Фейерверк

Сегодня в Мондштадте был большой праздник — день рождения действующего магистра Джинн. Она пригласила всех знакомых, чтобы устроить пиршество, аж до самого восхода солнца. Начинать подготовку к настолько масштабному мероприятию нужно начинать ещё задолго до самого дня проведения, ведь некоторые гости жили довольно далеко, из-за чего приходилось планировать всё на месяцы вперёд. Джинн пришлось встать утром ещё раньше обычного, чтобы успеть приготовить всё к своему же дню рождения. Она, по обыкновению завязав волосы в высокий хвост, чтобы не мешали, сделав все банные процедуры и одевшись, направилась в штаб Ордо Фавониус. Её встретила тишина. Все сотрудники ещё мирно спали в своих домах, ведь до рабочего дня ещё было, как минимум, два часа. Джинн прошла к своему кабинету и уже собиралась открыть дверь, как услышала щелчок двери от библиотеки. Это выходила Лиза, а за ней, к удивлению Джинн, выходили Кэйа, со своей фирменной улыбкой на лице и обеспокоенная Барбара. Если бы Джинн не знала Кэйю достаточно долго, она бы и не заметила малой скованности в движениях, которую тот тщательно старался скрыть. — Ох, доброе утро, дорогая, — сладким голосом произнесла Лиза, завидев застывшую возле дверей в свой кабинет девушку. — Ты чего так рано в штабе? — Да так, нужно приготовиться к вечернему празднику, дел невпроворот, столько всего нужно подписать... — Джинн устало покачала головой. — А вы чего тут? Она пристально оглядела всех присутствующих, заметив неловкость, повисшую в воздухе. — Ой, тебе не о чем беспокоится! — заверил её Кэйа и небрежно махнул рукой. — Мне просто нужно было залечить пару царапин, встретил вчера очень злого кота. При упоминании царапин Барбара как-то странно вздрогнула и Джинн сразу же обратила на это внимание. — Кэйа... — произнесла Джинн, и его взгляд заметно потяжелел. — Ты в порядке? Точно? — Да. Говорю же, тебе не о чем беспокоится. Джинн перевела взгляд на Лизу. Та незаметно покачала головой, мол, не надо. Тяжело вздохнув магистр всё же решила оставить эту тему. — Вы же придёте сегодня вечером? — Конечно! — воскликнул Кэйа, явно обрадовавшись смене темы разговора. — Как я могу пропустить день рождения своей лучшей подруги? — Рада слышать, — тепло улыбнулась Джинн. — Тебе помочь? — спросила Лиза. — Можем Барбару тоже попросить, если она свободна, втроём мы быстрее справимся. На последних словах библиотекарь, улыбаясь, кокетливо подмигнула, приложив палец к уголку рта. Барбара, доселе молчавшая, и смотревшая в пол, словно только что видела и общалась с призраками, вдруг посмотрела на Лизу, а затем перевела взгляд на Джинн. — Я свободна, — немного громко и резко произнесла она. — Ну вот видишь, милая, мы уже к твоим услугам, — промурлыкала Лиза подходя ближе к магистру и кладя руки ей на плечи, немного надавливая и массируя зажатые от слишком большого количества сидячей работы мышцы. Джинн снова улыбнулась и кивнула головой. — Мне нужно, чтобы вы помогли мне разобраться с документами, украсить наш бальный зал и подобрать мне платье. — Я помогу с украшениями, — предложила Барбара. — А я тогда помогу с документами и платьем, — добавила Лиза. — У меня уже есть пара идей, ты будешь выглядеть просто сногсшибательно. — Что ж, я тогда пойду, — вдруг сказал Кэйа, молча наблюдавший за разговором между девушками. — Мне нужно закончить со всеми делами перед праздником, чтобы можно было спокойно отдохнуть. Немного театрально поклонившись, он развернулся и пошёл к выходу из ордена. Джинн успела лишь быстро попрощаться прежде чем за ним закрылись двери. Барбара вдруг резко повалилась на колени и растерянно, и одновременно испуганно, смотря на свои руки. — Эй, Барбара, с тобой всё в порядке? — кинулась к ней Джинн, усаживаясь на колени рядом с сестрой. — Нет, нет... Кэйа... Он... — Он что? — когда ответа не последовало магистр потрясла сестру за плечи. — Барбара! В чём дело? — Да, милая, тебе лучше отдохнуть и отвлечься, — задумчиво произнесла Лиза, тихо вздохнув. — Давай лучше попьём чаю и поболтаем о том, о сём. После увиденного, тяжело, наверное, было смотреть ему в лицо. Она ещё раз вздохнула, помогая целительнице подняться на ноги. Джинн недоуменно и с подозрением смотрела на них двоих, пока сама поднималась с колен, отряхивала одежду и поправляла выбившиеся из хвоста прядки волос. — Что с ним? — её стальной голос прорезал воздух, Барбара снова вздрогнула. — Я тебе расскажу за чашечкой чая в твоём кабинете, как только помогу Барбаре. Пошли, милая, налью тебе немного ромашкового отвара, — с этими словами Лиза взяла Барбару под руку и повела обратно в библиотеку. Джинн оставалось лишь беспомощно и с беспокойством смотреть им вслед.

