Стихи

Буквы плавными движениями ложились на чистый лист. Фушигуро с трепетом выводил каждую из них. Вкладывал душу в каждый символ, каждую строчку. Он задумчиво поворачивается к окну, наблюдая, как ветер срывает ещё совсем молодые зелёные листья, унося их в неизвестность. Фушигуро находил жизнь в природе. Видел множество аналогий, придавал им значение. Он искренне любовался этими маленькими деталями, а затем переводил их на бумагу. Это было своего рода отдушиной для него, единственным способом выложить свои мысли. Бумага — тихий слушатель. Она проглотит всё сказанное и не возразит. Но урагану мыслей не суждено гармонично лечь на бумагу без потерь. Множество листов было смято, порвано, испещрено чернилами и выброшено. Фушигуро не считал, что у него есть талант к поэзии. Уничтожая всё не прошедшее его собственную критику, он оставлял лишь малую часть избранных строк. Внезапный стук в дверь заставляет парня испуганно подпрыгнуть на стуле. — Фушигуро, я вхожу! — Итадори бестактно открывает дверь, не дожидаясь ответа. Сквозной ветер, гулявший по коридорам общежития, врывается в комнату, предательски сметая бумаги, разложенные на столе. Фушигуро спешно срывается с места, чтобы успеть собрать все листы прежде, чем Итадори что-то поймёт. К несчастью для Мегуми, реакция у его одноклассника хорошая. Итадори подбирает упавший неподалёку лист, из любопытства опуская взгляд на его содержимое. — Не смотри! — Фушигуро резким движением выхватывает лист из рук одноклассника. В синих глазах поблёскивают искры злости. Фушигуро не был готов подпускать кого-то так близко к своим мыслям. Итадори изумлённо глядел то на парня напротив, то на смятый лист в его руке. Он толком не успел ничего прочитать, увидел лишь небольшое количество строк, явно выведенных с большим старанием. — Извини, я... Не успел ничего прочитать, если тебя это так волнует. Мегуми тихо цыкнул, прикрывая глаза от вспыхнувшего раздражения. Собрав листы в стопку, он закинул их в нижний ящик стола и развернулся к источнику его недавнего стресса. — Ты чего-то хотел? — Мегуми опёрся руками об стол позади себя. — Ты пишешь стихи? — с детской невинностью произнёс Юджи, игнорируя вопрос друга. — Итадори, зачем ты пришёл? — с явным раздражением проговорил Мегуми. Всё в нём показывало, что эта тема ему не интересна, и если Юджи не скажет ему о настоящей цели своего визита в ближайшие десять секунд, то парень рискует вылететь из комнаты так же быстро, как он здесь оказался. — Не переводи тему! — Юджи, продолжая игнорировать враждебный настрой собеседника, двинулся ему на встречу. — Что в этом плохого? Способности к творчеству не всем даны, тебе стоит гордиться. — детская добродушность Юджи не могла не повлиять на Мегуми. Даже на него. Медленно выдохнув, Мегуми постарался успокоиться. — Вот именно, что это не всем дано. — сквозь зубы процедил Фушигуро саркастичным тоном. — Что ты имеешь ввиду? — Итадори чуть склонил голову в бок, словно любопытный пёс и нахмурил брови, понимая к чему клонит Мегуми. — Если ты такой самокритичный, думаю тебе нужен кто-нибудь, кто мог бы здраво оценить твою работу. — Что?! А-ах, к чёрту это всё. Я не собираюсь никому это показывать. — вновь начиная закипать, Фушигуро разворачивается, шагая дальше от Юджи, чтобы тот, в крайнем случае, не попал под горячую руку. Он встаёт спиной к собеседнику, опираясь руками на стол, и опускает голову. Мегуми стучит пальцами по поверхности стола, показывая своё раздражение. Внезапно земля словно вылетает из под ног, уносясь прочь. Сильные руки стискивают его плечи и обхватывают поперёк груди, заключая в объятия. Мягкая щека прижимается к шее и острый подбородок упирается в плечо. Несколько секунд Мегуми моргает в