Заткнись.

Ханджи была на улице с некоторыми солдатами разведкорпуса на улице, играя с ними в снежки и любуясь снегом. До того момента, пока Леви затащил ее в корпус. — Зачем ты это сделал?! — Ханджи возмутилась, но вошла в здание, когда Леви потянул ее за рукав и Зое чуть не споткнулась об дверной порог. — Если ты заболеешь, то кто тебя лечить будет? — Сказал он, глядя на нее с озабоченным лицом. — Обычно тебе было все равно. — Хандж последовала за Леви по коридору, куда он ее вел, поскольку хватка за ее рукав не позволяла ей вырваться. — Но я все равно тебя ненавижу, даже если я оберегаю твою шкуру. — говорил Ривай с невозмутимым выражением лица, но Ханджи хорошо его знала, чтобы понять, что он говорит это только для того, чтобы скрыть свои истинные чувства и волнение за нее.

***

Зое была удивлена, когда Леви привел ее в свою комнату, усадил на свою кровать и встал перед сидящей, после чего накрыл ее плечи пледом, который первый попался под руку. — Ты хоть представляешь, как я не люблю заботиться о других людях, четырехглазая?! — Ривай сердито посмотрел на Ханджи. Леви сел на колени рядом с кроватью и обнял ее за талию, положив голову ей на колени, отчего она вздрогнула. — Леви, ты чего.? — Мысли о том, почему он так себя ведет не давали ей покоя, и это предложение было единственным, что она могла сказать на данный момент. — Просто заткнись и сиди тихо. — Капрал пытался сохранять свой невозмутимый вид, но его глаза, горящие любовью выдавали его. Когда Леви привык к ее теплу и постепенно начинал чувствовать себя спокойнее, он почувствовал, как рука Ханджи гладит его по волосам. Он пытался сохранять самообладание, когда от ее прикосновений у него по спине пробежали мурашки, что не дало ему воплотить цель в реальность. Она осторожно поглаживала его, и от этого небольшого жеста мысли Ривая затуманились, а дыхание стало немного прерывистым, по мере того как чувство блаженства усиливалось в его сердце, напряжение в мышцах ослабевало. — Я могу умереть спокойно, наконец почувствовав это хоть один раз. — сказал он себе, когда ее пальцы начали двигаться вверх и вниз по его спине, даря ему успокаивающее и приятное ощущение. — Ты о чем? — спокойным голосом спросила Ханджи, продолжая гладить Ривая по спине. Леви был возвращен к реальности ее мягким голосом, который звучал успокаивающе, и он выпрямился, после чего посмотрев ей в глаза, рассматривая их. — Я был абсолютно никчёмен… — взгляд капитана потускнел. — С чего ты это решил? — Зое не ожидала услышать от Леви, который казался высокомерным на вид. — Я еще 2 года назад поклялся себе, что не влюблюсь снова… И я вновь обманул себя. — Он уставился в землю и что-то бормотал себе под нос, не зная, что она все еще слышит его слова. — И какой она была, твоя первая любовь? — Ханджи заинтересованно посмотрела на Леви, который сел рядом с ней на кровать. — Она была… Всем для меня. И до сих пор осталась. — Он изо всех сил старался смотреть в пол и не поднимать взгляд на ее тело, но голос командира притягивал его еще больше. Теперь ее глаза были как раз на уровне его шеи, и ему потребовалось излить все свое самообладание, на попытку не приблизить лицо к ее шее и не зарыться лицом в нее. Почувствовав, как четырехглазая обняла его, он понял, что может потерять контроль в скором времени. Он изо всех сил пытался отстраниться, но его тело не реагировало и было приклеено к ее объятиям. — Кем была эта девушка? — Спросила Ханджи абсолютно спокойным голосом. Ей было интересно узнать о жизни скрытного и хладнокровного капитана. Леви не решался ответить ей, так как его тело все еще дрожало, а контроль терялся все больше от мысли о ней. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, что не увенчалось успехом, но смог произнести несколько слов, прежде чем из его глаза потекла слеза. — Это…ты. Ханджи вздрогнула, услышав это. Когда он увидел это, его тело немедленно напряглось, и он хотел извиниться за долгое молчание о своих чувствах, но все же остановил себя, так как думал, что она посчитает его слабым. Тело Ривая начало подергиваться от морального срыва, а он чувствовал, что его мир рушится, но глаза были прикованы к ней, словно желая убедиться, что он не выплеснет свои эмоции наружу. Он хотел, чтобы она утешила его, но его эго снова взяло верх, и теперь он был слишком напуган, чтобы показать ей свою уязвимую сторону. Он ждал знака, чтобы отпустить себя и позволить себе расплакаться, но он все еще находился в постоянной борьбе со своей гордостью, пока не заговорил, прервав свой поток мыслей. — Ханджи, ты помнишь, я сказал, что никто не примет меня таким, какой я есть? — Помню. 4 года назад, верно? — Зое с заботливым взглядом смотрела в его глаза, в то время как эмоции внутри Леви захлестнули с новой силой, и, наконец, его барьеры рухнули, когда он крепко притянул ее в свои объятия и уткнулся лицом в шею, когда всепоглощающее чувство сожаления и вины, наконец, заставило его разрыдаться в полной мере. Теперь его руки дрожали, а мышцы всего тела напряглись, когда он пытался удержаться от крика. Ривай плакал у нее на шее, крепко обнимая ее, поскольку ему пришлось излить все чувства, которые он подавлял годами. Он рыдал как маленький ребенок и его хватка на спине Ханджи медленно ослабевала. На этот раз он просто хотел, чтобы она не отпускала его и сказала, что все в порядке. Его тело дрожало в ее объятиях, и он не мог подобрать подходящих слов, чтобы должным образом донести до нее свои мысли. Леви чувствовал себя комфортно и безопасно в ее объятиях, а тепло, которое она излучала, облегчало боль и холод в его сердце. — Пожалуйста… никогда не покидай меня… — Леви все еще всхлипывал и цеплялся за нее, даже не осознавая, что он просто показывает уязвимую сторону себя. Он был полностью под ее контролем, но при этом не беспокоился по этому поводу, потому что доверял ей и знал, что она не причинит ему вреда. Ривай наконец перестал опасаться своего срыва при Зое.