The Kiss That Counted

Выходные подходят к концу слишком быстро, и вскоре Эмма обнаруживает, что потирает затуманенные глаза, когда звук шагов Реджины заполняет её уши. Эмма ненавидит утро понедельника. Это как прийти домой из отпуска, а потом снова на работу. Только когда её выходные были наполнены весёлыми занятиями с семьей, она действительно ненавидела вставать и собираться утром в понедельник. На самом деле, раньше она наслаждалась понедельниками, когда ей нужно было работать. Было время, когда работа была всем, что у неё было, но теперь это не так – теперь она отходит на второй план по сравнению со временем, которое она проводит со своими близкими. Блондинка переворачивается на бок, ещё не собираясь вставать с кровати, и наблюдает, как её любимая ходит по спальне. Она зевает, а затем обхватывает рукой подушку и прижимает её к себе; ощущение Реджины, она бесстыдно утыкается носом в плюш и вдыхает успокаивающий аромат. Распорядок дня мэра в понедельник немного отличается от остальной недели. На самом деле это единственная вещь, которая выделяет понедельник среди других дней, но именно это отличие Эмма всегда замечает. Она дольше остается в халате, как будто у неё такое же желание, как и у Эммы - оставаться в постели, но она также знает, насколько ценно её время и что она не может позволить себе лежать без дела, когда её утро начинается, как только звонит будильник. Эмме сначала показалось, что ей нравится то утро, когда Реджина – которая всегда начинает собираться как минимум за тридцать минут до того, как Эмма даже подумывает о том, чтобы встать с кровати – гуляет по спальне, ещё не приготовив как следует одежду на день. (Кофточка аккуратно заправлена в юбку, платье расстёгнуто и обнажает спину или рубашки остались полностью расстёгнутыми, но сшитые на заказ брюки идеально сидят на бёдрах – даже если её гормоны не знали, как справиться с последним.) Но она пришла в себя. Вероятно, ей нравится больше то, как вьются мокрые волосы мэра после душа, как выглядит махровая ткань, которая будто очищает её босые ноги, как у Миллс нет напряжения в плечах, и она выглядит ужасно комфортно, пока ходит туда и обратно из спальни в ванную. Утро дождливое и довольно мирное. Капли барабанят по окну и наполняют комнату успокаивающей музыкой. Это ещё одна причина, по которой Эмме хочется зарыться в кровать и не вставать. Она находит покой в шуме дождя, красоту в сером небе. Хотя у многих людей дождь ассоциируется с унынием и грустью, у Эммы это не так. Дождь заставляет её думать о горячем шоколаде с корицей, посыпанном взбитыми сливками, о тёплых одеялах и о том, как свернуться калачиком в углу у окна с книгой. Вот так дождливые дни были проведены в одном из домов, где она останавливалась, когда была моложе, и, хотя ей не нравилось думать о том, как её отправляли обратно, остались такие воспоминания, которые до сих пор заставляли её чувствовать покой внутри. Эмма тихо вздыхает и переворачивается на спину, глядя в потолок. — У нас должен быть больничный день — ты, я, пацан. — Реджина издает один из тех горловых звуков, которые не совсем похожи на смех, но довольно близки к нему. — Поправь меня, если я ошибаюсь. Но разве ты не провела большую часть последних 48 часов в постели? — лентяйка садится на локти и смотрит на затылок брюнетки. — Ага. Но вот в чем дело: я могла бы провести в постели всю неделю, если бы у меня была подходящая компания – очевидно, ты или ты и