Лучше для каждого своё

      Это настораживает.       Джисон вдруг начинает замечать чуть странное поведение Минхо. Не то чтобы прямо-таки бросается в глаза. Он даже не до конца понимает, что не так, но что-то определённо не так.       Минхо шумный, как всегда, суетной, улыбчивый. Да, казалось бы, он улыбается точно так же, как и время назад, однако будто во мгновении забывает, что уголки губ должны быть направлены вверх. Его кошачьи уши подрагивают, а лицо становится чуть искажённым, словно тот нарочито корчится.       Джисон наблюдает за ним за завтраком и в какой-то момент, когда Минхо утыкается носом в тарелку, начиная гипнотизировать еду, ловит его руку своей, заставляя поднять взгляд.       — Ты в порядке? — спрашивает он, но не рассчитывает на откровенность.       Джисону кажется, что вот уже месяц как у Минхо в голове идёт война, которую он отчаянно старается не проиграть.       — Да, я... просто задумался, — натянуто улыбается Минхо, повиливая хвостом за спиной.       — Поделишься? — мягко просит Хан, поглаживая пальцами чужую ладонь.       — Ничего особенного, — пожимает плечами гибрид. — Просто так много всего в голове. Такое ощущение, что мой мозг переполнен знаниями, — немного нервно посмеивается он.       Джисон тоже улыбается, но исключительно для того, чтобы не смущать.       — Как-то ты сказал, что знаний не бывает слишком много, — напоминает он и убирает руку, чтобы вновь взяться за палочки.       — Да, верно, их бывает только слишком мало, но моя голова, кажется, скоро лопнет, — поджимает губы Минхо.       Джисон понимает, о чём он говорит. Всё-таки все впитывают знания постепенно, сначала в садике, после много лет в школе. Минхо же за год усвоил программу двенадцати лет и теперь, вероятно, ему в самом деле может быть тяжело.       Грызть гранит науки никогда не бывает просто, но это не похоже на Минхо. Он с таким удовольствием читает мировую литературу, что за уши не оттянешь. А как ему нравится решать математические задачки? А сколько географических карт висит у них по всей квартире? Минхо какое-то время чуть ли не спал с глобусом, заучивая страны, столицы и флаги.       И Джисон клянётся, что ему в наслаждение это. Столько искр и искреннего любопытства в глазах гибрида он прежде не видел. Минхо интересно абсолютно всё. Он буквально хочет познать этот мир до последней песчинки. Порой эта тяга напоминает выражение «Дорвался». Чаще так говорят о плохом. О подростках и алкоголе, например. Только вот это не то, что манит Минхо.       И теперь его заявление кажется странным, тем не менее Джисон не настаивает. Может, в самом деле устал?       А с другой стороны мучает мысль, что экзамены Минхо сдал, но всё равно каждый вечер сидит и что-то учит, что ему точно уже не нужно. Немного не стыкуется. Нет?       Джисон всё-таки решает не давить на него. Сам расскажет, когда будет что сказать. У них же полное доверие. Вернее, Джисон на это очень надеется.

