полицейские допросы и явки с повинной

у турбо голова варит только в паре направлений, это ещё кащей говорил. а на улице больше и не надо - по понятиям двигайся, чтобы в чушпанах не оказаться, и скорость нервных импульсов мозг-кулаки увеличивай максимально. а лучше вообще не думай, только делай как старшие говорят. и с этим турбо справляется отлично. как псина дрессированная, которая все команды знает, но в основном «служить». адидасу, хозяину новому, в рот смотрит - он же старшой, так ещё и ветеран афгана, а значит не хуем деланный. кащея отшивает, порядки свои строит, с домбытом рамсит. крутой, в общем, мужик. только теряется потом, сбегает как крыса с корабля, ещё и зиму за главного оставляет. к зиме претензий вообще-то никаких, он пацан ровный, но обидно, сука. настолько обидно, что полтора нейрона в голове схлопываются - или че они там делают, турбо на биологии только про пестики с тычинками слушал - и рождают своим взрывом гениальную идею. нужно авторитет универсама поднимать, они же короли казани. а короли с вафлершами под ручку не ходят. особенно младшие братья всяких там вов адидасов, которых турбо уважает даже после позорного побега. и вообще, это не побег, а тактическое отступление. зима молча слушает валерины суждения о том, кто вафлер, а кто помазок, только пару раз дергает, когда тот совсем уж палку перегибает. со стороны кто посмотрит - скажет, какой же это лидер, раз рот заткнуть не смог. да только не так все просто. зима же в буддисты заделался, не зря башка лысая. карма, сансара, перевоплощения и прочий бред. за все земные дела, говорит, после смерти воздастся, там порешают, кто и куда. даром что сам перо в рукаве таскает и кулаками машет при любой возможности. буддист хуев. у кого что болит, как сказали когда-то умные люди. и оказались до пизды правы, потому что болит именно вафлерская тема. и иногда жопа, если зима приходит на кураже после очередной драки. пусть адидас там своей медсестричке лапшу про любовь на уши вешает или пальто ментушке, а у турбо на эти сопли розовые времени нет. зато на то, чтобы в туалете дк позажиматься или дома, когда батя в ночную, а мать в соседней комнате отсыпается, предостаточно. все ещё без лапши, без соплей и без нежностей телячьих, дёшево и сердито. чуть ли руки после окончания процесса не жмут друг другу - спасибо, уважаемый коллега, за плодотворное сотрудничество.  в этот раз не так все. и дома у зимы совсем никого, и он какой-то нежный дохуя. на колени к себе сажает, гладит по спине как котёнка и вообще почти сосаться лезет. а турбо и не против. подставляется под прикосновения, сам спортивки - всех благ человеку, который резинки придумал, а то с джинсами бы полчаса дрочиться пришлось - с зимы стягивает. и уворачивается, пусть и нехотя, от губ, которые по щеке его мажут. пацаны с пацанами не сосутся, это правило с молоком матери и первыми замесами на улице впитывается. насчёт остальных же действий кодекс пацана авторства валеры турбо молчит. зима понимает, конечно, всё. и страх этот, и стандарты такие же двойные, как политика советского союза в отношении религии. понимает, потому не лезет больше, вместо этого носом в ключицу упирается и глаза прикрывает. руками по широкой спине водит, мышцы прощупывает, а турбо и рад. не только девчонки плоды его постоянных тренировок в качалке заметили. жаль, что адидас не заметил и на спарринг не позвал ни разу. зима говорит, это от проблем с отцом. мол, турбо подсознательно родительскую фигуру ищет, поэтому к старшим подсасывается. ещё говорит, что все качалки и секции спортивные прикрыл бы, а на их месте библиотеки построил, чтобы скорлупа не хуйней маялась, а книжки читала. турбо в ответ говорит, что зиме самому не помешало бы хоть раз в качалку сходить не только за стопкой и сигой, а то на палочника похож. зима говорит, это элемент неожиданности. спохватывается тут же, добавляет - он пацифист, драки не любит, а значит груда мышц ему не нужна. турбо в это верит ровно настолько же, насколько в свои высказывания в сторону айгуль. когда у маратки из-за неё течет крышак, турбо его не понимает. да, жалко пиздец, девчонка молодая, жить да жить, но разве ералаша не жалко было? из-за него адидас младший не убивался так, хотя стоило бы. и турбо честно пытается себя на чужое место поставить, всех своих бывших подружек вспоминает и представляет в такой ситуации, после каждого раза конечно же через левое плечо плюет три раза и по столу деревянному стучит. зима на стуле сидит, ноги как турецкий султан скрестив, и книжку какую-то листает очередную. не вяжется его любовь к литературе с детским совсем интересом к порнухе с лошадьми. вообще много чего с чем не вяжется, но турбо не жалуется. ему интересно.  - ебнет он тебя, валерка. по имени, ещё и ласково так - почти впервые за долгие годы знакомства. тоном будничным, как будто сводку новостей из газеты читает или прогноз погоды, а не про смерть говорит. буддийское спокойствие, хуле. только во взгляде этого спокойствия нет, глазища круглые бешено от книги к лицу этого самого валерки мечутся и обратно.   - за что? и не понимает же искренне. ну не может представить, как за какую-то девчонку своего пацана ебнуть можно. зима книгу захлопывает, вздыхает протяжно - и тянется, чтобы подзатыльник отвесить. хорошо хоть реакции хватает на то, чтобы увернуться. хваленый пацифизм до первой хуйни, которая изо рта турбо необдуманно вылетает. будда учил смирению, но из зимы ученик так себе.  - за любовь, дебил.  в этом направлении у турбо голова не варит. любовь - это не про него, не про отношения с девчонками точно. там так, интерес, может даже влюблённость, но мимолетная. от одной дискотеки до другой, не дольше. если о любви говорить, ещё и о такой, чтобы на убийство пойти ради неё, то никто в голову не приходит. взгляд сам к лицу зимы скользит, к бровям нахмуренным. когда морщины на лбу появляются, вроде и не так на яйцо похож. тот молчит-молчит, а потом выдаёт.  - я бы ебнул.   - меня? рука с оплеухой все же достигает своей цели, работает тот самый элемент неожиданности. турбо шипит и потирает затылок ушибленный, а зима рядом с ним на кровать металлическую прыгает. коленками острыми в бок упирается, пяткой лягает. в ответ пару тычков несильных получает и успокаивается. сам первый сигарету закуривает, хотя раньше у себя в комнате не разрешал, и после первой затяжки фильтром в губы турбо тычет. одна на двоих, это уже традиция, и неважно, что до этого было. заверение, что он бы ебнул, от зимы звучит на удивление убедительно. он может - и неважно, что щуплый и бледный на вид.   - тебя за тупость только.  марат все же не таким смелым оказывается, соскакивает и с понятий пацанских, и с кровной мести за любовь. вместо этого ментам сдаёт. знай адидас, что его брательник мусорнулся, в жопу бы ему этот пистолет затолкал. но адидаса тут нет, так что пистолет заталкивают турбо за пазуху, а после и его самого в кпз. и больше всего в этой ситуации бесит блаженная улыбка на ебале зимы. его тоже вяжут, тоже в обезьяннике закрывают, но похуй абсолютно. и не поймёшь же - либо нирваны достиг, либо паленки налакался где-то и сейчас копыта откинет. как будто его не касается ничего из происходящего.   - ссыклом маратка оказался, а? и без того неудобное плечо шёпотом тихим и «маратка» картавым вибрирует. турбо щеку от зимовской дубленки отлепляет, моргает сонно. целый день молча сидел, а сейчас поговорить приперло, когда все уснули? вполне себе в характере зимы. хоть что-то стабильное, пусть и изрядно надоевшие философствования. ссыклом-не ссыклом, а на свободе ходит сейчас. как и пальто, которого мусор его отмазал, то ли батя приемный, то ли кто - честно, до пизды эти родственные связи.  - а че, ты бы не зассал? вопрос только для приличия. зима и без него разговоры свои продолжил бы, но вовлечённость собеседника всегда приятна. конечно не зассал бы, он вообще ничего не боится. по-настоящему отмороженный, как бы забавно с его погонялом это ни звучало. потягивается до хруста спины и уже сам голову к турбо на плечо укладывает. нары скорлупой заняты, а в самой клетке ноги даже не вытянуть, только протянуть можно. особенно от температуры минусовой почти и сквозняка по полу. зима носом шмыгает и воротник куртки поднимает.  - смотря за кого. за мать бы не зассал, ебнул. за тебя тоже. а остальные нахуй идут. вот тебе и весь буддизм. и сансара с реинкарнацией, и карма с ее хвостом - ровно пока про мать речь не зайдёт. там уже не до спокойствий и медитаций, там кармическая ответка в кармическую отвёртку под ребро превращается. хочется пошутить, но зима голову выворачивает и с плеча смотрит так, будто что-то важное сказал. у турбо голова варит только в паре направлений, и все ещё не в нужном. смысл сказанного доходит куда дольше, чем надо, зима уже ворчит, что шея затекла, а турбо долбоеб тупорылый, но продолжает смотреть. момент осознания упустить не хочет.  - звучит как-то по-пидорски.  а это звучит очень неуверенно. с взглядом в пол и челкой на лицо свисающей, чтобы не было видно выражение лица. удивлённое, растерянное от понимания - это же признание самое настоящее. не то слащавое «я тебя люблю», которое турбо от девчонок на дискачах день через день слышит. не усталое и извиняющееся «я тебя люблю» от мамы, когда ее от отца в очередной раз защищать приходится. пацаны не извиняются. пацаны не говорят о любви, особенно с другими пацанами. вместо этого пацаны говорят «я бы за тебя ебнул» и дают спать на своём плече, пока вы отсиживаете пятнадцать суток в кпз. а ещё бьют кулаком в бок очень неожиданно и очень больно.  - какое «по-пидорски», ты охуел? зима как облезлый дворовый кот шипит, ещё раз ударить порывается. турбо его за запястья хватает, руки заламывает и скалится довольно. всего мгновение, потому что следом прилетает пинок ботинком в живот. буддизм во всей красе. вскакивают на ноги почти синхронно, в ворот курток друг другу пальцами от холода посиневшими вцепляются. менты спохватываются быстро, подбегают к клетке, по прутьям дубинками колотить начинают. как с животными в зоопарке себя ведут, но это работает. зима нехотя хватку разжимает и отходит на пару шагов. решётке ещё пару раз для вида прилетает, после чего менты уходят. даже сигарету не стреляют, жлобяры. турбо проснувшихся пиздюков с нар сгоняет, сам залезает с ногами.   - слышь.  - за углом поссышь. чего хотел? обижается, походу, на слова про пидорство. а на обиженных и воду, и их самих в жопу, и какие там ещё поговорки были. турбо за рукав дубленки тянет, чтобы зима рядом сел, говорит тихо совсем, на выдохе, чтобы из скорлупы никто не услышал.  - я бы за тебя тоже ебнул.