sexting for dummies

            Их окружают люди, все занимаются своими делами. Мама и её сын смотрят на уток в пруду. Молодая женщина разговаривает по телефону, гуляя со своим французским бульдогом. Водоворот разных пар – все заняты своим собственным маленьким миром. Все смотрят на своего партнера с любовью, танцующей в их глазах.       Джисон теперь смотрит на Минхо, наблюдая, как он наблюдает за окружающими. Он раздумывает, похожи ли они на пару для проходящих мимо; он уверен, что у него та же любовь в глазах по отношению к Минхо, как и у всех остальных парочек.       – Сони, смотри. Там целая стая черепах! – Минхо указывает на огромный камень в пруду. Они оба подходят поближе, смотря на маленькую армию черепах.       – Хотел бы я быть черепахой. Они выглядят такими расслабленными, – задумывается Джисон. Минхо мычит в знак согласия. – Жизнь для черепахи выглядит такой простой. Я завидую.       Джисон соглашается. Черепахам, пожалуй, не нужно иметь дело с безответной, парализующей, сокрушающей душу любовью. Но он должен не думать об этом, не позволять этому испортить его день с Минхо. Он ищет в своем разуме что-то, чтобы изменить тему своих мыслей.       – Я хочу пить, – говорит Джисон.       – Ох, я думаю, что видел тележку с закусками где-то в том направлении, – отвечает Минхо, хватая руку Джисона и начиная оттаскивать его. Джисон позволяет себе потеряться в ощущениях руки Минхо в своей. Джисон задается вопросом, похожи ли они теперь на пару.       После спора с Минхо, кто будет платить (Джисон проиграл, по большей части потому что Минхо отодвинул его с дороги и протянул продавцу 20$), они продолжают свою прогулку по парку. Минхо указывает на каждую белку и спрашивает Джисона не родственники ли они, и по возвращению, Джисон затягивает свои шнурки, когда они садятся на перерыв.       – Погоди, разве ты не говорил, что мы устроим пикник? – внезапно спрашивает Минхо.       – Бля. Я надеялся, что ты забыл об этом. Я ничего не собрал, потому что у меня нет никакой еды дома, помнишь?       – Что? Почему ты не взял что-нибудь, когда мы ходили в продуктовый магазин? – раздраженно спрашивает Минхо, поднимая руки над головой.       – Я был отвлечен!       – Чем?       Джисон не может сказать тем, как горячо ты выглядишь, когда выбираешь продукты, потому что это ненормально говорить своему другу, поэтому вместо этого он просто пожимает плечами.       – Ах, все нормально. Мы можем просто взять хот-доги или что-нибудь другое, – предлагает Минхо.       – Плюс, мы не хотим наедаться перед ужином у Феликса и Чана. Я слышал, что Чан готовит, и это либо будет очень вкусно, либо совсем не вкусно.       Они гуляют ещё немного, оглядываясь на всё то, что их окружает, прежде чем они в конце концов приходят на озеро.       – Помнишь ту сцену в Стюарт Литтл, когда он мчал на лодке? – спрашивает Джисон, глядя на воду.       – Ага, мы можем это сделать? Пожалуйста? Ты даже поместишься в лодке, так как ты грызун и все такое, – говорит Минхо с легким смешком. Он притворяется раненым, когда Джисон в отместку бьет его по руке.       – Заткнись. Но нет, мы не можем. Я собирался сказать тебе, это действительно душераздирающе, потому что они прекратили делать это.       – Ты хочешь сказать, что теперь никто не может воплотить в жизнь свои собственные мечты о Стюарте Литтле? Это чушь собачья. Разве это не город, где рождаются мечты, или как там говорится в песне?       – Я знаю! Это действительно расстраивает. Сейчас в этом дурацком парке даже нечего больше делать.       Минхо оглядывается по сторонам, прежде чем встретиться взглядом с Джисоном и сказать, – Я имею ввиду, ты можешь обручиться.       Джисон сражается с румянцем, который пытается завладеть его лицом, и отклоняется шуткой, потому что ему даже не нужно думать о Минхо и помолвках. – Клянусь богом, если так ты делаешь мне предложение, я никогда не прощу тебя.       – Нонсенс. Я бы запланировал для тебя что-нибудь гораздо более романтичное. Я бы сразил тебя наповал.       Минхо говорит это так буднично, будто он не расплавил каждую клеточку мозга Джисона всего несколькими предложениями.              