***

За несколько часов до этого

Кэйа резко вдохнул и сел на кровати, сжимая рукой глаз, который обычно скрывался под повязкой. Была середина ночи. Тяжело дыша, Кэйа добрёл до кухни и хотел налить себе стакан воды, но из-за дрожи в руках только расплескал всё по столешнице. Раздражённо отбросив стакан в стену, отчего тот с оглушающим звоном разбился, Кэйа облокотился руками на эту самую столешницу и опустил голову, пытаясь унять дрожь и успокоить сердце. Все шрамы, некоторые из которых он получил в боях, а некоторые — в своих попытках унять моральную боль, нещадно болели и зудели. Но особенно сильно болел шрам на глазу, полученный в той злосчастной битве с Дилюком. Их первой и единственной битве... Он тогда совсем неудачно подобрал момент рассказать о своей самой ужасной тайне, за что и получил. За то, у него теперь есть Глаз Бога. Кэйа грустно и как-то вымученно улыбнулся. Глаз Бога... Именно он постоянно вызывал неприятные воспоминания до сих пор, и был причиной большинства его ночных кошмаров. Сколько бы он ни пытался избавиться от него поначалу, всё было бестолку. Поэтому он смирился и даже старался открыть новые заклинания или способы использования. Кстати о кошмарах. Вот сегодня ему приснился Дилюк, который обнажает на него меч. Кэйа видит, как оружие загорается пламенем — результат работы элементальных сил самого Дилюка. А позже — только чувствует острую, жгучую боль в правом глазу и... просыпается. Вот именно после таких сновидений он и брался за любой колющий-режущий предмет, в попытке заглушить болезненные воспоминания хоть чем-нибудь. И сегодняшняя ночь не была исключением. Кэйа вдруг наткнулся взглядом на разбитый стакан, лежащий на полу. Он подошёл к нему и взял в руку особенно большой осколок. Он знал, что наносить увечья стоит в таких местах, которые точно скроет одежда, по типу бёдер, ключиц или живота. Сегодня выбор пал на всё разом. Кэйа поднёс осколок к заранее оголённому животу и провел им по коже. На этом месте начинал появляться довольно глубокий порез из которого начала сочиться алая кровь. Юноша немного скривился от боли, но потом она даже стала в какой-то степени приятной. Тело и разум уже привыкли выпускать пар именно таким способом, так что он даже почувствовал что-то вроде облегчения. После этого момента Кэйа мало что помнил. Очнулся, уже когда солнце начинало всходить и понемногу озаряло своими лучами кухню, почти полностью залитую кровью. Юноша с ужасом отметил, что почти не оставил на себе живого места. Он снова сорвался... Снова разворошил старые шрамы, которые снова кровоточили, и снова оставил кучу новых. Волна ненависти к самому себе накрыла Кэйю с головой, не давая сделать и глотка воздуха. Юноша согнулся пополам, пытаясь отогнать ужасные воспоминания и чувства. От такого простого движения его прожгла боль и отозвалась почти в каждой клеточке его тела. И не удивительно, сотворить такое было слишком, даже для него самого. Однако эта боль подействовала на него в какой-то степени отрезвляюще, напоминая, что у него ещё есть незаконченные дела. Решив, что не время поддаваться панике, Кэйа с трудом поднялся, и держась за стены, добрёл до ванной комнаты. Там он достал свой запас бинтов и заживляющих мазей. Пока перематывал самого себя, что у него получалось очень даже хорошо после стольких лет самоповреждений, Кэйа пришёл к мысли, что в этот раз просто мазь и бинты не особо помогут. Нужна исцеляющая магия. Закончив с перемоткой, он направился обратно в кухню. Нужно было убраться. Он не мог оставить всё так. Если бы кто-то вошёл на его кухню сейчас, мог бы подумать, что здесь произошло убийство. Но нет, это всего лишь Кэйа, потерявший контроль. Всего лишь... Юноша махнул головой, отгоняя непрошенные мысли и принялся за уборку. Это далось нелегко, учитывая, что он, кроме того, как практически разрезал себе живот, так ещё и на внутренней стороне предплечий умудрился оставить порезы, хотя обычно старался этого не делать, так как было бы слишком заметно. А также, после потери такого большого количества крови он чувствовал невыносимую слабость, из-за чего несколько раз ронял из рук мокрую тряпку, которой вытирал кровь. Это его выбешивало и в очередной раз свидетельствовало о том, что сегодня всё пошло не по плану. Закончив с уборкой, Кэйа направился в комнату, к шкафу с одеждой, чтобы выбрать что-то наиболее комфортное и полностью закрывающее тело. Хвала Архонтам, в его гардеробе нашлась обычная белая рубашка без выреза с длинным рукавом, и штаны по фигуре, но не сильно обтягивающие ноги. Накинув на плечи свою любимую накидку с мехом и сапоги с перчатками без пальцев, он направился в штаб ордена. Благо, было не так далеко, да и маленькая прогулка ему бы сейчас не помешала. К тому же, он знал, что Лиза довольно часто ночует в библиотеке, поэтому он мог попросить у неё совета. На самом деле, это было немного рискованно. Учитывая, что на людях он был этаким рыцарем-серцеедом, флиртующим с каждой дамой, что попадалась ему на пути и совершенно не знающим забот. Настолько быстро, насколько вообще можно было в его состоянии, Кэйа добрался до штаба, а там и до библиотеки. Он тихо постучал в дверь, зная, что Лиза довольно чутко спит, и наверняка пойдет проверить, что же там такое и не показалось ли ей. Кэйа прождал довольно долго, и уже был готов развернуться и с досадой уйти домой, как дверь открылась и из-за неё выглянула заспанная Лиза. — Доброе утро, — произнёс Кэйа. — Не могла бы ты мне кое с чем помочь, пожалуйста? Сонный взгляд библиотекаря вдруг прояснился и она с удивлением посмотрела на стоящего перед ней Кэйю. — Кэйа? — недоверчиво спросила она. — Ты что тут делаешь в такую рань? — У меня к тебе просьба, разреши войти. — Да, конечно, проходи, чай будешь? — спросила Лиза, всё ещё с подозрением посматривая на юношу. — Да, можно мне какой-нибудь успокаивающий, и