Её предназначение

Олег и Александра вместе учились в институте, и сразу же, с первого курса стали лучшими друзьями. Отражение друг друга абсолютно во всем. Они были одинаковыми! Две такие подружки-крыски, которые могли обсудить всех за двадцать минут, проведенные в курилке. Знали друг про друга всё, начиная от детских воспоминаний, и заканчивая чем-то сугубо личным. Всё было хорошо, но ребята уже не общались около месяца. Вообще никак не контактировали, даже в мессенджерах. На то была причина… Саша знала, где Олег чаще всего обитает со своими друзьями, и отправилась в парк к фонтанам. Молодые люди любили сидеть на поляне, болтать, играть на гитаре или просто лежать. Погода хорошая, лето в самом разгаре. — Привет, — улыбнулась ему. Сегодня он был один. — Привет. Как-то не особо рад её видеть. — Что происходит, Олег? — садится рядышком, — мы так давно не общались, не виделись. Я не совсем понимаю… — Саш, — закатил глаза, — не могу я вот так… Не могу. Так случилось, что отмечая успешно закрытую сессию, они собрались вместе с одногруппниками, а уединившись, переспали. — Учитывая величину опьянения, можно было предугадать, что это случится. — Не могу без любви трахаться… Мне так стыдно перед тобой, просто пиздец. Саша слегка поникла. Олег уже четвёртый год подряд её динамит, оставляя жить во френдзоне. Девушка считала, что после случившегося тем вечером, в нём что-то проснётся. Увы, она ошиблась. — Забей, — улыбается, — было и было, какая разница? — Себя слышишь? Мы переспали, блять. — И тебе что-то не понравилось? — Нет, мне всё очень понравилось, но, — закрыл лицо руками, — ты же мой друг, как сестра… Это был какой-то инцест! — Олег, — хохочет. Александра тоже много думала об этом и переживала, но, видимо, не быть ей возлюбленной Шепса. Благо, хоть другом осталась, и на том спасибо. — У меня появились к тебе определённого рода чувства, но я не хочу портить нашу дружбу. Это слишком высокая цена за отношения. Всякое в жизни бывает, и знаю, что если расстанемся, то окончательно потеряю тебя, — смотрит на неё, — а после, не справлюсь без твоего присутствия. Эти слова вызвали у неё улыбку, и даже глаза чуть-чуть покраснели. — Какой-то ты слишком откровенный… — Волнуюсь же! Давай мы просто забудем, и сделаем вид, что ничего не было? — Давай, — соглашается. — Спасибо. Он тепло обнял её, чувствуя облегчение. Только есть одно «но». Саше легче не стало. От слова совсем. Зайдя в общежитие, сделала себе чай и уселась на кровать, пытаясь как-то это переварить. Вспоминала все его слова и действия в ту ночь. Не может человек, без чувств, говорить о том, что обещает быть с тобой, умирать в твоих руках, и так нежно целовать, наслаждаясь каждым прикосновением, каждой проведённой вместе секундой. — Я не верю, — выдыхает, — это сон… За столько лет она научилась относиться к такому спокойно. Ничего страшного… Переболеет. Снова. Раньше было куда больнее, а сейчас, стало нормой. Их общение возобновилось, всё стало так же, как и было, без следа. И вот, перед началом учебного года, все вновь собрались в доме одногруппника. Девчонки болтали на кухне, делая салаты, а парни прибирались в комнатах, таскали стулья, столы. Народу будет много. — Олег сегодня какой-то взвинченный, — Юля открыла бутылку шампанского, — вы поругались? — Нет, наоборот, помирились. — Боже, — цокнула, — когда вы уже сойдётесь? Жду сильнее, чем диплом. — Никогда, Юлёк, — усмехнулась, — я во френдзоне на веки вечные. Моё предназначение. — Ну и идиот, — наливает шампусик, — тогда, за нас! — За нас! — И за последний учебный год! — Ура! Впереди выпускной курс, практика, куча курсовых, и написание диплома. Потребуется огромное количество сил и времени. Ребята обсудили учебные моменты, поиграли в настольные игры, а после решили сделать