~

             минхо: быстрый вопрос              минхо: какие у тебя кинки?              

джисон: и тебе здарова

             минхо: привет              минхо: итак, твои кинки?              Как всегда, Минхо сразил Джисона всего несколькими сообщениями. С таким же успехом он мог бы почистить своё расписание на оставшийся день, потому что знает, что теперь его мозг будет занят этим в течение нескольких часов.              

джисон: не то, чтоб я не любил такую тему разговора

джисон: птм, что люблю

джисон: но эм. зачем

             минхо: затем, что когда я веду себя секси с тобой, я знаю какие темы стоит затронуть       

джисон: у тебя и так всё прекрасно получается приятель

             минхо: не называй меня приятелем, когда я думаю об идее секстинга с тобой              

джисон: зачем просто думать об этом

      

джисон: ты можешь просто секстится со мной <3

      минхо: ну может быть я так и сделаю              минхо: если ты хороший мальчик и скажешь, что тебе нравится              Джисон стонет и ругается себе под нос. Минхо просто знает, как разобрать его на части, кусочек за кусочком.              

джисон: ну, давай, отметь, что ты называешь меня хорошим мальчиком

джисон: потому что только этих двух слов достаточно чтобы я был довольно тверд чтобы резать алмазы

      минхо: записал              минхо: давай меняться. ты говоришь мне один из своих, я говорю тебе один из моих              минхо: мне нравятся грязные разговоры              Джисон громко усмехается, потому что – очевидно? Иначе, с чего бы им секститься так много?             

джисон: нихера

      

джисон: ебаная отмаза

      минхо: что? мне нравятся!              

джисон: ага я типо понял это учитывая то что всё что мы делаем – это грязные разговоры

      минхо: ну мне нравится разговаривать и во время настоящего секса              минхо: не только через переписки              Джисон сглатывает. Он очень демонстративно пытался отделить весь секстинг с Минхо от реального секса с Минхо, но теперь, когда он думает о том, что Минхо нравятся грязные разговоры занимаясь сексом сексом, у него пересыхает в горле, руки потеют, а член становится твердым.       

      

джисон: ладно

джисон: мне нравится

джисон: здоровая смесь унижения и похвалы

             минхо: а так              минхо: такие вещи, как говорить тебе что ты такой хороший маленький членосос для меня?              Его мир вращается.       

      джисон: иисус ебаный христос

джисон: ага. это

             минхо: приятно знать              минхо: контроль оргазма              минхо: мой следующий, кста              

джисон: типа. твои оргазмы?

             минхо: нет              минхо: ну может              минхо: но я думал о твоём              минхо: мне нравится знать, когда я могу выбрать, когда ты кончишь              минхо: сможешь ли ты вообще кончить              

джисон: я собираюсь отключиться

джисон: реально не знал что это было что-то чего я захочу очень сильно но

джисон: похоже что это возможно

             минхо: оооох джисони хочет чтобы я контролировал его оргазмы хах              минхо: может быть я скажу тебе не кончить не спросив сначала меня              минхо: постоянно. не только когда мы секстимся              

джисон: ненавижу тебя

джисон: птм что я бы сделал жто

      

джисон: даже не стал бы думать дважды

      минхо: запомнил. теперь твоя очередь малыш              

джисон: имена как этот работают на меня

      минхо: ох малыш              минхо: я типо как понял это              минхо: возвращаясь к теме джеймса              

джисон: кто такой джеймс

             минхо: ИМЁН*** кретин              

джисон: :-)

      минхо: я тоже не возражаю, чтобы меня обзывали              

джисон: идиот, придурок, урод?

