Щеночек.

Тэхён расслабленно сидел в кресле с внушительной толщины книгой в руках. Видимо, это был сборник большинства произведений какого-то писателя. Тихо перелистывая страницы, он внимательно вчитывался в текст и явно что-то анализировал, периодически отвлекаясь на бокал красного вина. Достаточно приятный, слегка терпкий, напиток, в целом, соответствующий характеру мужчины. Пригубив немного алкоголя и, пройдясь взглядом по очередной странице книги, Ким замер из-за внезапного лязга цепей. По всей видимости звук исходил сбоку. Повернув голову слегка вбок, мужчина вскинул бровь и стал оглядывать своего "питомца", что так покорно сидел на крупном полотне медицинской пелёнки и жалобно скулил. На лице Чонгука красовался намордник, отделанный дорогой чёрной кожей. Из точно такой же был выполнен и увесистый ошейник, закреплённый к стене при помощи крупных звеньев металлической цепи. Немного поодаль от коленок щенка стояла пара мисок: в одну была налита вода, в другой же была смесь, состав которой было сложно описать. Кормом это точно нельзя было назвать. Взгляд нижнего явно был жалобным, даже больше умоляющим, так что проигнорировать его было сложно. — Что такое, милый? Затекла шейка прямо сидеть? — на лице Кима появилась мягкая улыбка. Обманчиво ласковый взгляд прошёлся по обнажённому телу Чона. От напряжения мышцы то и дело, что подрагивали. Тэхён явно наслаждался этой картиной, из-за чего и не торопился подойти к парню. Даже поворот головы в исходное положение занял несколько секунд. Книга уже одиноко лежала на кофейном столике, рядом стоял наполовину полный бокал. Брюнет неторопливо, даже как-то тягуче-медленно, поднялся со своего места и вновь взглянул на своего щенка. Чонгук с мольбой в глазах смотрел на него, на его мягкие и тихие шаги в свою сторону. Наконец оказавшись перед нижним, Тэхён присел на корточки и ласково ладонью погладил нежную щёчку, совсем слегка ущипнув за нее пальцами. То, как щенок зажмурился и поморщил аккуратный носик от лёгкой боли, вызвало явный смех у Кима. Тем не менее, доминант не хотел смущать младшего, посему сдержался. Мужчина вновь оглядел сидящего перед ним парня и занёс руку тому за голову, пристально глядя в глаза. Во взгляде Чонгука читалось беспокойство, но при лёгком массаже затылка тот явно расслабился. Послышался щелчок и натяжение с шеи пропало — Ким отстегнул от ошейника карабин. — Раз так, то давай пойдем с тобой на небольшую прогулку. Как раз будет возможность размять твои лапки. Да, щеночек? — брюнет пару секунд смотрел на младшего в ожидании ответа, после чего поднялся на ноги. Прекрасно ведь знал, что Гук и слова вымолвить не может — намордник с кляпом мешают, — хотя, кого я спрашиваю. Собственные слова вызывали у старшего тихий самодовольный смех. Вновь щелчок за спиной Чонгука — на замену цепи пришла тонкая полоска кожи, представляющая собой поводок. Сделав несколько шагов обратно к своему креслу, Ким достаточно резко дёрнул поводок к себе. Чон сразу распознал в этом приказ ускорить шаг, покорно следуя за мужчиной на четвереньках. Милые и забавные вздохи щенка веселили верхнего, но тот все равно оставался серьёзным. Перемещение заставляло пробку достаточно большого диаметра внутри Гука двигаться, растягивая нежные стенки и надавливая на нужные точки. Для Кима же был видел лишь кончик вздернутого собачьего хвоста, выглядывающий между ягодиц нижнего. Настоящий щеночек. Младший от напряжения во всём теле мог бы клацнуть зубами, но вместо этого лишь крепче вцепился в силиконовый шарик. На лице доминанта была всё та же мягкая улыбка. — Думаю, сегодня ты был достаточно хорошим и послушным мальчиком. Как считаешь, ты заслужил подарок, щеночек? — брюнет вновь опустился в кресло и подтянул питомца к себе ещё ближе за поводок. Когда Гук уже покорно сидел у мужчины в ногах, на щеку младшего привычно легла крупная теплая ладонь. Большой палец ласково, с заботой огладил щёку, — ну конечно заслужил. Так терпеливо и послушно ждал своего хозяина, даже ни разу не гавкнул и не скулил. Такой умничка. Реакция малыша однозначно радовала Тэхёна, и было приятно осознавать, что даже в таких играх партнёр ему полностью доверяет, давая полное согласие на любые действия со стороны доминанта. Прекратив незамысловатые ласки, мужчина достаточно ловко и без труда усадил к себе на колени Чонгука. Младшего всегда это удивляло, ведь он явно превосходил верхнего в комплекции. Сейчас был момент их ментальной близости — обнаженная, тяжело вздымающаяся грудь прижимается к чужой, покрытой тканью идеально выглаженной рубашки. Руки Чона заключили шею хозяина в крепкое кольцо объятий. Пока Тэхён успокаивающе массировал длинными пальцами затылок парня, в голове уже вырисовывался дальнейший план их утех. Пальцы ловко справились с ремнями, что закрепляли на лице младшего намордник. Кляп было решено пока оставить. Руки плавно и как-то правильно сразу легли на подтянутые ягодицы. Гук обожал подобные прикосновения не меньше Тэхёна. Старший таким образом показывал свои собственнические наклонности, а младший с радостью их принимал. Пальцы достаточно крепко сжимали упругие половинки, специально чуть