boyfriend for rent

«Чон Чонгук, двадцать лет, гей, но на качество услуг ориентация влиять не будет. Учусь в СНУ, обучение оплачивают родители. В свободное время занимаюсь танцами, люблю адреналин и приключения, хорошо готовлю, могу поддерживать чистоту в доме, хоть и не люблю. Не пью, не курю. Отсутствие проблем гарантирую и жду того же. Согласен на многие условия, за исключением интимных связей. Обязательные условия: 1. Любить детей и животных (это важно!); 2. Уважать установленные границы; 3. Придерживаться договора. Остальное обсуждается при встрече» Обновлено десять месяцев назад. Значит, сейчас ему около двадцати одного, и они ровесники, и это чертовски ужасная идея, но, по крайней мере, они хотя бы в одном городе. Были. Осенью того года, а сейчас, вообще-то, лето, и этот Чонгук уже, наверное, никакой не парень напрокат. Он, может, уже в реальных отношениях, по-гейски любит и любим взаимно. Но этот Чонгук — лучший вариант среди всех имеющихся на этом сайте, потому что он привлекателен внешне, что Мина (и родители, соответственно) точно оценит, кажется интересным и умеет готовить, а ведь самого Тэхëна к плите подпускать ни за что нельзя. Он и не приблизится. Ещё и несколько отзывов подчеркивают его состоятельность, да и звёздочки в количестве 4.95 из пяти являются показателем. Ничего страшного не случится, если Тэхëн напишет, правда? Он же не станет заставлять, давить и убеждать согласиться. Чонгук откажется, скажет, что год прошёл, он таким не занимается — они просто тихо-мирно разойдутся и забудут об этой ситуации. Интересно, как скоро его заблокируют после «привет, я насчёт услуг парня в аренду», отправленного на приведëнный номер телефона? Лучше ничего придумать не удалось. Да и времени нет, Мина уже через два дня прилететь должна, чтобы проверить, с кем там Тэхëн встречается, и забрать, если окажется, что всё-таки ни с кем, а всё это было отговорками. Господи, как же глупо! Тэхëн проверяет телефон каждую свободную минуту, но, конечно, Чонгук не отвечает ни этим вечером, ни следующим утром. Он ничего не выдумывает и не накручивает себя, однако всё равно волнуется, не зная, чего ожидать. Если до вечера Чонгук не ответит, нужно будет опять рыться на том богом забытом сайте для поиска фиктивных отношений (люди иногда такие странные). Но Чонгук всё равно пишет. Поначалу это «??????» и следующее за этим «простите?», а через три минуты «господи, я понял!!», через семь «нет, серьёзно?» и через двадцать восемь, наконец, «давай обсудим детали». Довольно странно, но у Тэхëна нет времени выбирать. Чонгук, вроде как, милый. Тэхëну, вроде как, мог бы понравиться такой, а на остальное плевать. Тэхëн с Чонгуком, на удивление, обсуждает детали не так уж и долго, минуты две, пока Чонгук не предлагает созвониться, чтобы посмотреть друг на друга, а после разойтись спать. Созвониться? В одиннадцать? Кто вообще так делает? Тэхëн, едва видит уведомление с текстом, подрывается с кровати, на которой в комфорте расположился, секунд за десять заправляет её, приглаживает волосы, накидывает на голый торс первую попавшуюся под руку приличную футболку и садится за рабочий стол. И только потом читает сообщение, чтобы ответить. Ничего подозрительного, он просто отвлёкся, со всеми бывает. Чонгук, в отличие от него, выглядит абсолютно по-домашнему. С растрепавшимися волнистыми волосами, часть убрана за уши. С кривым макияжем, какой обычно бывает, когда смывать его после загруженного дня слишком лень и остаётся только оттягивать момент. В растянутой майке, что сползла с одного плеча и вот-вот грозит сползти и со второго. Смотрит огромными глазами с экрана