Один Новый год на двоих

«Порой даже незнакомец может найти путь в наше сердце».

Мужчина натянул воротник свитера повыше и протиснулся через толпу торопящихся незнакомцев к выходу. Стеклянные двери магазина открылись, и его обдало морозным трескучим воздухом. Он сжал в руках шершавые бумажные купюры и убрал их в узкий карман своего пальто. Мужчина прокрутил пробку на горлышке бутылки, и впустил в лёгкие спиртовой горький запах. Он оголил спрятанные в слоях теплой одежды губы и сделал несколько глотков, сморщившись. Холодный напиток разлился по организму. — С наступающим, — приподняв бутылку, сказал он самому себе. Вокруг пахло холодным ароматом мандаринов, елок и грядущим праздником. Он стряхнул со своего пальто крохотные мохнатые снежинки и повернул в сторону парка, окутанного голыми стройными деревьями и тусклыми мигающими фонарями. Мимо него неслись с забитыми пакетами и сумками люди, громко обсуждающие предстоящий праздник по телефону, кто-то с разбега скользил по ледяной корке на вытоптанной тропинке, кто-то обменивался колючими снежками между собой. Мужчина медленно втаптывал снег под ногами, останавливаясь каждый раз, чтобы насладиться жгучим напитком. Он уловил глазами тусклый силуэт сгорбленного человека на лавочке, и выдохнув перед собой облачко пара пошел к нему. — Свободно? — загораживая теплый бледный свет фонаря, спросил мужчина, указывая рукой на место рядом с незнакомцем. — Свободно, — не поднимая головы, почти шепотом сказал человек, спрятанный под капюшоном. Он на секунду перестал теребить мятый листок бумаги в руках. — Отсутствие новогоднего настроения - не повод примерзать к лавочке. — Ну идите домой тогда, — безэмоционально ответил незнакомец, краем глаза посмотрев на собеседника, — или вы гном Дед Мороза, который созывает людей по домам в Новый год, слушать музыку и ждать подарки под ëлкой? — Я больше снегурочка, чем гном. Да и работаю на себя. Незнакомец усмехнулся и поднял темные карие глаза на того, кто потревожил его. — Не боитесь домой опоздать? — спросил он, оценивая нарушителя его спокойствия. — Боюсь, что вообще не хочу туда идти, — мужчина натянуто улыбнулся. — Да и вы видимо тоже. — Новый год — семейный праздник, так что я лучше буду здесь в окружение елок, чем один там. — Можно составить вам компанию? — грустно расправляя складки брюк, спросил мужчина. — Можно, почему бы и нет. Мужчина протянул незнакомцу бутылку водки. — Не пью, спасибо. — Во как… а как же по другому пережить этот праздник, кроме как во время запойного веселья, — Мужчина сделал последний глоток и поставил бутылку рядом с собой. — Арсений, — он протянул обветренную руку. — Сергей. Мимо них пронеслась толпа возбужденных подростков, сломав тонкую грань воцарившийся природной тишины. — Неужели, вы и правда собирались провести здесь Новый год? — шепотом спросил Арсений. — До сих пор собираюсь, — Сергей выпрямился, скидывая с головы капюшон. — А есть ли причина у столь радикального решения? — Вы и правда что-ли тайный агент Дед Мороза? — с небольшим раздражением спросил Сергей, пробегая глазами по новому знакомому. Арсений откинул со лба темную челку и поджал губы, обдумывая ответ. — Передайте, что в этом году я вел себя достаточно неплохо, и думаю заслужил подарок, — не ожидая ответа, Сергей потер ладони об друг друга. — И что бы вы хотели попросить у Дед Мороза? — Чуть больше времени, — не сразу ответил Сергей, сжимая пальцами переносицу. Арсений нахмурился и вдохнул побольше воздуха в легкие. — Говорят, если замедлить дыхание, то и время замедлится. — Не думаю, что мне это поможет. Арсений захотел что-то ответить, но Сергей его опередил: — До следующего Нового года я не доживу, так что этот я хотел бы отметить в