Blooming bright stars

      С того момента прошло 16 дней. Я стала мало-помалу раскрываться Акито. Как оказалось, он и вправду парень неплохой, но из-за его флирта по отношению ко мне хочется его лицо приложить об что-нибудь твёрдое, чтобы меньше выделывался. Я скоро с ума сойду от его длинного языка, который явно уже пора укоротить. А он ещё умиляется моей реакции, конченый мазохист, который, видимо, не понимает, что по отношению к противоположному полу не стоит некоторые слова говорить.       Но, кстати, что я заметила, так это что с другими людьми он не флиртует. Хотя многие девушки пали перед его чарами просто от одного взгляда в их сторону, вышел же красивый гад. Но у меня иммунитет, видимо, на него, либо я смущения выказываю возмущением? Вполне возможно.       А так в целом, кроме флирта, с ним о многом можно побеседовать. Даже я помню, у нас один раз разговор о смерти зашёл, при этом мы с такими невозмутимыми лицами всё это обсуждали. Будь в нашей паре нормально мыслящий человек, покрутил вокруг у виска и убежал, чем с такими находится вблизи.       Плюсом у нас с ним вкусы разные: если я обожаю сладкое, но ненавижу до дрожи что-то горькое, он, наоборот, предпочитает горькое заместо сладкого. Но, видимо, с ним я становлюсь садистской, так как один раз, заказав тортик, начала его кормить. Он хоть и морщился, ведь сладость ему была не по душе, но каждый раз, поднося ложку с новой порцией сладости, покорно открывал рот и пережевывал, после, естественно, глотал. Пообещал, когда с тортом было закончено, что отомстит мне, на что я ответила, что и так натерпелась его издевок.       Обычно мы с ним проводим время либо в его квартире, или же находили уединенные места, где нас никто не заметит. Спросите почему? Меры предосторожности, не каждый же день увидишь, как талантливый актер, известный на всю Японию, мило проводит время с айдолом из нового поколения B-komachi.       Каждый раз, когда я собираюсь гулять с Ватабанэ, вспоминается тот сталкер, который преследовал сестру. Из-за чего кровь в венах стынет, а в янтарных светящихся глазах отображается столь непривычная и так же пугающая пустота, от которой можно сойти с ума. Сразу прихожу в себя, я надеваю серую кепку, стараясь под головным убором скрыть волосы, и черные очки, пряча необычного цвета глаза. Ища в шкафу что-нибудь неброское из одежды. Скорее всего, паранойя, но люди глупы — во всё что угодно поверят, то, что им преподнесут папарацци. Так что простая мера предосторожности всегда будет нужна.       Ладно, вернёмся к нынешнему времени, не будем о плохом. Погода сегодня была восхитительная, ясное небо, благодаря чему открывался вид пылающего солнца, при этом одаривая нас своими тёплыми лучами. Во всю цвели деревья момидзи, которые радовали взгляд, будь я, наверное, на прогулке одна, наслаждалась природой. Но сейчас мой взгляд был приклеен к Руби и Минами, и ладно если бы они шли спокойно, но нет, Минами старалась отговорить Хошино младшую не идти на съёмочную площадку искать Акву. Такая бы идея не пришла урагану, если бы наш братец приходил не поздней ночью домой. Нет, я его не упрекаю, работа работой. Главное, пусть не переусердствует, но вот младшая наша этого не понимает или же хочет вновь увидеть съёмочную площадку, как когда-то в детстве.       — Мы сестры Аквы! Наша обязанность — знать, что у него всё в порядке. Прямо вижу, как он может снова оказаться в одиночестве.       — Но… — напал на розововолосую мозговой штурм, я же, положив руку на плечо подруги, дала понять, что бесполезно с ней спорить.       — Кстати, помимо Аквы мы перестали видеть так часто Кану, — подметила я.       — И то правда, Лоли-сэмпай тоже совсем не уделяет нам время, — надулась Руби, мы же с Минами переглянулись и улыбнулись.              