             минхо: пошёл нахуй       минхо: ты знаешь что это не то что я имею в виду              

джисон: оххххх кое-кто хочет, чтобы я звал его папочка? сэр? ~мастер~?

             минхо: на твой выбор       минхо: почти уверен, что то, любое твое обращение, заводит меня              

джисон: интересно

      

джисон: ок мне нравится когда мне говорят что делать

             минхо: вероятно это связано с желанием, чтобы я говорил тебе, когда ты можешь кончить, хах?             

джисон: заткнись это был твой кинк

      

джисон: я просто СЛУЧАЙНО делюсь этим

             минхо: ну ты счастливчик       минхо: потому что мне нравится говорить тебе, что делать       минхо: я думаю мы действительно совместимы              

джисон: круто этот разговор классный но я сейчас очень тверд так что

      минхо: малыш хочет, чтобы я говорил с ним на протяжении его оргазма?       

джисон: ага хочу

      минхо: я могу это делать       минхо: я думаю, сегодня ты должен поиграть со своей хорошенькой маленькой дырочкой       минхо: такой тугой для меня              

джисон: ок я мгу это сдеать

             минхо: уже проблемы с набором текста?       минхо: прелестный              

джисон: зркррщтт

      

джисон: заркой от

      

джисон: закрой рот

             минхо: третий раз удачный       минхо: ок, ещё ты можешь сказать абсолютное нет на это, малыш       минхо: и мы можем продолжать в том же духе через переписку       минхо: но. и это просто идея.       минхо: могу я позвонить тебе?              

джисон: да пожжалуйстта

             Через несколько секунд его телефон вибрирует. Он нажимает зеленую кнопку, сразу же ставя Минхо на громкую. Ему нужны для этого две руки, окей?       – Привет, малыш, – говорит Минхо и Джисон тает. Если он думал, что слова Минхо повлияли на него через переписку, то он был совершенно не готов к тому, как они будут влиять на него через звонок. Не дай бог он когда-нибудь услышит их вживую.       – Привет, – внезапно очень стесняясь, говорит Джисон.       – У тебя есть лубрикант? Тебе хорошо и уютно для меня?       Джисон кивает прежде чем понять, что Минхо не видит его. Что ж, это мысль. Минхо видит его. Например, может быть, как по видео чату. Или даже в живую.       – Ммхмм, – в конечном итоге отвечает Джисон. Он скатывается вниз на кровати и немного расставляет ноги, ради удовольствия проводя по своему левому соску.       – Хорошо, я хочу, чтобы твои пальцы были хорошенькими и влажными для меня, малыш. Можешь это сделать?       – Да, хннф, папочка, – пытается Джисон, и он слышит, как Минхо ругается на другом конце провода.       – Какого хуя, не следует позволять тебе звучать так горячо, – говорит Минхо воздушным и сексуальным голосом, который очаровывает Джисона ещё больше.       – Теперь подразни свой прелестный ободок для меня, просто проведи по нему одним пальцем.       Джисон безмолвно повинуется, испуская вдох при соприкосновении.       – Как ты себя чувствуешь, малыш?       – Хорошо, – отвечает Джисон, уже не в состоянии составлять сложные предложения.       – Продолжай и всунь один палец внутрь, – выдыхает Минхо, и Джисон слышит звук влажной кожи на другой стороне. Логически, он знал, что всякий раз, когда они делали что-то подобное, Минхо дрочил. Но слышать это? Это нереально.       – Так хорошо. Хотелось бы… хотелось бы, чтобы это был ты, – отвечает Джисон, и в награду он получает глубокий стон от Минхо.       Их разговор не очень насыщен словами, просто много стонов, вдохов и хриплых команд. Минхо говорит Джисону засунуть в себя три пальца, и он чувствует себя так хорошо. Он ошеломлен.       – Теперь я хочу, чтобы ты потрогал себя для меня, окей? Обхвати другой рукой свой член для меня, малыш.       Джисон делает, и это занимает около трех толчков, прежде чем он закончит, кончая на свой живот с хныканьем имени Минхо и хриплым «Папочка!».       Он приходит в себя как раз вовремя, чтобы услышать, как Минхо кряхтит на другой стороне, предположительно кончая сам. Они оба остаются на линии на какое-то время, просто дыша, пока Минхо снова не открывает свой рот, – Ты звучал так хорошо для меня, малыш. Не знаю, смогу ли я снова кончать, не услышав твоего отчаянного маленького хныканья.       Джисон издает ещё одно хныканье, щеки немедленно вспыхивают.              

