100 сцен любви

Ночь была тяжкой и бессонной из-за грядущих экзаменов. Пробуждение было еще менее приятным от звона будильника, что Карл сам поставил, не желая тратить время и еще поучить билеты перед экзаменом. Но хоть ему и было 23, тот возраст, когда еще можно было провести ночь в клубе, утро в постели с понравившемся парнем, а потом сразу идти на учебу, с каждым годом становилось все тяжелее спать менее 6 часов. Стоило открыть глаза, как голова взорвалась болью, словно он вообще не спал и пил всю ночь. Вспомнился лихой первый курс, когда дешевое пиво и лунная ночь были лучшей компанией для только что начавшейся вольной взрослой жизни. - Ммм… да блядь… - простонал он в подушку, стараясь дотянуться до будильника, не отрываясь от нее. Сейчас билеты по теории текста казались нормально подготовленными и не требующими дополнительного внимания с его стороны. И куда более стоящей казалась мягкая постель, отдающая ядреным, но вкусным одеколоном Нигана. Будильник с треском свалился на пол не останавливаясь визжать, казалось прямо в мозг Карла. Парень рыкнул, а потом издал всхлипывающий звук досады на утро, университет и жизнь. В комнате раздались тихие шаги и будильник наконец-таки умолк. Карл застонал в удовольствии от образовавшейся тишины, вяло думая о том, как мало порой человеку нужно для счастья и как люди не ценят маленькие житейские радости, например, тишину. Но тишина продлилась не долго. Над Карлом раздался сначала тихий сдерживаемый, но постепенно нарастающий и открытый смех Нигана. Парень попытался заслонить уши второй подушкой, но ее тут же отобрали. - Вставая, зубрила. Сам же потом на меня злиться будешь, что не разбудил. - Не буду, - глухо в подушку сказал Карл, все еще надеясь поспать. - Будешь, мы это уже проходили в прошлую сессию, - усмехнулся он. Карл почувствовал хватку на своей лодыжке, а потом сильная рука, умеющая удержать его бедра ночью, потащила его с кровати. Это заставило его встрепенуться, как птицу, которую только что разбудил приблизившийся хищник. - Ладно я встал! Встал, пусти! – вскрикнул он и перевернулся, чтобы одарить ухмыляющуюся морду Нигана своим самым колючим взглядом, но тому было все равно. Мужчина продолжил смотреть на его сонные мучения и неприлично бодро выглядеть для 7 утра субботы. Кряхтя словно 90-летний старик, Карл встал на ноги и качнулся от резко охватившего головокружения. Потерев щеку, успевшую за ночь обрасти небольшой щетиной, Карл зевнул и тут почувствовал запах. Мягкий сладкий запах ванили и свежей выпечки. Привкус теплого мятного чая тут же возник на его языке как вечная компания к первому сливочному вкусу кабачковых оладий. Карл удивленно посмотрел на Нигана что заправлял их кровать. - Ты же ненавидишь их, – обескураженно произнес Карл, до конца неуверенный что учуял именно их с кухни. - М? – не понял сначала Ниган, - А ты про оладьи? Может все же подумаешь о работе полицейской ищейки? Даже я их не чувствую с кухни, - отшутился он. Но увидев, что Карл продолжил смотреть на него своими большими голубыми глазами так, словно ему сейчас вручат письмо из Хогвардса, пояснил, - Да не люблю! Вообще не понимаю кто додумался совместить оладьи и кабачки. Но… - он неопределенно взмахнул зажатой в руке подушкой, - ты их любишь. И у тебя сегодня сложный день. Так что я решил, что они будут кстати, чтобы хоть как-то сделать его приятнее, - он повел плечами то ли вспоминая вкус ненавистной выпечки, то ли свои собственные экзамены в далеком прошлом. Но не успел он опустить подушку как был повален на кровать и зацелован. Руки Нигана тут же легки на еще по-мальчишески худые бедра, занимая привычную положение и сминая их. - Спасибо, - сказал более бодрый и счастливо улыбающийся Карл, чьи длинные волосы защекотали Нигану щеку. - Одним разом ты у меня сегодня не отделаешься, - улыбнулся Ниган. - За любимые оладушки я тебе сразу после экзамена оседлаю и вечера ждать не буду, - улыбнулся Карл и слез с него, отправляясь в ванную. А Нигану пришлось второй раз застилать постель и бороться с желанием зайти в ванную вслед за Карлом.