Генри – и всё равно хотеть больше. Реджина улыбается через плечо, а затем отворачивается и направляется в спальню, немного повышая голос, чтобы её можно было услышать, перекрывая шум, когда она роется в ящике. — А как насчет наших обязательств, шериф Свон? Или вы забыли, что горожане, мягко говоря, неспособны самостоятельно справиться с тяжёлыми ситуациями? — блондинка на это закатывает глаза. — Они разберутся. Мы не можем всю оставшуюся жизнь нянчить кучу сказочных персонажей, Реджина. Брюнетка возвращается из ванной, наносит средство на волосы и задумчиво смотрит на любимую. — Когда ты наконец встанешь с постели, спустись вниз и загляни в верхний ящик моего стола. Там есть папка с твоим именем. Возьми её и посмотри, что внутри. - Бровь Эммы приподнимается от интриги и любопытства. — Хотя взять отпуск прямо сейчас, конечно, не вариант, особенно пока Генри учится в школе, я склонна согласиться, что нам всем не помешал бы перерыв. — Так что же в папке? Регина одаривает ее полуулыбкой и разворачивается на каблуках, исчезая в спальне. —Ты узнаешь, как только встанешь с кровати – и обязательно успей, прежде чем спускаться вниз, – говорит она Эмме, и затем спальню наполняет звук фена. Свон даже не встает с кровати, а скатывается с неё. Она вытягивает руки вверх и назад и зевает так широко, что чувствует напряжение в щеках. Слегка трясет плечами, затем берёт с тумбочки резинку для волос и быстро заплетает волосы в ужасно небрежный пучок. Кровать быстро заправляется, а затем зеленоглазая выскальзывает из спальни, почёсывая под футболкой место, где немного зудит живот.

***

Утро в течение школьной недели либо суетливое и требует кофе ещё до того, как Эмма пробормочет хоть слово Реджине или Генри, либо медленное, потому что никто на самом деле не хочет оставлять позади покой, который у них был накануне. (Для этого тоже нужен кофе, но Эмма может, по крайней мере, притворяться нормально функционирующей взрослой по утрам.) Сегодня медленное утро, поэтому она не удивляется, обнаружив Генри всё ещё спящим, когда она стучит в его дверь, чтобы убедиться, что он готовиться к выходу. Она закатывает глаза при виде мальчика, растянувшегося на кровати, заглядывая в его комнату – он лежит, раскинув конечности в разные стороны – определенно её ребёнок. Обычно она просто отодвигала шторы и позволяла солнцу разбудить его, но сегодня утром небо пасмурное и тёмное. Вместо этого она толкает его в плечо, а затем слегка встряхивает. (Реджина делает это более мягкими прикосновениями и тихим голосом, но Генри также фактически выполняет её тихие приказы. Эмма однажды попробовала это, и в итоге в неё полетела подушка.) — Давай, малыш. Пора вставать, - говорит она, слегка потянув его за плечо и руку. Генри ворчит и отстраняется. — Еще пять минут, - умоляюще бормочет он в подушку, на что она закатывает глаза. Свон знает, как это происходит. Если выделить пять минут, они превратятся в восемь, а затем в десять, и вскоре Реджина будет смотреть на Эмму так, будто это она отказалась вставать с постели. Брюнетка, вероятно, винит как раз Свон в том, что Генри всегда хочет спать. Эмма активная женщина, но ей также нравится хорошо вздремнуть, или остаться в постели и позволить своему телу естественным образом проснуться самостоятельно, или... Ну, шериф наслаждается отдыхом. Однако она почти уверена, что Генри просто подросток, которому всегда хочется есть и спать. Пацан откатывается от неё и