~

             Чан нарезает овощи, в то время как Джисон сидит на кухонной стойке, дрыгая ногами, бездумно болтая с Чанбином, пока они позволяют Чану готовить самому. Как только начинается разговор о Минхо, Чан решает вмешаться.       – Как у вас двоих дела? Любые… особые события на данный момент? – спрашивает Чан и Джисон стонет. Он больше никогда не доверится Феликсу (что является ложью, потому что Феликс всё ещё его лучший друг, но пока он может быть немного мелочным по этому поводу).       – Ебучий Феликс сказал тебе, не так ли?       – Может быть. Приятно узнать, что ты дрочил в студии, кстати.       – Я ЗНАЛ ЭТО! Это было в тот день когда мы спорили на счёт детских звуков, да? Ты вел себя так ебуче странно, – говорит Чанбин, со смесью волнения и ужаса в голосе.       – Он сказал тебе это?! – Джисон говорит Чану, полностью игнорируя Чанбина.       – Ну, только после того, как я спросил. Но это к делу не относится, – говорит Чан, прежде чем добавить, – И, да это было в тот день. Но по словам Феликса, это не впервые.       – Отвратительно. Это наше место работы, – ругается Чанбин и Джисон просто пожимает плечами.       – Ага, студия – это священное место, чувак, – добавляет Чан.       – Как скажешь, папочка, – с ухмылкой говорит Джисон, наблюдая, как краснеют щёки Чана. – Что? Феликс болтает со мной, тоже, – сладко говорит Джисон. Чанбин притворно давится, а потом хихикает.       – Хотя Чан прав. Ты и Минхо, кажется, действительно близки, - говорит Чанбин, как только перестает смеяться. Чан всё ещё краснеет, стоя у раковины.       – Мы всегда были близки.       Теперь Чан поворочается к Джисону, и на его лице читается серьезный совет. – Ага, я знаю. Но выглядит по-другому. Я близок с тобой и близок с Феликсом. Но не в одинаковых смыслах. И я бы сказал, что ты близок с Минхо, так же как я близок с Феликсом.       – Ты не мог выбрать более гейский способ сказать это? Просто будь нормальным, – скулит Джисон.       – Окей, ладно. Ты и Минхо, кажется, влюблены друг в друга.       – Ну, ты и так знал это обо мне, – как ни в чем не бывало говорит Джисон.       – Да, но не только ты. Вот к чему я клоню, – возражает Чан прежде чем повернуться обратно, чтобы добавить последние штрихи в свою жаренную курицу.       – Хотел бы я, чтобы ты был прав. Но я так не думаю. Не знаю. Он не упоминал о чем-то подобном. – Джисон осознает, что это своего рода ложь, потому что с тех пор как Минхо здесь, отношения были не совсем платонические, но они также не были явно романтическими. И Джисон слишком неуверен в себе, чтобы думать, что Минхо может чувствовать то же самое – он не поверит в это, пока они вместе не встанут у алтаря, и даже тогда у него все ещё будут сомнения.       Когда они трое идут назад в столовую, они видят близко сидящих Феликса и Минхо, погруженные в беседу. Но они прекращают говорить в ту минуту, как только остальные входят в комнату, и это кажется немного подозрительным.       Джисон бросает на Минхо вопросительный взгляд, но он просто отмахивается от этого. Прежде чем у него появится шанс провести дальнейшее расследование, входные двери открываются и врывается Хёнджин.       – Простите, я опоздал. Пришлось убраться в студии, потому что какой-то жопошный пацан разлил краску по всему полу, – говорит Хёнджин, целуя Чанбина в знак приветствия. Все остальные просто получают вежливый кивок, когда он усаживается на свое место.       – Теперь это смахивает на тройное свидание, – говорит Чан, и Феликс ухмыляется рядом с ним. Джисон тут же решает, что они не получат свадебный подарок от него, когда они неизбежно выйдут замуж. Он настолько сфокусирован на собственной ярости, что пропускает слабый румянец на щеках Минхо и то, как его губы превращаются в маленькую улыбку.       – Итак! Минхо, как Корея? – спрашивает Хенджин, спасая день. Джисон определенно купит им с Чанбином свадебный подарок, когда они неизбежно выйдут замуж.       – О, замечательно. Иногда немного одиноко без вас, ребята, но по крайней мере у меня есть мои кошачьи детки. И Сынмин с Чонином, когда они не лижут друг другу лица. Плюс Джисон пишет мне миллион раз в день, так что.       – Эй! Я просто отвечаю на твои сообщения! Ты тот, кто пишет мне миллион раз на дню!       – Да, да. Вы оба переписываетесь друг с другом миллион раз на дню. Очаровательно, так же вероятно секси и определенно также отвратительно, - говорит Чанбин. Да, это вычеркнуть. Никакого свадебного подарка Чанджинам.       Джисон собирается сказать что-нибудь язвительное в ответ, но тут Минхо прислоняется к его уху и шепчет. – Джисони, звучит так, будто ты пересылал наши сообщения. Непослушный мальчик.       Куча вещей происходит одновременно: Минхо откидывается назад ухмыляясь, когда Джисон захлебывается водой, что побуждает Феликса начать хихикать, поэтому Джисон бьет его под столом, но потом промахивается и бьет вместо этого Чана, поэтому теперь Чан ноет из-за своей ноги и прежде чем Джисон даже сможет осознать то, что он сделал, он чувствует руку на своем бедре.       Он посылает на Минхо пронзительный взгляд, который просто невинно пожимает плечами и двигает руку немного выше.       – Джисони рассказывал мне о новом треке для крупного клиента, над которым вы, ребята, работали, да, малыш? – говорит Минхо и Джисон застенчиво кивает. Он пропускает, когда Чан и Чанбин смотрят друг на друга и одними губами произносят «малыш».       – Да! Если всё пройдет хорошо, вероятно, у нас в компании начнут появляться больше высокопоставленных клиентов. Надеюсь, мы даже сможем начать тайком выпускать свой собственный стафф, – отвечает Чан.       – Ага, у нас много всего. Особенно несколько действительно хороших песен о любви, которыми можно поделиться, – добавляет Чанбин и Джисон вовремя возвращается к реальности, чтобы бросить на него самый злобный взгляд на который он только способен, в то же время любовь всей его жизни трогает его под столом.       – Конечно у нас такое есть, две трети 3racha живут с парнями. – отвечает Джисон сквозь стиснутые зубы.       – А другой трети… – Джисон переводит взгляд на Феликса, который закрывает рот так быстро, что это шокирует. Честно говоря, он даже не знает, что Феликс собирался сказать, не то, чтобы ему хотелось это услышать. Несмотря на все это, Хёнджин выглядит немного потерянно.       – Мне кажется я что-то здесь упускаю, – Хенджин надувает губы, а Чанбин тыкает ему в щёку и бормочет что-то о том, что расскажет ему позже, прежде чем вернуть свое внимание к столу.       Ужин проходит довольно гладко, за исключением того факта, что Минхо ест одной рукой поскольку другая его рука обосновалась на одетом члене Джисона. Джисон держит себя в руках, хотя ему приходится кашлянуть несколько раз, чтобы скрыть стоны, которые грозятся прорваться наружу. Он ненавидит Минхо.       