🐾🐾🐾

      Джисон засиживается за учёбой, штудируя материал перед коллоквиумом, а когда опоминается, Минхо, сидевшего до того рядом, не оказывается в поле зрения. Вероятно, уже спит, учитывая третий час ночи, хотя громкого мурчания не слышно.       «Может, мультики перед сном смотрит?» — мысленно предполагает Джисон.       Минхо любит это дело. Ему вообще не надоедает. Недавно переключился с диснеевских мультфильмов и комиксов на аниме и мангу. Всё смотрит да читает. Это мило. Особенно, когда кончик языка высовывает на волнительных моментах и уши подгибает, явно переживая целый океан эмоций.       Джисон захлопывает ноутбук и идёт сначала в душ, а затем — в спальню. Немного сна ему не помешает. Он тихонько открывает дверь на случай, если омега уже спит, однако картина, предоставленная вниманию, быстро растворяет предположение.       Минхо стоит перед зеркалом только в нижнем белье и рассматривает своё отражение. Не позирует, не крутится. Просто смотрит. Будто в одну точку.       Джисон тоже смотрит. Подходит ближе, заставляя вздрогнуть от неожиданности, и обнимает со спины, обвивая талию руками.       — Ты напугал меня, — жалуется омега, накрывая его ладони своими, и голову немного вбок поворачивает.       — Я не хотел, — обещает Джисон и прислоняется щекой к щеке Минхо.       — А чего хотел? — кокетничает он.       — Тебя, — честно отвечает альфа. — Обнять, — и сжимает узкую талию чуть сильнее. — Поцеловать, — он наклоняется, чтобы коснуться губами плеча.       Минхо хихикает, поворачиваясь полностью в его руках, чтобы быть лицом к лицу. Он выглядит игривым. В три часа ночи. На него похоже.       Джисон наблюдает в его глазах блики от ночника и прикрывает свои, подаваясь вперёд, чтобы потереться о кончик носа омеги своим, а затем аккуратно чмокнуть, вызвав улыбку. Ладони скользят по обнажённой спине от основания хвоста до лопаток и обратно. Взгляд глаза в глаза, и Минхо обвивает шею альфы руками, самостоятельно утягивая в глубокий поцелуй, кажется, подустав от выдержанной паузы.       Джисон подталкивает его к кровати, заставляя лечь, и сам умещается между разведёнными бёдрами. Касается губами щеки, обводит линию челюсти, спускается к ключицам. Минхо издаёт тихие полустоны, похожие на короткие помурлыкивания, когда альфа обновляет и без того яркую метку. Он дёргается, стоит Джисону начать выкладывать мокрую дорожку вниз к животу.       — Может, выключим свет? — немного нервно спрашивает он.       Джисон поднимает на него недоуменный взгляд. Свет от ночника совсем тусклый, не слепит глаза. Что не так?       — Почему?       Минхо молчит, обдумывая, словно не ожидал уточняющего вопроса. Он мнётся и не придумывает ничего лучше, чем:       — Ну, просто...       — Тебе некомфортно? — довольно серьёзно произносит альфа.       — Нет-нет, я просто спросил, честно. Вдруг ты хочешь без света?       Минхо выглядит чуть напуганным, и это странно. Джисон бы правда обратил на такое поведение должное внимание, но вот только шестерёнки мозга уже работают со скрипом, поскольку вся кровь давно где-то внизу, в штанах. Он делает вид, что этого разговора не было, и снова касается губами нежной кожи в районе рёбер.       Джисон смотрит ему в глаза, осторожно целуя мягкий животик, и Минхо выглядит так, будто смущён. И это тоже странно. Он давно раскрепостился. Причём касаемо всего. Не только постели. Но в постели — в первую очередь. Досаждающие мысли так и норовят заполонить голову, но желание вытесняет их. Пока.       Джисон оставляет влажные следы языком на тазовых косточках и стягивает с омеги последний элемент одежды, чтобы коснуться им уже члена. Он ловит губами головку, нежит её во рту и чувствует чужие пальцы в своих волосах, которые аккуратно играют с прядками.       Джисон отклоняет голову вбок, отстраняясь, и оставляет тёплый поцелуй на внутренней стороне бедра. Минхо в секунду весь сжимается, крепко удерживая в ладони локоны альфы, но быстро расслабляется. Так, будто одёргивает себя.       