Blooming bright stars

      Жизнь вновь пошла уже в привычном русле, радовало наверное то, что сейчас каникулы и о уроках не стоит задумываться. Ситуация с Момотару буквально за две недели исправилась, но какое садисткое удовольствие испытывала, когда их компанию закрыли, многие фанаты Момо до сих пор их засирают. Возможно мы не правильно поступаем, ведь эта ошибка пару человек, но жизнь по-своему несправедливая штука. Какой раз я убеждаюсь не только за свою первую, но и вторую жизнь.       Съемки шли довольно спокойно, больше никаких я выкратусов не делала, идя строго по сценарию, но точно передавая Ай по крайней мере рассчитывала на это. Аква как и другие не отставали, Момотару как только выписался тут же отправился на съёмочную площадку, и меня даже стало радовать, что у блондина с иневолосым роли, при которых они играют друзей. Их взаимоотношения стали намного спокойнее, конечно, без едких подколов в сторону друг друга им не обойтись, но сейчас Канеко не сильно агрессивно был настроен по отношению к Хошино старшему.       Но меня стал напрягать единственный факт, Аква вновь стал каким-то отстранённым напоминая меня чем-то. Казалось бы нужно радоваться, вы с любимым человеком похожи, но нет места здесь радости, на съемках он себя слишком изнурял, в свободное время находился будто где-то далеко, под его глазами залегли еле заметные синяки, но если по долгу разглядывать его лико, то вполне себе возможно заметить. Меня напрягало это очень сильно, хотелось вновь увидеть спокойного Акву, чтобы тот отдыхал и все же выдержав в один из дней, пока тот сидел за столом на кухне, пролистывая что-то на ноутбуке и так удачно сложилось, что дома никого не было, я бесцеремонно и без всякого смущения уселась к нему на колени от чего тот явно опешил, но уже через несколько минут закрыл ноутбук и просто обвив мою талию руками, залезая под кофту своими ладонями, очерчивая мне непонятные узоры и уткнулся в районе шеи, опаляя кожу теплым равномерным дыханием. Я же обвила его шею руками и потянувшись одной из рук к затылку стала массировать его чуть задевая кожу короткими ногтями. Его скованность и нерешительность никуда не делись, он до сих пор будто боялся чего-то, но под моим напором привык к моему поведению, которое отличалось очень сильно и вполне себе комфортно стал чувствовать. Встречаться мы не начали, мы не признавались друг другу в любви (до сих пор не помнит, что технически во время лихорадки призналась ему), не целовались, просто позволяли наслаждаться компанией друг друга.       –Может расскажешь, что с тобой, ты в последние время слишком напряжённый,–Хошино старший ничего не ответил, лишь оставил мокрый поцелуй на шее, от чего табун мурашек прошёлся по всему телу, не хуже чем ток.–Неужели это из-за роли?       На несколько секунд он перестал очерчивать узоры на коже, но после о чем-то подумав отстранился чтобы видеть мое лицо, аквамариновые глаза пристально изучали меня, будто впервые видя. Но после тяжело вздохнув он прикрыл глаза, будто стараясь перебрать беспорядок мыслей и благодаря им создать предложение:       –Понимаешь... Я стал задумываться, может, я слишком похож на Камики.–фамилию он выплюнул брезгливо, после чего открыл глаза и хоть его лицо оставалось так же бесстрастно расслабленным, я почувствовала как его переполняют эмоция. Сомнения и нежелание принимать того, что они и вправду похожи.–Я с огромными усилием гляжу на себя в зеркало и видя перед собой лицо этого человека, хочется разбить это самое зеркало. Слишком все сложно...–последние слова он прошептал будто сам не веря своим словам или боясь, что кто-то его минутную слабость увидит.       Я же нахмурилась и чуть поерзав на коленях блондина, стала изучающие разглядывать хмуря брови и закусываю губу. После нескольких минут таких переглядок, я взяла его лицо в руки сжимая не сильно, даже бережно:       –А я считаю, что ты больше похож на Ай,–от этих слов старший опешил, но продолжил меня слушать, не возражая, что я его буквально тискаю.–Безусловно, как ни крути, Камики ваш отец, это только могила исправит и то не факт. Но вы разные, ты теплый, к тебе хочется тянуться, утопая в твоих глазах. Хикару же даже и если похож на тебя—полная твоя противоположность, смотря на него ты чувствуешь дискомфорт и желание либо его ударить и побыстрее сбежать или просто себя убить, чтобы он с тобой ничего такого не сделал.–с каждым словом брови Хошино старшего опускались к переносице, а тот будто перестал находиться тут. После я чуть подалась вперед, теперь оглаживая щеку блондина, от чего тот вздрогнул и шумно взглотнул от непозволительной близости наших губ.–Пойми, ты не он. Как и я не Ай, хоть вы все и похожи, но и одновременно разные. Например, я точно знаю, что к тебе чувствую.       –И что-же?–в губы спросил Хошино старший, обдавая их горячим дыханием и мне даже показалось, что его сердце стало биться чаще.       –Я тебя люблю.–и я подалась вперед, вовлекая блондина в поцелуй, тот чуть затормозил, но все же ответил чуть сильнее сжимая руки на талии.       И наблюдавшая «Цукиеми», которая наблюдала (с помощью одной из ворон) за всем этим лишь лукаво улыбнулась, радуясь, что эти наглые детишки останутся все такими же чистыми и невинными, какими она их запомнила при первых жизнях. Все же они друг для друга личный сорт успокоительного.

*****

      «Цукиеми» было неинтересны особо люди, по её мнению они глупые создания, которыми только и двигают смертные грехи, хоть те и строят из себя святош при всех. Но лишь три человека смогли изменить её мнение: Сарина, Горо и Норико. И если вы, дорогие читатели, знаете как Горо и Сарина заслужили от столь могучего божества такой дар, как перерождение, то давайте, я поведаю вам о Норико.       Сато Норико была подростком лет четырнадцати, когда впервые встретила ворону, она тогда заступилась за ту, ведь бедную птицу поймали мальчишки со двора. Еле как отвоевав бедную пташку, брюнетка стала внимательно рассматривать ворону у себя в руках, которая то и дело, что пыталась вырваться.       –Ты меня боишься?–неловко поинтересовалась у птицы, но та лишь продолжила свои действия пока не услышала.–Не стоит бояться, я не причиню вреда, я не как те мальчишки.–на последнем сераглазка скривилась будто съела что-то кислое.       Тогда «Цукиеми» продолжила наблюдать за этим странным по её мнению ребенку. Сато не была активной, вела отшельнический образ жизни, дети её не принимали и гнобили, но та молчала и лгала маме, что колготки порваны из-за того что та упала, и то что случайно упала, оттуда и новые синяки. Сидя один раз на подоконнике, ворону поймали с поличным. Но вместо того чтобы дальше игнорировать её, девчушка вышла из комнаты на несколько минут, после вернулась прихватит ей хлеба промолвив:       –Ты, наверное, голодная.–птица с подозрением покосилась на еду, но все же приняла клевать и поняв, что в этом нет никакой подставы, продолжила с удовольствием уминать хлеб.–Знаешь, многие почему-то не любят ворон, но мне кажется, что люди кругом дураки, раз только из-за вашего оперения и голоса окрестили вестниками смерти. Люди вообще не понимают никого кроме себя и...       С тех пор ворона часто прилетала к сереглазке, она видела её в слезах, видела в гневе, видела пристыженной, но на её лице никогда не мелькала хоть тень улыбки. И «Цукиеми» она считала другом.       Так и не заметив ворона привязалась к девчонке. Обе считали друг друга подругами.