Они заканчивают есть и Хенджин предлагает убрать со стола. Минхо и Феликс в конечном итоге помогают ему, говоря, что это будет справедливо после того, как готовили остальные трое. Чан обязательно уточняет, что он готовил, а Чанбин и Джисон просто стояли и раздражали, но детали не имеют значение. Минхо уже начал складывать грязные тарелки.       Чан, Чанбин и Джисон направляются в гостиную, и как только они оказываются в зоне слышимости остальных, Джисон обвиняюще указывает пальцем.       – Вы двое! Какого хуя! Зачем вы пытаетесь разрушить мою жизнь! – сурово шепчет Джисон.       – Ну, если бы ты не был так занят тем, что злился на нас, ты бы мог заметить, что Минхо точно ничего не отрицал! Он тоже вел себя странно и краснел! – говорит Чан.       – Ага, возможно, потому что вы ребята продолжали не тонко намекать, что я влюблен в него!       – Боже, я понял, что тебе нравится вести себя странно и одиноко и буухуу моя любовь безответна, но ты просто ебано глуп, потому что этот человек любит тебя, так очевидно, – огрызается в ответ Чанбин. Это почти похоже на реальную драку, за исключением того, что они втроем постоянно так спорят.       – Я принёс брауни! – в это время входит Феликс, за ним следуют Минхо и Хёнджин.       – Феликс, ты всегда был такой прирожденной домохозяйкой или это Чан пробуждает это в тебе? – шутит Джисон, и это может быть небольшим ударом ниже пояса, но теперь, когда все собрались в одной комнате, он в отчаянии пытается сменить тему.       – Ну, я действительно обладаю необходимыми навыками, чтобы быть хорошей домохозяйкой. Великолепен в готовке, всегда готов к тому, чтобы его обругали и вероятно ещё кое-что третье, – ухмыляется Феликс. От этого смущается Чан, и Чанбин хихикает. Но потом Хенджин поднимает свой бокал в знак согласия, и Чанбин краснеет вместе с Чаном.       – Джисони, держу пари, из тебя тоже получилась бы хорошая домохозяйка, – говорит Минхо, хватая брауни и плюхаясь на колени Джисона. Вся его голова становится пустой, потому что сейчас на его коленях Минхо, который к тому же только что сказал, что он был бы хорошей женой, и он никогда не знал, что феминизация – это то, чем он заинтересуется, но сейчас он думает о том, чтобы надеть фартук и только фартук для Минхо, нагнуться и…       – Как поживают Сынмин и Чонин? – внезапно спрашивает Хёнджин, ещё раз спасая жизни Джисона.       – О, у них все хорошо. Оба тоже работают на JYP, как тренеры по вокалу, – небрежно отвечает Минхо.       – Полагаю, всё так же связаны?       – Ох, так влюблены, что тошно.       – Воу, кто бы мог подумать, что все мы найдем свою любовь в нашей собственной маленькой группе? – говорит Феликс. Все взгляды устремляются на Джисона и Минхо, и Джисон знает, что он, должно быть, краснеющий беспорядок. Однако, что он не видит, это такого же румянца Минхо.       Джисон одними губами произносит Я ненавижу тебя Феликсу, который посылает ему поцелуй и утраивается на коленях Чана.       – Мне, эм, мне нужно в туалет. Прости, Мин, ты должен меня отпустить, – заикается Джисон.       Ему не нужно писать, вообще-то, но он всё равно спешит в ванную. Ему действительно просто нужно было выбраться из-под коленей Минхо, из-под пристальных, понимающих глаз каждого в этой комнате.       