Люди и поезда

❄️❄️❄️

Смотреть на часы не хотелось, дабы в очередной раз не разочаровываться в погоде и умелости местных профессионалов логистики. Время позднее – итак понятно, безо всяких там циферблатов. Перспектива праздновать Новый Год на темной нелюдимой платформе не радовала, но кто ж виноват, что сначала забитый пробками предпраздничный город стал виновником опоздания на дневной поезд, а потом и кассирша напрочь отказалась давать билет в сколь угодно удобное время. — Извините, но не положено. Я могу поменять билет только на поезд того же маршрута, даже если путь следования не до конечной. Радуйтесь вообще, что вам не завтрашним поездом ехать придется, как этим несчастным. – тучная женщина тяжело вздохнула и напоследок махнув рукой в сторону поникшей молодой пары – той самой, что "завтрашним поездом ехать придется" – ушла восвояси что-то недовольно нашёптывая себе под нос. Морозный ветер забирается своими ледяными пальцами под одежду пуская по телу противные мурашки, и заставляя натянуть клетчатый шарф почти до лба. Была надежда хоть впритык успеть к празднеству в гостях у друзей, но снегопад заставил железнодорожников усиленно расчищать снег и так же усиленно переносить поезда. За последние пять часов мимо одиноко стоящего вокзала небольшого провинциального городка проехало от силы три поезда, и те грузовые. Куда же делись все пассажирские – вместе с хиленькими электричками – поезда было загадкой. Направление не самое популярное, и без того видало не больше трех десятков составов в сутки, но подобные обстоятельства были сродни феноменальной наглости, и обиднее всего осознавать что ты в эпицентре этого атракциона невиданной подлости вселенной. Закрывать глаза на подобное было бы преступлением, но и с широко распахнутыми очами менялось мало. Идея праздновать наступление нового года в другом городе была рискованной с самого её начала, но Зоя попыталась поверить в неё. Друзья обещали организовать всё по высшему разряду, вместе со встречей на вокзале, салатами на уютной кухоньке и громкой тусой на площади до утра. Экскурсия по мирно спящему городку на следующий день, и поезд обратно вечером второго января. Чем вам не сказка? Казалось бы, придумать ситуацию лучше не возможно, и девушка была согласна с этим до утра тридцать первого. Одно радовало – мама всегда говорила, что как новый год встретишь так его и проведешь, а путешествовать Зоя любила. На телефоне звякают штуки три уведомления, потом еще несколько в разных месенджерах, а значит до нового года не больше часа. На дворе почти полночь, она стоит с подарочным пакетом в руках на пустой железнодорожной платформе и ждет когда-же приедет поезд. Охранник вокзала предлагал зайти внутрь, но девушка отказалась, продолжая наивно верить, что сказанные по громкоговорителю "Поезд номер 1222 прибудет через тридцать минут. Посадка осуществляется с первой платформы просьба заранее приготовить билеты" слова исполнятся хоть бы и на третий раз. В какой-то момент стоять становиться невыносимо и плюнув на всё Зоя разворачивается в сторону одноэтажного здания бежевого вокзала. Изнутри помещение выкрашено совсем блеклой краской, похожей на внешнюю облицовку разве косвенно. Несколько рядов сидений, три кассы, камеры хранения и дверь в совсем уж несчастный туалет. Обстановка печальная одним словом. Народу тоже немного, мало кто осмелиться ехать куда-то тридцать первого числа да и по такой погоде. У батареи приникла пара, поезд которой в лучшем случае будет завтра в обед, а на скрипящих от старости деревянных сидениях разместились бомжеватого вида мужичок, молодая, даже юная блондинка, дремающая на плече у своего парня и две работницы вокзала недовольно оглядывающие всех остальных. Если мне доведется праздновать новый год в таком коллективе то я загадаю больше никогда не водиться с поездами. Сняв перчатки девушка разблокировала телефон читая сообщения друзей. Те обещали таки забрать её с вокзала, не взирая на весь абсурд ситуации. Приятно. Ответив на поздравления и написав сестре Зоя присела на крайнее сидение откидывая голову и блаженно прикрывая глаза. Как бы там ни было, она сама решила провести этот не празник не дома, а потому дергаться было поздно. Когда отогревшаяся с мороза, она начала клевать носом, входная дверь распахнулась и в вокзал вбежал парень. На вид ему от двадцати до стабильных тридцати пяти, шапка укрыта снегом, темно-синяя куртка мокрая будто насквозь, а нос красный настолько, что видно даже с такого расстояния. — Уважаемые товарищи, с наступающим вас! Извиняюсь, что отвлекаю, кто на 1222, не подскажите когда он будет? Я опоздал на предыдущий в кассе сказали что уже должен был уехать, а тут Новый Год сами понимаете, – мужчина развел руками, в одной из которых держал снятую с головы белую от снега шапку, а в другой несколько подарочных пакетов. Оглянувшись по сторонам и осознав, что на озвученный рейс она одна Зоя нехотя подала голос: — Ничего неизвестно, должен был быть часа три назад, но там метель и дорога не справляется. Обещают в ближайшее время, а там кто его знает. — Спасибо вам, красавица, будем значит вместе ждать, – парень неопределенного возраста сел на сидение перед Зоей, протягивая ей руку, – я Олег кстати. Проигнорировав этот жест девушка лишь кивнула внимая телефону, который не переставая вибрировал от уведомлений. Разочарованный Олег кивнул этому жесту невиданной грубости и себе отвернулся доставая из пакета мандаринку. — Мужчина! Уберите её обратно в пакет, намусорите тут, а убирать кому потом? – одна из работниц вокзала недовольно вскочила со своего места локтем зацепив спящую блондинку. — Женщина, не нервничайте так, я в кулечек уберу, давайте и вас угощу, негоже в такой праздник и без мандаринок. Берите-берите, у меня еще есть. Девушка, а вы будете? – поворачиваясь к Зое спросил Олег. Казалось, будто ему не слишком-то и важен её ответ, так – вопрос для галочки. Суматошный, он занимал все пространство, а потому уже через пять минут его смех эхом отбивался от стен вокзала, а мандарины шли по рукам. — Это хорошие, сладкие, мы вот с Женечкой купили, так они кислые ужас. — Да-да, а говорила ведь Клементинки, сладенькие, – передразнивая нерадивую продавщицу ответил некий Женя, на чьем плече до появления этого ходячего безумия спала – как успела уже узнать Зоя – Аня. Тихий еще несколькими минутами ранее вокзал сейчас превратился в кривой аналог базара на Речной, где в выходные шум пародировал аэродром. Все успели познакомиться, разговориться и уже во всю делились планами на наступающий год, паралельно нахваливая мандарины. Абсурд и карикатура – восторг! Именно так Зоя планировала провести этот вечер, просто браво срывайте занавес.