Джисон слабо прикусывает светлую глянцевую кожу, зализывает языком следы и просовывает руки под коленями омеги, ощутимо сдавливая бёдра предплечьями. Минхо ёрзает, тихонько поскуливая, но искренне стонет и в самом деле перестает быть напряжённым, когда альфа разводит пальцами ягодицы в стороны и прячет лицо между половинками.       Джисон ощущает мелкую дрожь омеги, касаясь языком колечка мышц, и упивается сладкими стонами. Он смачивает аккуратную дырочку слюной и обводит языком по контуру. Слегка давит на центр, проникая самым кончиком внутрь, слизывая сладкую смазку с привкусом свежесваренного кофе с корицей и пошло причмокивает.       Джисон аккуратно удерживает ягодицы, оставляя их открытыми, и касается губами чувствительной кожи, оставляя нежные поцелуи, иногда углубляя их. Минхо скулит и гнёт спину. Откидывает голову назад, вытягивая шею, и часто дышит, с трудом глотая слишком громкие звуки.       Джисон гладит ладонями мягкие бёдра, талию, с удовольствием вылизывая приветливо открывающуюся дырочку под давлением языка, и сам почти мурлычет. Слюна обильно копится во рту, стекая с губ по колечку мышц и пачкая простынь.       — Сони, Сони, — хрипло зовёт его омега, крепко сжимая в руках одеяло, но так и не просит ничего, хотя интонация та самая.       Джисон умиляется и аккуратно приставляет пальцы к влажному отверстию, скользя внутрь сразу двумя. Он разводит их на манер ножниц и суёт внутрь ещё и язык, заставляя распадаться на частички.       Минхо крупно дрожит и сам двигает тазом, насаживаясь на длинные пальцы в жажде более тесного контакта. Джисон отрывается, чтобы провести влажными губами по поджавшимся яичкам, по твёрдому члену и лизнуть головку, следом толкнув ту за щеку.       — Сони... Сони, я не могу. Я больше не могу, не могу. Я... — он крепко жмурится, больно кусая губы. — Я сейчас кончу.       Джисон выпускает член изо рта и вынимает пальцы из дырочки, заставляя почувствовать неприятную пустоту. Он прижимается губами к бедру, оставляя ласковый поцелуй.       — Сони... — разочарованно стонет Минхо.       — Нет, котёнок, пока рано, — воркует Джисон, проводя языком по низу живота и старательно избегая члена. — Потерпи немного. Совсем чуть-чуть.       — Я не...       — Совсем немного, милый, — просит альфа. — Я хочу ещё немного тебя полизать. Хорошо?       Минхо мычит что-то нечленораздельное, находясь на грани исступления.       — Котёнок? — и осторожный поцелуй в тазовую косточку, пока пальцы снова приникают к колечку мышц.       — Я... Сони...       Минхо сбивается из-за осторожных поглаживаний сжимающейся дырочки. Он почти плачет, не вынося ощущение пустоты внутри.       — Совсем немного, — повторяет Джисон и проводит языком по мягкому животу.       Омега прячет лицо в ладонях и кивает.       — Хорошо, — шепчет совсем тихо. — Хорошо, хорошо, я потерплю, — тараторит он.       Джисон селит на губах коварную улыбку, но Минхо её не видит.       — Такой умница, — хвалит альфа, и следующий поцелуй приходится на алую головку члена, с которой течёт не меньше, чем из колечка мышц.       Джисон касается венок на органе, которые пульсируют под губами, и тянется ниже, чтобы втянуть в рот мошонку, одновременно с этим вставляя пальцы в покрасневшую дырочку. Минхо почти взвизгивает, его уши крепко жмутся к голове, а хвост заходится дрожью, как и колени.       Джисон вылизывает его, как самый вкусный леденец, как самое сладкое мороженое в мире, только лучше. Он вынимает пальцы, растирает смазку по кольцу мышц и возвращает их внутрь. Омега трясётся, как осиновый лист, и стонет изрядно охрипшим голосом, словно ещё немного и тот точно сорвётся.       — Сони... Сони, пожалуйста, — всхлипывает он, в умолительном жесте проводя ладонью по голове Джисона. Его пальцы дрожат, путаются в волосах, а на кончиках будто электричество вырабатывается.       У Джисона и самого уже звёзды перед глазами маячат. Такой нуждающийся и разбитый котёнок не может оставить равнодушным. Такой безупречно красивый, с застывшими влажными дорожками на щеках, с приоткрытыми губами.       Джисон клянётся, он счастлив, что не выключил свет несколько раньше. Он бы не простил себе, если бы не смог видеть Минхо таким.       