телефона Тэхëна и улыбается так, словно знает, почему Тэхëн пропал. Миленький. Мине точно понравится. — О, а ты не мой типаж, — вместо приветствия или чего-то такого. Тэхëн неосознанно хмурится. Как ему следует воспринимать подобные заявления? — Мне нравятся крохотные парни, которых хочется укутать в одеяло и напоить молоком, а ты такой... Огромный? Какой у тебя рост? Миленький и всё ещё чертовски странный. — Метр восемьдесят. — Ага, чуть выше меня. — Мне стоит сказать, что ты тоже не мой типаж, или?.. — А тебе нравятся парни? — Мне не нравятся парни, — не врёт. Ему, по правде сказать, за всю недолгую жизнь никто не нравился. И девушек, и парней он находит симпатичными, милыми, интересными, но, как бы ни хотел почувствовать то самое, без романтического подтекста. До своих двадцати одного он дожил без влюблëнностей. Чонгук наклоняет голову и дважды моргает. — Но я бы не назвал себя гетеро. Звучало грубо? — Не особо. — Ты согласен? Чонгук только хмыкает. — Всё это было в прошлом году и по пьяной шутке в день рождения друга, но, что ж, деньги мне нужны, а ты, я полагаю, если уж забрëл на сайт, о котором даже я не сразу вспомнил, готов платить. Готов же? — Тэхëн неуверенно кивает, и на лице Чонгука расцветает чересчур большая улыбка. — И мне скучно и одиноко. У Чимина сейчас девушка, любовь всей его жизни, а мы были вместе с трёх лет! Ты понимаешь?! Он слишком жесток! — И как же он посмел? — Вот и я не понимаю! — Чонгук замолкает, чего-то ожидая, Тэхен молчит тоже, понятия не имея, чего от него хотят, что рождает неловкую паузу. Поэтому он не любит звонки. — Так... Зачем тебе притворяться заинтересованным во мне? — Родители оплачивали обучение, я отчислился, — для чего таить подробности? Ситуация в любом случае слишком глупая, менее глупой от сохранения тайны она не станет. — Они собирались забрать меня к себе в страну. Ещё и сестра всё время искала мне девушку. Надоело, я и сморозил глупость, сказал, что меня привлекают парни и здесь у меня уже есть любовь всей жизни, которую я не могу бросить. Убил двух зайцев одновременно. И случайно выстрелил себе в ногу, так что теперь мне срочно нужно откопать где-то парня. Да, ты можешь смеяться. Срабатывает как спусковой крючок. Чонгук откидывает телефон, открывая вид на светлый потолок, слышно лишь его громкий смех с перерывами на попытки отдышаться. Тэхëн ждёт. Переходит со стула обратно на кровать, ложится, как лежит Чонгук, кладёт телефон рядом, прикрывает глаза и слушает. Глупая ситуация, но не рассказывать же семье правду, когда всё так хорошо складывается, правильно? На него хоть перестали давить. — Обсудим условия? — тихо начинает, когда от Чонгука перестают исходить странные звуки. — Свидания, чтобы узнать друг друга, совместные вечера и все романтические штуки. Нуна остановится в моей квартире, так что было бы неплохо, если бы ты иногда здесь ночевал. — Учти, — сразу же перебивает Чонгук, Тэхëн едва не стонет. Такими темпами они никуда не придут. — Если ты сексуальный маньяк, твои фотографии уже у Чимина, а его отец довольно хорош в поиске информации на людей. А, ну, и ещё. — Что-то может быть хуже отца Чимина? Его будущий парень кратко хихикает. — Я волонтёр, подкармливаю, подбираю бездомных животных, каких найду, лечу их и отдаю в приюты, вместе со своей группой таких же волонтёров коплю деньги и хочу уговорить родителей добавить, чтобы хватило на приют, — на одном дыхании. — Поэтому мне и нужны деньги. Тэхëн ловит себя на восхищении. И это же восхищение не сдерживает и высказывает, Чонгук смущается и жмурится. Наверное, он ожидал не этого, может быть, уже встречался с иной