❄️❄️❄️

— Была рада познакомиться, до скорого Олег, надеюсь свидимся! — Взаимно, уверена, что не захватите ещё мандаринок? — Да, у Жени и так рюкзак тяжелый, а я аллергик, мне много нельзя. До свидания и с наступающим! Аня схватила свой чемоданчик и побежала к уже ожидавшему её возле двери Жене, что помахал на прощание звезде вечера и вышел на платформу придерживая дверь своей избраннице. Стук от её каблуков противным эхом отбивался от пола, стен и, казалось, даже потолка, отдаваясь неприятной пульсацией в голове. Приехал поезд. Увы не их. Вернее, не её, так как ставить себя в одно предложение с Олегом настойчиво не хотелось. Зоя всю жизнь придерживалась обособленного способа жизни. Много знакомств и дружбы как таковой не водила, ограничиваясь несколькими, никак не связанными между собой личностями. За всё время прошедшее с выпуска из университета, она впервые выбралась куда-то далеко, и тут на тебе. Зря, правда, таксиста обматерила, может он её проклял? Часы показывали без пятнадцати минут двенадцать, а значит все адекватные люди уже ставят на стол салаты и открывают напитки. — Что? — Бокал держите говорю, старый год провожать будем, – Олег помахал перед лицом девушки пустым стеклянным бокалом, другой рукой сжимая свой. — Но я... — Ничего не надо говорить! У вас в пакете две бутылки дорогущего шампанского просто друзьям такое не дарят без перспективы выпить самим, так что держите, – видно перебивать для этого человека было социальной нормой. Странной социальной нормой. — Спасибо, но я правда не буду, – Зою поражал этот нахал. Он мало того, что в чужие пакеты заглядывает, так ещё и пить заставляет. Нет уж, а вдруг подсыпет чего, на такое она не подписывалась, а потому отдав хрупкое изделие владельцу девушка вскочила на ноги наматывая шарф. — Не нужно никуда убегать, извините если потревожил. Там мороз, я наверное сам пойду, все равно больше не с кем, – неловко оглядывая пустой вокзал ответил парень, ведя плечами, – Вы в тепле оставайтесь! Не успев ничего сказать, или как либо отреагировать девушка уже смотрела в спину выскочившего на пустую платформу с бокалом в руке парня. Этот персонаж вызывал разом столько негодования, что становилось смешно. Шебутной, дурной, он как летний ветер, что так и норовит сдуть с головы панаму, или задрать повыше легкий сарафан. Громкий, смешной и такой живой, он был похож на тех людей что машат машинистам проезжающих поездов, прыгают если увидят на тротуаре классики и громко смеются в метро. Они обычно поют во весь голос новогодние песни, просто так дарят на восьмое марта цветы и желают хорошего дня всем на кассе. Такие люди встречаются редко, но постоянно, всегда спешат и при этом еле переставляют ноги, смеются громко и по-детски искренне. А ещё провожают старый год на пустой железнодорожной платформе с бокалом шампанского и мандаринкой в руках.

