Лекарство от Ликантропии

      После того как мы с Сераной прилетели к Поляне Предков, Дюрневир приземлился возле пещеры. Я спрыгнул с дракона и протянул руку Серане, чтобы она спустилась, но девушка и сама отлично справилась — отряхнулась. Я с воодушевлением спросил: — Ну что, понравилось летать? — На моём лице играла улыбка. Серана закатила глаза и ответила недовольным тоном: — Не понравилось. — Она скрестила руки на груди и отвернулась, глядя на вход в пещеру. Спокойным голосом я отчеканил: — А мне показалось, что тебе понравилось. — Девушка ничего не ответила, но по её телодвижению можно было понять: ей всё‑таки понравилось, просто гордость не позволяла это признать. — Забудь об этом и пошли уже, у нас есть дела, — Сказала Серана, указав на вход в пещеру, и пошла вперёд, не дожидаясь меня. Увидев, что девушка уже вошла в пещеру, я тихо спросил: — Обиделась, что ли? — Через пару шагов я тоже переступил порог. Внутри меня обдал прохладный воздух голых стен. Достав факел, я двинулся по тёмным тоннелям. Сераны нигде не было видно. «Куда она делась?» — пронеслось у меня в мыслях. Повернув за угол, я упёрся в спину девушки. — Что там? Ты чего остановилась? — спросил я, вставая рядом. Я замер, поражённый красотой, которая предстала перед нами. В центре уединённой пещеры, словно вырванной из древних легенд, раскинулась волшебная поляна, залитая мягким светом, пробивающимся сквозь расселины в скалах. В самом сердце этого уголка — изящное дерево с нежными розовыми цветами, напоминающее сакуру. Его ветви раскинулись вширь, будто обнимали пространство, а корни уютно устроились в небольшом круглом водоёме с кристально чистой водой, окаймлённом гладкими камнями. — Ты когда‑нибудь видел что‑то настолько красивое? — Жёлтые глаза девушки округлились от столь завораживающей сцены. Заворожённо я ответил: — Я видел красивые места, но не до такой степени. Вампирша, неожиданно для меня, легонько толкнула меня в плечо и весело крикнула, убегая вниз по ступенькам: — Догоняй! — Эй! Осторожней на ступеньках! — крикнул я ей вслед. Увидев, как девушка убегает, я почувствовал невыносимое желание догнать и схватить… свою добычу. «Так, стоп», — я несильно ударил себя по щекам, отгоняя странные мысли. «Успокойся». Но пока я пребывал в раздумьях, девушка уже успела добраться до дерева и теперь кончиками пальцев нежно касалась листьев сакуры. Она улыбнулась, поворачиваясь ко мне всем телом: — Долго же ты, а вроде оборотень… Как же тут красиво! — вновь повторила девушка, осматривая всё вокруг. — Как же много прекрасного есть в мире, а люди это пропускают. — Просто не все путешественники, как мы с тобой, — Ответил я, оглядываясь. Подойдя к каменной скульптуре, в которой находился стальной серп, я добавил: — Так, Дексион Ивик сказал, что этим серпом нужно собрать немного коры. Её запах должен привлечь бабочек. Проверим. С помощью серпа я отскрёб немного коры с дерева и прошёлся по поляне. — Я ничего не чувствую. — Я вижу, как вокруг тебя собираются мотыльки, — заметила девушка. — Но, думаю, этого ещё мало, чтобы защитить твоё зрение. Собери ещё немного. Я промолчал и продолжил ходить по поляне возле деревьев. Мотыльков вокруг меня становилось всё больше и больше. — Вроде готово, — Сказал я, подойдя к небольшому водоёму и достав свиток. — Волнуешься? Не беспокойся, я рядом, — Подбодрила меня Серана. Почувствовав поддержку, я раскрыл свиток. И тут моему взору предстала карта из лабиринтов и названий. От силы свитка сознание будто улетело в другое измерение, а тело начало падать вниз, к земле. Но Серана успела подхватить меня и усадить на землю, облокотив спиной к дереву. Спустя минуту, когда я пришёл в себя, девушка произнесла: — Ты в порядке? На тебе лица не было — тебя будто унесло куда‑то далеко отсюда. — Мне тоже так показалось, — Ответил я, поднимаясь и отряхиваясь от грязной земли. — Я знаю, куда нам нужно идти… Вечерняя пещера. Там находится лук Ауриэля. — Ты точно уверен, что лук находится в Вечерней пещере? — Уверен. Свитки показали мне видение. — Тогда выдвигаемся в путь. Нужно как можно скорее остановить моего отца, пока он не понял, что для исполнения пророчества нужны лук и моя кровь. — Я кивнул в ответ на её слова, и мы направились к выходу из пещеры. Но вдруг я почувствовал чужой запах. — Осторожно, здесь вампиры! Только я произнёс эту фразу, в нашу сторону тут же полетели три ледяных шипа. Я схватил спутницу за талию и отпрыгнул в сторону. — Это прихвостни моего отца. Но как они узнали, что мы здесь? — Не знаю, но они явно тут не для того, чтобы напоить нас травяным чаем, — Ответил я, вытаскивая из ножен эбонитовый меч.       