реакцией, полностью противоположной его. Они с Чонгуком ещё немного обсуждают условия и оплату, а после, по неведомой причине, долго говорят и на отвлечëнные темы. Рассказывают немного о себе, о своих семьях (у Чонгука действительно тёплые отношения с родителями, сестрëнкой, старшим братом, его женой и маленькой племянницей), о друзьях, где у Тэхëна никого, а у Чонгука — огромная компания. Главным, конечно, является Чимин, с которым он делит квартиру. О котятах, найденных в мусорке, и жестокости людей. О планах на будущее: Тэхëн понятия не имеет, чем вообще хочет заниматься по жизни, Чонгук мечтает, вот, о приюте, закончить медицинский и подружиться со всем миром. Ровно за пять минут до полуночи, посреди разговора, Чонгук вдруг говорит, что ему нужно идти спать, и, стоит Тэхëну попрощаться, обещает написать утром и тут же выключает звонок. Он по графику живёт, что ли? Забавный. Хотя так, наверное, даже неплохо, когда жизнь под контролем. Этот Чонгук кажется очень хорошим вариантом. Сам Тэхëн ещё некоторое время листает ленту в телефоне и только потом ложится. На следующее утро Чонгук предлагает им встретиться ближе к вечеру и, не дожидаясь ответа, скидывает геолокацией кафе рядом с Сеульским Национальным, в котором, как говорит анкета, обучается. Тэхëн понятия не имеет, когда он там будет, да и спрашивать не особо стремится, всё равно с работы получится уйти только в конце дня. Возможность наткнуться на Чонгука — лотерея. Не будет же он там его так долго ждать. Не будет, правда? Не ждёт. Кафе маленькое, посетителей не так уж и много, среди них точно нет Чонгука, поэтому Тэхëн, неуверенно поздоровавшись с милым бариста с удлинëнными белыми волосами, просит травяной чай и ту аппетитную булочку на витрине и усаживается у дальнего окна. Для себя решает побыть здесь немного и, если к нему не придут, уже тогда уведомить Чонгука. — Тэхëн, не так ли? — отвлекает от книги всё тот же милый бариста, когда ставит перед ним небольшой поднос. Тэхëн неуверенно поднимает взгляд. Не похож на Чонгука. Нет, чем-то напоминает, конечно, но глаза не те. Да и на бейджике аккуратным почерком выведено «Мин Юнги». Точно не «Чонгук». — Извините? Тэхëн запоздало кивает. — Всё верно. — Господи, спасибо, — бариста заметно расслабляется и даже улыбается искренне, а не натянуто. — Было бы неловко ошибиться, я бы больше ни разу в жизни не заговорил с людьми. О, простите. Так, да, у Чонгука сейчас пара до шести, и он умоляет вас не уходить. И почему они все такие милые? Бариста, когда Тэхëн заверяет, что никуда не торопится, спешит вернуться за стойку и больше в его сторону даже не смотрит, такой очевидно смущëнный. Говорил ли вчера Чонгук что-нибудь про Юнги? Он не может вспомнить. Да и это, наверное, не имеет значения. И, что ж, Чонгука он совершенно не ожидает увидеть в подобном. Он даже не сразу признаёт его в вошедшем парне. Образ милашки-одуванчика никак не вяжется с рубашкой больше размера на три, узкими джинсами с цепями и массивными берцами. И всё чёрное. Но парень в чёрном замирает у бариста надолго, что-то бормочет и, следуя кивку Юнги, быстро оборачивается к Тэхëну. Если бы он продолжал читать, ничего бы и не заметил, просто новый посетитель сумел его заинтересовать. Кто вообще надевает тёмное и закрытое летом? Вне сомнений, Чонгук. Улыбка, волосы, глаза — всё его. Не тот Чонгук, которого Тэхëн помнит с вечера, но точно тот, кто пригласил его сюда, заставил Юнги с ним объясняться и отсидел пару до шести. Люди многогранны. Одежда на Чонгуке не значит, что он не может быть таким милашкой, каким был вчера. Если Чонгуку нравятся крохотные парни, которых хочется