Особенности сумерской экспедиции

«…разнообразие грибов Сумеру поражает воображение. Большой справочник описывает более 1000 видов, и тем не менее…» — на страницу упала пара крупных капель. Тигнари отвлекся от заметок, поднял голову, посмотрел на небо, которое заволокло грозовыми тучами, резко взявшимися будто из ниоткуда. — Хм, Акаша не прогнозировала дождь на сегодня, но, кажется, собирается серьезный ливень… О, архонты, за что мне это? Не ожидавший, что в экспедиции его застанет непогода, лесной страж быстро сложил блокнот и образцы в сумку и огляделся вокруг в поиске места, что могло бы послужить укрытием. В этот раз его занесло достаточно далеко от Гандхарвы, и речи не было о том, чтобы успеть вернуться. «Нужно всего лишь найти сухое, укрытое от дождя и ветра пространство, чтобы переждать», — только было подумал Тигнари, как вдруг все вокруг залило светом яркой вспышки молнии, следом оглушительно прогремел гром, а еще через мгновение на голову обрушился тропический ливень такой силы, что через поток воды сложно было разглядеть что-либо на расстоянии пары метров. Парень прижал уши к голове и попятился назад, судорожно рассуждая, в каком направлении бежать. Кажется, по пути он видел пару пещер, но искать их в такой обстановке — та еще задача. Ноги соскальзывали и увязали в топкой грязи, промокшие волосы и одежда неприятно липли к телу, а дождь заливал глаза. Новый оглушительный раскат грома заставил его ускориться. Практически наощупь продвигаясь сквозь чащу, спотыкаясь о торчащие из под земли корни деревьев, он понял, что стремительно проваливается куда то вниз. В голове промелькнула отчаянная мысль о последних моментах жизни и абсолютно нелепой смерти. Тигнари зажмурился, ожидая удара от падения, но вопреки ожиданиям, спустя несколько мучительно длинных секунд свободного падения, ощутил спиной лишь пружинистую мягкую поверхность. Он резко разжал веки и огляделся, привыкая к полумраку. Очевидно, он попал в подземную пещеру, которая была ему ранее незнакома. Свет извне не проникал внутрь, но тем не менее, было достаточно светло, чтобы глаза могли различить окружение. Своды пещеры были оплетены корнями деревьев, поверхность земли заросла мягким мхом, который так удачно смягчил падение, во мху, то тут, то там проглядывали грибы, излучающие флуоресцентное свечение, которое и рассеивало тьму подземелья. Где-то отдаленно были слышны звуки капающей воды, эхом отражающиеся от стен. Воздух был тёплым и влажным. Как только первый шок прошел и сердцебиение пришло в норму, Тигнари приподнялся и аккуратно подполз к ближайшему скоплению грибов. — Если только я не повредился головой пока падал, я могу уверенно сказать, что не припомню этого вида, — он быстро потянулся за сумкой, которая, на счастье, все еще была при нем. В этот миг для него перестали существовать ливень, мокрая одежда, недавняя близость смерти и мысли о том, как он выберется отсюда. Бегло пролистав заметки, он выписал нужные сведения, которые понадобятся ему для исследования, достал колбу и поместил в нее мерцающий грибочек, чтобы более детально изучить его позднее. Закончив свои ученые дела, он наконец вернулся в реальность и оглянулся вокруг, размышляя о том, что делать дальше. Расщелина, через которую он попал сюда, была слишком высоко и достать до нее было было невозможно, а значит, ничего не остается, кроме как искать выход где-то еще, продвигаясь вглубь пещеры. Рискованная затея, но и оставаться на месте бесполезно. — Вокруг не наблюдается останков живых существ, а значит, по крайней мере, до меня здесь никто не умирал, — нервно пошутил Тигнари, пробираясь дальше по пещере, осторожно ступая по мху. Конца пещеры видно не было, но по мере продвижения он стал замечать, что грибов становилось все больше, будто он приближался к особо крупной грибнице, что не могло не приводить в трепет натуру биолога. — Если только я смогу выбраться, это открытие произведет фурор в Амурте! Он не мог посчитать точно, сколько времени прошло с его падения, но усталость уже давала о себе знать. — Думаю, небольшой привал не помешает. Это место не выглядит опасным, но и совсем без сил лучше не продолжать путь. Он присел на поросший мхом холмик, достал закуски из сумки и принялся за еду. — Возможно, это последний прием пищи на следующие архонт-знает-сколько часов, — невесело подумалось Тигнари, — Интересно, а эти грибы… Он посмотрел на растущие неподалеку светящиеся грибочки. — Они не имеют неприятного запаха, обладают приятной текстурой, а прикосновения никак не повлияли на кожный покров. Возможно, пробовать их на вкус будет безумной