❄️❄️❄️

— С Новым Годом! — Таки решили праздновать? – Олег светился как центральная елка, наверняка засиявшая в эту же минуту. — Зоя! – чокаясь с парнем открытой бутылкой и наливая в тут же протянутый бокал. — Приятно! – парень отпил игристого закидывая в рот мандаринку и описывая рукой круг, стараясь передать насколько же ему вкусно, – Вы к кому едете? – указывая головой на подарочный пакет. — К друзьям, никогда у них не была и вот повод выпал. Не совсем удачно всё сложилось, но зато с вами познакомилась, – Зоя постаралась сделать улыбку максимально искренней, так как видела в этом знакомстве всё больше хорошего, как бы парадоксально это не звучало. — Рады? Да и вообще, давай на ты. — Хорошо, и да я рада. В конце концов стоять с ва.., стоять с тобой тут всяко приятнее чем сидеть в пустом вокзале в разгар праздника. — И то верно, а я вот заимел традицию к брату ездить. У него, знаешь жена там, дети, двое. Катька и Денис, близняшки, вот им мандаринки везу. Так бывало сам праздновал, а это вот традицию вывожу, веселее. Непринуждённая беседа перебивала и противный морозный ветер, разгоняющий по телу неприятное жжение, и терпкость пускай и дорогого, но не самого вкусного шампанского, и даже неловкость, было возникшую в начале. Этот странный тип, который с порога начал раздавать мандарины и комплименты всё ещё немного пугал и настораживал, но он всё ещё оставался единственным живым существом на вокзале, не считая задремавшую у батареи пару и разошедшихся по своих каморках работников вокзала. По громкоговорителю в который раз объявили скорое прибытие поезда, призывая пассажиров заранее приготовить билеты, и Олег достал из нагрудного кармана чуть помятую бумажку. — Билет, – ответил он на внимательный взгляд девушки, – я ищу куда бы твой номер записать, не хочется терять такую девушку из виду. А то поезд приедет, мы разъедемся и всё! – наконец вытаскивая ненужный клочок зеленоватой бумаги. Бедный квадратик был нещадно выбран из блокнота со стикерами, и сейчас ждал своей участи быть исписанным аккуратными цифрами. Зоя одарила его непередаваемым взглядом после чего искренне рассмеялась. Рассмеялась так, как не смеялась давно. Принципы, предубеждения, характер, всё это трещит по швам когда рядом стоит такой вот Олег. Весь не от мира сего, ему бы подошёл костюм Деда Мороза и имя что-то вроде Роберто. Он был как лимонные карамельки, кислые и яркие, что скулы сводит, как старинный ёлочный шар и как дворник дядь Стёпа. Весь такой карикатурный и фантасмагоричный, что и не верится в таких людей. Сама Зоя считала себя простой и любила быть в окружении таких же людей, а тут что-то неоновое, яркое и острое. Он – глинтвейн на новогодней ярмарке; он – булочка с корицей; он – пицца с острым и сырным соусом на контрасте; он – самая кислотная мармеладка из всех в пачке; он – имбирное печенье с ванильной глазурью. Он... — Записывай!