собирается натянуть подушку на голову. Она хватает его и останавливает его. — О, нет, ты не понял. Вставай! Душ к тебе не придет. Пойдем. Вставай! — Генри скулит и поворачивается, чтобы посмотреть на неё, полунадутый, полусонный, раздраженный. Ага. Определенно её ребёнок. — Я измождён. Не думаю, что смогу даже продержать глаза открытыми достаточно долго, чтобы дойти до душа. Ты хочешь, чтобы я врезался в стену, Эмма, и получил травму, и всё потому, что ты не дала мне ещё пять минут, чтобы нормально проснуться? Эмме хочется смеяться, потому что, серьёзно? Но вместо этого она прикусывает щёку и качает головой. — Не получится, мистер Мелодраматик. Прекрати ныть и вставай. — Ух, - стонет Генри, начиная потягиваться в постели. — Отлично. Я встаю. — Лучше, чтобы вода в душе потекла в ближайшие несколько минут, или я вернусь с ледяной водой, которая обязательно вытащит тебя из постели, - говорит она ему своим самым серьёзным голосом, строго указывая на него пальцем. Генри усмехается, как будто не верит ей, и дает ей понять, что «посмотрим». — Я иду. Обещаю, - говорит он, хотя, возможно, просто не хочет узнавать, насколько она серьёзна. Блондинка бросает на него последний взгляд, а затем резко разворачивается. — Увидимся, когда будешь готов, - оставляет его дверь приоткрытой и спускается по лестнице на первый этаж. Она останавливается на кухне, чтобы выпить кофе, а затем идёт искать папку на столе Реджины. Зеленоглазая находит её между папкой с графическими диаграммами с цифрами и бюджетной информацией, о существовании которой мозг Эммы не хочет даже помнить в такое раннее утро, и папкой, в которой хранится план, над которым Реджина и Снежка работали с Белль для молодежного центра. Всё отмечено безупречным почерком её любимой. Эмма вытаскивает папку из стопки, а затем закрывает ящик, прислонившись бедром к столу и открывая её. Первая страница представляет собой распечатанную карту с кружками и звёздочками, нарисованными разноцветными чернилами, около дюжины отметок, разбросанных по восточному побережью. Интрига Эммы сразу же удваивается, и она даже не утруждает себя чтением объяснений внизу карты, чтобы понять, что это за знаки. (И Свон ни капельки не удивлена, что Реджина сделала подсказки для карты, совсем нет.) Блондинка просматривает распечатки, и на губах появляется улыбка, когда она понимает, на что смотрит. Есть страницы мероприятий, инструкции, брошюры, и всё отмечено небольшими комментариями педантичного мэра. В Пенсильвании проходит автошоу и гонки, которые удерживают её внимание дольше всего; она полюбила классические автомобили и не может насытиться маслкарами. Затем, пролистав с намерением прочитать страницы, она находит информацию о музее, от чего её морщит нос, пока она не продолжает читать, и о боже мой! Её глаза расширяются, что, вероятно, комично, когда она жадно читает информацию о Международном музее шпионажа, о марафонах шпионских фильмов, которые они с Генри проводили в Нью-Йорке. Вся папка полна классных вещей, которые нравятся Генри и Эмме, понимает она, и едва может сдержать волнение, когда доходит до последних страниц папки, график охватывает три недели июля. Она закрывает папку и приносит её с собой на кухню. Там берёт две кружки, готовит кофе для себя и Реджины, а затем приносит их наверх, держа папку под мышкой. Её живот полон волнения, как будто внутри что-то подпрыгивает, как прыгают маленькие дети в разгар сахарного прилива.