исступлении. — Итадори? — парень аккуратно подаёт голос, не понимая, правда ли всё это происходит. Сбоку раздалось тихое хихиканье. — Ну почему ты всегда такой? — Юджи прикрыл глаза и мягко улыбнулся, потираясь щекой о шею друга. Итадори выпускает Мегуми из своей хватки, но не отстраняется. Он упирается руками в край стола по обе стороны от Фушигуро, продолжая нарушать личное пространство бедняги. — Могу я прочитать? — Юджи тепло улыбается, давая Мегуми немного времени на раздумья. Фушигуро отводит взгляд и сглатывает. Стоит ли доверить Итадори эту скрытую, пожалуй, самую настоящую часть себя? Мегуми зажмурился и опустил голову. — Ладно. — игнорируя голос разума, твердивший к чёртовой матери выгнать Юджи из комнаты и навсегда закрыться от социума, Мегуми упёрся рукой в плечо Итадори, жестом прося его отодвинуться. Чуть подрагивающими от волнения руками Фушигуро достал тонкую стопку листов из ящика и протянул их Юджи, не решаясь поднять взгляд. — Спасибо. — Отозвался Юджи, ободряюще улыбаясь. Он бережно взял стопку листов, разворачивая края смятого листа, и присел на стоящий неподалёку стул, приступая к чтению. Хоть ценителем литературы он и не был, но читал вдумчиво, стараясь понять и увидеть то, что видит Фушигуро. Мегуми чувствовал, как собственное тело отказывает ему в послушании: ноги предательски подкашиваются, дрожащие пальцы крепко впиваются в стол, а голова покруживается от волнения. Все высокие стены, воздвигнутые Мегуми за много лет, с треском рушились. Плотным туманом в голове стелился страх неизвестности. Итадори отложил стопку листов на стол и повернулся к изведённому волнением Мегуми. Фушигуро, падкий на мелочи, мысленно отметил милые ямочки, образующиеся на щеках Итадори, когда тот улыбается. — И чего ты так боялся? — Юджи поднялся со стула, медленно подходя к однокласснику. Ответа не последовало. Фушигуро отвернулся, чувствуя как щёки горят адским пламенем. А что он должен был на это отвечать? Сказать, что боится доверять кому-то столь личное? Из размышлений его вырвало тёплое прикосновение чужих пальцев к его собственным. Юджи осторожно стиснул ладони Мегуми в своих собственных и успокаивающе погладил большим пальцем по тыльной стороне. — Всё в порядке, не волнуйся. — Юджи сократил последние сантиметры между ними, почти прижимаясь к телу Мегуми. — По-моему, твои стихи чудесны. — Фушигуро показалось, что весь воздухом разом выбило из лёгких. Он широко раскрыл глаза, не в силах выдавить из себя ни слова. Лицо Юджи, казалось, было настолько близко, что Мегуми мог почувствовать его тёплое дыхание на своих губах. — Итадори... — Мегуми сжал тонкими пальцами плечи Юджи. Такая близость была для него в новинку, это было что-то совершенно неизученное, пугающее... Но отталкивать Юджи совершенно не хотелось. Странная атмосфера близости повисла между ними двумя. Казалось, пути обратно уже нет, дальше — только неизвестность. Мегуми чувствует, как чужие руки скользят по спине, останавливаясь на пояснице и притягивают ближе. Ещё ближе. Мегуми выдыхает. Закрывая глаза, он подаётся вперёд, врезаясь в мягкие губы напротив. Мегуми перестаёт дышать. Он крепче впивается пальцами в чужие плечи, когда чувствует ответную реакцию. Юджи быстро перехватывает инициативу, напористо целуя в ответ. Он медленно давит на Мегуми, заставляя того вжаться бёдрами в стол, стоящий позади, а сам, в свою очередь, плотно прижимается спереди, не оставляя ни сантиметра между их телами. Нехотя отрываясь от тонких губ, Юджи с нежностью берёт чужую ладонь и подносит её к губам. — Я хочу быть ближе к тебе, Мегуми. — прошептал Юджи, прежде чем поцеловать тыльную сторону чужой ладони, не разрывая зрительного контакта. В этот день Мегуми многое переосмыслил.