идеей, но кто не рискует, тот не становится ученым. Он взял в руки блокнот, чтобы записать ощущения от дегустации. «Вкус нейтральный…» «…немного пряный, но приятный…» «…текстура упругая и мягкая…» «Спустя пару минут ничего плохого не произошло, возможно это хороший знак. Появилось ощущение сытости.» «Чувствую сонливость, но это не удивительно, учитывая предыдущие события.» «Голова становится тяжелой, глаза слипаются. Возможно присутствует седативный эффе…» Последняя строчка остается смазанной и сморенный сном парень медленно сползает на мох. — …мммх… Сознание лениво возвращалось к Тигнари. Сквозь сон он почувствовал как что-то мягко укачивало его. Будто подушка из мха под ним превратилась в живой организм, тихонько рокочущий где то в глубине. Воздух стал более влажным и плотным, и вся пещера будто дышала. Одежда, волосы и хвост, что уже успели подсохнуть ранее, теперь снова впитали влагу, так что хотелось сбросить с себя эти мокрые тряпки. Из-за теплого микроклимата пещеры замерзнуть ему все равно не грозило. Тигнари медленно открыл глаза. Что то явно изменилось вокруг, но он никак не мог уловить, что именно. Мысли все еще были немного спутанными, хотелось пить. Он привстал, оперевшись о свое ложе руками, но тут же почувствовал слабость, его тело не слушалось, голова слегка кружилась. — Ого, что за спецэффекты такие, — он вновь сделал попытку вернуться в вертикальное положение, и вновь безуспешно. Грибы вокруг мерцали и переливались во мраке, создавая гипнотизирующую ауру. *Останься.* — Что? — парень замер и прислушался, не понимая откуда раздался голос. В поле зрения по прежнему не было никого, кроме мха и грибов. *Побудь с нами.* Голос звучал будто в его же голове, но не принадлежал ему. — Кто здесь? Я же не схожу с ума... *Мы приняли тебя.* — Ладно, это уже не смешно. И тут он заметил движение. Едва различимое, неподалеку, что можно было свалить на "показалось", но затем снова, все ближе и все яснее. Опции бить или бежать ему сейчас недоступны, а значит, осталось только замереть, притворившись мертвым. Сердце колотилось так, что его стук наверное эхом отдавался от стен пещеры. *Не бойся.* Краем глаза Тигнари уловил нечто, что прорастало прямо из-под мха и приближалось к нему. Нечто выглядело как змея или, скорее, щупальце, но одновременно не похоже ни на что из этого. Оно будто состояло из того же вещества, что и грибы вокруг, только явно живое и очень активное. Лесным стражам регулярно приходится сталкиваться с плесенниками, но нечто не было плесенником. Оно подползло, дотронулось до руки и замерло. Тигнари тоже завис в замешательстве и просто ждал, что будет дальше, подметив, что грибное щупальце и на ощупь было таким же как и прочие грибы. Не чувствуя препятствия, щупальце продолжило свое движение вверх по руке, обвивая ее и слегка сжимая. Тигнари наблюдал за этим со смесью ужаса и научного интереса одновременно. — Если бы оно хотело меня убить, наверное, уже бы это сделало. В любом случае, у меня нет сил на борьбу с ним. Заострив свое внимание на этом щупальце, он упустил из виду, что вокруг него из-под мха выросло ещё несколько, теперь также направлявшихся в его сторону. Одно из них начало обвивать его ногу, второе обвило хвост, третье подлезло под живот. Они двигались мягко, но настойчиво и отступать не собирались, даже когда Тигнари всё таки попытался отбрыкнуться и увильнуть от непрошенных объятий. — Угхх, боюсь представить, что им нужно, встреча с плотоядными грибами сегодня не входила в мои планы — судорожно подумал Тигнари. Щупальца уже подлезли под мокрую ткань одежды и извиваясь скользили по влажной коже, вызывая дрожь. Теперь их было явно больше четырёх, Тигнари уже потерял им счёт. *Нравишься нам.* Путем несложных логических заключений, Тигнари пришёл к мысли, что и щупальца, и голос принадлежали грибнице, в которую он попал. И, судя по всему, весьма любвеобильной грибнице. Хотя он никогда ранее не слышал о таком, но, очевидно, здесь и сейчас это происходит непосредственно с ним. Это было слишком реалистично, чтобы быть сном, да и сны ему давненько не снились. Тем временем, щупальца уже успешно избавились от перчаток и сапог, следом стащили штаны, верхняя одежда и украшения тоже были сняты и только с самым нижним слоем белья возникли сложности, оно слишком плотно прилегало к телу, не давая так просто с собой справиться. Но и разумная грибница не собиралась сдаваться, с помощью щупалец покрывая тело странной слизью, давая себе возможность проскользнуть под ткань и стянуть ее, отбрасывая прочь. Оставшийся обнаженным Тигнари теперь полностью был во