желательно с алкоголем, если имеется, — Кэйа уже даже не пытался одевать маску вечно игривого рыцаря. У него сейчас попросту не было на это сил. Лиза коротко кивнула, и направилась куда-то вглубь библиотеки, видимо в свой кабинет. Пока её не было Кэйа осторожно прошёл дальше от входа к столику, спрятанному вдали от слишком любопытных глаз. Он всегда приходил именно в это место, когда заглядывал в библиотеку по делам. Лиза вернулась через пять минут с двумя чашками чая, застав его в попытке расположиться на стуле без особой боли, с скривившимся лицом. — Ну, рассказывай, дорогуша, — девушка поставила на стол перед ним чай с ромашкой и села напротив со своей кружкой. — Я не стала добавлять туда алкоголь, так как сейчас только утро и я посчитала, что это будет слишком даже для тебя. Так, что у тебя случилось? — Можешь позвать Барбару? — тихо спросил Кэйа, застыв в одном положении, чтобы не ворошить свежие раны. Он поднял кружку ко рту и сразу сделал пару глотков обжигающего напитка прямо так, даже не пытаясь остудить. По сравнению с тем, что он нанёс сам себе, боль от ожога на языке казалась пустяком. Лиза снова с недоверием осмотрела его. Было что-то странное в его поведении сейчас. Он был слишком скован, будто бы ему было больно двигаться. — Эй, дорогуша, ты что... — Лиза прикрыла рот в немом шоке и осознании. Она так и не смогла этого выговорить. В это было слишком сложно поверить. Он ведь всегда был таким игривым, весёлым, будто у него никогда не было проблем, был слишком идеальным. По правде говоря, она уже догадывалась, что это была просто маска, которая должна была бы скрыть его настоящего, но в это всё ещё верилось с трудом. Чтобы такой образцовый рыцарь, как он, будто сошедший с обложки и... Кэйа тяжело вздохнул. Он чертовски устал. На поддержание своего образа в безупречном виде уходило много сил, а после сегодняшней ночи их у него совсем не осталось. У него в принципе после таких ночей мало на что оставались силы, но, видимо, эта стала последней каплей. Поэтому он решил рубить с плеча. Если уж пришлось просить её о помощи, так придётся рассказать правду. — Да, я резал себя, — Кэйа закрыл глаз, чтобы было легче говорить, и не видеть выражения лица напротив. Было ужасно страшно увидеть там отвращение или ярость. Он знал, что Лиза не такая, но разыгравшийся разум внушал другое. — Резал себя, и не раз, последние несколько лет я каждую неделю срывался и наносил самому себе увечья, — говорить с каждым словом становилось сложнее. После стольких лет скрывания ото всех и вся, говорить правду оказалось неимоверно сложно. — Но сегодня всё вышло из под контроля, поэтому я и пришёл к тебе. Ты ведь очень часто ночуешь в библиотеке, вот я и подумал, что ты — лучший кандидат на роль помощника. Но Барбара мне всё же не помешает, больновато двигаться, знаешь ли, когда у тебя весь живот изрезан. Он услышал тихий судорожный вдох напротив, но всё не решался открыть глаз. Он боялся. Боялся снова увидеть там ярость от такой откровенности. Боялся увидеть отвращение к собственной персоне. Да и просто боялся. Он отвык делиться с кем-то тем, что у него было на душе. Последние годы он был одинок, и единственным его спутником, слушавшим все его монологи, был ветер. Пауза затянулась, поэтому Кэйа решился медленно открыть глаза. В тот же час, его взору предстала Лиза, еле сдерживающая слёзы. В её взгляде читались бесконечные жалость и грусть. — Ты разве... не зла на меня? Не чувствуешь отвращения, или что-то такого? Я ведь творил ужасные вещи, — тихим голосом удивлённо произнёс Кэйа. Он ожидал увидеть в её взгляде что угодно, кроме жалости. И всё таки, он слишком отвык от настолько откровенных разговоров. Со стороны казалось, будто он может с кем угодно поделится своей самой сокровенной тайной, хранимой где-то на закорках сознания, но от этого не становившейся менее важной. Но на самом деле, он в таких делах почти ничего не смыслил, поэтому сейчас он не знал, как реагировать. — О, Архонты, как ты мог подумать, что я могу быть зла на тебя? — проговорила Лиза надломившимся голосом, смахивая слезу с уголка глаза. — В последний раз, когда я откровенничал именно это и произошло. Лиза мгновенно посерьёзнела, сразу же догадавшись, о чём речь. Она тут же вскочила со стула и упёрлась руками в стол. — Так, слушай меня, — стальным, не терпящим возражений, тоном произнесла девушка. — Я сейчас пойду за Барбарой, а ты сиди тут и никуда не уходи, пока я не вернусь, и не вздумай что-то сделать, пока меня не будет. Понял, дорогой мой? Она указала на него пальцем. Последние слова вышли уж как-то совсем приторно сладкими, от чего становилось совсем жутко. Кэйа поспешно кивнул головой, отчего сразу же поморщился. От такого активного кивка он немного дёрнулся, что отозвалось тупой болью во всём теле. Лиза быстро ретировалась куда-то вглубь библиотеки, а через пару минут он услышал щелчок двери и остался в полной тишине. Кэйа решил прикрыть глаз, пока ждёт, бессонная ночь давала о себе знать. Всё равно ему лучше не делать лишних движений, поэтому взять книгу, чтобы почитать, он не сможет. Спустя какое-то время, он проснулся от лёгкого прикосновения к плечу. Осторожного такого, видимо, тот, кто касался боялся причинить вред. Но даже такого касания было достаточно, чтобы испугаться. Кэйа резко открыл глаза и схватил руку возле плеча стальной хваткой. Владелец руки как-то вымученно вздохнул, а потом Кэйа услышал. — Милый, это всего лишь я, нет нужды так остро реагировать. А. Голос Лизы. Но откуда она здесь? Где он вообще? Все этим мысли разом настигли Кэйю. А потом он начал вспоминать события прошлых ночи и утра. Спустя какое-то время у него получилось расслабиться, и он сразу же отпустил руку Лизы. На ней уже начали проявляться красные следы от пальцев. Библиотекарь нахмурилась при виде следов, поднесла руку к груди и немного