тишине, занимаясь созерцанием природы, — откашлялся мужчина, взяв в руки чистый мягкий снег, он скатал из него снежок и бросил в дерево неподалеку. — Что вы имеете в виду? — Арсений напрягся всем телом, сохраняя тепло. Вокруг воцарилась тишина, люди спешившие домой, испарились с улиц, веселые подростки с бутылками дешевого пива в руках укрылись от снегопада в подъездах. — У меня онкология 3 степени. Сегодня прислали результаты обследования — он развернул бумажку, которую спрятал в карман. Сергей и Арсений встретились взглядами. Арсений медленно моргал, Сергей увидел в его небесных глазах тоску и сожаление. — Я…Я…Мне очень жаль, — не прерывая зрительного контакта, промямлил Арсений, — неужели ничего нельзя сделать? Сергей опустил глаза на носы своих ботинок и покачал головой. — Но неужели свой последний новый год, вы хотите провести так? — Арсений развел руки в стороны и встал на ноги, делая глоток ледяного напитка. — А что вы предлагаете? Бежать домой, наряжать елку и есть оливье? — Ну это самое минимальное, что можно сделать. Разрешите мне вам помочь? — Думаю, что помощь запоздала, если вы, конечно, не врач или Бог. Арсений грустно склонил голову набок, и темные локоны упали ему на лоб. Снежинки кучками скапливались на его пальто и растрёпанных волосах. — Мы все в итоге умрем, так что вы не обязаны мне помогать. — Не спишите умирать, думаю что-нибудь повеселее придумаем, — Арсений протянул мужчине руку. Сережа улыбнулся и проследил за скользящими по догоре машинам за деревьями. Он помялся немного, но Арсений настойчивее приблизил замершую ладонь. — Вы же по другому не отстанете? — сжав руку Арсения, и, встав на ноги, спросил Сережа. Арсений покачал головой, он вдохнул влажный воздух. Земля промёрзла, и стылый ветер гнал по тропинке сладкий запах свежей выпечки. — Для начала, думаю, можно перекусить, — сверив время на часах, предложил Арсений, — магазины закроются примерно через час, так что поспешим. Мужчины направились вглубь одинокого парка в строну недавно открывшейся пекарни. Арсений аккуратно задавал мужчине вопросы, делая небольшие перерывы, чтобы насладиться стоящим в воздухе морозом. Мужчины быстро нашли пекарню. Там пахло тёплой пылью и свежим хлебом. На прилавке выпечки осталось мало, и Арсений взял оставшиеся вафельные трубочки с кремом, пышки и вензель с малиной. А так же два кофе. — Брал на свой вкус, но думаю вам понравится, — он протянул горячий напиток и угощение, греющемуся Сергею. — Спасибо, сколько я вам должен? — от запаха свежей выпечки свело желудок и обильно выделилась слюна. — Думаю, несколько улыбок и пару шуток подойдет. Сергей засмеялся и сделал пару глотков обжигающего напитка. — И сколько вы планируете на меня потратить своего новогоднего времени? — просил он, наблюдая за тем как Арсений жадно жует пышку. — Сколько понадобится, — Арсений задумчиво отстранил выпечку от рта и облизал губы испачканные пудрой. — Вы снова что-то придумали? — по телу пробежало тепло, а желудок приятно заныл, от предстоящей трапезы. — Да! Глинтвейн! — спустя несколько минут раздумий, ответил Арсений. — Не хочу вас расстраивать, но глинтвейн был придуман ещё в эпоху Древнего Рима. — Первая шутка засчитана. А если серьёзно, я знаю где готовят просто божественный глинтвейн, — он потянул Сергея за руку к выходу, на последок поздравив с наступающим Новым годом низенькую седую женщину за прилавком. Сергей метнул взгляд на пальцы Арсения, крепко сжимающие его запястье. Он проглотил остывший малиновый вензель и приостановил своего нового знакомого. — Но я не… — Вам возьмем безалкогольный, — выдохнул Арсений и облачко белого пара растворилось в воздухе, — если вы конечно хотите, — Арсений отпустил Сергея и неловко