перекур. Шепс стоял у ворот дома, с сигаретой наедине. Уединился со своими мыслями. — Олег! — Чего? — Оле-е-е-ег! — ещё громче. — Чего-о-о-о? — улыбнулся. — Оле-е-е-е-е-ег! — Чего-о-о-о-о-о? — расхохотался. Они перекрикивались ещё минуты две, а после, Саша побежала к Олегу, запрыгивая на него. Молодой человек чуть сигарету не выронил. — Какая ты, — поймал, — быстрая. — Шустрая, — забирает сигарету, — чего один грустишь? Среди ночной улицы. — Да так, — облизнул губы, — остываю. Жарко очень. — Говори правду, — прищурилась, — вижу же, что врёшь мне. — Нет. — Шепс, я знаю тебя, как облупленного. Ждёшь кого-то? — Остальных, — ответил, — ещё же люди подъедут. — Точно, — вспомнила, — тогда, неси меня в дом. Холодно! Шепс отнёс её обратно, и поцеловав в макушку, предупредил, что ещё чуть-чуть побудет на улице. Саша приложила к горящим щекам мокрые холодные руки, чтобы успокоиться. В ней один бокал шампанского, и всё, но почему-то вся красная. — Санёк! — к ней подлетела Юля, — бегом сюда! — схватила за руку. Девушка притащила её к окну. — Смотри! К дому подъехала машина, из неё вышла какая-то барышня, и Олег поцеловал эту незнакомку. — Так… Стоп… Что?! — возмущается, — он же ребят каких-то ждал! — Кого? Все наши здесь, — фыркает, — мерзавец. — Что-то говорил про неё? — Никто не зовёт чужих. Илья не знает, так бы, сказал мне. В коридоре появилась эта гостья. Какая-то она никакая. Маленькая, в то же время пухлая, как Винни Пух, одетая в чересчур обтягивающее платье, из которого грудь выпадает. Губы больше, чем жопа. Вообще не его типаж, стиль. Он резко потерял вкус? Выдохнув и приняв неизбежное, Саша улыбнулась, подходя к ней. — Меня зовут Саша, — протянула руку, — очень приятно. — Сомнительно, — натянула улыбку, — Диана. Рукопожатие не приняла. Ладно. — Это кто? — спросила у Олега. — Диана. Она нормальная, просто стесняется. — Видно. Александра думала, что такое пренебрежение Дианы только в отношении к ней, но как же она ошиблась. — Так, — Илья потёр ладошки, — у нас есть шампанское, водка, самогон, пиво и коньяк. Есть чем согреться. — А вино? Я пью красное сухое. — Увы, — поджал губы, — из чего-то фруктового или ягодного только компот. — Вина нет, да? — К сожалению, — Юля, — может, шашлык будешь? Он остыл, но есть микроволновка. — Я кушаю только свежее. Не люблю разогретое. — Во дворе стоит мангал, шампура помоешь, и сделаешь себе свежее, — ответила, — если у тебя такие предпочтения. Саша опешила от такой дерзости, но ей понравилось, что подруга поставила её на место. — Юль, — нахмурился Шепс, — давай нежнее. — Потом, — кивнула ему. В целом, Диана практически до утра просидела с невольным выражением лица, смотря на всех с отвращением. Олег как-то пытался развеселить спутницу, но безуспешно. — Ей бы поесть, вдруг, добрее станет, — прикурила сигарету. — Куда ей жрать-то? Посмотри на неё, Саня. Платье вот-вот по швам треснет, пузо на коленях лежит. Ладно, хуй с ним с фигурой, на Аньку посмотри, тот ещё хомяк, но хорошая баба, а эта, — закатила глаза, — сука мерзкая. Тьфу, блять, Шепс вообще ебанулся. Лучше подрочить, чем вот с такой. — Юлька, — хохочет, — тебя прям понесло. — Меня это раздражает. Шашлык она свежий хочет! Отрежь от своей бочины и иди пожарь, блять. Возвращаясь в дом, девушки услышали отрывок разговора. — Чтобы её больше я не видела, понял? Завязывай со своими подружками-одноразками. — Диана, хватит. Поговорим наедине. — Ты меня услышал. — Я ей сейчас въебу, — прошептала. — Тихо, тихо, — придержала подругу за руку, — Юлия, ёб твою мать, забей, — уводит. Когда Диана уехала, то ребята решили, что пора спать. У Александры слишком крепкие нервы и хорошее воспитание, чтобы реагировать на подобное прилюдно. Саша умылась, переоделась, занимая свою излюбленную комнату в самом дальнем углу