укутать в одеяло, значит ли это, что ему нравится Юнги? Описание ему подходит. И Чонгук с ним кажется слишком учтивым. Флиртует? Тэхëн мотает головой, прогоняя мысли. Не его дело, даже если нравится. — Спасибо, что подождал, — Чонгук опускается напротив и, не встретив явного сопротивления, отламывает себе кусочек булочки — что за наглость? — Хорошо выглядишь. Если бежевая футболка и джинсы — это «хорошо выглядишь», то Чонгук выглядит просто великолепно, но сказать об этом минутки не выдаётся: Чонгук тут же, активно жестикулируя, начинает рассказывать про университет, про последнюю пару физики, которую он совершенно не понимает и в которой не видит смысла, про одногруппницу, так и не вернувшую ему дорогой многофункциональный калькулятор. И про Чимина, попросившего его свалить из квартиры до позднего вечера, потому что они с возлюбленной решили именно сегодня перейти на новый уровень, где только они, пижамы, домашний уют и какой-нибудь атмосферный фильм, чтобы на титрах можно было поплакать от переполняющих чувств. Остаться он, конечно, мог, но тогда ему бы пришлось подраться с Джису за внимание его лучшего друга и её парня. Шуточно, естественно, он большую часть времени её обожает, искренне рад, что именно она стала первой серьёзной любовью Чимина, и понимает, почему они так много времени проводят вместе. Первый этап отношений — что с них взять? Иногда Чонгук задаёт вопросы вроде «тебе комфортно, что я так много говорю?», или «хочешь пойти куда-нибудь или посидим здесь?», или «что думаешь на этот счёт?», и Тэхëн отвечает то одним предложением, то несколькими. Но, в целом, говорит только Чонгук, а сам Тэхëн пьёт чай, наблюдает за его яркими и взрывными эмоциями, строит в голове картину и довольно часто ловит задумчивый взгляд Юнги, который тут же возвращается к своим делам, стоит ему заметить. Такое времяпрепровождение его вполне устраивает. С Чонгуком комфортно. Он даже и не вспомнит, когда в последний раз проводил вечера не в одиночестве. Кажется, это было до отчисления? С группой он особо близок не был, друзей там не нашёл, а поводы для встреч исчезли вместе с необходимостью посещать пары. На работе тоже никого. В принципе, понятно, почему Мина с родителями так рвутся вытащить его из Сеула. — Значит, ты никогда не любил? Как они вообще дошли до этого разговора? Тэхëн, неловко улыбнувшись Юнги, подошедшему, чтобы налить в его чайник ещё немного кипятка, качает головой и слышит хмык со стороны бариста. Что он о них думает? Знает ли, что свяжет их с Чонгуком? Кто он Чонгуку? — А ты? — Я легко влюбляюсь. Если честно, вся моя жизнь после осознания ориентации состоит из череды влюблённостей, которые то приходят, то уходят. И я люблю это. Не подумай ничего такого, я говорю именно про влюблённости. Любовь у меня была всего лишь одна, и длилась она чуть меньше года. Хотя и это я бы сейчас назвал сильной влюблённостью... В общем! Ответ ты понял. — Ты забавный, — первый комплимент, который Тэхен говорит вслух, хотя в голове их с первой минуты тысячи. У Чонгука и внешность приятная, и характер как раз такой, каким Тэхëн не устаёт восхищаться: Чонгук открыт, дружелюбен, эмоционален, не стесняется проявлять эмоции, умеет говорить и слушать, когда это нужно, чувствует атмосферу и, кажется, даже угадывает настрой самого Тэхëна. — В хорошем смысле. — Всё дело в том, что ты не в моём вкусе. — Как это связано? — В среднем в подходящих людей я влюбляюсь минут за двадцать, а к тебе за... Сколько мы тут сидим? Полтора часа? Охренеть. К тебе за час с лишним я не почувствовал ничего романтического, и именно это позволяет мне чувствовать себя уверенно