власти грибницы и утопал в объятиях щупалец, которые скользили повсюду, создавая вокруг него извивающееся гнездо. У него все ещё не было сил противостоять им, но, кажется, теперь ему и не хотелось этого. Чужой голос в его сознании стал почти непрерывным и заглушал собственные мысли. Голову заполнял гул из слов, обрывков фраз и ярких, но размытых образов, ускользавших от сознания. Это ощущалось будто что-то древнее, первобытное, давно забытое, хотело наладить контакт и делало это так, как умело. Одно из щупалец мягко скользнуло по губам несколько раз, будто ощупывая их и, слегка надавив, проникло в рот. Вкус его был таким же, как и гриб, который Тигнари съел недавно. Щупальце вступило в танец с языком, обвиваясь вокруг него и потираясь о щеки изнутри. Из-за слизи это было похоже на странный мокрый поцелуй. Слизь почти не имела вкуса, зато имела освежающий эффект, который был очень кстати для пересохшего горла. — Нужно будет записать это позже, — вяло подумал Тигнари, — готов поспорить, эта слизь содержит грибные споры. Приключение, конечно, получалось «интересное», но это все еще научная экспедиция, и информация, добытая даже таким нестандартным способом, имела ценность. Остальные щупальца тоже не бездействовали. Они елозили по шее, груди, животу и спине, обвивали бедра, раздвигая их шире. Одно из щупалец обвило член, слегка двигаясь и сжимаясь вокруг него, вызывая волну мурашек и сводящее низ живота чувство. Другое двигалось между ягодиц, прижималось к анусу и тщательно смазывало его слизью, проникая внутрь лишь на пару сантиметров и слегка растягивая мышечное колечко. Это вызывало у парня волнение и желание большего одновременно. Наконец, достаточно смазав, щупальце легко толкнулось внутрь. Тигнари рефлекторно сжался, ощущая внутри посторонний предмет. Щупальце замерло, давая привыкнуть, но через несколько мгновений продолжило свое движение, постепенно продвигаясь глубже, извиваясь и выделяя слизь, задевая чувствительные точки, заставляя дрожать и стонать в голос. Эхо всхлипов и вздохов, вперемешку с влажными хлюпающими звуками, отражалось от сводов пещеры, заполняя тишину. Стимуляция со всех сторон сводила с ума. Пока тело заполняли щупальца, сознание заполняли образы, которые сложно было описать словами. Они ощущались как нечто слишком интимное, как откровение между двумя любовниками. Это добавляло новую грань возбуждению. Каждый раз, как только Тигнари оказывался на пике удовольствия, колечко из щупалец сжималось у основания члена, не давая кончить, и сладкая пытка продолжалась снова. Он чувствовал как слизь и смазка вперемешку сочились и стекали по бедрам. Чувствовал как пара щупалец играют с его чувствительными розовыми сосками, добавляя мучительно приятных ощущений. Он не знал, сколько это длится. Может час, а может день. Время в этом месте шло непривычно, если вообще шло. Голос в голове периодически шептал странные, порой очень смущающие вещи. *Внутри так тепло...* *Хотим заполнить тебя...* *Прими нас полностью...* После очередного витка возбуждения, прерванного на пике, Тигнари хотелось молить о пощаде. От переизбытка чувств по щекам катились слезы, тело изнывало от интенсивной стимуляции. Ему не было больно, но это все не могло продолжаться вечно. Вдруг он ощутил как очередная порция слизи наполнила его изнутри, как будто грибница изливала в него свое семя. На этот раз щупальце, обвившее член, не остановило его, и он тоже наконец смог бурно кончить, до судорог, искр из глаз и сорванного крика, опустошаясь до конца. Голос в голове вдруг стих. Щупальца ослабили хватку, осели на мох, укладывая сверху обессиленного, засыпающего Тигнари, обвиваясь вокруг него в своеобразных объятиях. *** Тигнари очнулся от прохладного дуновения ветра и солнечных зайчиков, бегающих по его лицу. Открыв сонные глаза, он несколько секунд пытался осознать происходящее, оглядываясь по сторонам. Ливень явно давно закончился, сквозь деревья пробивался солнечный свет, вокруг простирался привычный тропический лес. — Как я здесь оказался? Не помню… последнее, что помню это… — он резко покраснел от нахлынувших воспоминаний. Но теперь он был здесь, одетый, его походная сумка лежала рядом, и ничто не напоминало о произошедшем, будто все это было пугающе реалистичным сном или галлюцинацией. — Точно, моя сумка, — он схватил ее и вытряхнул содержимое, пытаясь найти в ней подтверждение своим странным воспоминаниям. Из сумки выкатились колбы, одна из которых мерцала блеклым, едва заметным светом. Он поднял ее и пристально вгляделся в содержимое. Внутри в прозрачной слизи плавал светящийся грибочек.