покосил глаза, — я, видимо, слишком вам надоедаю. — Нет-нет. Спасибо вам, мне просто непривычно вот так вот гулять, — Сергей улыбнулся и почесал свободной рукой затылок. — Вы одинокий человек? — Очень сильно. Арсений поджал губы, и увидев вмиг потускневшего Сергея, пытающегося не переставать улыбаться, нерешительно дотронулся до его плеча. — Можем слепить снеговика, и тогда нас будет трое. — Не думаю, что тридцатилетнему мужчине по статусу снеговиков лепить. — А я не только тридцатилетний мужчина, а ещё разведенный актер-неудачник, так что думаю, что на моём фоне, вам это будет простительно, — Арсений прочистил горло, небесные глазами потускнели. Он постоянно опускал их вниз, словно боясь смотреть глаза в глаза. — Вы актер? — после неуверенного кивка, Сергей нахмурился, — а кто вам сказал, что вы неудачник? — Ну… Кто-то говорил, — Арсений отмахнулся, — давайте не будем о грустном. Новый год на носу всё-таки. — Я думаю, вы хороший актер. Так сыграть видимость, того что вам понравилась пышка — надо уметь. Арсений поднял глаза на мужчину и искренне засмеялся, сживая в руке бумажный пакет с выпечкой. — Она так смотрела на нас, ожидая реакции, что я не мог её обидеть, — следом засмеялся и Сергей. — Я бы с удовольствием сходил в театр с вашим участием. — В конце февраля у нас будет спектакль. Могу достать вам билет, — воодушевился Арсений. — Я…Я не уверен, что успею… — тихо сказал Сергей, горько поджав плечи. — Оу… — Арсений сдвинул брови к переносице, — так скоро? Сергей не ответил, только подтолкнул Арсения к узкой тропинке, которая вела на городскую ярмарку. — Где вы говорите там глинтвейн делают? Мужчины двинулись на яркий свет фонарей и разноцветных гирлянд. Колючие снежинки таяли на щеках, холод медленно пробирался под одежду. Мужчины быстро выбрались из темного зимнего парка. Они стояли бок о бок, оказавшись перед новогодней суетой, танцующих аниматоров, уставших музыкантов и голодных туристов, столпившихся у ларьков. Арсений протиснулся через людей, поглядывая за Сергеем, и подошел к небольшой очереди у пышного цветного ларька, аромат корицы и апельсинов заполнил легкие. Пустые стаканчики из-под кофе полетели в мусорку, освобождая место для последних сладких, но уже холодных трубочек с приторным вязким кремом. Сергей исподлобья посмотрел на Арсения, внимательного изучающего примятый край своего пальто. Арсений зарылся пальцами в влажные волосы и убрал их со лба. Сергей выдохнул в ладони, затем спрятал их в карманы куртки. До Нового года оставалось совсем немного, и люди с улиц торопились домой. Когда подошла очередь Арсения со своим новым знакомым, Сергей вышел вперед и отчеканив заказ на два глинтвейна, протянул низкому худому мужчине помятые купюры. — Вы забыли сдачу! — прокричал мужчина, Серëже, который получив в руки долгожданный напиток, потянул Арсения в менее людное место, проигнорировав продавца. Мужчины остановились у замершего и покрытого льдом фонтана. — Хотите дам попробовать мой? — втянув через нос аромат напитка, спросил Арсений у Сергея. Сергей помотал головой. Обжигающий напиток вызвал мурашки, согревая изнутри замершее тело мужчины. Они бродили по пустому ночному городу, по дорогам которого проносились снежные вихри. Арсений остановился рядом с центральным зданием, сел на колени и принялся месить холодный снег руками. — Что вы…? — упершись руками в бока, Сергей наклонился к мужчине. — Делаю снеговика, — сверкнув белыми зубами, перебил Арсений, — если хотите помочь, лепите голову. Сергей помялся на месте, откидывая ботинками снег, а потом прошел чуть дальше, так же плюхнулся в маленький сугроб и собрал в руку небольшой шарик снега. Он бережно выполнял данное Арсением задание, пока ему в лоб не