потёрла, стараясь унять дискомфорт. — Прости... — хрипло произнёс Кэйа. — Это было неожиданно, я не хотел... Ты привела Барбару? — Да, я здесь сэр Кэйа, — Барбара выглянула из-за спины Лизы. Она выглядела растрёпанно и немного даже испуганно. И не удивительно, её подняли в такой ранний час, а тут она ещё и Кэйю увидела... Таким... Кэйа тяжело выдохнул, собираясь с силами для ещё одного откровения. Как-то много откровений на сегодня, но если он хотел получить помощь, то без этого не обойтись. — То, что вы сейчас увидите будет ужасно, и попрошу вас не выносить это за двери библиотеки, — Кэйа посмотрел сначала на Лизу, всё ещё потирающую руку, а потом перевёл взгляд на Барбару, которая от таких слов только больше забеспокоилась. Обе девушки кивнули, соглашаясь с просьбой юноши. Он в свою очередь медленно встал, чтобы было не так больно, и начал расстёгивать рубашку и снимать перчатки. Спустя мгновение Барбара тихо вскрикнула, увидев кое где пропитанные кровью бинты, покрывающие большую часть тела Кэйи. Она подбежала к нему и начала судорожно помогать разматывать его. Когда она наконец справились, взору девушек предстало ужасное зрелище. Живот был изрезан вдоль и поперек, где-то порезы были глубже, где-то мельче, где-то они накладывались друг на друга, где-то проходя параллельно, где-то раскрывая старые шрамы заново, а где-то оставляя новые. Всё было в крови. Её было так много, что обе девушки одновременно задались вопросом, как Кэйа ещё живёт и стоит сейчас перед ними с совершенно спокойным лицом. А потом Барбара увидела бинты на предплечьях. Её и без того широкие глаза расширились ещё больше, в ужасе от того, что ещё скрывалось под ними. Барбара тихо вскрикнула и закрыла свой рот рукой, чтобы не нарушить тишину. Она начала быстро и уверенно, но дрожащими руками, разматывать оставшееся. Там, под бинтами, кожа выглядела не лучше. На том месте порезы были особенно глубокими. Видимо, Кэйа в бреду не заметил, что сделал два пореза вдоль вен, из-за чего и было столько много крови. Действительно, как он ещё жив? И тут, Кэйа ещё вспомнил про свой глаз. Он осторожно забрав руки от Барбары быстрым движением снял повязку, и девушки увидели ещё один шрам. Он проходил почти через всё лицо, пересекая глаз ровно по середине. Там крови было не так много, но шрам всё таки открылся снова. На этом моменте Барбара не выдержала, её ноги подкосились и она рухнула на пол библиотеки тихо всхлипывая. — А я говорил, что это ужасно, — Кэйа устало хмыкнул. Занятно, он думал, что будет хуже. — О, Барбатос... — тихо шептала Барбара, сцепив руки в замок возле груди. — Архонты, Кэйа... — в тихом шоке произнесла Лиза, разглядывая представшее её взору тело, испещрённое свежими ранами. — Что же такого должно было произойти, чтобы ты аж так... — Я и сам до конца не помню. Помню только, как взял в руки осколок разбитого стакана, первый надрез, потом всё было, как в бреду, а проснулся я уже незадолго до того, как пришёл к тебе, — тихо сказал Кэйа. Почему-то ему было смешно от всей этой ситуации. Неужели он начинает сходить с ума? — Барбара, не могла бы ты... начать лечить уже? Барбара встрепенулась, словно вышла из транса. Она тут же оказалась напротив него и выставила руки. Из кончиков её пальцев начали появляться капельки воды. Они медленно подплывали по воздуху к ранам и впитывались в них, сразу же залечивая. Барбара смогла залечить только самое необходимое, чтобы Кэйе было не так больно, но он настолько потерял контроль, что её сил не хватало, чтобы залечить всё. Они простояли так долго, сколько Барбара могла выжать из Глаза Бога, не теряя сознание. Кэйа осмотрел себя. Что ж, теперь это уже выглядит не так ужасно, как до этого. — Лиза, а... — тихо начал Кэйа, но библиотекарь его перебила. — Бинты? — спросила она. — Сейчас, погоди, милый, у меня должно быть что-то в подсобке. Лиза осторожно обошла Кэйю и Барбару и двинулась в ту же сторону, откуда приносила чай. Спустя какое-то время она вернулась с пачкой свежих бинтов. — Так и знала, что не зря их храню, — с горькой улыбкой произнесла она. — Спасибо, — тихо произнёс Кэйа. — Спасибо вам обоим, не знаю, что бы делал без вас. Он быстро перенял бинты из рук библиотекаря и выверенными движениями перебинтовал себя. Одевшись обратно, он протянул руку, в перчатке без пальцев, Барбаре, всё ещё сидящей на полу и сверлящей взглядом доски. Барбара перевела взгляд на него. И опять, в её взгляде была только жалость, без намёка на отвращение или злость. Она осторожно взяла его руку и поднялась на ноги. Вдруг, она обвила его руками, в попытке обнять, и не причинить дискомфорт. Кэйа опешил от такого поворота событий, но отталкивать её не стал. Знал ведь, что объятия помогают справиться с болью, иногда даже лучше, чем лезвие в руке. Он даже положил руки ей на голову и спину, немного поглаживая в попытке утешить. — Спасибо, — ещё раз сказал юноша. Он действительно был благодарен. А ещё знал, что они обе не будут трепаться об этом на каждом углу. Максимум — расскажут Джинн, но она бы всё равно рано или поздно узнала. — Обращайся, дорогой, — с грустью произнесла Лиза. — Если тебе ещё понадобится помощь, обязательно приходи, не стесняйся. Кэйа с благодарностью кивнул и отстранился от Барбары. — А тебе ещё большее спасибо, не знаю что бы было, если бы не ты и твое исцеление, — сказал он ей, мягко улыбнувшись и потрепав по волосам. Барбара тихо всхлипнула, сдерживая слёзы. Она видела много ужасных вещей, но сегодня всё было намного хуже, зная, что Кэйа нанёс себе это всё сам. — Ладненько, давай мы тебя проведём, — тихо хлопнула в ладоши Лиза. — Библиотека большая, вдруг ты потеряешься, или тебе станет хуже? — Но я же как-то дошёл сюда из дома, — хмыкнул Кэйа. К нему возвращались силы после лечения, и он возобновил свой спектакль, двинувшись следом за Лизой, которая пошла в сторону выхода из библиотеки.

