Handplates, всё можно исправить.

— Хей, брат! Эта ящерица теперь будет проводить тесты вместо него? — указав пальцем на девушку по ту сторону двери, спросил Второй. — Без понятия, бро, но на ней белый халат. Значит, она тоже учёный, как и он. Лучше её слушаться, а то иначе может быть плохо. Ты и сам знаешь. — Ой, она открыла наш бокс... Странно, но, кажется, что она хочет, чтобы мы пошли за ней? Отложив кубик в сторону, Первый ответил: — Тогда пошли, не будем её злить. — Да, точно! Хотя она выглядит довольно напуганной. Интересно, почему? — Р-ребят, я-я ни слова из вашей р-речи не п-понимаю, н-но... похоже вы г-говорите на том же языке, что и доктор Гастер. В-вы знаете язык ж-жестов? Эм... Не похоже... П-почему он вас не н-научил? И п-п-почему держал всё это время в-вас здесь? В-вы болеете или типа того, да?

Ббз-ббз-ббз

Услышав звук пришедшего уведомления, Альфис сбилась с мысли, однако совсем скоро с восторгом произнесла: — О! С-сообщение от Азгора! Н-наконец-то... Ч-что?! Привести их в Новый Д-дом? Ох, х-хорошо... С этим н-не должно быть никаких проблем, не так ли? Т-так, детишки, в-вот, идите за мной, п-пожалуйста — сказала Альфис, жестом показав в какую сторону нужно идти. — Куда она нас ведёт, брат? Не помню, чтобы мы когда-то ходили этим путём! — Согласен, это и правда странно... Выйдя из тусклого помещения, в глаза ударил ярких свет. Дав зрачкам к нему привыкнуть, Второй завизжал от радости: — Вауви! Какая большая и красивая комната! Только здесь как-то жарко… — Красное, но без золотого — задумчиво, почти про себя, пробубнил Первый. — Чего-сь? Я тебя не расслышал, брат. — Бро, мне кажется, что это уже не комната... — Что? Ты хочешь сказать, что мы снаружи?! Брат, ты понимаешь, что это значит? Теперь все будет по-другому! — подскочил от восторга Второй и продолжил — Я всегда знал, что все будет хорошо! Может быть, мы идём в наш новый дом? И теперь в нашей жизни не будет никаких тестов? Это же так здорово! — Все может быть, брат... — все ещё с недоверием к новому встречному, ответил Первый. Заметив, что ребёнок косо оценивает взглядом учёную, Альфис с неловкостью протараторила свои мысли: — Х-хей, а ты высокий, п-похоже, очень р-рад? Хм-м, а ребёнок п-поменьше к-кажется ч-чем-то сильно об-беспокоен? Ох… Все х-хорошо… В-все будет х-хорошо! — попыталась успокоить Первого доктор, совсем позабыв, что тот ничего не понимает — Я лишь д-доведу в-вас до дома Азгора, а там он сам р-разберётся что с в-вами делать. Я только п-провожу вас, в-вот и всё... Дойдя до дверей лифта, Альфис поднесла руку к лицу и задумалась: — Т-так, чтобы д-добраться до Азгора нам всего-то нужно с-сначала подняться на э-этот этаж... Т-там пройти по коридору...и всё! В-вроде ничего сложного! Эх, если бы вы меня е-ещё понимали... У меня столько воп-просов — трясущимися руками, Альфис нажала на нужный этаж, и лифт поехал. Взгляд снова упал на пластины, которые так сильно привлекали внимание. — Почему она так смотрит на нас? — в недоумении спросил Первый. — Эй! Нельзя так грубо пялиться на нас! — начал защищаться Второй. — О-ой, я-я с-сделала ч-что-то не так? П-простите, п-п-пожалуйста — сказала Альфис и тревожно замахала руками в стороны, не зная, что ей нужно делать, а также не понимая, что сказал ребёнок. — Что она пытается сказать? Брат, я не понимаю... — Хм-м, я тоже, но похоже, что она...извиняется? — Хей, а ведь и правда! Ничего страшного, большая жёлтая учёная! Мы тебя прощаем! — ответил Второй и, с гордо поднятой головой, улыбнулся леди. Ни слова не поняв, но все равно засмущавшись, Альфис отвела взгляд от детей и уставилась в пол, пробубнив про себя: — О-ох, поскорей б-бы это все р-разрешилось... В это время, в зале суда: — Ты точно не хочешь мне ничего рассказать? — грозно произнёс Дриммурр, давая понять, что метаться вокруг до около он больше не намерен. Вот и всё. Сейчас или никогда, подумал Виндингс, начав импульсивно показывать символы на языке жестов, при этом выдавливая из себя каждое новое слово: — Я-я... Ваше величество, е-если я скажу вам правду, то...Ты меня никогда не простишь, ты это понимаешь?! Т-ты не сможешь даже посмотреть в мои глаза! Просто не- Прервав ненужный лепет, Азгор произнес: — Достаточно. Это уже мне решать. Прошу, Гастер, скажи мне, что происходит? Как долго ты ещё собираешься скрывать? Услышав в ответ лишь молчание, Азгор предложил отправиться дальше в путь, чтобы закончить диалог в комфортной обстановке у него дома. Прогулка сейчас не помешает им обоим. "Не стоит на него так сильно давить", подумал король, а через мгновение добавил: — Свежий воздух пойдёт тебе на пользу. Он очистит мысли от переживаний и не нужной ерунды. Это помогает, особенно когда чувствуешь, что запутался. Когда нужно собраться с мыслями...— что-то вспомнив, сказал Дриммурр и продолжил — Я дам тебе столько времени, сколько тебе будет нужно, но, пожалуйста, не тяни с ответом. Это моя единственная просьба. Так они и поступили. Шаг за шагом Гастер наполнялся решимостью, чтобы рассказать королю над чем он работал все это время. Пытался принять то, что собирается рассказать. Ведь дальше придется жить с последствиями этого решения. Сомнения все ещё терзали учёного. Выйдя на дорогу, ведущую к Новому Дому, Гастер бросил взгляд на огромный, по меркам монстров, город неподалёку и устало произнёс: — Ладно, я скажу тебе, но… — помедлив секунду, доктор продолжил — Мне нужно кое-что. Пообещай мне... — не найдя в себе силы закончить предложение, учёный погрузился в раздумья. Войдя в ступор, Азгор удивленно посмотрел на королевского учёного и спросил, что конкретно ему нужно пообещать. — Пообещай мне, что если ты узнаешь правду, то не убьёшь меня. Предложение повергло короля в шок, немного погодя, он все же ответил — К-конечно не убью! Обещаю! Ты же мой хороший друг. Я бы не стал... Хотя должен отметить, что просьба не внушает никакого доверия, ха-ха-ха...— неожиданно засмеялся Дриммурр. Тяжело выдохнув, доктор произнёс — Хех, так и есть… Знаешь, правда тебе не понравится. Ты точно уверен, что готов её услышать? — Виндингс, хватит уворачиваться. Я абсолютно уверен, что готов услышать правду, какой она бы не была. Я приму всё, что ты мне расскажешь, если оно будет правдой. Ну и, конечно, сдержу свое обещание. Я не верю, что твоя правда будет хуже того, что я натворил... — Ох, как же ты сильно ошибаешься... — решив не переводить фразу, пробубнил доктор, уже сожалея о принятом решении.