Твой французский поцелуй, ты целуй меня,целуй

Сатору и Осаму были давними друзьями, ни тот, ни другой не были чересчур открытыми и общительными, они могли увидеть саму истину человеческой личности. Ранее их мог понять только один человек, в случае Дазая — Достоевский, у Годжо — Гето. Так уж вышло, что обоих не стало. Найти друг друга — настоящее чудо, помогающее в той или иной степени скрасить унылое существование в этом грешном мире, средь обычных людей. У них было много общего. Это и притягивало их к друг другу, что было страшным.Нельзя жить более, чем одному такому человеку на земле. Дазай это прекрасно осознавал, все же он был на шаг дальше Сатору, но воля была слаба для этого. Осаму полез рукой в свой карман и достал оттуда розовенький сенсорный телефон, который был для того времени достаточно дорогим удовольствием. Пальцы руки быстро набрали хорошо знакомый номер. Гудки шли мучительно медленно. С третьего раза последовал ответ. —Осаму! Здравствуй! Как жизнь? Зачем звонишь? —Здравствуй. Ацуши недавно притащил в дом упаковку конфет. Приглашаю тебя съесть их за беседой с чаем. — голос был достаточно спокойным. Глубоким. Проникновенным. Но не выдававшим настроя и истинных мыслей. —Какое заманчивое предложение! Слишком щедро. Через 2 часика буду у тебя, жди.— сатору сбросил трубку. Дазай не подорвался сразу после звонка все готовить. Он всматривался в пейзаж видный из окна. Легко касающиеся земли деревья, прогибаемые под сильным напором ветра.На улице была глубокая осень, листья давно опали, деревья готовились к спячке. Людей на улице не было, все либо дома, либо на работе, огни горевшие где-то вдали сильно выделялись. Около дома где проживал Осаму было много луж, грязи, но в самом городе нет и намека на осень. Мысли летели в голову. Думал. Завершив свои недолгие размышления, Осаму направился на кухню. Нужно было поставить чайник, заварить чай, потом шанса не будет. Заняты будут. Время пролетело достаточно быстро. Послышался звук работающего лифта. На нем никто из живущих в доме не поднимался — понимали, что трос на котором держался лифт мог оборваться в момент. Соседи в большинстве не посещали свои квартиры, а гостей и подавно не водили. Молодняк не хотел жить в этом доме. Спустя момент Осаму уже встречал сатору. Конфеты на столе, жаль, что не Годжо. —Раздевайся. Куртку можешь повесить на вешалку.— Осаму ткнул пальчиком на гвоздь весящий недалеко.—После пройдешь в зал. Я подожду тебя. —Хорошо—Сатору медленно и показательно стягивал с себя черную куртку, явно дразня и чувствуя следующие события, но не до конца осознавая. Сняв с себя верхний слой одежды он проследовал в зал, где его ожидал Дазай и чай с конфетами. Двойное свидание можно сказать, а не посиделки друзей. Когда Годжо вальяжно сел напротив Осаму, крайне упомянутый без слов предложил ему чашку белого чая. Приняв кружку он сделал глоток. Слов не требовалось. Они понимали друг друга по движению руки, настолько высока была их эмоциональная связь. Глоток за глотком шли быстро. Дазай не притронулся к чашке чая. Он лишь подливал напиток и подавал Рафаэлки которые заранее достал и выложил на тарелку. В момент атмосфера в комнате стала слишком жаркой. Хотелось… Раздеться? Снять напряжение? Отключиться? Последний вариант был более реалистичным. Глаза закрылись сами собой. Сатору не волновался. Дазай не принять ему вреда. Так ведь? Нет. Он ошибся. Осаму добавил вещества в чай. Наркотики. Передоза не будет по его расчетам, только отключиться и не будет ничего чувствовать. Осаму чувствовал влечение к годжо. Он не знал как избавиться от него. Он считал себя аромантиком, асексуалом уж тем более, как он мог испытывать влечение к мужчине, ещё и к тому, кого хотел убить к чертям собачьим? Вопрос без ответа. Каждый раз при его виде хотелось прикоснуться к губам, притянуть за талию, он был озабоченным когда речь заходила об обладателе голубых как небо глаз. Дазай невесомо коснулся губ годжо. В дружеских поцелуях он не видел ничего постыдного, все друзья цемкаются, но это точно был не дружеский поцелуй. Он хотел его. Хотел его под наркотой. Хотел чтобы он ничего не помнил. Хотел иметь контроль над ситуацией. Он не стал затягивать с ласками. Брюнет стянул с них штаны. Член Сатору вызывал восхищение. Аккуратный обрезанный, определенно больше, чем у Осаму, который принадлежал к монголоидной расе, а у них как известно достоинство не огромное. Он засомневался, точно ли его партнёр был японцем? Член как у славянина. Поместиться ли это в очко Осаму? Несомненно. Благодаря опыту в молодости его отверстие стало достаточно растянутым. В нём бывало многое, очевидно, что по приколу. Наконец это пригодилось. Дазай начал ласкать агрегат товарища. Он провел язычком по головке. Тело напряглось. Дальше под его взор попала длина. А далее и весь. Он двигал головой достаточно быстро, где он только научился делать минет на таком уровне? Когда член достаточно встал, Осаму расставил свои ягодицы и опустился на привставший член. Стон разнёсся на всю квартиру. Всё-же, очко не вытерпит. Через минуту боли он продолжил свои движения бедрами. Вверх, вниз, вверх, вниз, вверх, вниз, вверх, вниз. Много времени для кульминации не потребовалось. Когда он уже было кончил на его бёдра опустились руки. Видно, с дозировкой не рассчитал. Годжо стал вдалбливать в Осаму как сумасшедший. Из очка лилась сперма. Дазай изнемогал, но сатору мог выдержать ещё несколько раундов, он достаточно вынослив, даже после наркоты. Когда беловолосый наконец был удовлетворен он уложил бедного дазая на кровать и прострелил ему колени.❤️ Вопрос времени когда он разорвет ему очко и достанет кишки которыми его и удушит, а после повесит рядом с кроватью, чтобы все видели его трофей, но если Дазай будет умён, он сможет этого избежать и перейти в комфортные отношения с примесью стокгольмского синдрома, или сбежит. (Нет.))