Если же у розововолосой была нервная улыбка, то у меня — с долей снисходительности по отношению к сестре. Тут я приметила паренька, который за всем этим балаганом наблюдал. Я же изучающи стала на него смотреть, стараясь вспомнить, почему у него такое знакомое лицо. Но, видимо, не только я одна, но и ураган.       Но после, аллилуйя, память моя решила напомнить, кто это, и я улыбнулась ему.       — А ты же Нарушима Мелт из «Сладкого сегодня», актер по совместительству модель, — скорее утвердила я, чем уточнила.       Парень удивился даже. Я бы его, наверное, не запомнила, если бы не Кана, которая решила подробно рассказать, как проходили её муки ада во время съёмок «Сладкого сегодня».       — А да! А ведь верно, — всё же тоже поняв, кто он, Руби указала на него пальцем, за что получила от меня хороший такой подзатыльник.       — Ты извини уж, Мелт-кун, но моя сестра немного импульсивная и активная.       — А, нет ничего страшного, — видимо, выйдя из транса под названием «удивление», ответил заторможено Мелт.       — Я Сайто Мари, спасибо, что присматриваешь за нашим братом, — как всегда привычный поклон, пока с моего лица всё не спадала дружелюбная улыбка.       — А я Хошино Руби! Тоже за это благодарна, — поклонилась ураган, пока Минами притихла.       От чего я оглянулась на неё проверить, всё ли хорошо, благо что она и вправду в порядке. Просто ей, как всегда, неловко.       — Так вы сёстры Аквы?       — Верно, — утвердительно кивнув, ответила я, пока младшая просто кивнула.       А сам Мелт внимательно стал меня изучать, явно пытаясь найти схожесть между мной и близнецами. Ну и пусть любуется, мне все равно. Видимо, поняв, что долго он на меня пялится, ведь Руби начала сверлить недовольным взглядом и взяла меня за руку.       — Если ищете его, то он уже ушел, — чуть смущённо сказал Мелт, отводя взгляд.       — Что?! — удивлённо воскликнула Руби.       — Репетиции уже закончились. Я остался заниматься один.       — Что ж, ясненько, — задумчиво протянула я.       — Он приходит домой всегда в разное время… Мы думали… Что он здесь зависает допоздна! — объяснила ураганчик.       — Хм. Ну, уходит он вместе с Куракавой.       — С Куракавой, — подала голос Минами.       — Я спрошу у него, — сразу достала телефон блондинка, ища номер Аквы.       — Руби, не будь бестактной. Не спрашивай, — вновь подала голос розововолосая, от чего мы обе заинтересованно перевели на неё взгляд.       — Бестактной? — переспросила Руби.       — Он уходит с прекрасной девушкой… И не приходит домой допоздна… Есть единственный ответ, почему, — неловко проронила последние слова Минами, а я же, осознав, про что она, не сдержалась и засмеялась, предварительно держа Руби за плечи, чтобы не упасть со смеху.        А Руби всё непонимающе хлопала ресницами, переводя взгляд то на меня, то на Минами, пока та старалась объяснить.       — Руби… Минами имеет ввиду совокупление между ними. Или проще говоря половая связь. — уже переставая так смеяться, но я иногда пускала смешинки, предварительно потихоньку приходя в себя.       — Половая связь?! Быть не может, — неверующи сказала Руби. — Но он ведь каждый день занимается! Уже ведь пару дней домой так приходит!       — Значит, он куда энергичнее, чем кажется внешне, — я же со слов Минами вновь засмеялась, что начал живот болеть, и если бы не опора в виде сестры, то я бы уже по полу каталась.       — Он не займётся таким. Я не верю, что брат… Будет заниматься таким со старшеклассницей. А если не так… Ни капли уважения к нему не останется, — дала четкий ответ Руби, я же задала вопрос, который ворвался в поток мыслей на полных скоростях.       — А если я таким буду заниматься, то тоже уважение ко мне не останется? — задорно спросила я, а на лице Руби так и застыл шок.       — Что?! Нет, конечно, сестрёнку, значит, соблазнил тот, кому не поздороваться, когда я узнаю! — начала возмущаться Руби, я же пустила смешок и обняла.       — Я просто спросила, успокойся.

