Блестяшка

Годжо действительно любил своих учеников. Относился к ним со всей заботой и вниманием, защищая их. С Итадори он проводил больше времени, чем с остальными, что вовсе не удивительно, ведь Юджи — сосуд самого сильного из проклятий, демона, что в любой момент слабости своего сосуда мог воспользоваться этим и захватить контроль над телом, перебив добрую половину города. Сатору приглядывал за Итадори, а также проводил индивидуальные тренировки, так как мальчик немного отставал от других студентов, ибо поступил в колледж позже них. В общем, проводили они вместе достаточно времени, чтобы Сатору мог лучше узнать особенности внешности и характера Юджи. Однако, непонятно как для себя, одну из таких особенностей Годжо не замечал ранее. Утро, выходной в магическом колледже. Сонный Сатору бессмысленно прожигал взглядом дыру в холодильнике, в который раз проходясь им по полкам, ища что-то съедобное. Не густо. В конечном итоге Годжо страдальчески вздохнул и взял два яйца, собираясь уже третий день подряд приготовить яичницу на завтрак. Сзади послышались шаги. Сатору не надо было поворачиваться, чтобы понять, кто это. Юджи, такой же сонный, как и его учитель, вошел на кухню, не сразу замечая последнего. Однако услышав копошения у плиты, он посмотрел на источник звука. Он улыбнулся и поздоровался с Годжо, подходя к холодильнику. Тот же тяжелый вздох и Итадори отправился к кухонному дивану, приземлился на мягкую поверхность и распластался на ней. Сатору тем временем закончил жарить яичницу, посолил ее и подошел к Итадори, садясь рядом и начиная есть. — Будешь? — повернулся Годжо к юноше, предлагая поделиться своей надоевшей всем яичницей — Воротит уже от нее, но спасибо — Юджи отвернулся, смотря прямо, и устало зевнул, широко открыв рот и не стараясь прикрыть его рукой для приличия, ведь думал, что учитель уже не смотрит. Но Годжо смотрел. Глаза широко распахнулись и зацепились взглядом за блестящий шарик во рту мальчика. Юджи почувствовал на себе пристальный взор всех шести глаз и повернулся с вопросительным выражением лица. Годжо удивленно проморгался и задал интересующий его вопрос — Это что?.. Юджи скорчил еще более непонимающую мордочку. — У тебя во рту. — А, это? — Юджи высунул язык, демонстрируя тот самый, привлекший внимание старшего, шарик. Годжо сглотнул резко заполнившую рот слюну. — Ну, вообще это давно у меня. Проколол, когда еще учился в школе. Эм, учитель, вы в порядке? Годжо опомнился — А! Да, Юджи, все в порядке, я просто не замечал ранее. Сатору быстро проговорил какое-то нелепое оправдание и поспешил удалиться в свою комнату. Для него было загадкой, почему на столь незначительную вещь, как пирсинг, у него вдруг такая резкая реакция. «Как подросток какой-то…» Сатору лежал на своей кровати и думал об этом, в то время как у него в штанах уже давно чувствовался стояк, который еще больше удивлял Сатору. «Еще и встал из-за этого, ну замечательно. Что, Сатору, гормоны разыгрались в тридцатник? Смешно.» — спросил мысленно сам у себя Сатору, одновременно с этим засовывая руку к себе в трусы. Прикрыв глаза, Годжо расслабился и начал медленно водить рукой по налившейся кровью, влажной плоти, желая побыстрее разобраться с проблемой. Тихий стон сорвался с губ, все-таки давно он там себя не трогал. В мыслях всплыла картина Юджи с высунутым языком, с какими невинными глазами он показал… А что, собственно, такого он, блин, показал?! Почему-то для извращенного разума Сатору это показалось очень интимным. В мыслях пронеслись фантазии о том, как он приближается к лицу подростка и обводит своим языком блестяшку, дразня Итадори. Как после этого он жадно впивается губами в чужие губы, сливаясь в жарком, будоражащем сознание поцелуе, продолжая играться с манящим шариком и щекотя десну своим языком. Как руки сильнейшего проникают под кофту Юджи, сжимая его талию, как он сладко стонет от ощущений… Глаза распахнулись и закатились от резкой вспышки удовольствия, что разнеслась по всему телу, расслабляя конечности. Пытаясь отдышаться от оргазма, Годжо осознал, на что он, черт возьми, только что кончил. Стыд какой. *** Вечер. Сатору весь день не мог забыть произошедшее, размышляя об этом. Ему нужно было лучше