и спокойно. Юнги подтвердит, насколько невыносимым я порой бываю, когда влюбляюсь в новых людей. — Влюбляешься в новых людей? — В Чимина я влюблялся пять раз, — он кивает и невинно улыбается, пока Тэхëн пытается принять данную новость. Он странный. Хотя не Тэхëну с его нулевым опытом в делах любовных судить. — С этим не так уж и трудно жить, мне даже нравится. Хëн говорит, что, чтобы стать мне близким другом, нужно, чтобы я влюбился как минимум три раза. Звучит не очень. В прошлое воскресенье я хотел с ним подраться из-за этой фразы. Не знаю, наверное, мне стоит попросить родителей оплатить психолога и обсудить это с ним, но времени нет, слишком большая нагрузка в университете и... Чёрт! Анатомия! Чонгук подскакивает, хватает свой рюкзак и вылетает из кофейни, прихватив уже третью тэхëнову булочку. Тэхëн успевает только моргнуть и поймать взгляд Юнги в поисках ответов на вереницу вопросов в голове, но Юнги тоже выглядит потерянным и неловко улыбается. Ладно. Окей, и что ему делать-то? Ждать? Идти домой? Позвонить? По крайней мере, они с Юнги находятся в равных условиях. Уже неплохо. Не позволяя уйти в раздумья, экран телефона загорается входящим вызовом от Мины. Тэхëн, на самом деле, очень хочет проигнорировать и перезвонить позже, когда с Чонгуком всё разрешится, а он окажется в тишине квартиры, но с ней так поступать нельзя, иначе следующую встречу можно не пережить. Будь эта встреча через месяц-два, ничего не помешало бы рискнуть, а так, увы, вариант один — ответить. Нет, сестру он любит, но её чрезвычайная активность и озабоченность всем происходящим на Земле порой жутко раздражают его спокойную, уравновешенную, привыкшую к тишине натуру. Пока он отвечает на все вопросы Мины тихими «угу», «понял», «да-да», Чонгук успевает вернуться и громко прокричать извинения срывающимся голосом, словно пробежал километра два. Мина подозрительно замолкает. Чонгук вновь извиняется, уже тише, и, не повышая голоса, спрашивает, разговаривает ли он с потенциальной зрительницей их представления и нужно ли ему уже сейчас приступать к своей роли. Но он сделал достаточно. Мина, пришедшая в себя, просит не встречать её и выключается. Тэхëн уже знает, что неожиданно новый мужской голос, произнëсший фразу неформально и с дружеской интонацией, точно не принадлежащий коллеге по работе, заставил её задуматься и на мгновение пошатнул уверенность, что Тэхëн солгал насчёт парня. Да, Чонгук, определённо, был хорош. — Я обещал дать одногруппнице конспекты по анатомии, вот, только вспомнил. Она чуть не ушла уже. Прости, что бросил так. Тэхëн медленно качает головой. Ему так нравится, каким другим, противоположным ему, ощущается Чонгук. — Не хочешь прогуляться? — вдруг предлагает Чонгук с яркой улыбкой. Тэхён согласно кивает — сидеть он уже изрядно устал, да и Чонгук порой во время увлечённой речи срывается на громкие высказывания, из-за чего Тэхёну приходится сталкиваться с неловкостью перед другими посетителями. На улице, так или иначе, будет проще. Тем более, Чонгук уводит его в удалённую часть парка, где людей оказывается мало, поэтому детали они обсуждают уже гораздо свободнее. Тэхён даже рассказывает про себя. Не особо много, конечно — у него слишком скучная жизнь, чтобы разговор получился долгим. Чонгук спрашивает сам. Любимый цвет, любимое животное, любимое блюдо, любимую песню, и на всё Тэхёну приходится отвечать. Ещё и запоминать, что отвечает Чонгук. Через час такой прогулки его голова начинает взрываться. Хорошо, что Чонгук обещает дома найти анкету, заполнить и прислать Тэхёну, чтобы заполнил тоже, а потом постарался выучить хотя бы половину. Домой