***

      Вот и долгожданный день постановки, народу собралось и вправду много. Заняв свои места, я стала просто дожидаться начала, параллельно слушая рядом сидящих Мияко и Руби.       — Здесь столько впечатляющих людей, — восхищенно сказала блондинка.       — Сидения в конце залов чаще всего резервируется под випов, — с довольной улыбкой на лице на Мияко.       — Отсюда легче наблюдать за реакцией зрителей, — подала голос я, когда поймала непонимающий взгляд Руби.       — Слушайте, а быть вип-персоной отрадно! — сделала свой вердикт Руби, я же на её заявление только хмыкнула.       Решив осмотреть зал, переставая слушать разговор, вон чуть спереди сидит режессер, а точнее: Тайси Готанда. Чуть дальше сидят ребята с «Любви со звездой» вместе с Мем-чо, поймав мой взгляд, Мем улыбнулась и помахала мне, от чего улыбка на лице сама нарисовалась, и в ответ ей прилетел такой же жест.       И вот поднялся занавес, эффекты помогали словно попасть в «Токийский клинок». Так, словно ты наблюдатель, который всё чувствует, если же ты читаешь мангу с плохой фантазией, не ощутишь должного эффекта. Но тут плохая фантазия или нет, всё равно принимаешь роль попавшего в мир клинка.       Первый акт начинается с того, что: Когда протагонист находит меч.       На Дальнем Востоке собраны великие «клинки клятвы». Они даруют носителям различные способности. Любой, кого признает «клинок клятвы» как достойного, будет обладать достаточной мощью для захвата целой страны. Эта способность называется «кража страны». После, узнав о силе клинка, герой решается стать королем Японии.       Это основная концепция «Токийского клинка». Иногда проигравшие в бою умирают, но чаще их берут в подчинение. Группа клинков выигрывала битву одну за другой. Громя соперников и заводя новых друзей. Но не они единственные создали команду и начали работать вместе. Команда протагонистов из Синдзюку – фракция Синдзюку. Выступила против фракции Сибуя во втором акте.       И тогда началась битва между этими двумя, а конкретнее между: Нарушима Мелт и Камошида Сакуя.       Наверняка многие думали, кто смотрел «Сладкое сегодня» в этом зале, что он тут зря. Но Кабураги знает, кого преподносить, он хороший стратег. Значит, Мелт изменился, он сможет всех удивить, я в этом уверена. Неспроста под конец он удивил всех в зале, а на моем лице растянулась улыбка. Я даже предполагаю, кто давал советы Мелту. Эх, горжусь, как за сына.       В целом все тут были круты, вот они, люди, которые любят свое дело. А радует, что Кана тоже этим наслаждается, по сверкающим глазам видно, грустно это признавать, но рано или поздно Арима уйдет от нас обратно полностью в актерство. Но мы не будем ей препятствовать, ведь мы её друзья, которые поддержат любое её решение.       Но в пятом акте, где происходит сражение, точно между Каной и Аканэ был дух настоящего «сражения» только в актерстве. В один миг это «сражение» прекратилось, даже не успев начаться, взгляд Аримы стал более пустой? Почему она не возьмёт должное внимание себе, почему уступает внимание актерской игре Курокавы? Ну же, Кана, ты не должна отказываться, если ты выложишься на полную, от тебя никто не откажется. Пожалуйста, засияй, как тогда на дебюте или в детстве. Не отказывайся. За мыслительными молитвами по отношению к подруге пятый акт перетек в шестой.       Видимо, мои молитвы были услышаны, ведь началась импровизация, когда Кану оттолкнули к Акве. Тем самым привлекая внимание к их паре, губы сами растянулись в мягкой улыбке. Ха, с моим «братцем» она и вправду может быть собой.       Так перетек к последней и менее важной сцены, Саяхиме умирает, очень эмоциональный момент, заставляя зрителя чувствовать печаль в этот момент. Если Аква не сможет передать нужные эмоции Тоуки. Но… Аква справился! Наблюдая за его игрой сердце билось, а щеки почему-то горели. Почему такая реакция? Восхищение с гордостью за старшего или это что-то более глубокое? Нет. Это явно что-то другое. Так под бурные аплодисменты и закрылся занавес сцены, я же встав со своего места, предварительно кинув:       — Я сейчас приду, надо причёску подправить.       Пока меня проводил нечитаемый взгляд Мияко и непонимающий Руби.       Дорога до уборной казалась вечной, шаг-шаг и поворот. Я буквально влетела в помещение, становясь напротив зеркала, панически рассматривая лицо. Щеки были красные, точно при температуре, в янтарных глазах была видна паника с долей страха. Явно издеваясь надо мной, подсознание начало подкидывать воспоминание с Хошино старшим, простые прикосновения рук, объятия, наше время, проведенное вместе. От этого всего сердце стало стучать под ребрами сильнее, будь его воля, выбралась из несчастной «решетки» скорее как заложник. Покрутив кран, переключая на холодную воду, я стала умываться, стараясь прийти в себя.       — Так, Мари, успокойся — это пятиминутное восхищение «братом». Да нечего более, просто люблю своего «брата», — на последних словах мой голос дрогнул, а сердце защемило.       Пока глубоко в подсознание такие издевательские слова тянулись:       Это всего лишь ложные надежды, теперь ты от этого чувства не сбежишь.