Любовь Дазая Осаму

      Он устал...       День сегодня был нервный, хотя ему не привыкать. Раньше с Дазаем он намного больше нервничал, чем сейчас.       Когда же тот ушел из мафии, Чуя вдохнул свободно, но потом через время кое-что понял – без ссор и перепалок с Осаму было скучно.       Рыжий настолько к ним привык, что всегда неосознанно ждал, когда из-за спины появится высокий парень в бинтах и начнет привычно с насмешкой комментировать его рост и любимую шляпу. И когда он это осознал, злился и на себя, и на суицидальную скумбрию. Размышления Накахары прервал стук в дверь.       — Иду-у! — пришлось подняться чтобы открыть дверь гостю.       На пороге стоял высокий темноволосый парень, с опущенными в карманы, руками.       От этой привычной позы, рыжий шляпник словил дежавю.       Чуя молча махнул ему рукой в гостиную, а сам направился на кухню, за алкоголем.       Заглянув в холодильник, Накахара прикоснулся своей силой к трём бутылкам любимого вина, они поднялись в воздух и повисли рядом с головой.       В шкафчике наверху взял два бокала и вернулся к гостю.       Дазай сидел на диване и рассматривал убранство рыжего шляпника.       Чуя быстро поставив на небольшой столик бокалы, разлил по ним вино и протянул один Дазаю.       — Ну и зачем ты меня позвал? — начал суицидальная скумбрия. — Не думаю, что тебе просто было не с кем выпить... — Дазай наблюдал за тем, как быстро Накахара пьёт вино.       — Дазай, — начал парень. — Ты не хочешь вернуться в Портовую мафию? — скрыть своё удивление детективу не удалось, Чуя же с легким румянцем от алкоголя наблюдал за реакцией своего бывшего напарника.       Наступила небольшая тишина. Темноволосый парень задумался и неожиданно усмехнулся:       — Тебе это Мори приказал?       Бывшему мафиози было не сложно об этом догадаться, ведь рыжая вешалка для шляп, наверное, был рад его уходу, больше кого-либо. С чего же ему звать его обратно?       Хозяин квартиры цыкнул:       — Всё то ты знаешь, Дазай. Даже сейчас, после своего ухода, умудряешься мне досаждать, — Чуя не смотрел больше на гостя, а аккуратно крутил в руке бокал с вином. — Да, это босс приказал. Вот только я понятия не имею как это сделать! — он раздраженно взмахнул свободной рукой.       — Что он ещё сказал? — голос Дазая мгновенно стал серьезным и на несколько тонов похолодел.       — Он сказал, что у меня есть неделя, чтобы уговорить тебя вернуться в мафию. А если не справлюсь... — рыжий с досадой склонил голову вниз и продолжил. — посчитает это за измену. А зная тебя, я уверен, что ты туда не вернёшься... — настроение у Чуи стало ещё паршивее, он налил полный бокал вина и в три глотка его выпил. — По крайней мере сейчас. Я не знаю, что мне делать...       Накахара не видел смысла врать Осаму, даже не скрывал свои эмоции.       Дазай, наблюдав за спектром эмоции своего бывшего напарника, взял со стола бокал и чуть больше половины выпил.       Чуя резко повернулся и взглянул на шатена в ожидании ответа.       Бывший мафиози со стуком поставил бокал на стол и задумчиво начал:       — Думаю, сейчас ты не сможешь ответить на моё предложение, но всё же спрошу, — Осаму взглянул в голубые глаза Накахары. — Хочешь вступить в детективное агентство? Я тебе помогу, да и там мафия тебе ничего не сделает...       — Что?! — в шоке уставились на суицидальную скумбрию и через пару секунд взорвалась бомба из эмоции рыжего шляпника. — Ты сейчас серьзно?! Ты правда считаешь, что я смогу предать мафию?! Я не ты, Дазай! Я не могу всё так бросить, чтобы столько лет ушли... — Чуя с раздражением, обидой и непониманием смотрел в карии глаза, параллельно жестикулируя в порыве эмоций. —... в пустую! Я так не могу!       Суицидник спокойно смотрел на парня, немного подождал пока тот успокоится и начал:       — Я не заставляю тебя соглашаться сейчас, просто подумай, — взяв бокал с недопитым вином и хитро улыбнувшись, предложил. — Давай выпьем, как в старые добрые времена? Я то в отличии от тебя, трезвый как стеклышко...       — У твоей наглости нет границ, ты это знал? — возмутились. — Ладно, давай выпьем.       Между ними завязался очень долгий разговор. О прошлом, о нынешнем, о самых сложных миссиях. Они никак не могли замолкнуть, а если и замолкали, то через секунду следовало восклицание кого-то, кто вспомнил что-то новое, чтобы поделиться этим.       Когда прошло чуть больше двух часов, три бутылки, что принес Чуя были выпиты. Накахара мельком посмотрел на время. Было уже поздно и глубоко за полночь.       — Эй, Скумбрия! — пьяно позвал детектива рыжий. — Не пора ли тебе домой?       Дазай сконцентрировал взгляд на Накахаре и ответил:       — Не думаю, что... — икнул. — я в состоянии... — и хихикнул.       — Пре... — у хозяина квартиры уже заплетался язык. — Предлагаешь остаться у меня? — мафиози был очень пьян, но думал при этом, как трезвый.       — Ты ч-чертовси прав, — икнул.— Чиби... — Дазай был в таком же состояние, что и Накахара, даже немного хуже: он шатался, икал, у него заплетался язык.       Злые голубые глаза впились в лицо детектива.       — Если еще раз... — икнул рыжий шляпник. — назовешь меня так, будешь спать на коврике в прихожей! — и пальцем указал в коридор.       — Ладно-ладно, — Осаму поднял руки, жестом намекая, что он сдается, а потом с наглой ухмылкой сказал. — Чиби.       — Вот ведь...— Чуя от злости сжал кулаки. — Впечатал бы тебя в стену, да только я не в настроении драться, — повернулся спиной к шатену и направился в другую комнату. — Я спать! — махнул рукой и скрылся за дверью.       Дазай хотел было пойти за ним, но тот вернулся обратно с подушкой и пледом, кинув их в лицо Осаму.       Рыжий мафиози сделал пару шагов в спальню, но его остановил голос гостя:       — Чиби, неужели ты бросишь меня на диване? — и состроил такое лицо, как будто у него отобрали игрушку или съели вкусняшку.       — Скажи «спасибо», что не выгнал, — недовольно произнес Чуя.       — Ладно-о... — растянул слово и пожелал. — Спокойной ночи, Чибик!       — И тебе того же, Скумбрия, — махнув рукой, спрятался в комнате.       А Дазай так и остался стоять возле дивана, держа в руках подушку с пледом.