Драбблы по Рк и БС

Прирывистые вздохи и стоны слетали с его губ, пока любовник бесцеремонно и размеренно толкался в него. После нескольких часов любовных утех он уже был растянут до предела и как следует смазан, Бай Син не видел необходимости сдерживаться. Бёдра Хейсо дрожали от усилий, которые он прилагал, чтобы удержаться на коленях, боясь, что ноги предадут его, и он полностью опустится на горячую пульсирующую плоть, позволяя безжалостно пронзать его снова и снова. Хейсо сдержал подступающие слёзы от резкой боли, когда потянул за связанные запястья. Бог полностью сосредоточился на равномерных движениях своих бёдер, время от времени замедляясь, чтобы украсить грудь демона багровыми поцелуями. Получив полную свободу действий, Бай Син пребывал в хорошем настроении и осмелился поддразнить своего возлюбленного. — Видишь, Цинь Ай? Твоё тело так охотно раскрывается мне навстречу.. Руки беспорядочно блуждали по его телу, поглаживая, пощипывая. Широкая ладонь обхватила возбуждённый член, двигаясь верх-вниз в такт размашистым движениям бёдер. Хейсо всё ещё не оставлял попыток развязать себе руки, пытаясь зубами распутать ленточку, несмотря на то, что всё его тело сотрясалось от силы толчков А-Сина. И всё же он умрет, нежели сломает деревянную перекладину в изголовье кровати и будет вынужден попросить починить ее. Плотно сомкнутые на ленте зубы приглушали его постыдные стоны и всхлипы, но краем глаза бессмертный демон видел, как Бай Син наблюдает за его бесплодными попытками освободиться, не прекращая движения и попадая в ту самую точку в его теле. Бай Син чувствовал его злость, ощущая, как внутренние мышцы, плотно обволакивающие его член, то и дело сокращались и сжимались. Опьяняющее сочетание удовольствия и лёгкой боли только сильнее кружило голову, заставляя с удвоенной силой вбиваться в податливое тело. Но один вид этого гордого бессмертного демона, что не оставлял попыток вырваться из опутывающей его запястья ленты, пока член пронзал его раз за разом, рождал в глубине души бога грязное желание заполнить. Движения ладони на члене Хейсо ускорились, приближая к долгожданной разрядке. Зубы Хейсо плотно сжались на ленте, чтобы удержаться от постыдных стонов, разорвав несчастную ткань в тот самый момент, когда бог заставил его кончить. Семя мокрым пятном растеклось по смятым простыням...