***

У двери спальни она останавливается, глядя на кружки, наполненные до краёв, а затем, нахмурившись, смотрит на закрытую дверь. Она подумывает о том, чтобы попытаться держать обе кружки в одной руке, но в её голове мелькает мысль, и она быстро отбрасывает эту её, не желая случайно пролить на кожу обжигающе горячую жидкость. — Реджина, — вместо этого зовет она. — Реджина, ты можешь открыть мне дверь? - Когда ответа нет, Эмма хмурится еще ниже. А затем она закатывает глаза и сосредотачивается на дверной ручке, пока она не поворачивается и дверь не распахивается. Она использует свою магию настолько экономно, что иногда забывает, что она у неё вообще есть. Босой ногой Эмма толкает преграду до упора, затем ставит кружку с кофе на тумбочку, папку на кровать и закрывает дверь спальни. Свон идёт в ванную, где Реджина творит со своими волосами волшебство с помощью фена и круглой щётки. Она слегка подпрыгивает, когда Эмма появляется перед ней в зеркале, но улыбается, выключает громкий прибор для волос и смотрит на кофе, который спаситель держит в одной руке и прикрывает верхнюю часть другой. Она поднимает бровь, и блондинка преподносит ей кофе. Миллс вытирает руки о халат, который всё ещё носит, а затем берёт кружку, поворачиваясь лицом к возлюбленной и прислоняется спиной к раковине. Она слегка дует на напиток, а затем пьёт. Слышно тихое мычание, когда королева потирает губы и кивает, а затем подносит кружку обратно ко рту, чтобы сделать ещё больший глоток. — Я добавила щепотку корицы, - сообщает ей Эмма. И в глазах брюнетки таится улыбка, которую не видно за кружкой. — Я заметила. - Она отпивает ещё немного, а затем передает кружку обратно, наклоняясь вперёд, как она делает каждое утро. Эмма приносит ей кофе, когда она готовится. — Спасибо, дорогая, - говорит она, касаясь губами для нежного поцелуя. И Свон усмехается ей. — Я нашла папку. Реджина просто мычит и отворачивается к зеркалу, возвращаясь к причёске. Эмма говорит, выходя из спальни, чтобы поставить кофе женщины на обычное место и взять свой. — Так ты действительно хочешь это сделать, хм? Поездка летом – серьёзно? Потому что я не знала, серьёзно ли ты об этом думаешь или нет, но полностью согласна, если да. Она прислоняется к дверному косяку, держа в руках кофе, и наблюдает, как возлюбленная укладывает волосы. Карие глаза поднимаются и на мгновение встречаются с взглядом Эммы в зеркале. — Ты видела, сколько планов я уже проделала, не так ли? — Да, но я также видела, как много планирования уходит на ужин в пятницу вечером. Ты всё тщательно продумываешь, Реджина, — говорит она с нежной улыбкой. Ей нравится, насколько всё тщательно и подготовлено мэром, даже если Эмме иногда хочется сказать ей, чтобы она просто сделала это, не думая. — Никогда нельзя быть слишком подготовленной, - отвечает брюнетка, пока её осанка выпрямляется, и многозначительно смотрит на Эмму. Та напевала кофе и пар согревал её лицо. — Как угодно. Она качает головой и начинает ходить по ванной в поисках чего-то, слегка нахмурив брови. — Нам придётся найти время, чтобы сесть и просмотреть список мероприятий, который я составила. После твоего отзыва мы сможем внести изменения, а затем решить, когда сообщить Генри о поездке. Эмма кивает, ей нравится, как всё происходит: она строит планы на семейную поездку, свой первый семейный отпуск; быть частью процесса принятия решений по поводу чего-то, что связано с Генри; Неизменная вдумчивость Миллс, которая была очевидна при выборе мест, которые они могли бы посетить. — Я принесу обед сегодня, и тогда мы обсудим его, - предлагает она. Реджина начинает кивать, но затем отрицательно качает головой. — Нет, не получится. Сегодня я обедаю с Мэл, чтобы обсудить её бизнес-идею. Давай сегодня после ужина? Эмма морщится при упоминании Малефисенты, но это остается незамеченным. Это всего лишь небольшой приступ ревности, ничего серьёзного, автоматическая реакция на упоминание имени женщины. Она не позволяет настоящей ревности развиться, знает, что то, что разделяли Реджина и другая блондинка, произошло десятилетия назад – ещё до рождения Свон. Честно говоря, Эмме нравится Малефисента ровно настолько же, насколько ей может нравиться любой, кто видел Реджину обнажённой и до сих пор находится с ней в хороших отношениях. Свон делает большой глоток кофе, а затем облизывает губы, отвечая: — Да, конечно, после ужина. Я пойду готовиться. - Она показывает большим пальцем позади себя и слегка улыбается женщине, когда смотрит на неё. — Дай мне знать, когда я смогу принять душ.