Вместе с Сераной мы кинулись в бой. Из теней вынырнули вампиры: их глаза светились алым, а клыки блестели в лунном свете. Около десятка существ окружили нас, их движения были плавными, почти танцевальными. Воздух наполнился запахом крови и магии.       Финальная схватка развернулась у древнего алтаря в центре поляны. Последний вампир — явно более сильный, чем остальные — бросился на меня с яростью безумца. Его когти сверкали в лунном свете, а движения казались почти неуловимыми. Но я парировал удар, использовал Крик «Бесплотность» и, воспользовавшись моментом, пронзил вампира мечом.       Серана завершила битву, обрушив на останки врага поток ледяного пламени. Закончив бой, мы облегчённо выдохнули и покинули пещеру. — Сразу предупрежу: на драконе я больше не полечу. Хватит с меня этих каруселей! — Не нужно. Мы рядом с Фолкритом. Ярл даст мне деньги в награду за убийство бандитов — я куплю лошадь, и мы поскачем. Только давай сделаем небольшую паузу и отдохнём в таверне. Я устал после всех этих битв. — Хорошо, но не слишком долго. Сам видел: похоже, отец уже понял, что я предала его. Я кивнул. Через несколько часов мы добрались до Фолкрита. На подходе к таверне у входа стояла женщина. С намёком в голосе она произнесла: — Шоровы кости, симпатичный мужчина в Фолкрите — Я с лёгкой улыбкой прошёл мимо неё, а Серана — с подозрительным взглядом. — Кто это была? — Вдруг спросила меня вампирша, когда мы оказались внутри. Я заметил, как её жёлтые глаза на миг стали янтарно‑красными, но через секунду снова жёлтыми. — Я не знаю, в первый раз её вижу, — Честно ответил я, особо не обращая внимание на тон её голоса. По взгляду Сераны было ясно: она мне определённо не поверила. Когда мы сняли комнату и закрыли дверь, я снял броню и, оставшись в лёгкой одежде, лёг на кровать. Но вдруг Серана подошла ко мне и неожиданно легла рядом. — Эй, ты чего? — Выдохнул я. — Успокойся. Просто здесь только одна кровать — ты же не хочешь, чтобы я спала на полу?       Я почувствовал, как к лицу приливает румянец — особенно когда ладонь вампирши легла мне на грудь. Серана, конечно, не собиралась спать. Были две причины её поступка: во‑первых, ей хотелось снова ощутить тепло человеческого тела; во‑вторых, ей категорически не понравилась та женщина у входа.       Теперь мне стало ещё труднее. Из‑за ликантропии я и так не мог нормально отдохнуть, а присутствие рядом симпатичной девушки лишь усиливало внутреннее напряжение. Серана лежала, чуть повернувшись ко мне. В её жёлтых глазах, теперь спокойных и почти золотистых, мерцали отблески теней от ставен. Она не смотрела на меня прямо, но я чувствовал: она замечает каждую мою реакцию — каждый нервный вздох, каждое непроизвольное движение мышц.       Почувствовав тонкий аромат — сладкую сирень, переплетённую с прохладой лаванды, — во мне снова пробудились инстинкты охотника. Удержать их в этот раз оказалось гораздо сложнее, чем на поляне. В одно мгновение я приподнялся и склонился над вампиршей, вздохнул приятный аромат её тела. От этого движения она лишь пискнула и удивлённо посмотрела на меня. Комната тонула в полумраке, лишь свечка на столе робко разгоняла тьму, бросая дрожащие блики на лицо Сераны. Она посмотрела на меня полуоткрытыми глазами, её губы были слегка приоткрыты, со вздохом, прошептала: — Э‑Элай...?       Я небрежно скользнул языком по её шее — и тут же укусил. Вкус ошеломил: он был слаще мёда, насыщеннее сочного мяса. Во мне вспыхнуло неудержимое желание — захотелось ещё.       Серана глухо застонала, вздрогнула и в порыве внезапного изумления резко сбросила меня с кровати. Оказавшись на полу, я словно очнулся от наваждения. Пелена перед глазами рассеялась, дыхание медленно выровнялось.       Подняв взгляд, я увидел её: она сидела на краю постели, прикрывая руками вздымающуюся грудь. На шее алел едва заметный влажный след от моих зубов. А в её расширенных зрачках всё ещё трепетали отголоски изумления — и что‑то ещё, невысказанное, таящееся в самой глубине взгляда. — Прости… Я не знаю, что на меня нашло, — Прошептал я, чувствуя, как жар стыда заливает лицо. Не дожидаясь ответа, я вскочил и бросился к двери, рванул её на себя и выбежал в ночную тьму. — Постой! — Она протянула руку, будто пытаясь ухватить ускользающую нить между нами, но затем медленно опустила её. Пальцы сжались в кулак, сжимая край одеяла, что ещё хранило тепло нашего совместного лежания.