дома. Шкафчик, кровать с тумбой, и красивые шторы на окне. — Двигайся, — Олег зашёл в комнату. В белой футболке, с хвостиком, такой хорошенький, домашний. — Не-не-не… — Чего? Там Михалыч храпит на весь первый этаж, я с ним спать не буду. — Никаких подружек-одноразок. Иди к Мише. — Сань, — закатил глаза, — характерная она, да, но я никуда от тебя не денусь, ты чего хоть? — Шепс, — выдохнула, — слушай, запоминай и впитывай. Я вытерпела всех твоих баб, но ни одна из них не назвала меня одноразкой. Мои молодые люди никогда не оскорбляли тебя, наоборот, вы с Костей всё ещё общаетесь. Я не позволю какой-то суке оскорблять меня. Ты же, в это время, стоишь и глазками хлопаешь, молчишь. Серьёзно? — Я не хотел развивать скандал. — Тогда, нечего было тащить её в чужую компанию. Абсолютно токсичная, обиженная на жизнь девка, которая считает себя богиней, блять, дискотеки. Что ты в ней нашел? Сперма в голову ударила? — Ну-у-у… Саш, — задумался, — сложный вопрос. — Очевидно, — кивнула, — всё. Шуруй спать, не хочу с тобой разговаривать. Я обижена. — Блять, ну простите. Что предлагают, то и беру. Вы же, Александра Андреевна, динамите меня уже четвёртый год! — Я тебя динамлю?! — опешила, — шутка какая-то? Ты пьяный? — Трезвый. А что, как-то иначе? Мне двойное сальто назад сделать надо, чтобы ты меня заметила, как парня. — Я в шоке… Серьёзно?! — приоткрыла рот, — ты же мне сказал, мол, не могу трахаться без любви. Значит, у тебя её нет. Какие-то чувства имеются, но это другое. — Я говорил про тебя! Что с твоей стороны этого нет. — Слепой? Ты вообще ничего не замечаешь, не видишь? Господи, Шепс, я же практически открыто заявила тебе о том, что влюблена в тебя! Юля с Ильёй и Михалычем, стояли у двери, подслушивая разговор ребят. — Это тяжело не заметить! — Мы, мужики, намёков не понимаем, Саша! Нам надо говорить прямо! — А мы, женщины, так не умеем. — То есть, всё это время наши чувства друг к другу были взаимны? — прошептал. — Получается, — вздохнула, — что так. Олег сел на кровать, и взял девушку за руку. Друзья на цыпочках вернулись в свои комнаты, дождавшись признания с обеих сторон. Наконец-то! — Все мои парни на тебя похожи были. Высокие, тёмненькие, с длинными волосами, а у тебя какой-то винегрет. — Не мог найти ту, которая будет похожа на тебя. С такими же рыжими волосами, ярко-зелёными обворожительными, но хитрыми глазами, и задорным смехом. — Я в твоём вкусе? — Ты — мой вкус. Все те слова, что я сказал в ту ночь, чистейшая правда. Но я действительно боюсь потерять тебя, и из-за этого не говорил о своих чувствах. Очень дорожу нашей дружбой. — И что делать? Оставить всё, как есть? — нахмурилась. Ей хотелось расплакаться. — Не знаю, — мотнул головой, — идей нет. — Мы наконец-то разобрались в чувствах, и признались друг другу. — Это радует. Через несколько дней молодые люди встретились. Заранее договорились о том, что озвучат своё решение по поводу дальнейшей судьбы их общения. Каждый из них с трепетом внутри шёл на встречу. Саша выпила валерьянки, и две стопки коньяка. — Привет. — Привет, — улыбнулся, — решила? — Да, а ты? — Тоже… Люди сходятся и расходятся, это неизбежно. Но, — выдохнул, — я считаю, что мы можем попытаться не разойтись. Жить с нелюбимыми людьми — глупо. Готов выслушать тебя, — отвёл взгляд. — А мне и добавить нечего. Ты всё сказал, в очередной раз прочитав мои мысли, — усмехнулась. — Не совсем осознаю происходящее, и кажется, что всё это какой-то сон. — Я тоже в растерянности. — Впервые так волнуюсь перед девушкой, — достал сигарету, — но мне стало легче. — Смазанное ощущение. Надо это как-то переварить. Столько лет ждала, дождалась, и не знаю, что делать. Шепс взял её за руку, и поцеловал каждую костяшку, заглядывая Александре в глаза. — С этим мы разберёмся. — Не сомневаюсь…