Таким прекрасным.       Альфа словно сжаливается над гибридом. Или над собой? Он вынимает пальцы и привстаёт. Минхо быстро обвивает его талию ногами, прижимая к себе, и Джисону приходится чуть постараться, чтобы опустить пижамные штаны вниз.       Омега тянет к нему руки, хватается за плечи и отчаянно пытается заставить его наклониться. Джисон и не может сопротивляться. Эти цепкие пальцы не дают устоять на месте, и он следует за ними, чтобы припечататься к солоноватым от слёз губам Минхо. Он целует жадно, мокро, страстно. Так, словно съесть собирается. И это тоже растворяет в себе.       Джисон старается сосредоточиться хотя бы на секунду, но член, столь жаждущий внимания, прижимается к бедру омеги, и это дьявольская мука. Хочется быть внутри. В тепле. Он кое-как просовывает руку между собой и так крепко прижимающимся к нему Минхо, чтобы совершить задуманное.       Джисон почти скулит, приставляя головку члена к дырочке и плавно толкаясь. Минхо протяжно стонет ему в губы, так и не отрываясь ни на секунду. Он крутит бёдрами, сжимается, прислоняется только теснее.       Джисон даже немного удивлён. Омега никогда не питал любви к миссионерской позе — больше ему нравится сзади. Однако сейчас так и не скажешь.       Альфа придерживает его ладонью за шею, слабо надавливая подушечкой большого пальца на гортань, и целует-целует-целует. Он двигается осторожно, медленно, но Минхо крепко сжимает его в себе, заменяя ощущение размашистых толчков.       — Так хорошо, Сони, — стонет омега.       Джисон в полной мере чувствует, что ещё немного и кончит от аккуратных покачиваний бёдрами. Он сжимает руку на шее гибрида, заставляя расслабиться, и двигается чуть более резко, грубо. Минхо глотает стоны, задушенно хрипя, и плотно смыкает веки, оставляя губы приоткрытыми.       Джисон тяжело дышит ему в плечо, толкаясь глубоко и часто. Он убирает ладонь, чтобы коснуться изнывающего члена омеги, и ему хватает пары движений руки, чтобы кончить со сладким скулежом.       Джисон продолжает двигаться, доводя до дрожи от стимуляции. Он сжимает талию Минхо до приятной боли, цепляет языком твёрдый сосок, царапает кончиками зубов. Касается испачканными пальцами щеки омеги и проводит по губам, заставляя машинально взять их в рот и стереть белые капельки.       Минхо облизывает пальцы так, словно ребёнок сосёт пустышку, и громко мурлыкает, посылая приятные вибрации. Он неугомонно ёрзает на кровати, не находя себе места, и Джисон видит, как по его ресницам рассыпается влага. Это сводит с ума и доводит до края.       Джисон замирает с немым стоном на губах, который на вдохе ловит Минхо. Он оставляет на лице омеги россыпь крошечных поцелуев, вызывая тёплую улыбку, и прячет лицо в изгибе шеи, пытаясь восстановить дыхание.       Минхо первым приходит в себя и, как только Хан ложится рядом, убегает в душ, скидывая смену постельного на альфу.

🐾🐾🐾

      Джисон с трудом размыкает веки поутру, учитывая, что на сон ушло всего пару часов, но всё-таки поднимается, будит Минхо и даёт ему немного поваляться в тёплой постели, пока сам готовит завтрак.       Омега выходит из комнаты уже полностью одетым и готовым идти на учёбу. Джисон приглашает его за стол, где стынет рисовая запеканка, но Минхо вдруг начинает отнекиваться, убегая в коридор.       — Стой! — почти кричит Хан.       — Сони, я уже опаздываю, я поем в универе, — обещает омега и подходит к нему, чтобы чмокнуть в щёку. — Но спасибо тебе большое за заботу.       — У тебя есть ещё минут сорок. Почему ты опаздываешь? — не понимает Джисон.       — Сегодня нужно прийти пораньше, — уверяет Минхо. — Я пойду, ладно?       Его взгляд бегает, а сам он кажется растерянным. Джисон напрягается, но кивает. Минхо тут же обувается и спешит покинуть квартиру.       Джисон завтракает в одиночестве. Ну как завтракает, скорее, ковыряет еду в тарелке, попивая кофе. Его действительно беспокоит поведение омеги. Однако времени на размышления в самом деле мало. Он обещает себе подумать об этом чуть позже, посему идёт собираться на учёбу. Не зря же весь вечер готовился.