***

Кэйа вышел из штаба и остановился на крыльце, вдыхая свежий утренний воздух. Он не ожидал увидеть Джинн так скоро. Точно, сегодня же её день рождения, а у него даже подарка нет. Вовремя вспомнив про подарок, Кэйа неторопливо пошел к сувенирной лавке «Великолепие ветра». У Марджори наверняка найдется что-то такое, что понравилось бы Джинн. Перед тем, как заглянуть в лавку, Кэйа решил перекусить. Его желудок не видел пищи с прошлого дня, и уже изнывал от голода, а после такой потери крови стало только хуже. Поэтому, юноша заказал свои любимые шашлычки с грибами и уселся за дальний столик. Пока он ждал, к нему подбежал кот и начал ластиться. Кэйа решил, что от кота большой беды не будет, поэтому взял его на руки и усадил к себе на колени. Через какое-то время, Сара принесла ему тарелку с шашлычками и сок из закатников. Кот сбежал вместе с куском мяса, отчего Кэйа даже немного посмеялся: «Негодник, использовал меня, да?». Позавтракав и заплатив, Кэйа всё же пошёл к сувенирной лавке. Когда он вошёл, там ещё не было ни одного посетителя, а Марджори расставляла последние товары на полки. — Здравствуйте, сэр Кэйа! — громко поздоровалась она. — По какому делу вы к нам пожаловали? — Да так, мне нужно подобрать подарок на день рождения моей дражайшей подруге, — Кэйа обворожительно улыбнулся. От улыбки уже с самого утра начинали болеть щёки, но по другому он не мог. Не умел. — О, вы наконец нашли возлюбленную? — Марджори хитро улыбнулась, предвкушая новые сплетни. — Нет, — просто ответил Кэйа. Он уже даже привык к таким вопросам, но ему всё равно было неуютно, когда его спрашивали о таком. — Мне нужен подарок для Джинн. — А, для действующего магистра... — разочарованно протянула Марджори, но через мгновение ока уже снова стояла с дежурной улыбкой продавца. — Хм, могу предложить перо для письма из Ли Юэ с заказной гравировкой, можно выгравировать там что душе угодно. Или, например, ещё есть часы из Фонтейна, они там изобрели какой-то новомодный механизм, который оповещает, что пора отдохнуть, в установленное владельцем время. Ещё могу предложить... Дальше Кэйа уже не слушал. Если у Марджори спросили совета, она будет часами рассказывать о каждом предмете в своей лавке. Можно даже не пытаться её остановить, не получится. В итоге, Кэйа остановил свой выбор на элегантном гребне для волос, сделанном из золота, с вкраплениями полуночного нефрита. Он подумал, что такой подарок идеально бы подошёл, так как у Джинн были светлые волосы и гребень точно с ними гармонировал бы. Заплатив, Кэйа пошёл к себе домой, упаковывать подарок. Честно говоря, идти туда не было особенного желания. То место вызывало не особо приятные воспоминания, но ничего другого Кэйа себе позволить не мог. Ну не ночевать же ему в храме на деревянных лавках, в самом деле? Поэтому, мысленно собравшись с мыслями он завернул в переулок и подошёл к своему дому. Это было не примечательное здание на окраине города. Находилось оно недалеко от штаба, что было довольно удобно. Можно было подольше оставаться в кровати по утрам, но Кэйе это не особо помогало, так как после кошмаров он уже не мог заснуть до самого утра, когда уже нужно было идти на работу. Войдя к себе домой он почувствовал затхлый запах, что говорило о том, что пора бы проветрить помещение, иначе он здесь задохнётся от пыли. Кэйа хмыкнул, мысль о смерти от удушья пылью показалась ему довольно забавной. Он уже давно не чувствовал этой радости от жизни, но и не хотел умереть. Он просто существовал, прикрываясь масками каждый день. Кэйа так часто ими пользовался, что, казалось, они уже приросли к его лицу, к его сущности, к его душе. Он открыл окно, впуская свежий воздух в квартиру и глубоко втянул воздух в лёгкие. Протяжно выдохнув, он оттолкнулся от подоконника и пошёл на кухню. Она встретила его не до конца оттёртым пятном крови на полу, переходящим на стену. Что ж, ему определённо стоило что-то с этим сделать, иначе его могли неправильно понять. После уборки Кэйа достал из кармана накидки гребень, бережно завёрнутый в пергамент. Он осторожно раскрыл упаковку, получше рассматривая детали на нём. Юноша решил, что должен наложить какое-нибудь заклятье на подарок, которое бы защитило Джинн в нужный момент. Кэйа решил наложить такое, которое вызывало бы щит на некоторое время, после того, как гребень поглотит определённое количество урона. Учитывая работу магистра, Джинн часто отправлялась на вылазки вместе с рыцарями, зачищая лагери хиличурлов и тем самым защищая простых граждан от их нападения. Так что, такой подарок идеально бы ей подошёл. Недолго думая, Кэйа завернул гребень с заклинанием обратно в пергамент и перевязал синей ленточкой, чтобы выглядело более празднично. До начала праздника оставалось несколько часов, поэтому Кэйа решил поспать. Днём ему спалось намного лучше, чем ночью, но работа не позволяла спать прямо в кабинете. А сегодня всем рыцарям дали выходной и время на подготовку к празднику, так что Кэйа решил использовать это время с пользой. Всё необходимое у него уже было, так почему бы не поспать.

***

Кэйа проснулся спустя два часа. Солнце уже потихоньку заходило за горизонт, окрашивая всё в оранжевые тона, что придавало волшебную атмосферу городу. Вспомнив, что ему нужно собираться, ведь праздник скоро начнётся, Кэйа нехотя встал с кровати и пошёл в сторону гардероба. Нужно было подобрать одежду, которая хоть немного подходила бы для такого рода мероприятия. В целом, у Кэйи был довольно разнообразный, а кто-то бы даже сказал экстравагантный, гардероб. Юноша решил одеть белую рубашку с рукавами фонариками и завязками на груди, чёрные штаны и свои неизменные перчатки без пальцев. Из аксессуаров он выбрал свою любимую серёжку на одно ухо и пояс, на который обычно вешал свой Глаз Бога. Он и сейчас там висел, напоминая о всём произошедшем, отчего Кэйа старался не смотреть на него, лишь бы не вызвать паническую атаку снова. Захватив подарок и одев свою любимую накидку Кэйа пошёл в сторону штаба. Хорошо, что Барбара его подлечила, теперь он хотя бы мог нормально двигаться. Быстро дойдя до нужного