Ты пахнешь клубникой

Никогда не любила Новый год. Ну, подумаешь, год прошел, зачем размусоливать и тратить свое время на бессмысленные салаты и уборку. Из плюсов алкоголь, но и он не может перекрыть большую часть недостатков этого «праздника». Не могу толком объяснить себе причину такой нелюбви к этому дню. Вроде и в детстве всё прикольно было, родители, бабушки, дедушки, много подарков. Когда я съехала, для меня перестало быть нужным просыпаться пораньше, чтобы выдраить квартиру до блеска, готовить еду, от которой тошнит на второй час застолья. Уже как два года я просто покупаю себе шампанское, валяюсь на диване, смотря очередную банальную комедию. Но в этот раз меня будто переклинило, я решила пойти на каток. Одна? Да, одна и что вы мне сделаете? Друзей у меня особо нет, единственная подруга не в состоянии не то что выйти гулять, просто встать с кровати. Поэтому приходится брать мои любимые наушники, перчатки и петлять на каток, который, благо, находится совсем рядом. Заснеженный город это действительно очень красиво, как бы я не душнила, но зиму люблю. Наблюдать за падающими снежинками, которые словно люди, все разные и такие по своему особенные… — один взрослый, пожалуйста. — мягко улыбнулась продавщице, которой явно не повезло работать в новогоднюю ночь вдали от мужа. Кольцо на её руке явно говорит об этом, да и я уверена, что дети у неё есть, жаль, что она не рядом с ними. Выходя на лёд, схватилась за некий поручень. Я бы не сказала, что плохо катаюсь, но заходить всегда тяжело, особенно, когда лёд только залит и не обкатан. Чуть почувствовав уверенность, отпустила и поехала на большей скорости, в это же время переключая депрессивную песню на более веселую. В основном, когда я катаюсь, не замечаю ничего вокруг себя, да и сейчас точно также. Хочется прикрыть глаза от количества летящих в лицо снежинок, но удается лишь иногда закрывать по одному глазу. Утомившись, решила остановиться буквально на две секунды, но не успела даже доехать к бортику, на меня просто налетели, в буквальном смысле. Ненавижу падать. — сука! — воскликнула, почувствовав тупую боль в руке. — боже, прости, пожалуйста. — начала подниматься сама, а после подключилась виновница этого происшествия. Но заметив, что с моей руки ручьем льется кровь, поперла меня к выходу. — так блять, во-первых, отпусти меня, а во-вторых, куда ты меня ведёшь? — непонимание перекрыло боль. Девушка не отпустила и не ответила, лишь продолжила вести меня куда-то. А я, поддавшись, пошла за ней. Начиная разглядывать виновницу сего сыр-бора. Блондинка с хвостиком, нос проколот, обе брови со шрамами. Что ж, видимо, жизнь у неё веселая. А привела она меня в медпункт, я даже и не знала что тут он есть. Сколько каталась, ни разу не было таких инцидентов. — как это так вышло? — начала причитать женщина в белом халате. — да сама в ах… — запнулась, — в шоке. — посмотрев на блонди, поняла, что она действительно очень сожалеет о случившемся и чуть выдохнула. Ненавижу эту злость, которая непонятно откуда берется, по факту особо ничего не произошло. Ну, подумаешь, руку порезала. — можешь дальше идти кататься, только пусть твоя подруга приглядывает за тобой. — ну да, подруга, лучшая. — обязательно, спасибо вам. — сказала эта девушка, беря за здоровую руку, снова ведя меня куда-то. — как тебя зовут? — среди тишины раздевалки прозвучал вполне логичный вопрос. — я Катя. — руку можно и не протягивать, она и так её держит в своей. — Кира. — прикольно конечно, так я ещё не знакомилась. — ты прости, мне реально очень жаль. — всё в поряде, я не злюсь. — улыбнулась, дабы не выглядеть в её глазах совсем уж мегерой. Меня часто такой называют из-за моего расслабленного выражения лица, а вот когда брови чуть сходятся на переносице, так вообще говорят что я сука. А на деле, я довольно добрый человек, ну, если не выводят, конечно. — ты что этой ночью делаешь? — а вот и неожиданный вопрос. — да ничего, поэтому сюда и припёрлась. — м-да, грустно звучит. — не хочешь провести Новый год вместе? — а я, почему-то, не против. — а ты не маньячка какая-то часом? — чуть подозрительно прищурилась, стараясь сдержать улыбку, которая так и