🐾🐾🐾

      Джисон возвращается домой раньше Минхо, у которого вечером занятие в танцевальной секции, и, отзвонившись омеге, чтобы убедиться, что тот в порядке, готовит ужин. Он включает подкаст с айдолами на ноутбуке, чтобы не скучать сильно, занимаясь рутиной, и успевает как раз к возвращению Минхо. Он забывает о том, о чём собирался подумать на досуге, но ровно до того момента, пока гибрид снова не отказывается от еды.       Минхо идёт переодеваться, и Джисон следует за ним. Облокачивается о косяк и смотрит чуть надменно.       — Сони, ты чего? — удивляется омега.       — Я просто не могу понять, что не так? — хмыкает Хан. — Ты решил сесть на диету или что-то типа того?       — Что? Почему?       — Ну потому что ты ничего не ешь, может быть?       — Нет, Сони, я просто по дороге съел пирожок и уже не хочу есть, — щебечет Минхо и нежно улыбается, вынимая тетрадки из сумки. — Ты смотришь так, будто не доверяешь мне.       — Возможно, впервые это действительно так, — серьёзно произносит Джисон.       — Сони...       Минхо подходит к нему, чтобы обнять поперёк талии и прижаться щекой к груди. Джисон касается его в ответ, укладывая одну ладонь между лопатками, а пальцы другой вплетает в волосы, слегка касаясь кончиками ушей. Он целует омегу в макушку и легонько гладит его по спине.       — Я правда не хочу есть, — обещает Минхо. — Но если тебе одиноко ужинать самому, я могу посидеть рядышком, м?       — Да нет, не нужно, — вздыхает Джисон. — Странно это, но хорошо. Я просто рад, что ты не голодный.       Минхо отрывает голову от его плеча и с нежностью смотрит на альфу, получая короткий чмок в нос. Он отстраняется, и Джисон уже собирается уйти. Даже почти прикрывает дверь. И Минхо во лжи сдаёт с потрохами живот, так не вовремя заурчавший. Он сам пугается, уставляясь на альфу виноватым взглядом, и больно закусывает губу.       Джисон так медленно поворачивается, будто он в фильме ужасов, и смотрит немного разочарованно, но не зло.       — Это... Ну... — пытается оправдаться Минхо, но, кажется, мозг не подкидывает вариантов.       Альфа выжидает мгновение, а после понимающе кивает.       — Не спеши, — негромко говорит он. — Подумай. Объяснишь, как придумаешь отмазку.       Джисон оставляет его одного, уходя на кухню. Он не злится и не обижается на него. Было очевидно, что что-то не так. И всё в порядке, если Минхо нужно время, чтобы рассказать о своих переживаниях. Важно было убедиться, что Джисон не сходит с ума и ему не кажется.       Ему не́ кажется. Этого достаточно.       Джисон садится за стол, нажимает на реплей, чтобы продолжить смотреть подкаст, и тянется за палочками. Даже ни о чём не раздумывает. Смотрит на знакомые лица в экране монитора и спокойно ест острую лапшу с курицей.