Тэхён возвращается абсолютно уставшим от долгого общения с активным и неугомонным Чонгуком, но всё же в глубине души признаёт — Чонгук неплох. Мине понравится точно. Чонгук тем же вечером отправляет ему анкету, и Тэхён наливает чай и усаживается за ноутбук, готовый отвечать на двести странных вопросов, обещающих, что это поможет узнать партнёра лучше. У Тэхёна уходит час, прежде чем он облегчённо сохраняет документ, отправляет Чонгуку и уходит в душ. Когда возвращается, его ждёт присланный Чонгуком файл в десять страниц, где едва ли не на каждый вопрос он отвечает с максимальной подробностью и расписывает все аспекты собственной жизни. Он даже список животных, которых лично спас, приводит под вопросом о хобби. Их оказывается тринадцать, из которых девять — кошки и коты, три собаки и один кролик. Вау. Удивительный человек. Весь следующий день Тэхён тратит на то, чтобы запомнить хотя бы половину из всего списка, и вечером они с Чонгуком вновь встречаются, чтобы обсудить всё, что вызвало вопросы, и проверить, как запомнили пункты из списка. Чонгук раскрывает о себе ещё больше, и Тэхён с удивлением понимает, что в анкете он раскрыл лишь малую часть. Чонгук оказывается ещё более интересным, забавным и милым человеком. Тэхён признаёт — он очарован Чонгуком. И быть очарованным Чонгуком ему нравится уже сейчас. Наутро Тэхён приглашает Чонгука заглянуть к нему, чтобы он мог познакомиться с квартирой до приезда Мины. Чонгук приезжает через час с огромным рюкзаком. Тэхён удивлённо поднимает брови, когда Чонгук скидывает свой рюкзак на пол и фыркает, что Тэхён мог бы вызвать ему такси, а не отправлять на автобусе. Потому что он с тяжёлым рюкзаком. Потому что людей слишком много. Потому что водитель автобус вёл так, будто ему из одного конца города в другой надо за десять минут проехать. И не имеет значения, что Тэхён деньги на такси кинул вместе с предварительной оплатой. Чонгук их отложил на более важные дела. Никакие аргументы он слушать не желает — Тэхёну остаётся лишь шокированно отойти в сторону, показать, куда складывать вещи, и послушно выслушать всё ворчание уставшего Чонгука, доведённого кем-то, с кем он поссорился в автобусе. Его, кажется, вообще не волнует ни то, что он в чужом и незнакомом доме, ни то, что Тэхёна он едва знает — его настроение приходит в норму лишь после того, как он несколько раз материт всех в автобусе, все автобусы и чёртово желание сэкономить денег. Тэхён может лишь следовать за ним, изучающим квартиру, и кивать каждый раз, когда Чонгук бросает на него грозный взгляд, словно желая убедиться, что Тэхён с ним полностью согласен. Что будет, если Тэхён не согласится, он решает не узнавать. Всё равно Чонгук вскоре замечает его любимое печенье на кухонном столе и светлеет, забывая про всё. Стоит Тэхёну добавить, что он купил и любимый чай Чонгука, он и вовсе расцветает в яркой улыбке, довольно кивает, вытаскивает из рюкзака любимую чашку и принимается расспрашивать про Мину. После того, как он съедает половину печенья и выпивает две кружки чая, потому что совершенно не завтракал, они перебираются в спальню, где разбирают вещи. Шкаф Тэхёна наполняется чёрной одеждой. В душевую Чонгук относит второй халат, Тэхён ставит на сушилку в прихожей его обувь, и они вместе удовлетворённо устраиваются на диване в гостиной. Взгляд Чонгука сразу цепляется за игровую станцию. Следующие несколько часов они тратят на игры, напрочь игнорируя необходимость подготовиться к приезду Мины, потому что Чонгук оказывается, по его мнению, недостаточно хорош. Он делает всё, чтобы Тэхёна победить, и его не устраивает, когда победу отнимает