прилетел маленьким твердый снежок. Он стряхнул мокрые остатки с лица и поднял удивленные глаза на Арсения, тихо кипевшего над созданием туловища, и, усердно сдерживающего смех. — Я совершенно не догадываюсь, кто мог кинуть в меня снежок, поэтому просто продолжу делать голову снеговику, — сказал Сергей, возвращаясь к работе. Арсений быстро посмотрел на мужчину и так же продолжил превращать небольшой снежный шар в основу для снеговика, но когда неаккуратный комок из грязи и снега влетел ему в плечо, он вскинул руки. — Не по статусу тридцатилетнему мужчине в снежки играть! — Вы первый начали. Так слово за слово, и снег под ногами стал превращаться в оружие для битвы, мужчины вскочили на ноги и начали уклоняться от бросков друг друга. Сергей ехидно смеялся, когда попадал по Арсению. А Арсений всегда извинялся, когда попадал в лицо мужчины. Уже через несколько минут мужчины выдохлись и из остатков снега, продолжили делать снеговика. — Думаю неплохо, — вынес вердикт Арсений, изучая получившегося снежного гнома. — А по-моему параша какая-то, — скривившись провозгласил Сергей, сложив руки на груди. — Как назовем? — Вы ему ещё и имя хотите дать? — ахнул Сергей, Арсений кивнул и улыбнулся, — тогда Димон. — Пусть будет Димон, — усмехнулся Арсений, и когда Сергей уже собирался продолжить прогулку, остановил его за руку, и кивнул головой в сторону массивных городских часов с железной оправой. — Минута. — сказали они одновременно и замерли, наблюдая за черный узорной стрелкой, которая механически отсалютовала секунды. И всё вокруг поутихло: резкий ветер, завывающий вокруг старых многоквартирных домов, вздымал и кружил снежинки, выстилая их тонким ковром на крыши, дороги и здания; тихий скрип железных каруселей и качель; музыка играющая у кого-то в квартире; разговоры прохожих, тоже не захотевших праздновать дома. Арсений закрыл глаза и загадал желание, произнеся его лишь губами. Сергей смотрел на него, пряча густые волосы под капюшон, вырисовывая глазами тонкую линию губ, крепкий подбородок, чуть вмятые скулы Арсения. Мужчина посмотрел наверх, и в морозных голубых глазах сверкнуло отражение черного спокойного неба. Часы пробили полночь, и небо засверкало от резкий пестрых фейерверков, гремевших над домами, лесами и стадионами. — С Новым годом, Сергей. — С Новым годом, Арсений. — С Новым годом, Димон. — сказали они одновременно и опустили глаза на невысокого неровного снежного гнома. В ту же секунду его снежная голова полетела вниз и сломалась пополам, мужчина одновременно засмеялись, согнувшись пополам. Не захотев чинить снеговика, Арсений и Сергей продолжили гулять по пустой дороге ночного города, обмениваясь разными историями прошедших лет. Сергей затянул капюшон за белые шнурки и потер ладони друг об друга. — Замерзли? — ощущая влажность своих ботинок, заполненных снегом, спросил Арсений, встряхнув темные волосы и прикрывая ладонями холодные красные уши. — Я вижу, вы тоже, — Сергей откидывал ногами грязные ошметки снега. — Я тут недалеко живу, — Арсений указал рукой на невысокое здание за магазином, — за тем поворотом. Давайте отогреемся и попьем чай. — С удовольствием. Мимо них пробегали, громко выкрикивая песни, группы возбужденных юнош и девушек, где-то всё ещё раздавались сильные яркие вспышки фейерверков, по узким заснеженным дорогам люди гуляли с собаками, одиноко пялясь себе под ноги. Мужчины быстро добрались до темного не освещенного фонарями двора. Арсений достал из кармана пальто небольшие железные ключи с черным брелоком и пропустил Сергея в холодным подъезд, где голубая штукатурка кусками отлетала от стен. Мужчины в тишине прошли до двери нужной квартиры, и Арсений впустил Сергея внутрь. Лампочка осветила узкий