Новый год принёс, - улыбаясь во всё зубы говорит Дима. — Я вижу, - глядя на пакет говорит Цезарь. - В организации всё хорошо? — Да, - говорит Дмитрий с явным, почти незаметным намёком: он легко, почти незаметно головой показывает в сторону Ли Вона и на несколько секунд показывает взглядом на него, как-будто говорят "Не при нём это говорить".       Цезарь сразу реагирует на это и говорит: — Ли Вон, а где моя книга? — "Сияние'' или "Сказка"? Осмотрев комнату он ответил: — "Сказка ". — Ты её забыл в комнате отдыха, - не долго думая говорит он. — Иди принеси. — Зачем? — Мне нужно показать одно. В книге. — Ладно, - вздохнув сказал Ивон и ушёл.       Комната была довольно далеко от 38 палаты, поэтому в запасе было +- 3-4 минуты туда и так же обратно, и ещё примерно 2-3 минуты на поиск книги - суммарно примерно 10 минут. Этого хватало на историю, которую хотел рассказать Цезарь Дмитрий. — Так, что там? — Коробка. В квартиру Ли Вона его сосед принес коробку, которую по его словам бабушка, которая держит эти квартиры и само кафе, давно держала посылку, которую ему хотели передать. На коробке не было ф.и.о отправителя и вообще никаких данных не было. Она попросила одного из охранников отдать ему эту коробку. Он передал её мне, а я уже должен был передать её ему в руки, но коробка была немного странной: с низу она была разрезана и заклеена скотчем, и сама была очень тяжёлой. Сам картон можно было согнуть, но, сравнивая её с её весом в нутри не было слышно, что внутри что-то трясётся или ещё что-то. Отдав коробку своим людям они её разрезали по сторонам. Как оказалось там была взрывчатка, которая бы при открытии крышки сразу взорвалась. Скорее всего это Леонид, но нечего не доказано в его вине. На упаковке единственное, что было - это подпись отправителя, но она никому не подходит. В том плане, что даже если бы это была поддельная подпись она хоть чем-то и выдала её автора, но абсолютно ничего не указывает на кого-то из окружения. В этом и проблема. Возможно это сам тот мужик, но эт тоже врятли. Короч, довольно запутано. И скажи адвокату, чтобы в последнее время не открывал незнакомые посылки и чтобы вообще ни к каким коробкам не дотрагивался, - Дима говорил это довольно серьезно и.. смутно, будто он что-то знает, но не хочет говорить, он что-то спрашивать не было времени.       Единственное, что успел спросить Цезарь, это "Какого фига нельзя на прямую об этом сказать самому Ли Вону?" на что он ответил "Этого не хотел Миша. Я не знаю почему, просто не хотел и всё ".       Через несколько секунд в комнату зашёл Ивон и оба Сергеевых сразу успокоились, будто ничего не было. Метис отдал книгу Цезарю, на что тот улыбнулся и тихо ответил "Спасибо". Блондин посмотрел на Диму и дал ему книгу. — Потом посмотришь, сейчас времени объяснять нет, - намекая на уход того говорит он и даёт её ему в руки.       Дмитрий встал, попрощался и сказал, что "ему нужно быстро идти, так как он опаздывает" и ушёл. Ли Вон сидел в небольшом оцепенение и непонимании. — Странный он какой-то сегодня. Пришёл, про ничего почти не говорили и ушёл, - сказал Ивон глядя на дверь, а потом на ёлку. — Возможно спешит домой, Новый год всё-таки. — Новый год-новый год, всё вы с ним, как с каким-то особенным днём. Обычный день и всё. Ещё эти морозы, снег, холода, бр-р, - не много скривившись ответил он. — Хах, зимой родился, а зиму не любишь. — Не люблю от слова совсем. Всё эти застолья, где спрашивают "а когда женитьба? Тебе же уже 35, Ли Вон" или "ну как, возлюбленная есть?". М. Надоело уже так, прям не могу. Ещё эти собрания семьи в кругу. Ну.. не люблю просто такое. От и всё. А ёлка - это пустая трата времени и обычная безделушка, которая постоит, а потом осыпится, если настоящая, а если нет, то будет снова разобрана и покладжена в самый дальний угол дома, где снова почти год будет ждать своего времени. — Зато сколько эмоций приносит эта "безделушка". Даже ты улыбнулся, когда собрал её и украсил. — Улыбнулся то улыбнулся, но на долго? Нет. Не очень то и нужное это. Только место занимает.. — Возможно это и так, но всё же. Именно в этот момент всё могут почувствовать себя как-то по другому: от обычной улыбке, вплоть к сожалению, радости или грусти. Просто, попробуй как-то расслабиться, думаю это поможет. — Хах, ну да, расслабиться сейчас? Ты прикалываешься? Ну да-да, "сейчас прям время расслабиться", - с некой тонкой сарказма ответил он. — Я серьёзно. — Я тоже, - он подошёл к Цезарю и поклал свою руку ему щёку. - Щёки горячие.. температуры нет? — Нет. Я проверял, - кладя голову ближе и закрывая глаза говорит блондин.       Цезарь обхватил его рукой и прижал к себе обнимая. — Который час? - спрашивает он. — 23:46. — Ещё немного и 2024. Знаешь, на новый год я никогда ничего не просил, так как не было смысла, но.. в перед 2023 годом я попросил чуда. И у меня появился ты.       Метис улыбнулся. Эти слова не могли не вызвать улыбку. Он обернулся сказав "сейчас" и подошёл к пакету. Взяв от туда мандарины и бутылку шампанского, которую сперва не заметил, но потом, после того, как присел на кровать, он подошёл назад к Цезарю, дал ему несколько мандарин, а остальные оставил на комоде. — Слушай, тебе шампанское можно? — Да, но лучше спрятать, если будет идти медсестра. — Понял. Тогда я открываю.       Присев и открыв тумбочку он достал штопор и поставил на пол бутылку. Сперва он посмотрел внутрь тумбочки, взял от туда бокалы и закрыл её. Сперва всплыл вопрос "откуда там бокалы?", но сейчас это было не так важно. Акуратно открыв бутылку он налил по половине в бокалы и оставил бутылку внизу, после чего поднялся, потом дал правый бокал Цезарю и поклал ему свою руку на плечо. Тот же свободной рукой обнял его. Посмотрев на часы Ли Вон улыбнулся и сказал: — С Новым годом..

***