здания, а потом и зала, он взглядом нашёл Джинн. Она стояла в окружении каких-то людей и выглядела просто прекрасно. Платье, будто скованное из самого золота, отлично подчеркивало её светлые волосы, а серёжки в ушах с вставками из полуночного нефрита перекликались с её глазами, отчего создавалась невероятная гармония в образе. Если бы Кэйа мог чувствовать что-то кроме всепоглощающей пустоты и отчаяния, он бы точно влюбился. Но, увы, этому не бывать, он уже совершил ошибку однажды и теперь разбирался с последствиями, незачем было наступать на те же грабли снова. Поэтому он натянул свою фирменную улыбочку и пошёл прямо к девушке. — Джинн! — окликнул он. — Выглядишь просто сногсшибательно! — Спасибо, Кэйа, — Джинн смущённо улыбнулась. — Лиза помогла выбрать платье, и, надо сказать, не соврала, когда сказала, что я буду ослепительно выглядеть. Я уже столько комплиментов получила, что аж неловко. — И правильно Лиза сделала, у неё точно есть вкус, — Кэйа весело подмигнул, что выглядело немного странно, так как второй глаз всё ещё был скрыт под повязкой. — Вот, держи, твой подарок! Джинн аккуратно приняла тщательно завёрнутый свёрток. Она осторожно раскрыла его, и тут же ахнула. Гребень просто идеально дополнил бы её образ. — Кэйа, ты что, провидец? — с восторгом произнесла девушка. — Погоди, помоги мне им волосы перевязать, пожалуйста. Она повернулась к нему спиной, собрав волосы в беспорядочный пучок. Кэйа оглянулся, замечая завистливые взгляды. — Знаешь, пусть лучше Лиза, она больше меня в этом разбирается, вдруг я тебе там что-то не так сделаю, — юноша нервно улыбнулся. — Не хочу портить тебе праздник. — Да ладно тебе, не волнуйся, — заверила его Джинн. — Но в чем-то ты прав, лучше пусть Лиза это сделает. Кэйа выдохнул от облегчения, а Джинн отправилась на поиски Лизы. Оставшись в одиночестве, юноша подошёл к столику с напитками. Наверное, сегодня ему стоило бы напиться до беспамятства, даже повод был, но почему-то не хотелось. Поэтому Кэйа выбрал обычный виноградный пунш и отошёл к стене. Потягивая из бокала напиток, он наблюдал за гостями, прибывшими сегодня. Он заметил стоявших в углу Эмбер и Эолу. Они о чём-то перешёптывались, изредка поглядывая то на него самого, то на Джинн и Лизу. Рядом с ними стоял Мика, который явно не чувствовал себя комфортно, судя по опущенной голове. В другом конце зала стояли Альбедо, Сахароза и Тимей. Сахароза что-то увлечённо рассказывала, активно жестикулируя, пока Альбедо стоял со спокойным выражением лица и изредка кивал на слова девушки, а Тимей, в свою очередь, с ужасом слушал то, что она говорила. Видимо, девушка снова взялась за какие-то жуткие исследования, подробности которых он не хотел знать. — Братец Кэйа, ты пришёл! — раздался голос откуда-то сбоку. — Конечно, Кли, я пришёл, — Кэйа повернул голову чуть ниже, смотря на малышку, что с горящими глазами смотрела на него. Он мягко улыбнулся. — Не мог же я пропустить день рождения своей лучшей подруги. — А братец Дилюк тоже придёт? — невинно спросила девочка. Кэйа замер на мгновение. Он снова вспомнил свой кошмар и ему стало дурно. Голова начинала кружиться, он сглотнул вязкую слюну, пытаясь расслышать что-то в резком шуме в ушах. — Братец Кэйа? Ты в порядке? — Кли обеспокоенно взяла его за руку, немного подёргивая, дабы привлечь внимание. — Прости, день выдался не очень, — Кэйа отмер и устало улыбнулся девочке. — Отвечая на твой вопрос, я не знаю, он не говорил мне, наверное он... Договорить он не успел, двери ведущие в зал распахнулись и внутрь вошёл сам владелец винокурни собственной персоной. У Кэйи перехватило дыхание. Он до последнего надеялся, что Дилюк сегодня не придёт. Что он скажет, что у него неотложные дела, требующие немедленного решения, как он делал раньше. Но, тем не менее он сейчас здесь. Стоит и осматривает зал. — Прости, малышка Кли, мне нужно отойти, — быстро проговорил Кэйа девочке на ухо, осторожно забирая свою руку из её хватки и быстрым шагом отправляясь на балкон. Ему был необходим свежий воздух. Иначе он сейчас просто задохнётся. Кэйа почувствовал на затылке цепкий взгляд и даже не оборачиваясь мог ответить, кому он принадлежал. Юноша только ускорился после этого, чуть ли не вбегая на балкон, чем напугал какую-то парочку, решившую, что сейчас самое время заняться плотскими утехами. Он даже не обратил на них внимания, потому что быстро перепрыгнул через ограду и скрылся в кустах. Ему кричали что-то вслед, но он уже не слушал. Ноги сорвались на бег, как только он оказался на достаточном расстоянии от штаба и сами собой понесли его к собору. Не раздумывая долго, Кэйа полез на крышу. Он любил проводить тут время. Отсюда весь город был, как на ладони и его вид ночью, потонувшем в сумерках, в свете фонарей, особенно завораживал. Здесь Кэйа забывал на время кто он и что, он просто был. Просто дышал, позволяя ветру развевать его волосы и окутывать его с головы до ног. Здесь он был свободен. Жаль, что он не захватил с собой чего-нибудь алкогольного. Сидел бы сейчас, распивал бутылку Полуденной смерти и думал о жизни. Почему всё так сложилось, и смог бы он всё изменить, вернувшись назад. И если бы смог, то что было бы сейчас? Какие у них были бы отношения? Его раздумья прервал тихий звук шагов. Кэйа обернулся и замер. Перед ним стоял Дилюк, от которого он так старательно пытался убежать. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но не смог. — Убегать не вежливо, — ровным тоном произнёс Дилюк. — Зачем ты здесь? — тихо спросил Кэйа. Он всё ещё не верил, что человек, стоящий сейчас перед ним — настоящий. По крайней мере, настоящему Дилюку точно было на него наплевать. — За тобой шёл, — ответил красноволосый, садясь рядом с Кэйей и смотря на ночной город. — Если ты шутишь, то это не смешно, — напряжённо произнёс Кэйа. Дилюк перевёл на него взгляд. — С чего ты подумал, что я шучу? — спросил он, разглядывая нахмуренного Кэйю. Последний как-то не вовремя подумал, что Дилюк слишком красив в свете луны. Её свет ласково освещал его алые волосы, которые обрамляли красивое лицо. Дилюк был красив и много кто так думал. Кэйа был бы самоуверен, если бы сказал, что ему это совершенно не нравится. Всё было в точности до наоборот. — О, может потому что тебе было плевать на меня раньше? — выплюнул Кэйа. Дилюк вздрогнул и отвёл взгляд. Он молчал. И Кэйа понимал почему. Хотя, он сам и виноват в этом. Не надо было тогда вываливать на него всё разом. Возможно, если бы он тогда подождал хотя бы немного, или наоборот рассказал бы о всём намного раньше, их отношения сложились бы сейчас совершенно по другому. — Извини, — вдруг произнёс Дилюк настолько тихо, что Кэйа сначала подумал, что ему показалось. — Что? — переспросил он, не веря своим ушам. — Извини, — громче проговорил Дилюк. — За всё то, что наговорил тебе тогда. Я много думал об этом с того момента, но сегодня наконец решился... — он замялся. — Барбара... Рассказала, что... Произошло... — уже тише добавил он. Кэйю будто ударили кирпичом по голове. Барбара ему рассказала? Зачем? Когда он им это показывал не думал, что кто-то расскажет и Дилюку тоже. Кэйа в принципе не ожидал, что тот узнает обо всём. — Так ты пришёл ко мне только потому, что тебе стало меня жаль? — с насмешкой произнёс он. — Так засунь себе эту жалость в задницу! Мне она не нужна! По крайней мере уже сейчас. Возможно, четыре года назад, я и нуждался в ней, но точно уже не сегодня. Ты хоть знаешь, что мне пришлось пережить!? — закричал Кэйа, пока Дилюк ошарашенно наблюдал за ним. На губах появилась безумная улыбка и Кэйа прижал ладонь ко рту в попытке от неё избавится, отчего слова выходили более приглушёнными. — Каждый день и каждую ночь, я переживал тот день снова и снова, снова и снова. Пока наконец не нашёл способ выплеснуть эмоции. И, о чудеса, этим способом оказалось лезвие в руках! — Кэйа развёл руки и хохотнул. Нервы начинали сдавать окончательно. — С того дня, когда мне снились кошмары, как ты направляешь на меня меч, я просыпался и шёл за ножом. Я оставлял порез за порезом, пока наконец не приходил в себя и мне не приходилось, буквально, собирать себя по частям. Помнишь, как я однажды пришёл к тебе в таверну и целый вечер просидел в углу напиваясь Полуденной смертью? — спросил Кэйа, поворачивая голову к Дилюку, на лице которого читался неподдельный ужас. И не дожидаясь ответа продолжил. — Так вот, тогда я не спал перед этим сутки, потому что меня мучила фантомная боль в глазу и снова этот кошмар. А представь себе, каждый раз, как я, смотря на свой Глаз Бога, — он указал на своё бедро, где сейчас в свете луны поблёскивал предмет, дарованный Богами. — Пытался не словить паническую атаку, потому что я, блять, получил его в битве с тобой! Ты не представляешь, на сколько я устал от всего этого дерьма! Кэйа вскочил на ноги, гневно смотря на шокированного Дилюка и нервно сжимая кулаки, но ещё не собираясь заканчивать. — Я устал каждый день играть прилежного рыцаря, который готов на всё, чтобы защитить «любимых граждан» и который флиртует с дамами направо и налево. Мне это стоит огромных усилий — улыбаться каждый день, будто это не я не спал всю ночь из-за очередного кошмара! — от такого количества слов дыхание сбивалось и Кэйа остановился на пару секунд, восстанавливая дыхание. — А ещё хуже было притворяться, что мне плевать на твой вечный игнор и холодный взгляд. Я, блять, буквально был ребёнком, которого бросили в неизвестной ему стране! Каким образом я мог шпионить?! Но нет же, — Кэйа скрестил руки на груди и поднял голову в наигранном высокомерии. — Я ведь всё это время «пользовался Мастером Крепусом для своих целей, чтобы раскрыть все тайны Мондштадта», — на этих словах Дилюк болезненно сморщился, очевидно, узнавая слова, которые он сам произнёс когда-то. — Но знаешь, что самое ужасное? Что я всё равно тебя любил, блять! Не как брата. И от этого становилось только хуже. С каждым днём я всё больше понимал, что из этих чувств ничего хорошего не выйдет и хуже будет только мне, — Кэйа с горечью улыбнулся, наконец смотря Дилюку прямо в глаза. Тот всё ещё сидел на черепице, сжимая кулаки. В его взгляде смешалось столько эмоций, что сложно было разглядеть где какая, но самыми выразительными были ужас, сожаление и вина. Тем временем Кэйа подходил к краю крыши всё ближе и ближе. Где-то недалеко от штаба взорвался фейерверк. Видимо, сейчас как раз то время, на когда это было запланировано. Джинн даже специально писала письмо в Инадзуму, с просьбой прислать им несколько фейерверков для праздника. Кэйа повернулся лицом к Дилюку. — Ты был великолепен, Люк, — с тёплой улыбкой произнёс он, пока на фоне взрывались очередные фейерверки, окрашивая его лицо в разные цвета. Кэйа закрыл глаза, раскинул руки и наклонился назад. Чувство свободного падения окутало его, словно перина. Он заулыбался ещё сильнее. Он был наконец счастлив. Он высказал Дилюку всё, что о нём думает и был готов умереть без сожалений. Но вот к чему он точно был не готов, так к тому, что когда он решится открыть глаза, то увидит летящего за ним Дилюка, который тянул к нему руку в попытке спасти. Его выражение лица показалось Кэйе настолько забавным, что он громко расхохотался, чем напугал Дилюка ещё больше и он поджал губы. До земли оставались считанные метры. Кэйа жалел лишь о том, что не попрощался с Лизой и Джинн, но в остальном он был более чем счастлив. Жаль ещё было расстраивать малышку Кли, но, думаю, она как-нибудь справится с его смертью, она ведь уже взрослая. На глаза почему-то навернулись слёзы и Кэйа вдруг подумал, что ему совершенно не хочется умирать. Как только эта мысль прокралась в его сознание, он ощутил, как чьи-то руки схватили его за его собственные и прижали к себе. Чувство свободного падения улетучилось и Кэйа наконец решился открыть глаза. Перед ним был Дилюк, который держал его на руках. Они парили на планере и уже спустя пару минут оказались на земле, но Дилюк почему-то не хотел отпускать Кэйю. Последнему снова стало смешно и он прыснул в кулак. Подумать только, сам мастер Дилюк будет спасать его от падения на камни, которые покрывали дороги города. От его тихого смеха Дилюк снова повернулся к нему. Теперь во взгляде читался испуг и