коридор небольшой уютной квартиры, заставленной необычными сувенирами из разных стран. Оказавшись в теплой небольшой кухне, Арсений поставил чайник, Сергей плюхнулся за стол, барабаня пальцами по столу. Напряженные замершие мышцы постепенно оттаяли, и по тему пробежала стоя мурашек. Сергей молча наблюдал за Арсением, перебегающим от одного края кухни на другой. — Черный? Зеленый? — спросил Арсений, изучая заставленную полку над столешницей. — Любой, — Сергей вышел из-за стола и обошел резной деревянный стол, — Можно я посмотрю, что у вас ещё есть интересного? — Конечно, — Арсений повернулся и замер. Освещенного домашний темным светом люстры, Сергея получилось рассмотреть более детально. У него были темные лохматые волосы, аккуратная бородка, а карие глаза изучающе бегали по кухонному интерьеру. Его шоколадно-коричневая толстовка была вся в белых узорах и иностранных надписях, он часто её оттягивал и прятал руки в широкий карман. Они внимательно посмотрели друг на друга и улыбнулись. Сергей завернул в широкую гостиную. Арсений закинул в чашки пакетики чая, залил кипятком и поставил их на стол, засмотревшись в темный пейзаж за окном. Арсений порылся в заставленных полках и достал к чаю упаковку шоколадного печенья и вазочку с разными конфетами, которые он не ел. — Сергей, чай готов, — крикнул Арсений, заворачивая за кухонную арку. Он столкнулся с невысоким мужчиной и сразу отпрянул, — прошу прощения, — на выдохе сказал он и смущенно улыбнулся. Сергей мотнул головой и сел за стол, поднося руку к чашке горячего чая. — Не знаю, нужен ли вам сахар, но если что… — Сядьте уже, что вы суетитесь? — перебил Сергей, наблюдая за пунцовым лицом Арсения. Арсений сел напротив мужчины, сделал глоток крепкого чая и начал смотреть на белый потолок своей квартиры. Сергей хрустнул сладким печеньем, не переставая следить за передвижение рук и глаз мужчины напротив. — Всё хорошо? — заметил нервозное поведение Арсения, спросил Сергей. — Да, — отчеканил Арсений и натянуто улыбнулся, — можем фильм какой-нибудь посмотреть, если хотите, а то на улицу пока нет желания выходить. Сергей пожал плечами и провел пальцем по лакированной поверхности стола. — У вас там коллекция разных саблей, вы…? — Отец собирал, я продолжил. Моё небольшое хобби, — без особого энтузиазма ответил Арсений. — А я раньше собирал магнитики на холодильник, когда путешествовал по миру, — осмотрев голый холодильник Арсения, сказал Сергей, вдыхая горький аромат чая. — Много где бывали? — Ну, «много» — понятие относительное. Я не могу назвать себя заядлым путешественником, но кое-где оставил свои следы. Арсений вскинул бровь, ожидая продолжения. — Я скульптор, — выдохнул Сергей. Арсений округлил глаза и открыл рот. — Вау. Безумно интересная и сложная профессия. — Актер тоже не из простых, — под проницательным взором Сергея Арсений смущённо опустил веки, — мы с вами творческие люди. Узорные кружки опустели, Арсений закинул в рот шоколадную конфету и начал убирать со стола. — Хотите ещё чего-нибудь? — останавливаясь рядом с развалившимся на стуле Сергеем, поинтересовался Арсений. — Нет, спасибо. Вы стали менее активным, неужели я вас измотал? — вставая со стула и сокращая расстояние между ними, спросил Сергей. Арсений сглотнул и покачал головой, обдумывая ответ, — ваше предложение о фильме ещё в силе? — Да, конечно, — Арсений оставил чашки в мойке, — что хотите посмотреть? — мужчина подошел к облокотившемуся на подоконник Сергею. — Что-нибудь новогоднее, наверное, — задумался Сергей, сложив руки на груди, — ну или какой-нибудь ваш фильм? — с вызовом улыбнулся он. — Думаю не стоит, — неуверенно опустил голову Арсений, — да тем более я больше в театре востребован, чем в кино. Сергей