𝔻𝕖𝕧𝕚𝕝'𝕤 𝕤𝕖𝕔𝕣𝕖𝕥𝕒𝕣𝕪

Проснулся я в 7:50, попросту не услышав будильник в семь. Я успел только умыться и почистить зубы. Только поставил зубную щетку в стаканчик, как в следующую секунду оказался посреди своего рабочего кабинетика в длинной майке, в которой спал. А ведь говорила мне мама: ″Сына, купи нормальную пижаму″. Советик-то был ценным. Хорошо, что майка хоть что-то прикрывала. Я был босой, непричесанный и, что ужасней всего для любой женщины или омеги, не накрашенный.    − Красота! – донеслось со стороны моего стола. Обернувшись, увидел Юнги, в его глазах горел лукавый огонек, и я очень обрадовался, что вытянул он меня не из душа, от которого сегодня, к счастью (своему, конечно же), отказался.    − Так нечестно! Я… Мне нужно одеться.    − Нет. Сейчас ровно восемь. Ты должен быть на своем рабочем месте.    − И я буду работать в таком виде? – изумился.    − Да, − кивнул Юнги. – За сегодня ты должен разобрать все эти заявки, − он взмахом руки указал на стол.    − Да здесь работы на год! – воскликнул я. За ночь куча бумажек увеличилась.    − Это не моя забота. И в компьютере разбери тоже. Заявки приходят не только в рукописном виде. Современное поколение, - негодующе покачав головой, Юнги скрылся в своем кабинете.    − Гад! – зло прошипел я, пытаясь разобрать волосы пальцами.    − Я слышал, − прозвучал голос Юнги в моей голове. – И спасибо за комплимент.    ″Господи! Он еще и в моей голове копаться будет?!″    Где-то что-то громко бабахнуло, словно взорвалось.    − Здесь лучше Его не вспоминать, − сказал Юнги, и я услышал его ехидный смешок.    Сел в кресло, которое теперь было вместо стула, и попытался сложить листочки в стопки. Под бумагами нашелся ноутбук. Из воздуха появился новый листок и упал на середину стола.    − Падать на стопочку, − рявкнул я, положив листок на верх одной из стопок. Следующий листок, появившись, аккуратно спланировал в указанное место. – Ух, ты!    Я включил ноутбук и едва не упал с кресла. Миллион восемьсот шестьдесят три тысячи триста восемь заявок! И их количество росло. Хорошо, что не в геометрической прогрессии.    − Пора браться за работу, − вздохнув, я взял верхний листок с ближней стопки. Тут же на столе появились три папки с надписями: ″Срочно″, ″Временно″, ″Мусор″. Интересно, и как же мне понять какие заявки куда сортировать?    − А ты подумай. Ты же умный, Ангел, − прозвучал голос Юнги.    − Уйди из моей головы, − раздраженно сказал я, сосредотачиваясь на заявке. Ну, кто так пишет? Что за чудовищный почерк? ″Продам душу в обмен на богатство″. М-да, коротко и ясно. Петр Семенович Зайцев.    И последовали сотни подобных заявок. Люди продавали свою душу за деньги, известность, успех, красоту и тому подобную ерунду. Все такие заявки отправлялись в папку ″Срочно″. Думаю, Юнги они понравятся. Что самое интересное, как только я клал листок в папку, как он тут же пропадал. Наверное, к получателю отправлялся. Заявки, в которых люди в обмен на свои желания отдавали часть души, или непрожитые годы, отправлялись в папку ″Временно″. Среди бумаг я нашел три заинтересовавших меня заявки. В них одни люди обменивали свои души ради спасения жизней родных или близких. Например, в одной из них, отец продавал свою душу, прося, чтобы его дочь выздоровела от смертельной болезни и прожила долгую и счастливую жизнь. Я уверенно положил заявки в первую папку, но они вернулись.    − Эти в ″Мусор″, − сказал Юнги.    − Но…    − Это не мои клиенты. Не понимаю, почему наверху думают, что подобное в моей компетенции.    − Так ведь ты души получишь, − возразил я.    − Чимин, если я исполню желания этих людей, то, во-первых, сделаю доброе дело, а во-вторых, не получу их души, так как они станут жертвами, и их место не у меня.    − Они отправятся в… Рай? Тогда почему Там, − я показала пальцем вверх, будто Юнги мог видеть мой жест, − не рассматривают таких заявок, ведь спасутся жизни, да и души пожертвовавших не пропадут зря?    − Чимин, − интонация голоса Юнги была такой, словно он разговаривал с ребенком. – Там считают это грехом, все равно, что самоубийством, а это, если ты не забыл, грех. А я не рассматриваю это как самоубийство. − Это глупо! Они, что не могут сделать исключения? Или им места жалко в Раю? Ой! – я закрыл рот рукой, поняв, что я подумал и о ком.    − Ангел, − довольно произнес Юнги. – Ты начинаешь мыслить, как мои клиенты.    − Нет! – возразил. – Я не твоя клиентура. Я раньше вообще был пофигистом.    − Это как?    − Я не верующий и не атеист. Я считал, если и существует Б… Он, то пусть существует. Я никого не трогаю, и меня никто.    − А я?    − О тебе я вообще не думал.    − А как же зло, что творится в мирах?    − В мирах? – ошарашено переспросил я.    − Не отвлекайся. Так, как?    − Зло? Люди сами творцы своего зла и бед. Добро и Зло внутри самих людей.    − Да ты философ, − засмеялся Юнги.    − Нет, я реалист. И, может, ты уже уберешься из моей головы?    − Ни за что! У тебя тут так интересно. Фантазии разные и такие жаркие. Хм, вот такое я не прочь попробовать.    − Это личное, − возмутился. Щеки начали пылать, когда я вспомнил все, о чем фантазировал. А всему виной влияние любовных романов.    − У тебя теперь нет личного.    − И я что, должен обсуждать с тобой всех своих любовников? – едко спросил я.    − У тебя нет любовников, − засмеялся Юнги, – И не было.    − Уйди, нечистая! Для тебя есть хоть что-то святое?! – раздраженно рявкнул я, открывая первое электронное письмо. Никогда не отличался терпением.    − Ангел, ты такая забавный.    − Ага, забавный,- фыркнул я. – Хочешь, устрою тебе жизнь, как на Небесах? Окружу любовью и заботой.    − Не злословь и не угрожай.    − Уйди, а. Не мешай работать, − устало вздохнул.    Наконец-то в моей голове воцарилась тишина. В электронных письмах оказался тот же бред и та же классификация – разложить заявки по виртуальным папкам.    − Мое почтение, красавчик, − прозвучало возле меня. Я поднял взгляд. Возле стола стоял…ло существо в длинном черном плаще с капюшоном, лица не было видно, только два красных огонька горят. Существо вальяжно опиралось на косу.    − А-а-а! – я отпрыгнул в сторону, пулей вылетая из-за стола. «Мама моя родная, роди меня обратно!»    − Ух, какие ножки! – сказало существо.    − А, ты тоже оценил, − произнес Юнги, появляясь рядом с существом.    − А-то как же! – существо сняло капюшон и оказалось молодым симпатичным альфой, голубоглазым блондином. – Привет, я – Чонгук.    − С-с-смерть? – выдавил я из себя.    − Главный из них, − Чонгук улыбнулся. – Я за списком грешников пришел. А-то опять какую-нибудь душу не туда отведу.    − Ангел, распечатай документ М-84, − Юнги сел на диванчик, Чонгук примостился рядом, поставив косу у стены. После слов Юнги появился принтер с бумагой. «Чудеса! Или это понятие здесь не подходит?»    − Ангел? – переспросил Смерть. – Оригинально. Ангел в Аду.    − Я – Чимин, − недовольно буркнул я, уже успев очнутся от ″шока″. Сел в свое кресло, нашел нужный документ и отправил в печать. Принтер выплюнул листок с текстом, который тут же, на моих глазах, превратился в написанный от руки, каллиграфично, с завитушками. Мало того, текст ожил, начали появляться новые строчки, другие исчезали. Просто удивительно.    − Возьмите, − протянул листок Чонгуку.    − Крошка, зачем так официально? – листок исчез из моей руки и появился в руках Смерти. Чонгук подмигнул мне. – Для тебя, красавица, я Чонгук, можно и ласково – Гуки.    − Вы ко мне заигрываете? – я удивленно посмотрел на альфу. Его можно не бояться. Юнги ведь сказал, что убить меня может только он. Перевел взгляд на Падшего. Тот сидел и с интересом наблюдал за нами.    − Почему бы и нет. Такая красивая омежка, − Чонгук улыбнулся.    − Хотите стать моим любовником? – спросил я елейным голоском и мило улыбнулся.    − Ну, да, − Чонгук, кажется, даже растерялся от такого прямого вопроса.    − Тогда, − я смущенно заморгал ресничками. – Тогда сначала нужно договориться с ним, − ткнул я  пальчиком в сторону Юнги.    − Э-э-э, − Чонгук ошарашено округлил глаза. – Не понял.    − Чего не понял?! – зло рявкнул я. Пока мы обменивались любезностями, на столе образовалась аккуратная стопка листов, а количество электронных заявок перевалило за два миллиона. – Пошел отсюда! Получил список – попрошу на выход. У меня работы полно, и нет времени кокетничать.    − А ты уверен, что он Ангел? – спросил Чонгук у Юнги.    Дьявол не ответил. Я принялся вычитывать заявки, но перед этим успел заметить растерянный взгляд Смерти и жутко довольную ухмылку Юнги. «Что понравилось? У-у-у, злости на вас обоих не хватает.» − Я уверен, что Всаднику Апокалипсиса так еще не отказывали, − улыбнулся Падший. – Ладно, поболтали и хватит. Смерть, иди, работай, смертные тебя уже заждались.    Чонгук натянул капюшон на голову, взял косу и просто исчез.    − Чимин, ты само совершенство, − изрек Юнги, остановившись у двери своего кабинета.    − Ага, − кивнул я, не отрываясь от расшифровки почерка очередного продавца.    Мне удалось разобрать все бумажные заявки и часть электронных. Устал, но я молодец.    − Здравствуйте! – закрывая за собой дверь, вошел альфа, лет двадцати двух (на глаз точно и не определишь, может ему всего-то двадцать). С виду человек. Парень улыбался на все свои зубы, чем сильно меня раздражал. «Нет, все-таки работа у меня вредная.»    − Ты бы еще пожелал счастливой и долгой жизни, − вздохнул я, пытаясь успокоиться. – Кто и зачем?    − Я – жнец, новенький. Сказали к боссу зайти, − парень вальяжно расселся в кресле и уставился на меня.    − Так чего уселся? Вперед! Вот дверь, − я указал в сторону входа в кабинет Юнги. – Давай, давай. Смелее.    Парень сразу ″скис″ и утратил свой вид ″крутого″. Нерешительно двинулся к двери в кабинет, постучал и вошел.    − Ангел, − прозвучал голос Юнги, через некоторое время. – Распечатай…    − Уже делаю, − перебил я тираду босса. От его разговоров начинала болеть голова, что додавало больше раздражительности. – Стандартный контракт о приеме на работу. Верно? Я уже разобрался с документами.    − Хорошо. Занесешь на подпись.    − О, неужели я удостоюсь чести увидеть твою святая святых, кабинет! – изобразил восхищение.    − Чимин, что случилось? Откуда такое раздражение? – почти поверил в заботу Юнги о ближнем.    − Откуда?! – вскипел я, − Меня предал любимый, продал мою душу. И нет, чтобы попросить что-то более весомое, чем деньги, власть и известность. В придачу я осознал, что реально существует Он и, что существуешь ты. Да что говорить?! Моя жизнь разрушилась, как карточный домик и теперь я работаю в Аду. И ты еще спрашиваешь, что случилось?    − А я уже было начал беспокоиться, когда же ты начнешь истерить.    − Это не истерика.    − А что?    − Констатация факта    − Выговорился?    − Да.    − Стало легче?    − Немного.    − А теперь работать.    − Иду уже, − вздохнув, сказал я. И вправду легче стало.     Я взял напечатанные листы и вошел в кабинет Юнги. «Ну, что я могу сказать? Мрачноватненько, но стильненько.»    − Вот, − я положил документы на стол перед Юнги, продолжая осмотр кабинета. Тяжелый деревянный стол, наверное, из дорогого дерева, дополнительных стульев возле стола нет, только кресло, в котором восседал сам Дьявол (вот именно в этой обстановке хотелось так его назвать). Жнец стоял возле стола, в позе ″студент на экзамене, а шпаргалки дома″. Большое окно с тяжелыми черными шторами, за ним виднелись всполохи огня, но подойти и посмотреть как-то не особо хотелось. Хватит уже на сегодня впечатлений и так Чонгук со своим прикидом нервы расшатал. Напротив окна, у противоположной стены, кожаный диван. За спиной Юнги, к самому потолку, высился книжный шкаф. Судя по внешнему виду, книги были очень старинными, в кожаных переплетах и с потертыми корешками. На полу ковер, как ни странно, черного цвета. Пушистый. Босыми ногами это хорошо ощущалось.    − Классные ножки, − прошептал мне жнец, и незаметно для Юнги (хотя это я так думал, да и жнец тоже), хлопнул меня по з… мягкому месту.    Я молча и со всей силы залепил парню пощечину. «Вот, теперь вообще стало легче.»    − Чимин, замечательный удар, − похвалил Юнги, лукаво улыбаясь. – И у тебя отличная поп… - Падший замолчал, встретившись со мной взглядом. В серых глазах зажглись озорные огоньки. – И ты на самом деле думаешь, что сможешь меня ударить? – насмешливо спросил он. − Попробую, − в тон Юнги ответил я. «Ну, вот, и надо было ему портить мое вернувшееся настроение. У-у-у.»    − Ошибаешься, Ангел, − Юнги исчез из своего кресла и оказался у меня за спиной. – Я могу заставить тебя пожалеть о подуманном. Очень пожалеть.    − Извини. Я забылся, − виновато склонил голову. Жалел ли я о подуманном? Нет. И Юнги это прекрасно знал.    − Я не Он, чтобы прощать. Но помни свое место, Ангел, − произнес Падший уже сидя в своем кресле. – Иди, работай.    Я кивнул и вышел из кабинета, перед этим бросив мимолетный взгляд на жнеца. У парня на щеки проявились следы моей ладони. Я мысленно улыбнулся. Разбираться с заявками я решил завтра. «Кстати о заявках, интересно, почему бумажные такие разные?»    − Потому что и души разные, − пришел ответ от Юнги. – Заявка отображает состояние души человека. Кривой, неразборчивый, с ошибками почерк, мятая, изорванная бумага – такая и душа у этого человека. Я удовлетворил твое любопытство?    − Да. А можно еще один вопрос. Как заявки попадают сюда, к тебе? Ведь не висят же на каждом углу объявления ″Куплю душу″.    − Все просто, Ангел. Стоит только человеку подумать о продаже души, и тут же приходит заявка. А потом уже я, лично, отправляюсь подписывать договор. Но заявка приходит лишь в том случае, если душа у человека, хоть и немножко, но черна.    − Понятно, − пробормотал я.    Чтобы как-то себя развлечь, я продолжил изучать содержимое компьютера. Ноутбук был подключен к сети. Но что это была за сеть? Адский интернет. Нет, что-то слишком смешно звучит. Интернет Ада. Вот, так звучит лучше.    Столько всего. Множество различной информации о других мирах, о существах, живущих в них, с фотографиями и подробной характеристикой. Завтра нужно не забыть принести флэшку, перекачать себе и уже дома спокойно почитать. Ух, ты! У них так же, как и у нас, полным полно рекламы. А это что? Ой! Клубничка для взрослых. Ого, а как это они так? Так ведь и переломы в четырех местах получить можно.    − Ангел, − от голоса Юнги подпрыгнул на месте. «Елки-палки, как стыдно-то!» Я лихорадочно клацал мышкой, закрывая выскочившие сайты. «Блин, здесь нужно поставить ″Контроль родителей″. Интересно, а Юнги знает о том, ЧТО я смотрел? Пусть лучше не знает.» - Ангел, на сегодня все. Можешь идти домой.    − Да? – «фуф, кажется, пронесло.» - А сколько сейчас времени… хм, по Земному.    − Три часа дня, − ответил Юнги. «Странно, а мне показалось, что прошло значительно больше времени.»    − Ага. Спасибо, − я выключил ноутбук. – До завтра, − и подумал о своей уютной квартирке.    Переодевшись и приведя себя в порядок, я отправился в университет. В деканате очень удивились почему лучший студент курса забирает документы, но так, как я совершеннолетний, то лишних вопросов не возникло. Я позвонил родителям и сказал, что нашел себе отличную работу, про уход из университета решил не говорить. В ответ услышал короткую информацию о своей родне и поболтал с маленьким ЛиЮ. Домой я не спешил, поэтому решил прогуляться парком.    Я гулял пустынными аллеями и думал. Думал о многом. О том, что моя жизнь уже никогда не станет прежней, что моя судьба теперь мне не принадлежит. Думал об Минхо. Было странно, потому что я ничего не чувствовал в отношении его – ни любви, ни ненависти, а ведь я его любил, всем сердцем любил. А теперь вот так, пустота. Как все могло измениться за один день? Думал о своем нынешнем положение. Почти ничего не изменилось, даже работа есть. Странная и необычная работа, но не такая уж и мучительная. Что до моего работодателя? Бывает и хуже. Ситуация с душой? Не знаю. Поживем, увидим.    В животе заурчало. Я ведь ничего не ел целый день. Странно, а на работе голода не ощущал. Может это из-за стресса, или очередной фокус Юнги. Нужно в магазин зайти, а-то холодильник абсолютно пуст. Там не то, что мыши, тараканы с голоду скоро повесятся. Кстати, о деньгах. На что я жить-то буду, за квартиру платить? Стипендии теперь нету. Достав кошелек, решил посчитать оставшиеся деньги. Среди купюр родных вон, я нашел пластиковую карточку.    − У нас тоже зарплату дают, − прозвучал в голове голос Юнги. – Только у каждого своя ″валюта″.    «Хм, ну, ладно. Спасибо, что ли.»    Я зашел в супермаркет возле своего дома. Охранник на входе приветливо улыбнулся. «Интересно, а за что он готов продать свою душу? Стоп! Господи, это о чем же я думаю?» Взяв корзинку, отправился бродить между прилавками, пытаясь отвлечься от дум тяжелых, выбирая продукты. Очередь на кассе была не просто чудовищной, она была до безобразия ужасной и длинной (словно в канун Нового года). Мужественно дождавшись своей очереди, я решил расплатиться карточкой, так сказать, опробовать. Все прошло хорошо.    − Но у меня больше нет денег, − послышалось сзади, когда я уже думал уходить, взяв пакет с покупкой. Возле кассы стояла молодая женщина с маленьким ребенком на руках. – Я принесу недостающую сумму завтра.    − Придется вернуть покупку, − холодно отчеканил кассир.    − Но чем я буду кормить ребенка? – в отчаянии спросила женщина с ребенком. − Женщина! – гавкнул кассир. – Не задерживайте очередь. Доплачивайте или мне придется вызвать охрану.    − Вот, возьмите, − я вернулся и протянул кассиру 5000 вон.    − Что это? – спросил тот удивленно.    − Деньги, − хмыкнул я. – Я оплачиваю покупку этой женщины.    − Я… Спасибо, − благодарно пролепетала женщина с ребенком, беря пакет с детским питанием. – Вот, возьмите сдачу, и скажите, как я могу Вас найти, чтобы вернуть остальные деньги.    − Не нужно, − улыбнулся я. – Пусть лучше Ваш карапузик растет большим и здоровым, а деньги это так, бумажки.    − Да, но от этих бумажек много зависит в нашей жизни, − вздохнула женщина.    − Хотите безбедное существование, продайте душу Дьяволу, − произнес мой рот без моего на то согласия. «Юнги!!!»    − Душу? – переспросила женщина. – Я…    − Забудьте, − просипел я, потому что горло словно сдавили тисками. – Я просто пошутил. Деньги того не стоят. Вот за здоровье и счастье своего ребенка или родных, я бы продал душу.    ″Дважды одно продать невозможно″ − поучительно заметил голос Юнги в моей голове.    ″Изыди!″ − мысленно ответил я. Психушка по мне плачет.    ″Рыдает. Чимин, ты мне контракт сорвал.″    ″Я не буду заманивать других в твои ловушки.″    ″Забыл? Ты будешь делать все, что я захочу.″    ″Но я не хочу!″    ″Мне все равно. Хочу эту душу.″    ″Нет!″ − категорично заявил я.    ″Ангел, а ведь она не так уж и чиста. Три года назад сделала аборт, убила свое не родившееся дитя.″    ″Ну и что? Потом ответит. Сейчас у нее есть о ком заботиться.″    ″И ты постоянно будешь расплачиваться за эту женщину? Ангел, всем не поможешь. Сделай так, чтобы она сделала заявку.″    ″Не буду. Можешь хоть убить, мне терять нечего.″    ″Не равный обмен, Ангел. Твоя душа намного ценнее и пусть, пока, остается в теле. Ладно, будет по-твоему, все равно эта женщина мой клиент, рано или поздно.″    ″Юнги ″    «Да.»    ″А что случилось бы, дай эта женщина заявку на продажу души?″ ″Любопытство – порок″ − засмеялся Падший. ″Ну, Юнги.″ ″Она бы получила огромное наследство бабушки-герцогини, вдруг нашедшей свою внучку. Жила бы в замке и с миллиардным счетом в банке. Но она и ее семья всю свою жизнь провели бы в крайней нищете, из-за ее жадности. Муж этой женщины, так горячо любящий ее сейчас, ушел бы к любовнице. Сын, этот замечательный младенец, проклял бы мать последними словами и тоже ушел бы из семьи. Женился бы по расчету, а в скором будущем стал бы маньяком-убийцей, охотящимся за такими, как его мать.  ″Ужас! – едва не воскликнул я вслух. – А теперь что будет?″ ″Ангел,− снисходительно произнес Юнги.– Я ведь не ясновидящий и не все мне открыто, только то, что в моей компетенции. А за несостоявшуюся сделку отплатишь ты.″ ″Как?″ − осторожно поинтересовался я. ″Узнаешь.″− последовал ответ и наступила тишина.    − Судя по всему, у Вас отличная работа, − привлекла мое внимание женщина. Оказывается, она все это время мне что-то говорила, положив ребенка в коляску. – Где Вы работаете?    − В Аду, − ответил я, безразлично пожав плечами.    − Понимаю, у многих нелюбимая работа.    − Да, − кивнул я, − но не все работают в Аду буквально, − но увидев, как глаза женщины округлились, я додал: − Шучу. Это всего лишь шутка. Секретарем я работаю. Ладно, до свидания, − я почти выбежал в дверь супермаркета, чтобы больше не ляпнуть что-то лишнее. – Берегите душу    Все-таки ляпнула.    − Она подумала, что ты сумасшедшая, − засмеялся голос Юнги в голове.    − Это мое наказание? Ты теперь постоянно будешь рыться в моей голове? – возмущенно произнес я, чем заслужил удивленный взгляд проходившего мимо парня.    − Нет, это не наказание, − и вновь наступила тишина.    Придя домой, я переоделся и принялся за готовку ужина. Что-что, а готовить я люблю. От распространившихся запахов, живот скрутило от голода.    − Ну, и что ты там приготовил? – услышал я из-за своей спины, подпрыгнув на месте от неожиданности, едва не обожог руку. – Давай уже, корми меня.    Обернувшись, я увидел Юнги, сидящего на стуле за столом.    − Ты что здесь делаешь? – спросил, откладывая кухонный нож в сторону.    − Ужинать пришел, − беззаботно ответил Юнги.    − Ты ешь? – удивился я.    − А ты думал, что я духом святым питаюсь? – иронично изогнув бровь, ответил Падший вопросом на вопрос. − Что-то вроде того, − смущенно опустила взгляд. Я ведь и вправду не задумывался о физиологических потребностях этих… существ.    − Представь себе, Ангел, у меня такие же потребности, как и у обычного здорового мужчины, − как-то двузначно это прозвучало.    − А у ангелов? – спросил я, накрывая стол на две персоны. Все-таки любопытство моя слабость. − Так же, только белокрылые заядлые вегетарианцы. Например, бифштекс с кровью они есть не будут, и других станут отговаривать. − У меня бифштекса нет, но, думаю, ты не откажешься от картофеля с грибами. − Не откажусь, − Юнги внимательно посмотрел в поставленную перед ним тарелку. – И?    − Что?    − Есть я, чем буду? – усмехнулся Падший.    − Ой! – я хлопнул себя по лбу, и достал вилки. – Извини. − Ты опять? Я не даю прощения. Не по адресу. − Юнги, неужели трудно побыть немножко вежливым? − Ты это сейчас у кого спросил? У сути всего Зла? – спросил Юнги, аккуратно накалывая на вилку картофель и грибочек. ″Аристократ, блин.″ − Думаю, даже у тебя есть хоть какие-нибудь примитивные манеры и вежливость, − пробубнил я, с полным ртом еды. ″М-м-м, вкуснятина!″    − Может быть. Все может быть, − ответил Юнги, после того как тщательно пережевал еду. – Должен признаться, это вкусно. − Вот, видишь, ты умеешь делать комплименты.    − А сегодня на работе ты почему-то не заметил комплимента.    − Это какого же? – спросил я, отрываясь от еды и мысленно прокручивая сегодняшний день.    − О твоей…    − Понял, − перебил я Падшего. – То был не комплимент.    − Почему? Я считаю, что эта часть твоего тела требует похвал, − лукаво улыбнулся Юнги.    − Вообще-то мы едим, и тема о частях тела не подходит. Лучше скажи, какое наказание меня ждет?    - Это ты уводишь разговор в другую сторону, или хочешь утолить свое любопытство? − И то и другое, − ответил, жестом предлагая Юнги сок. В ответ получила кивок.    − А я не скажу, − в глазах Падшего зажглись озорные огоньки. – Завтра увидишь. – Могу лишь сказать, что это не совсем наказание. Плетью, например, тебя бить никто не будет. − Вот, спасибо, − съязвил я. – Ты специально играешь на моем любопытстве?    − Чимин, − Юнги сделал возмущенную гримасу, а потом улыбнулся. – Конечно же, да. Ты забываешь кто я.    − Забудешь тут, ты постоянно напоминаешь, − хмыкнул я. – Не хочешь говорить, ну и не надо, не сильно и хотелось.    − Чимин, ты так забавно злишься.    − Я не злюсь, − пробубнил я, поджав губы. − Злишься, − улыбаясь, заверил Юнги.    − Нет.    − Да.    − Нет.    − Да-а-а.    − Нет, и еще чуть-чуть и мы поссоримся, а я обязательно наговорю гадостей.    − Ты умеешь говорить гадости? – Падший удивленно поднял брови.    − Я не такой уж и святой, как ты считаешь. У меня есть пороки и грешки, − ответил я, вставая и убирая пустую посуду.    − Хотелось бы, − тихо произнес Юнги, или мне это просто показалось.    − Что? – переспросил я.    − Говорю, вкусно было, − вставая со стула, произнес Падший. – Пожалуй, пойду, а-то еще чем-то хорошим от тебя заражусь, всю репутацию испорчу. Завтра в восемь чтобы был на рабочем месте, − и, улыбнувшись, Юнги исчез.    − Буду, − ответил я в пустоту своей кухни. Как-то одиноко стало. И так будет всегда. Помыв посуду, я отправился спать. Завтра новый рабочий день и ″сюрприз″ от Юнги. Ненавижу сюрпризы. Не знаю на самом деле или мне просто показалось, что я услышал ехидный смешок Падшего ангела.