Он смотрит на себя в зеркале, выглядя слегка обезумевшим. Возьми себя в руки, чувак.       Помыв руки и сделав несколько глубоких вдохов, он возвращается в гостиную. Разговор по-прежнему оживлен, поэтому он садится на диван на приличном от Минхо расстоянии. Однако Минхо не соглашается с этим и просто прижимает Джисона к себе.       Вечер продолжается в том же духе, только теперь Минхо ещё более тактильный чем прежде, и Джисон на самом деле не уверен, что с ним происходит. Может быть, дело в соджу, поскольку весь вечер она текла довольно свободно.       Когда они наконец решают уйти, Джисон смотрит как Феликс обнимает Минхо и что-то шепчет ему в ухо. Ему так бесконечно любопытно, что было сказано, но он чувствует, что расспросы просто откроют банку с червями, с которыми он ещё не готов иметь дело.       Прежде чем он сосредоточится на этом, Чан тянет его для объятья. – Он любит тебя, Сон. Так же, как ты любишь его. Я бы поставил свою жизнь на это. – тихо говорит он. Джисон просто трясет головой, отстраняясь, потому что Чан говорил слишком правдиво, и ему не хочется делать что-то глупое, например, плакать.       После того, как все попрощались, Минхо и Джисон отправляются в короткую прогулку обратно к дому Джисона. Это хорошая ночь для прогулки, и они оба идут в тишине, осматривая окрестности. Дорога обратно проходит спокойно, даже как-то по-домашнему; вскоре они поднимаются по ступенькам в квартиру Джисона.       – Хочешь знать, о чем я думал всю ночь? – спрашивает Минхо, когда Джисон вставляет свой ключ в замок.       – О чём? – спрашивает Джисон в ответ, хотя знает, что, вероятно он пожалеет об этом. Они заходят в квартиру, едва сняв обувь, когда Минхо отвечает.       – Как бы ты выглядел оттраханый и хнычущий на кровати, умоляющий меня позволить тебе кончить, – просто говорит Минхо, прижимая Джисона к стене. Джисон не может побороть скулеж, вырывающимся из его рта, и Минхо ухмыляется.       – Это хорошее начало, малыш. – и затем Минхо наклоняется и целует его. Все одновременно замедляется и ускоряется, и Джисон чувствует, как он прыгает с парашютом в вулкан.       По началу поцелуй нежный и сладкий, но становится грязным через несколько секунд, когда язык Минхо толкается в рот Джисона.       – Правильно, малыш. Потри свой хорошенький маленький член о мое бедро, сделай так, чтобы тебе было хорошо. Хочу увидеть, как ты устраиваешь беспорядок в своих штанах, – говорит Минхо с хриплым смешком. Джисон, честно говоря, даже не осознавал, что вот так прижимается к бедру Минхо, но теперь он двигает своими бедрами с новым усилием, отчаянно желая кончить. Минхо приподнимает свое бедро, увеличивая давление, и когда он вонзает свои зубы в шею Джисона, ему конец. Его спина выгибается, пока он выплескивает в свои штаны, хныча, пока переживает свой оргазм.       – Такой хороший мальчик, для меня. Давай посмотрим, что ещё ты можешь дать мне сегодня вечером, – Минхо улыбается, немного коварно, определенно сексуально. И затем он поднимает Джисона и подходит к кровати, бесцеремонно бросая его.       – Давай снимем это с тебя, малыш. У нас впереди долгая ночь, – говорит Минхо, прежде чем стянуть джинсы Джисона, бросая их на пол. А затем он ползет по телу Джисона, наклоняясь для ещё одного глубокого поцелуя, который раскрывает каждую клеточку тела Джисона.