❄️❄️❄️

Было тепло, намного теплее чем на улице, и Зоя чуть двинулась. Двери вокзала в эту ночь стали для них родными, раз за разом впуская внутрь. Олег где-то выудил пачку сигарет и несколько раз бегал перекурить, списывая всё на нервы. Скоро, правда, перестал, когда Зоя нагло уместилась щекой на его плече. Спать хотелось ужасно, так как недоспанные часы вместо уютного поезда пришлось проводить на жёстком сидении в вокзале, поэтому в начале второго силы девушку покинули и она допив плескающуюся на дне бутылки жидкость отключилась, перекрывая парню пути отступления. За время пока они "праздновали" Новый Год девушка успела довольно многое узнать о жизни Олега. Начиная его работой и семьёй, и заканчивая тем, что они по счастливой случайности едут в один город, не поверите в одном вагоне. Одно плохо – купе разные, но это при желании решаемо. Вероятнее всего после этой ночи они не встретятся, даже при наличии контактов, но почему-то эту сказку хотелось растянуть. Зоя привыкла не привязываться к людям, да и не умела она, если честно с людьми коммуникации водить, а потому легче забыть это яркое недоразумение, чем пытаться построить что-то долгое и красивое. Тесные знакомства, друзья и партнёры, их было крайне мало, что отображалось даже на телефонной книге. Обычно все тянутся за связями, она же их наоборот избегала, придерживаясь принципа, что чем меньше людей вокруг, тем меньше проблем они способны принести. Поэтому частичка её души надеялась оставить этого человека на этом вокзале и никогда больше не пересекаться, а другая теснее жалась щекой к куртке, стараясь урвать желанного тепла. Оно повсюду, казалось, исходило только от него одного. Весь такой большой, он заполнил собою всё пространство, и как мягкое одеяло укутал его же. Странный человек. Нет, не странный! Удивительный. — Зоя, Зой! – из состояния на грани сна и яви девушку вывел мягкий голос и лёгкое тормошение. — Я? — Ну может не ты, я всё ещё не уверен своим ли именем ты представилась, – открыв глаза и отпрянув от парня девушка увидела шальную улыбку, и чудные глаза. — Ещё и номер из воздуха взяла, именно, паспорт показать? — Замуж надумала? Согласен взять твою фамилию, – посмеиваясь и вставая с неудобного сидения ответил брюнет. Зоя только сейчас заметила чёрные как смоль волосы, странно, он ведь почти всё время был без шапки. — Я люблю больше собак чем кошек! Золотистый ретривер, аллергии есть? — Нет, собак тоже люблю, Французский бульдог. Выбираю только верхнюю правую конфорку. — Фууу, нет, только левая нижняя и кофе со сливками. — Кофе со сливками и приторно сладкий чай. Боевик и комедия. — Фэнтези и хорроры, пицца без ананасов. — Пицца с ананасами, сырным соусом и грибами, суши без васаби и картошка фри. — Роспись завтра в двенадцать, а сейчас извольте поезд! — Мадам, прошу, – протягивая руку и помогая встать ответил Олег. Что-то в этом чудаке есть. Что-то... Определенно.

❄️❄️❄️

За окном наверняка сменялся пейзаж, видно однако это не было. Темное небо уходило до самого горизонта, тут и там сквозь густые кроны голых деревьев пробивался свет уличного освещения. В вагоне свет не горел, поэтому можно было понаблюдать за темными силуэтами, не отвлекаясь на мелькающие огоньки. — Ну что красавица, скоро разъедемся? — Забавно, то что от дома до станции ехать сорок минут, а в поезде от пункта А до пункта Б часа три, и все равно я в четыре утра стою в тамбуре рядом с тобой и смотрю в окно. — Поразительно, согласен, но это была незабываемая новогодняя ночь, обещаю рассказать о ней детям. — А как же роспись? — Нужно приходить в рассвете сил, а мы с тобой не выспались, нужно будет ещё раз встретится. — Обязательно, такой повод я не упущу. До финальной точки этого путешествия оставалось минут двадцать неспешной езды. Белый снег отражал свет ущербной луны, придавая ночному пейзажу мистичности. На горизонте снова засияли яркие цветы фейерверков. Праздник был в самом разгаре, и пускай на часах уже давно не полночь. Говорят что когда один год сменяет другой, ночи становятся волшебными, Зоя в это никогда не верила, а сейчас на языке оседает кислый глинтвейн и она начинает верить. Обоняния касаются терпкие нотки табачного дыма и девушка морщится, просила же не курить рядом с ней. Но этому фрику глубоко и сильно, он это делает от нервов, как сам и выразился, а там кто его знает. — Олег? — У? — А ты когда домой ехать будешь? — Второго, а что? — Да так, интересуюсь, для друга. Кури меньше, подавишься! Главное снова не увязнуть в пробке.

❄️❄️❄️

Друзья как и обещали встретили на вокзале. С открытой бутылкой шампанского и даже салатами в судочках. Олег мято попрощался и ушёл в сторону троллейбусной остановки, оставляя после себя лёгкий шлейф терпкого парфюма и сигаретного дыма. Город не спал. Тут и там раздавались веселые крики, смех и музыка. На каждом углу были свои Дед Мороз со Снегурочкой, а на большинстве окон переливались гирлянды. Фейерверки раскрасили небо в разномастные оттенки, бенгальские огни то и дело норовили пропалить таки несчастный шарф, а Зоя поняла, что навязчиво хочет мандаринов. Да сладких таких, чтобы скулы сводило, и закурить. А ещё пиццу с ананасами, сырный соус и погладить Французского бульдога. Вдалеке раздался очередной взрыв салюта, кто-то на соседней улице что-то пьяно-счастливо выкрикнул, а девушка улыбнулась собственной мысли. Правая верхняя конфорка, а ещё кислые мандаринки и вишневый, кислый до одури, глинтвейн. Второго числа в двенадцать на вокзале.

❄️❄️❄️