consolatio

            На улице стояла солнечная погода с небольшими облаками, переодически загораживающие солнце, и легким теплым ветерком. Это были последние дни мая, последние школьные дни перед летними каникулами. Портфели полупустые, так как ученики сегодня сдали учебники в библиотеку, и в них остались только тетради и канцелярия.             Скарамуш, сидя на траве и поджав к груди колени, с интересом наблюдал, как Кадзуха плетёт венок из полевых цветов, ловко перебирая и вплетая стебельки различных цветов, которые можно встретить в поле. Брюнет тоже пару раз пытался сплести между собой хотя бы два цветка, что выходило безуспешно, и Скар сразу же отбросил эту затею. В голове проскакивали мысли, что если бы попробовала это сделать его младшая сестра — Баал — то у нее бы уж точно вышло. У нее всегда получается абсолютно все.             При каждой неудаче в чём-то, Скар неосознанно начинает сравнивать себя с сестрой, у которой всегда получается все лучше, которой достаётся абсолютно все внимание, похвала. Скарамуш, как он сам думает, является всего лишь тенью на фоне сестры. Зависть и ненависть к ней съедает парня изнутри уже много лет. Ему не хотелось такое чувствовать по отношению к Баал, но ничего не может с этим поделать. Она слишком идеальна, и этот идеал хочется переплюнуть любым способом. — Готово! — голос Кадузхи вывел Скарамуша из своих размышлений.             Подросток переводит взгляд на получившийся венок, который выглядел очень красиво, а особенно под светом яркого солнца: цветы своей нежной окраской дополняют друг друга, словно дуалы, а листики и соломенки, торчащие в разные стороны, выглядят очень контрастно, способные вызвать чувство эстетики.             Парень, уже было, открыл рот, чтобы сказать о том, насколько венок красив, как Каэдэхара тут же одел его на голову Скару и сел напротив, тщательно рассматривая его своими алыми глазами, сверкающими цветом осени под светом яркого, почти летнего, солнца.             Брюнет мгновенно смущается и отводит взгляд в сторону, щеки тут же приняли нежно-малиновый оттенок. Было неловко, но приятно. — С этим венком ты выглядишь еще милее, — с мягкой улыбкой проговорил Казу, с нежностью в глазах смотря на человека, в которого влюблен. — и без него ты выглядишь прекрасно.             Скарамуш только сильнее засмущался со слов парня. По телу расплылось приятное теплое чувство, в животе потихоньку начинают порхать бабочка, а сердце пропускает удар. Юноше было неловко и непривычно получать комплименты в свою сторону от этого парня, даже не смотря на то, что они уже встречаются примерно полгода. Он даже считает, что не заслуживает всех этих слов, взглядов и поцелуев. — Мм, с-спасибо… мне приятно это слышать, — сквозь смущение проговорил Скар, продолжая прятать взгляд от Кадзухи где-то в полевых цветах.             Кадзуха издал короткий смешок и приблизился к возлюбленному, оставляя на его еле покрасневшей щеке нежный поцелуй, вводя второго еще в большую краску. Мило улыбаясь, Каэдэхара заглянул в синие глаза своего любимого, который продолжил попытку их отвести в сторону. Они были слишком красивы, ассоциировались с бесконечным звездным небом, с космосом. Он был готов тонуть в красоте этих глаз вечность. Кадзуха очень любил смотреть Скарамушу в глаза, чем очень смущал его, но со временем брюнет привык и даже был не против этого – Скару самому нравилось смотреть в эти алые глаза, напоминающие осенние листья клена.             