понять, что он чувствует и почему. Поэтому, хоть и с некими сомнениями, он все-таки решился позвать к себе Юджи. — Здравствуйте, учитель! Нобара сказала, что я вам нужен, что-то случилось? — Привет, Юджи! Присядь для начала. Юджи послушно подошел и сел рядом с Годжо, смотря на него с немым вопросом. — Юджи. Извини, если эта просьба будет странной, но не мог бы ты. Показать еще раз… — Вы про пирсинг? — Да. Юджи улыбнулся и хмыкнул, но высунул язык, показывая то, от чего Сатору судорожно выдохнул. Он, как парализованный, уставился на шарик, украшавший язык юноши. Просидев вот так, пялившись, некоторое время, Сатору неуверенно и медленно потянулся к языку, чтобы у Юджи была возможность прекратить наконец-то это недоразумение и привести в чувства бедного Сатору. Но тот шансом не воспользовался. Только ухмыльнулся, ожидая дальнейших действий. Дрожащие пальцы прикоснулись к титановому шарику, обводя его по кругу. После, будто убедившись в том, что Юджи не против, легко обхватил язык, большим пальцем играясь с шариком, что был спрятан под языком. Годжо даже забыл, что Юджи вообще-то жив и вполне в сознании, вполне чувствует все смущающие и непонятные действия учителя. Мальчик выдохнул и начал дышать немного тяжелее, прикрывая глаза и заставляя очнуться будто загипнотизированного Сатору. Тот посмотрел в прикрытые и затуманенные такой же, как у него самого, похотью и замер. Юджи улыбнулся и попытался вытащить язык из хватки пальцев. Те разжались, выпуская его из плена. Влажный язык медленно докоснулся до кончиков указательного и среднего пальцев Сатору, круговым движением обводя их. Юджи склонил голову в бок и провел поверхностью языка от кончиков пальцев до их начала, дразня замеревшего и невольно задержавшего дыхание учителя, а после этого заглотил эти два пальца во влажный, теплый рот, из-за чего Сатору вдохнул, получая забытый кислород. Язык начал обводить пальцы, смачивая их слюной, и Сатору отчетливо чувствовал этот злосчастный шарик, что приятно контрастировал с мягкостью языка. Итадори прикрыл глаза и полностью сосредоточился на ласках пальцев, откровенно посасывая их с таким усердием, будто сосет вовсе не пальцы. Однако и от таких действий Сатору было не менее хорошо, чем от языка на члене. Хотя, глупо отрицать желание почувствовать этот шарик еще и там. Юджи будто услышал мысли возбужденного Сатору, выпустил пальцы изо рта и посмотрел в глаза напротив. Не отрывая зрительного контакта, он начал медленно опускаться вниз, пока не сел на пол, соблазнительно раздвигая согнутые в коленях ноги и прогибая спину, прислоняясь лицом к заметной выпуклости в штанах учителя. Выглядел он… возбуждающе. Совершенно по блядски, особенно с этой хитрой ухмылкой и помутневшим взглядом. Юджи расправился со штанами и высвободил уже каменный член из плена одежды, приспуская штаны вместе с трусами. Все так же сохраняя зрительный контакт, Юджи высунул язык, заставляя взгляд Годжо зацепиться за украшение и медленно, дразняще поднес его к плоти, проходясь всей поверхностью языка по ней, задевая шариком чувствительные венки. Сатору откинул голову и откровенно простонал, запуская руку в розовые волосы, призывая к действию. И Юджи послушался, взял член сразу наполовину, а после медленно пропустил его в глотку, заглатывая полностью и утыкаясь носом в светлые лобковые волосы. Рука юноши потянулась к собственному стояку, на который уже ощутимо больно давили штаны и приспустил их вместе с трусами, начиная надрачивать себе в том же темпе, в котором сосал такой аппетиный член его любимого Сатору. Тот заходился в стонах, не стесняясь голоса, чем сильно заводил ученика. Голос у Сатору был прекрасный, а стоны тем более. Почувствовав приближение пика наслаждения, Сатору усилил хватку на волосах Юджи, задавая более быстрый темп. Из глаз Юджи выделились слезинки от такого темпа, и мальчик начал быстрее двигать рукой на своем члене, желая кончить одновременно с учителем. Так и случилось. Сатору замер и закатил глаза, спуская прямо в глотку Юджи, а тот от ощущения горячей спермы Сатору, что разливалась глубоко в его горле, кончил следом за ним, расслабляясь и опуская голову на колено Годжо. — Учитель, вам понравился пирсинг? — Очень…