хочет проявиться. — да вот думаю, убить и изнасиловать или изнасиловать и убить… — не выдержав, прыснула со смеху. — поехали, у меня машина на парковке стоит. — к тебе? — чуть удивилась. — ты не против? — нет. — мы знакомы пару минут, а ощущение, будто пару лет. Всё ещё держась за руку, мы прошли к машине, Кира открыла мне дверь белого Шевроле. — да ты сама мисс галантность. — повернулась к новой знакомой. — это ещё не всё мои таланты. — и она заводя машину, резко нажала на газ, да так, что меня вжало в спинку кресла. — могу так. — она улыбнулась… — у тебя сплит? — вот уж реально жизнь у неё интересная. — ага, нравится? — она провела раздвоенным языком по губам. — неплохо. — хотя у самой мурашки по коже пробежали, выглядит прям очень сексуально. — ну да. — она саркастически хмыкнула «вижу же, что нравится». — а чего одна в праздник? — мой ответ оказался довольно простым. — не люблю Новый год. — чуть откинувшись на кресло, запрокинула голову, стараясь понять почему так. — почему? — а я ведь не понимаю. — не знаю. — а вот я знаю. — она ухмыльнулась. — ты просто ещё не отмечала его с тем, кто мог бы сделать тебя счастливой в эту ночь. — возможно… — протянула, доставая электронку из сумки, спрашивая у водительницы, — можно? — без б. — на что я спокойно выдохнув, сделала первую затяжку, чувствуя лёгкое головокружение. — будешь? — я привыкла парить с подругой на пару, поэтому мне сложно делать это самой. — с чем? — получив в ответ моё «клубника», протянула руку, в которую я вложила электронку. — хорошая, теперь у меня есть вкус с которым ты ассоциируешься. — она коварно улыбнулась. — а у меня шрам. — так же улыбнулась, махая раненной рукой. — ты прости за эту хуйню. — она как-то резко осеклась, будто расстроившись. — да ничего страшного, всё на месте и норм. — чтобы хоть как-то успокоить, взяла её за руку, чуть поглаживая костяшки, на которых красовались шрамы. — а ты меня узнала? — не поняла. — прости? — да ничего, забей. — она снова осеклась. — как тебя зовут, говоришь? — решила проверить свои догадки. — Кира, — посмотрела на неё, ожидая фамилию, — Медведева. — и быстро взяв в руки телефон зашла в инстаграм, вводя только что услышанное. Чуть присвистнула, увидев, что у неё пол ляма. И я вспомнила, что видела её по телеку. — ахуеть. — от шока убрала свою руку с её. — а ты уверена, что хочешь провести Новый год со мной? — я действительно задумалась, если она такая медийная личность, значит у неё наверняка должно быть много друзей, ну, или желающих разделить с ней эту ночь. — уверена. — что ж, её выбор. — мы приехали. — она припарковавшись, быстро вышла, обходя машину, открыла мне дверь, что очень уж меня засмущало, но я лишь улыбнулась. — точно? — ещё раз переспросила, не хочется человеку портить планы из-за хуйни какой-то. — блять, кис, да. — она снова взяла меня за руку и повела в подъезд. Мне действительно некомфортно, до того как я узнала про её медийность было как-то легче. Может, это из-за моей предвзятости к популярным людям, для меня они почему-то кажутся какими-то… «Слишком»? Если можно так сказать, конечно. — у тебя красиво. — светлый, довольно новый ремонт, сделанный действительно со вкусом. — спасибо. — искренне поблагодарила она, помогая мне снять куртку, дабы не задеть перебинтованную руку. — что делать будем? — спросила, хотя у меня появилась идея как можно с ней познакомиться поближе. — не знаю, есть предложения? — а вот и есть. — давай посмотрим то шоу где ты снималась? — предупреждая её вопросы, объяснила, — мне кажется, это поможет нам чуть ближе познакомиться. — она лишь кивнула, проводя меня в комнату. — в первом выпуске я, скажем так… — она чуть замялась, — не в самом лучшем виде показана. — всё ок. — улыбнулась, снова беря её за руку, который раз за этот вечер? Она включила телевизор и зайдя в ютуб, начала вводить «новые пацанки». Включила первый выпуск. Словив её взгляд, повела бровью на свою электронку, как бы спрашивая «можно?», получив кивок, затянулась, устремляя свой взгляд на телевизор. На экране начали показывать девушек, ну или пацанок. «Я пацанка намбер ван.» — произнесла девушка на телике, держа в руках бутылку водки, начиная