🐾🐾🐾

      Минхо появляется на кухне, когда Джисон моет за собой тарелку. Он обнимает со спины, укладывая руки на плечи альфы, и молча стоит, крепко прижавшись. Джисон тоже не двигается. Только воду выключает, чтобы зря не лилась. Ждёт.       — Ты злишься на меня? — шёпотом спрашивает Минхо.       — Нет, — спокойно отвечает Джисон и касается ладони омеги кончиками пальцев. — Я волнуюсь о тебе. Хочу, чтобы ты был честным.       Он немного отстраняет руки гибрида от себя, разводя те в стороны, чтобы повернуться и посмотреть в глаза, но Минхо прячет лицо в изгибе его шеи.       — Переживаешь насчёт своего тела? — старается корректно преподнести болезненный вопрос Джисон, хотя ответ и так очевиден.       — Раньше, — чуть помедлив, начинает он, — ещё на первом занятии по танцам, нас взвесили. И после этого каждый месяц тоже. А недавно был ровно год, как я туда хожу, — Минхо говорит тихо, шумно дыша альфе в плечо, и сбивается почти на каждом слове.       Джисон прижимает его к себе теснее и успокаивающе гладит по спине, прислоняясь щекой к макушке гибрида. Он хочет что-то спросить, заполнить тишину звуками, но покорно молчит. Ждёт, когда омега сам скажет. Не торопит.       — И тогда, спустя ровно год преподаватель подводил итоги. Он хвалил тех, кто сумел за это время остаться в той же форме, что и был. И ещё больше сыпал комплименты на тех, кто похудел. И так вышло, что я единственный, кто набрал вес. И много. Почти десять килограммов, — Минхо всхлипывает на последнем предложении.       — Тебя ругали? — старается мягко уточнить Джисон, но в эту секунду он начинает злиться.       — Нет, — шепчет омега. — Просто дали понять, что это очень плохо и...       — Минхо, — альфа строго обращается к нему, заставляя вздрогнуть. Он касается пальцами лица и вынуждает на себя посмотреть.       Глаза Минхо слезятся, губа закушена, он выглядит обиженным котёнком. Джисон очень старается подавить в себе желание высказаться грубо, а желание то распирает изнутри.       Это же так глупо! Минхо выглядел хуже год назад. Может, в плане идиотских стандартов недокрасоты его внешность и была на уровне модельной — да, тех моделей, которых, если сильно захотеть, можно сдвинуть с места, лишь подув в их сторону, — но это что-то нездоровое.       Минхо не ест всё подряд и постоянно. У него нет булимии. Он питается нормально. Не много, не мало. Как надо. Почему кто-то рушит этот устой в его голове?       Джисон не следил за изменениями тела Минхо так внимательно, но точно ловил себя на мысли, что здоровый румянец его пухлых щёчек выглядит очень мило, что чуть видный животик гораздо привлекательнее выпирающих рёбер, что мягкие бёдра трогать в разы приятнее, чем терзать косточки.       Минхо выглядит великолепно. И не потому что Джисон его просто любит и принимает любым, а потому что правда так. Минхо выглядит здоровым и полным сил. Это привлекательно. Всегда. Во всех.       Джисон тяжело вздыхает и старается улыбнуться, чтобы не обходиться действительно резко с тем, кто этого и не заслуживает.       — Скажи, а как ты себя чувствуешь? — сдержанно спрашивает он.       Минхо озадаченно хлопает ресницами, кажется, не понимая, о чём говорит альфа. Очевидно же, что в этот момент он чувствует себя плохо.       — Ч-что?       — Я имею в виду, в целом, — объясняет Джисон. — Тебе комфортно? Заниматься спортом, танцевать или просто пешком идти до университета три километра?       Минхо смотрит вбок, пытаясь осознать. Он держит паузу какое-то время, а затем кивает.       — Да, это комфортно, — неловко соглашается он.       — А год назад?       Минхо снова молчит, обдумывая, а Джисон аккуратно стирает влажные дорожки с его щёк тыльной стороной ладони.       — Я... не помню, — признаётся омега.       — Попробуй вспомнить нашу первую совместную поездку на море, — предлагает Джисон.       — С Феликсом?       — С Феликсом, — кивает альфа.       — А что тогда было? — не понимает Минхо.       — Ну, например, экскурсии. Ты уставал уже через пятнадцать минут ходьбы размеренным шагом. А боулинг помнишь? Тебе было тяжело поднимать даже лёгкие шары.       — Но...       — Конечно, очень влияют физические нагрузки. Ты много времени проводишь в тренажёрке, танцуешь. Ты становишься выносливее и вместе с тем сильнее, но я тебя уверяю, что твоим мышцам неоткуда было бы взяться, если бы ты постоянно голодал и сидел на диетах, — с долей грусти говорит Джисон. — Ты выглядишь прекрасно, котёнок. Ты очень красивый. И ты не должен заботиться о том, что кто-то там хотел бы видеть тебя на десять килограмм худее или пять сантиметров ниже.       Минхо шмыгает носом и кивает несколько раз, соглашаясь. Он тянется к Джисону за коротким поцелуем и снова прижимается мокрым носом к его шее.       — Я понимаю, Джисони, просто так обидно, что всех похвалили, а меня отчитали. Я чувствую себя так, словно я сильно хуже них. Я так чувствовал себя раньше, в том зоопарке, — сбито произносит омега.       Он отстраняется, чтобы вытереть крупные слезинки с лица рукавом худи, и снова прижимается к Джисону.       — Но ты же знаешь, что это не так, правда? — осторожно спрашивает альфа, но Минхо только мычит в ответ. — Ты во многом лучше них, котёнок. Поверь, ещё многие люди постараются тебя ущемить, унизить, убедить в том, что ты хуже, восхваляя свои недодостижения, чтобы выставить себя в более ярком свете. Но они будут только отражением тебя. Я хочу, чтобы ты это понимал.       — Мне так тяжело с этим, — всхлипывает Минхо. — Они же вроде не пытаются мне плохо сделать или навредить. Просто помогают, советуют, как лучше.       — Я понимаю, — обещает Джисон. — Однако нужно принять тот факт, что «Лучше» у каждого своё. И твоё «Лучше» в том, где ты чувствуешь себя хорошо. Так ведь было, верно? Ты не находил в себе изъянов, пока кто-то что-то тебе не сказал, так?       — Я просто не замечал, — парирует Минхо.       — Тебя просто заставили заметить плохое там, где его нет.       Минхо молчит.       Плачет Джисону в футболку и молчит. Жмётся теснее. И Джисон тоже только крепче обнимает за талию.       — Хочешь сменить студию? — спрашивает он, спохватившись.       — М? — Минхо даже отлипает от его плеча, считая, что не расслышал вопрос.       — Я думаю, — Джисон убирает со лба омеги прилипшие прядки волос, — возможно, тебе будет комфортно сменить танцевальную студию? Если хочешь, можем вместе походить и поузнавать.       — Я... Я не знаю, — растерянно произносит гибрид, поджимая ушки. — Я же уже привык там ко всем.       — Разве ты чувствуешь себя хорошо рядом с ними?       — Нет, — качает головой Минхо, судорожно выдыхая, и трёт и без того красные глаза руками.       — Тогда, — Джисон ловит его ладонь и прижимает к своей щеке, — давай просто посмотрим что-то ещё? Не обязательно же сразу уходить, да? Просто посмотрим на условия и танцоров в других студиях, м? — он мягко целует тонкие пальчики омеги.       Минхо кивает болванчиком и искренне улыбается. У Джисона от сердца отлегает.       Как же это всё сложно...       — Есть хочется, — тихо говорит омега.       — Тогда беги умываться, а я пока подогрею ужин, хорошо?       — Хорошо, Сони, — нежно шепчет Минхо и тепло целует в губы. — Спасибо тебе. Ты правда самый лучший.       Джисон не находит, что ответить. У него сердце сжимается сильнее, чем чужие руки вокруг него.       Минхо уходит в ванную, чтобы привести себя в порядок, а Джисон крепко хватается за столешницу, чтобы устоять. Он крепко жмурится, разрешая нескольким слезинкам скатиться вниз по щекам, и судорожно выдыхает через приоткрытый рот.       Как же всё-таки тяжело оставаться сильным, но как же это важно, чтобы вселить уверенность в другого человека.