вытянулся и сверху вниз посмотрел на мужчину напротив. — Я очень вам благодарен за сегодняшнюю ночь. Думаю, если бы не вы, я бы так и примëрз к той лавочке, Сергей сделал шаг ближе, — вы прям мое новогоднее чудо, Арсений. Арсений выдохнул, оказавшись с мужчиной на критическом, для знакомых несколько часов людей, расстоянии. — Вам тоже спасибо, — почти шепотом ответил он. Глядя глаза в глаза друг другу, они сближались, повинуясь трепетному волнению, охватившему их. Сергей разорвал расстояние и приподнялся к лицу мужчины. Арсений выдохнул ему в губы и сглотнул. Сергей слабо коснулся губ мужчины, ожидая реакции Арсения. Тот протянул руку к лицу мужчины и погладил его по щеке, продолжая поцелуй. Сергей протянул руки к шее мужчины, неторопясь обвивая её. Арсений сделал шаг вперед, заставляя Сергея упереться в подоконник. Страстное возбуждение мужчин росло с каждой секундой, и Арсений крепко прижал руки к груди Сергея, для того, чтобы обуздать бушевавшую в нём бурю. Сергея спустил руки на бедра Арсения и прижал его ближе. Арсений неторопясь залез руками под толстовку мужчины, и приостановился. — Я боюсь, что не нам не стоит… — отчаянно прошептал Сергей, следом страстно поцеловал алые, зовущие губы. Арсений кивнул и вернул руки в прежнее положение, вдыхая твердый ореховый парфюм мужчины. За окном взорвалась очередная петарда и мужчины отстранились, тяжело дыша. Арсений перевел взгляд на пейзаж за окном и сделал шаг назад. — Так какой фильм будем смотреть? — спросил он, улыбнувшись. — Горбатая гора? — со смехом спросил Сергей, стряхивая с толстовки невидимые пылинки. — Я не гей, — усмехнулся Арсений. — Я не говорил, что вы гей, — пожал Сергей плечами и увильнул в гостиную, — долго вас ждать, Арсений? — упав на широкий кожаный диван, спросил Сергей. Арсений приземлился следом, протягивая мужчине, украденную из холодильника банку холодного пива и кидая на журнальный стол упаковку рифленых чипсов. Сергей вскинул бровь, но взял её. Арсений включил первый попавшийся фильм из рекомендованных для зимнего вечера и спихнул ноги Сергея с дивана. Веки Арсения быстро потяжелели под давлением скучной любовной мелодрамы, он не заметил как заснул с пустой банкой пива в руке. Мужчина открыл глаза, когда из-за незашторенных окон пробился противный луч света. Арсений приподнялся на локти и открыл слипшиеся глаза. Вокруг было тихо, в воздухе до сих пор стоял пряный аромат парфюма Сергея. — Сергей? — пробежал по комнатам звонкий голос Арсения. Когда никто не отозвался на голос, Арсений встал на ноги и потянулся, он осмотрелся и нахмурил нерасчесанные брови. — Серёж? — поменяв интонацию позвал Арсений своего нового знакомого, заходя на кухню. Арсений покрутил в руке белый исписанный листок бумаги, найденный на столе. «Спасибо за лучший Новый год! С наилучшими пожеланиями, Сергей!» — прочитал он ровные красивые буквы, откидывая листок на стол. — Вот тебе и новогоднее чудо… Два месяца спустя Арсений стоял перед широким зеркалом с деревянной резной оправой и нервно поправлял хлопчатобумажную рубаху, заправленную в плотные потертые штаны. Его пихнула в бок невысокая светлая девушка с тугим хвостом и ярко красными тенями, она ближе придвинулась к зеркалу, жирным слоем накрасив пухлые губы. — Переживаешь? — Немного, — ответил мужчина, широко улыбнувшись. Услышав первый звонок разодетые актеры громко выдохнули и сосредоточились. Кто-то повторял свою роль, яростно сжимая листок со словами, кто-то пробегал танец или композицию, скомпоновавшись в уголке за кулисами, кто-то поправлял грим и макияж, кто-то настраивался, скрывшись от всех за старыми ненужными декорациями. Вся это предтеатральная суета будоражила и восхищала. Зал постепенно начал