громить какие-то фотки. — а она хорошенькая. — боже, как же я обожаю комментировать что-либо. Картинка изменилась, в кадре появилась машина, остановившись за рулем сидела всё та же «намберван». «Меня зовут Кристина Захарова, но все называют меня Шумахер, для близких — Шума.» — ахуенно… — протянула, так как сама питаю огромную страсть к машинам и вождению в целом. — она занята. — как-то резко сказала Кира, чуть сильнее сжимая руку на моём плече. — да я и не претендую. — усмехнувшись продолжила смотреть, положив голову девушке на плече. — ух ебать, что у вас там творилось. — чувиха тупо ногу другой сломала. — мне уже стремно дальше смотреть. — чего это? — чуть нахмурившись, не поняла Кира. — да вот думаю, что ты там творила. «Я напився…» — жалобно произнесла бухущая в говнину татуированная девочка в шапке. — ахаха, Боже, она мне уже нравится. — поржала, вспоминая, что под синькой тоже говорю как ебанашка. — чем? — с интересом спросила сидящая рядом. — да я такую же хуйню творю, когда бухаю. — сделала очередную тяжку. — да и не только такую. — короче говоря, пьяной меня лучше не видеть. — поняла, тебя не набухивать. — я перевела взгляд на телевизор, замечая знакомый хвостик. — о-о… — протянула она, а мне до жути интересно, что же она творила. — тш, мне интересно. — сделав погромче, принялась смотреть. «У тебя чё, язык разрезан?» — спросила полненькая девочка, а я лишь заржала, вспоминая, что в машине задала похожий вопрос. — это всех интересует, да? — повернувшись лицом к Кире, усмехнулась, видя, что она повторяет, то, что она же делает на экране, облизывает губы сплитом. — ой, у меня будто синька, ты и там и тут. — на что девушка лишь улыбнувшись, пожала плечами и мы продолжили просмотр. «я же бармен…» — нихуя се! — воскликнула, вот теперь я уверена, что должна с ней выпить. — тебе наливать не буду, кис. — нахмурила брови. — Хули? — увидев её неодобрительный взгляд, не заткнулась, — ты должна мне коктейль, тогда будешь прощена за руку. — манипуляция чистой воды, но это у меня семейное. — хуй с тобой, сделаю. — отобрав у меня подик, затянулась. «Кира…» «Так…» «Знаете ли вы, что такое абьюз?» — я чуть напрягалась. «О да блять! Я это знаю!» — ебать… «А кто такой абьюзер?» «Это, блять, я!» — я вздрогнула, — «Это я!» — не бойся меня, кис, это в прошлом. — она явно заметила мелкую дрожь, которая завладела всем моим телом. — ты прости, я просто… — замялась, — забей. — снова повернулась на телевизор, но Кира поставила шоу на паузу. — расскажи, пожалуйста. — давай сначала посмотрим твою визитку. — мне нужно чуть успокоиться, хотя, её история мне мало в этом поможет. — хорошо. — она выдохнула, пытаясь снова меня приобнять, но я отстранилась. На истории про мать, я взяла её за руку, несмотря на свой ебаный страх. «Я избивала, я забирала телефон, закрывала на ключ изнутри, ключ оставила у себя, ты никуда не пойдёшь, не выйдешь из квартиры пока я не разрешу.» По моим щекам невольно побежали слёзы. Блять, надо же было именно на такого человека нарваться, снова… — кис… — она повернула меня к себе, обнимая, а я не сопротивляюсь. — прости, я не должна была… — начала отстраняться, извиняясь за свои слёзы. — расскажешь? — я лишь судорожно кивнула. — после того как я съехала от родителей, я познакомилась с парнем, Матвеем ублюдка звали. Вначале был такой заботливый, добрый, а потом его будто подменили. Он начал меня избивать, подсадил на наркоту, насиловал. — Мой голос будто зажевало в старом проигрываете, я прокашлялась. — не знаю как, но я сбежала. Но так и не смогла прийти к нормальной жизни. Наркоту переборола, а боль, что он оставил вместе со шрамами на теле — нет. — под конец истории мы обе плачем. — извини меня, правда, знала бы, никогда не включила… — я её остановила. — все нормально, это же твоя история. — постаралась улыбнуться. — да и я думаю что просто так ты бы не выиграла, и по тебе вижу, что ты не такая, как тут. — пальцем указала на экран, на котором злое лицо старой Киры. — мы нашли друг друга, тебе не кажется? — она улыбнулась, вытирая сначала свои слёзы, а затем мои. — может быть. — усмехнулась, снова прижимаясь к девушке. — Пахнешь клубникой…