Так, два влюблённых пару минут любовались друг другом, и только легкий ветерок поздней весны ворошили их волосы. Поддавшись внезапным чувствам, Скар наклонился вперед, аккуратно накрывая обкусанные и сухие губы своими. Этот поцелуй был настолько осторожным и невинным, что напомнил их самый первый поцелуй, из-за чего Кадзуха улыбнулся, с особой осторожностью кладя на щеку Скару свою перебинтованную руку, прижимая к себе. Со временем этот невинный поцелуй перерос в углублённый и затяжной, с элементами некой пошлости. Языки парней переплетались между собой, вызывая разгореченное чувство, увеличивая пульс обоих. Скарамуш чувствовал себя как никогда любимым, с Кадзухой ему было хорошо, этот юноша подарил ему то, чего когда-то не дала родная мать — любовь, заботу и внимание.             Поцелуй разрывать не хотелось, но Кадзуха сделал это. В голову пришла одна идея. Парень встал на ноги, протягивая руку Скарамушу. — Давай потанцуем?             Скар смотрел на Каэдэхару, раздумывая над его предложением. — Я не против, но Казу… — начал Скарамуш, — ты же ведь на таблетках и наверняка чувствуешь усталость… — Не переживай ты так обо мне, котенок, — спокойно говорил Кадзуха. — Со мной все будет в порядке, ведь рядом со мной есть ты.             Сердце начало трепетать еще сильней с этих прелестных, по мнению Скара, слов. Больше не мешкаясь, парень протягивает свою руку, кладя ладонь на чужую, вставая с места. Каэдэхара тут же прижал юношу к себе, опуская руки ему на плечи, улыбаясь и смотря в глаза. Брюнет же уместил свои руки на талии парня, снова чувствую эту неловкость. — А как мы будем танцевать? Музыки же нет… — тихо спросил он у Кадзухи, на что второй ответил: — Зачем нам музыка, любимый? — так же тихо спросил Кадзуха. — Когда есть природа. Просто прислушайся, и ты услышишь музыку, — прошептал он, прикрывая глаза и легко улыбаясь.             Скар только кивнул, уводя наконец-то юношу в танец, прислушиваясь к окружающим звукам. Шелест травы из-за ветерка, красивое пение птиц, звуки стрекочущих кузнечиков в траве — все это очень прекрасно, а Кадзуха только дополняет этот безупречный контраст.             Они медленно кружились в танце, смотря друг другу в глаза, мелко улыбаясь. Скарамуш был прав, Кадзуха действительно чувствовал слабость, из-за чего брюнет крепко держал того за талию, боясь, что юноша может упасть. Каэдэхара находил эту заботу очень прелестной и милой, что заставляло сердце биться еще быстрее и чувствовать тех самых «бабочек» в животе. Как же всё-таки приятно любить и быть любимым.             Танец заканчивается. Кадзуха резко поддаётся вперед, прижимаясь к брюнету. Руки обхватывают шею, а голова лежит на груди, вслушиваясь в чужое, но такое родное, сердцебиение. Скар тоже прижался, утыкаясь в чужое плечо. Сейчас парни чувствуют себя легко и счастливо. Такая комфортная атмосфера, которая, хотелось бы, чтобы длилась вечно и никогда не заканчивалась.             Но, как говорится, всему хорошему рано или поздно приходит конец.             По руке Скара прошлась вибрация. Это напоминание электронных часов о том, что пора возвращаться домой. Брюнет живет в строгой семье, где домой надо всегда быть во время, иначе после будет, ну… не сказать, что будет очень хорошо. Грусть тут же охватывает сразу обоих, Кадзуха тоже знает, что обозначает эта вибрация часов.             Влюбленные еще несколько минут стояли, не в силах оторваться друг от друга. С печальным вздохом брюнет отстраняется от Каэдэхары, а тот, в свою очередь, быстро поддаётся вперед, оставляя на губах парня мимолетный поцелуй. — Мне домой пора, — с печалью в голосе прошептал Скар. — Я знаю… — Ну… тогда пошли…             Накинув легкие портфели себе на плечи, парни взялись за руки и молча уходили из поля, наслаждаясь комфортной тишиной, сопровождающая только пением птиц.