заполняться красивыми нафуфыренными зрителями. Все торопливо занимали своим места, в ожидании начала спектакля. Девушка развернула мужчину к себе и встрепала ему накрученные волосы. — Так то лучше. — Спасибо, Оксан. — Арсений дружески ей кивнул и убежал повторять свой текст. В зал зашел худой мужчина, в одной руке держа небольшую коробку, а в другой букет белых гербер. Он протиснулся на своё место и встряхнул тонкие волосы. Мужчина расправил складки на пиджаке, который стал ему большой, и выжидающе посмотрел на красные кулисы. Когда спектакль начался он наклонился вперед, изучая глазами вышедших на сцену актеров. А по окончанию он расправил плечи и гордо улыбнувшись встал, чтобы вручить возбуждённым актерам цветы. Он спустился к сцене, одарив Арсения ласковым приветливым взглядом. Арсений взволнованно поблагодарил низкую темную девушку вручившею ему большой букет тюльпанов. Он оцепенел, когда в толпе людей увидел знакомые карие глаза немного похудевшего и бледного Сергея. Сергей подошёл к сцене и, Арсений наклонился к нему, он не мог подобрать слова. — Вы прекрасный актер, Арсений, — Сергей улыбнулся настолько широко насколько смог и чуть склонил голову. — Сергей, вы пришли… — он взял из рук мужчины букет и втянул в себя сладкий запах цветов. — Прочтите записку, — подмигнул мужчина и скрылся в взволнованной толпе. Арсений попытался его остановить, но из-за воцарившегося шума это не получилось сделать. Арсений получил ещё несколько букетов и убежал за кулисы. Актеры поздравляли друг другу с отыгранной премьерой, обсуждая недочёты и ошибки. Сергей отошёл в сторонку, выпуская бурлящую толпу из большого кирпичного здания театра. Люди громко обсуждали премьеру, хвалили актерский состав и делились впечатлениями. Когда людей осталось совсем немного, Сергей увидел боковым зрением одевающегося на ходу Арсения. Мужчина натягивал пальто, держа в другой руке маленькую бледно-жёлтую записку: «Буду ждать у главного выхода под навесом. Сергей». Арсений подлетел к мужчине и крепко обнял его. — Как вы узнали, где будет спектакль? — робко спросил он, тоскливо всматриваясь в тусклые глаза мужчины обрисованные кругами, впухлые щеки, тонкую шея и обтянутые кожей пальцы. — Большого ума не надо. — Как вы? — пытаясь скрыть своё неприятное удивление, спросил Арсений. — Всегда лучше всех. — Сергей стрельнул глазами и потрепал Арсения по плечу, — это вам, — он протянул мужчине небольшую тяжёлую коробку, — не настоящий конечно, но пока что пойдет. Арсений сузил глаза и покрутил подарок в руках, он разорвал обертачную белую бумагу и достал из коробки деревянную выструганую копию Оскара. Его глаза расширились, и у уголках скопились слезы. — Это конечно не театральная премия «Чайка», но тоже сойдет, — всхлипнув, пошутил Арсений, осматривая подарок со всех сторон, — спасибо огромное, — Арсений обнял Сергея. Сергей погладил мужчину по спине и улыбнулся, он достал из кармана куртки небольшую баночку с маленькими таблетками и принял несколько. Арсений поджал губы, он хотел расспросить мужчину о том, почему он ушел тогда, зачем пришел сейчас, но у него получилось лишь горько наблюдать за неторопливым и уставшим Сергеем, часто посматривающим на небо. — Серёж, может мы бы с вами могли куда-нибудь… — Арсений начал подбирать слова. — Думаю не стоит, — Сергей слабо улыбнулся и, последний раз одарив Арсения взглядом завернул за угол, — прощайте, Арсений. — Прощайте, Сергей, — лишь смог вымолвить Арсений, прижимая подарок к груди. Через две недели худого бледного мужчину с вмятыми и тусклыми глазами привезли в больницу. Он бездыханно смотрел в потолок, пока санитары переносили его тело на железные холодные носилки. Его тело завезли в заполненный вонючий морг.