Жизнь человека определяет его поступок.
Введение. Часть 1.
Раннее утро. 6 часов 32 минуты. Саша кутался в ставшее враждебно холодным одеяло. Ещё ночью оно было защитой, спасало от мороза за окном, спасало от жутких фантазий. Теперь же белое полото лишь прогоняло, заставляло потирать ступни друг о друга в желании сохранить тепло. До будильника ещё 3 минуты. Почти месяц юноша просыпался так. Холод, нежелание встать, неприятная трель будильника, ещё более холодный пол. За окном даже птицы не поют, лишь мерзко скребёт снег очередной уборщик, которого сменят через неделю — две. — «Какого хуя ты делаешь это так громко прямо под моим окном. Какого хуя ты елозишь этим пластиком по асфальту?», — звуки буквально выскребывали последние кусочки хорошего пробуждения. Парень хотел бы высказаться, хоть и понимал, насколько это было бы глупо. Да и смелости ему не хватит — сказать что-то взрослому усатому дядьке, который не от счастливой жизни убирает снег с 5 утра. В телефоне пусто. Ещё бы, очередная попытка вернуть отношения пошла по пизде сразу после долгожданной встречи. Однако сейчас это не важно. Ещё не пришло время трезво оценить расставание, причины, последствия, не время делать выводы… Прохладная вода с мылом замечательно омывает слегка жирное лицо, мягкие щёчки. В очередной раз надо ополаскивать очки, затем бумажным полотенцем вытирать их — сначала от влаги, а после уже от мелких волокон и соринок. Наконец на лице достаточно чисто, Саша надевает очки и хмуро несколько секунд разглядывает портрет в зеркале. Довольно вытянутое лицо, большеватый нос, однако из-за длины он не кажется картошкой. Очки увеличивают серые глаза с ровными ресницами. Прямые, чуть пухлые губы, все время выглядящие словно поджатыми. Русые волосы, заметно немытые и довольно сальные, от чего выглядят иногда уложенными, но сейчас от подушки — «кто — куда». Приходится пальцами расправлять все в нужные стороны, приводя в норму типичные шторы до ушей. Только теперь пальцы в жире, дак ещё и пахнут чем-то непонятным, но интересным. Мыть руки лень. Снова отчаянная попытка увидеть в телефоне хоть одно приятное сообщение. И да, неужели! Неужели! »…заходит на кухню с расставленными ладнями. м. ставит цветы… прижимается… гладит…», — пост от единственного сорола по какому-то романтическому сюжету — единственная романтика, что может присутствовать в жизни Александра. Наконец на его хмуром лице возникает минимально довольная улыбка, так что парень крайне быстро печатает ответ. Частое одиночество и отсутствие активной жизни в реальности за годы привило тому навык скоропечатания, дак ещё и без взгляда на клавиатуру смартфона. Когда же пост готов, хоть с какой-то надеждой Саша стоит у шкафа и выбирает одежду. Серые трусы оставляет, а выбирает белые носки, черные штаны спортивного типа с утеплением внутри в виде какой-то мягкой шерсти; чёрное худи — на голое тело. Вскоре это все оказывается на нем, а ответа в телефоне все нет. И все же он знает, что рано или поздно ему напишут. В ежедневной рутине, однако, он совсем упустил утренний поход в туалет, что точно может позже аукнуться. Так ещё и последняя туалетная бумага в заднем кармане штанов была использована 3 дня назад… «Ну, телефон на 100%, картхолдер есть, студенческий тоже. Вроде все на этом, м…», — вместе с тем Саша щупает выпирающий кейс наушников рядом, слегка сдвигая его вбок по карману, чтобы это обилие прямоугольных предметов не слишком оттопыривало. Сегодня рюкзак не нужен, ведь одна лекция для галочки в зачёт и домой. А пока предстоит получасовой путь до метро по январскому морозу в тишине. Самое время подумать о своей жизни.