впиваясь в кожу короткими ногтями. Мужчина начал оставлять мягкие поцелуи на щеках и висках Гука. Оторвав одну руку от ягодицы, не забыв оставить на ней звонкий шлепок, Ким поднес большой палец к лицу Чона и провел им по влажной от слюны нижней губе, слегка оттягивая её вниз. На тихий скулёж Тэ отреагировал лёгкой ухмылкой и оставил ещё один поцелуй на скуле. Ранее отнятая от задницы рука возвращается на своё законное место. В этот раз настроения на длинные и сладкие прелюдии особо не было. Тэхён видел, как его мальчик уже изнывает от желания, поэтому хотел как можно скорее доставить ему удовольствие. Губы старшего отказываются уже у пылающего жаром ушка и оставляют поцелуй на мочке, не забывая прикусить её. Руки властно разводят в стороны половинки. Отзывчивый на любые прикосновения Чонгук уже открыто подвывал — длительное воздержание сделало его гиперчувствительным. Постепенно Тэхен спускается мелкими поцелуями от уха к шее. Старшему слишком нравился вид ярко-красных меток на нежной коже, поэтому он не мог отказать себе в удовольствии оставить парочку таких и здесь. — Думаю, мы с тобой прекрасно справимся без дополнительной растяжки, да, милый? — в глаза Чонгука вновь глядят чужие, потемневшие от желания. Пальцы крепко обхватывают силиконовый хвост и вытягивают его из тела младшего, вырывая из его груди отчаянный стон, — что нужно сделать, когда тебе хочется остановиться, но ротик занят? В эту же секунду Ким чувствует, как младший щипает его за руку, — мой хороший мальчик. Как раз, когда кончик пробки уже показался наружу, Тэхён подставил сразу три пальца к дырочке, слегка дразня припухшие края входа. Подобное действие вызвало требовательный стон со стороны младшего, за что тот получает очередной увесистый и крепкий шлепок по заднице. В Гука резко входят пальцы, и парень млеет от ощущения заполненности. Киму не требуется много времени, чтобы нащупать внутри нужный комочек нервов, и попадает точно по нему, от чего нижнего бьёт чуть ли не сладкой судорогой. Пальцы Чона крепко сжимают плечи хозяина, ибо ему кажется, что ещё секунда, и он упадёт. Киму уже самому сложно сдерживаться, из-за чего он несдержанно тихо рычит куда-то в шею младшему. Свободной рукой доминант расстёгивает свои брюки, что были заляпаны в смазке, что капала с колом стоящего члена нижнего. Когда же Тэхён наконец высвободил свое возбуждение из плена ткани боксёр и брюк, он облегчённо выдыхает. — Сегодня я разрешаю тебе кончать, не умоляя меня об этом, малыш, — некогда ласковая улыбка превращается в жадный оскал. Языком Тэ проводит по таким же влажным губам, и, используя это как отвлекающий маневр, на всю длину входит в щеночка. Ким медлит всего пару секунд, внимательно глядя на партнёра на момент дискомфорта или боли. Но, видя то, как Чон блаженно закатывает глаза и заходится громким стоном, сразу срывается на быстрый ритм толчков. Их двоих потряхивает, комнату наполняют хлюпающие звуки и шлепки кожи о кожу. Горячая теснота, обволакивающая член, срывает мужчине крышу. Младший то и дело, что вздрагивает и воет на нём сверху, закидывая назад голову. Хватка на плечах до того крепка, что секунда, и рубашка в его пальцах треснет. Темп ни на секунду не замедлялся, Ким крепко удерживал младшего на себе за бёдра. Задница Чона уже горела от шлепков, на бёдрах видны красные полосы от ногтей старшего. Чонгуку казалось, что стонать громче он уже не может, но в этот же момент уже кричит от статичных толчков прямо в простату. В унисон с криками нижнего звучит и рычание верхнего. Если для нижнего подобное было достаточно долгим действом и длилось будто бы вечность, как тот иногда подмечал после сессий, то для доминанта процесс секса всегда был каким-то скоротечным, но не менее приятным. Сейчас же кульминация настигла их обоих неожиданно быстро. Если Гука уже била крупная дрожь, а его член истекал семенем, пачкая низ своего живота и грудь старшего, то Тэхён всё равно, благодаря собственной выдержке, кончил значительно позже малыша. Они оба обожали ощущение наполнения младшего спермой, поэтому этот момент уже даже не обговаривали. Ким обожает совершать ещё ряд мелких толчков, выдаивая свой член без остатка, пока Чон крепко сжимает его внутри себя. Нижний после оргазма успел обмякнуть в руках доминанта и обессилено растекся всем своим телом на нём лужицей, предпринимая пока только попытки восстановить в край сбитое и тяжёлое дыхание. Тэ в свою очередь крепко прижимает Гука к груди, с особой нежностью оглаживая широкую спину ладонями. Их совсем не заботит, что они оба испачканы, а костюм Кима вовсе придется выбросить. Обивка кресла тоже была заляпана, на ней невооруженным глазом было видно крупное тёмное пятно. Посидев вот так ещё пару минут, старший снимает наконец с парня кляп и ошейник, откидывая его куда-то в сторону. Тэхён аккуратно выходит из расслабленного тела и льнёт в губам любимого в нужном, полном трепета поцелуе. Они целуются так, кажется вечность, не в силах оторваться друг от друга. — Как ты, милый? — к Тэхёну возвращается его обычное выражение лица с толикой беспокойства, и он спешит размять Гуку шею после ошейника. — Это было потрясающе.