гнев. — Какого чёрта, Кэйа?! — гневно прошипел он. — Оо, братец Дилюк, я и сам не знаю, — Кэйа ещё раз тихо засмеялся. На фоне снова взорвался фейерверк. — Наверное, я слишком устал... Кэйа протянул руку и бережно коснулся щеки Дилюка. Ощутив тепло под пальцами он удивился. — Так ты всё таки настоящий, — тихо пробормотал он, но Дилюк, видимо, услышал. — Конечно я настоящий, — всё ещё немного яростно ответил Дилюк. Кэйа вздрогнул. — Ненастоящий не смог бы спасти тебя от падения с крыши собора — Ты просто не знаешь, на что иногда способно воображение, — Кэйа устало покачал головой. — Отпустишь меня? Дилюк неожиданно дёрнулся, будто только сейчас понял, что всё это время Кэйа был у него на руках. Он быстро отпустил того на ноги и отошёл на шаг. — Прости, за... — Кэйа опустил голову и его голос дрогнул. — За то, что я сказал там, не воспринимай всерьёз. Наверное я просто был не в себе. Он уже развернулся, чтобы уйти, но его руку крепко схватили не давая уйти. Раны на запястье протестующе заныли, отчего Кэйа резко вырвал руку из хватки Дилюка, прижал её к груди и недовольно повернулся. — Ну чего ещё? — спросил он. Вместо ответа Дилюк быстро преодолел разделяющее их расстояние и бережно обнял Кэйю, одной рукой зарываясь ему в волосы. Кэйа замер, не ожидая такого. — Прости меня, — судорожно зашептал Дилюк, крепче сжимая синеволосого в объятиях. — Прости меня, если сможешь, я должен был сказать это намного раньше, прости... На глаза Кэйи навернулись слёзы. Он уткнулся лицом в плечо Дилюка, сминая его кафтан на спине. Он пах чем-то горелым и виноградом, но этот запах был таким родным, что Кэйа не выдержал и из его глаз полились настоящие слёзы, которые он сдерживал на протяжении всех этих лет. Пока он беззвучно утопал в истерике, накрывшей его с головой, Дилюк лишь нежно, но крепко обнимал его, поглаживая по спине и перебирая волосы на затылке. Спустя какое-то время Кэйа тяжело вздохнул и отстранился. На глазах всё ещё блестели слёзы, но теперь они хотя бы не лились водопадом. — Ну вот, теперь у тебя всё плечо мокрое, — попытался отшутиться Кэйа. Ему вдруг стало неловко. Дилюк пришёл, чтобы извиниться и наконец-то поговорить, как нормальные люди, а Кэйа тут устроил ему шоу со свободным падением. — Ничего страшного, — ответил Дилюк, не сводя с Кэйи взгляда. — Главное, не прыгай с крыши больше. — Это сейчас был намёк на шутку? — Можешь считать и так, — хмыкнул Дилюк, немного качая головой. — То, что ты чувствуешь ко мне... — вдруг тихо спросил он. — Это правда? Кэйа замер на пару мгновений. Архонты, видимо он и правда сошёл с ума, в порыве безумия ещё и признался Дилюку. Он опустил голову. — Да. Кэйа уже был готов к чему угодно, к пощёчине, к гневным комментариям, что он не заслужил и так далее, но проходили минуты, а ничего так и не происходило, поэтому Кэйа решился поднять взгляд. Дилюк стоял и улыбался, смотря прямо ему в глаза. За спиной снова раздался шум фейерверков. — Я тоже, — сказал Дилюк. Лицо Кэйи вытянулось в удивлении. Чего чего, а этого он совершенно не ожидал. Но ещё больше он не ожидал, что Дилюк протянет руку к его лицу и бережно поцелует. Их губы сомкнулись и Кэйа ощутил неимоверное счастье. По его щеке снова скатилась слеза, но теперь она уже была от счастья. Они целовались, пока на фоне всё продолжали взрываться фейерверки. Казалось бы, прошло всего ничего времени, а Кэйа успел и с крыши прыгнуть и Дилюка поцеловать. Полный абсурд, но он ощущал лишь счастье. Удивительно, как всего один вечер и один разговор могут поменять всю его жизнь.

***

На следующее утро Кэйа направлялся в кабинет магистра с отчётами за прошедшие дни. Он несколько раз постучал в дверь и после положительного ответа зашёл внутрь. — Доброе утро, Джинн! — с улыбкой произнёс он, смотря на девушку, которая лежала лицом в стол, явно страдая от похмелья. Лиза стояла неподалёку и, скорее всего, заваривал какой-нибудь чай от боли в голове. — А ты я посмотрю прям сияешь, — проговорила Лиза, наблюдая, как Кэйа подошёл к столу, где лежала Джинн и положил на него бумаги. — Хорошее случилось что? — Конечно случилось, — ответил Кэйа. — Дилюк снова со мной разговаривает. Он хитро улыбнулся, умолчав о том, что вчера они всю оставшуюся ночь целовались сначала на улице под фейерверками, а потом и у него дома, стараясь этим выразить всё то, что чувствовали. — Ооо, — заговорнищецки протянула Лиза, видимо ощутив, что Кэйа не договаривает. Они с Джинн вчера сильно удивились, когда увидели сбегающего Кэйю, а за ним и Дилюка. — Я так понимаю, в подробности ты нас посвящать не будешь? — Конечно же нет, — Кэйа улыбнулся ещё шире. — Я, кстати, хотел спросить про отпуск. На этих словах Джинн с интересом подняла голову, смотря на Кэйю, который скрестил руки на груди и явно обращался к ней. — Не против, если я возьму недельку отдыха? — спросил он. — Как капитану кавалерии, думаю мне полагается хотя бы раз в году отдохнуть от всей этой бумажной волокиты. — Что-то ты поздно об этом вспомнил, — пробурчала Джинн, опустив голову обратно на стол. — Но я не против, ты давно не отдыхал, тебе не помешает. Лиза заинтересованно за всем этим наблюдала, и когда Кэйа уже взялся за ручку двери, она подошла к нему. — Хорошо провести вам время вместе, — шепнула она ему на ухо, очевидно, имея в виду то, что Кэйа собирался провести этот отпуск с Дилюком. Кэйа обернулся, немного покраснел, неловко кивнул и вышел за дверь. — Ну какой милашка, — хихикнула Лиза, прикрыв рот. — Что ты ему сказала? — спросила Джинн, снова с интересом подняла голову. — Пожелала хорошо провести время с Дилюком, — загадочно улыбнулась библиотекарь. — Им столько всего предстоит сделать, чтобы наверстать упущенное. Она устало, но с улыбкой покачала головой. Закипел чайник, поэтому она заварила чай и поставила рядом с Джинн. — Пей, моя дорогая, — сказала она, начиная понемногу разминать плечи Джинн. — Ох, чтобы я без тебя делала, — магистр вздохнула, но всё же поднялась со стола, попивая чай и начиная разбираться с бумагами. А Кэйа тем временем направлялся на винокурню Рассвет. Где его уже ждали. Где его ждал Дилюк...