Тэхён, освоивший все игры, какие у него есть. Правда, в одиночном режиме. Это оказывается действительно весело. Тэхён достаточно быстро привыкает к присутствию Чонгука, громкого и совершенно не вписывающегося в его спокойную, тихую и идеально чистую квартиру. Чонгук смеётся, шутит, кричит, и когда проигрывает, и когда выигрывает, просто в случае проигрыша ещё и шуточно дерётся с Тэхëном подушкой. Тэхëн думает — «вау». Такого человека в его жизни за последние несколько лет точно не было. Они долго выбирают, какую пиццу заказать, пока не сходятся на сырной и газировке к ней. Курьер обещает быть через час, и Тэхëн удовлетворëнно кивает, возвращаясь вниманием к телевизору. Чонгук вдруг замирает, оборачивается к нему и распахивает глаза. — Секс! — громко выдыхает он. Тэхëн недоумëнно моргает. — Секс? — переспрашивает в попытке понять, о чëм именно Чонгук говорит. — Мы же занимаемся сексом, да? — продолжает Чонгук. — Если мы встречаемся полгода, а нам за двадцать, мы, вроде как, уже должны были хоть раз заняться сексом. — Мина точно не будет спрашивать о таком. — А если всë-таки спросит, ты что делать будешь? — Чонгук поднимает бровь. Тэхëн смиренно кивает, признавая его правоту, но не собираясь заводить подобный разговор — пусть Чонгук, раз он предложил, спрашивает первым. — Ты актив или пассив? — Кто? — Ты не знаешь, что такое топ и боттом? — потерянно спрашивает Чонгук, звуча так, будто это то, о чëм знают даже дети. Тэхëн неуверенно разводит руками. Так глубоко в сексуальные понятия он не углублялся. — Понятно… — сделав выводы из молчания Тэхëна, тянет он. — Член в тебе или твой член в ком-то? — худший вопрос, который Тэхëн мог услышать. Хуже только отсутствие у него ответа. — А ты как предпочитаешь? — задумчиво интересуется Тэхëн, ероша ладонью волосы. — По-разному. И так, и так. — Тогда и я, наверное… — Миссионерская или наездник? — продолжает Чонгук, не удовлетворённый одним ответом. Тэхëн обречённо прикрывает глаза. — А мы можем не обсуждать это? — жалобно просит он. — Я знаю тебя три дня, я точно не готов говорить о сексе. Особенно в таких подробностях. Давай просто… Самый обычный секс. Никаких новшеств. — Ладно, — к облегчению Тэхëна, Чонгук с ним соглашается, кивает и обращается к экрану. Тэхëн выдыхает. Пронесло. — В наш первый секс сверху был ты, в следующий я, начали заниматься сексом примерно месяц назад. В основном ограничиваемся дрочкой и отсосами, секс пару раз в неделю, моя эрогенная зона — грудь и бëдра, у тебя шея и уши, — резко выпаливает Чонгук. — Всё. — Ты… — шокированно выдыхает Тэхëн. Чонгук поворачивает к нему голову с яркой улыбкой. Тэхëн устало качает головой и, наконец, включает игру, из-за чего Чонгуку приходится отвлечься от разговоров о сексе и обратиться к телевизору. И хорошо. Тэхёну хватит и того, что он успел сказать. Он и не замечает, как пролетает час — из игры их вырывает громкий дверной звонок. Тэхëн спешит открыть, забирает пиццу с двумя бутылками и спешит вернуться к Чонгуку, уже выбирающему, какой ролик включить, чтобы под него обедать. Останавливается он на обзоре какого-то сериала и спрашивает, не против ли Тэхëн. Он, конечно, не против. Чонгук удовлетворённо включает и опускается за стол, рядом с Тэхëном, подтягивая к себе коробку с пиццей и вытаскивая первый кусок. Тот, где побольше сыра. Ещё и разделяет, какие кусочки достанутся Тэхëну, потому что они, по его мнению, слишком голые, и Тэхëн со вздохом кивает, не споря. Ладно. Переживёт. — Стой, не кусай, — внезапно останавливает его Чонгук, когда Тэхëн уже открывает рот и подносит к губам кусок. Он недоумëнно поднимает брови. — Давай сфоткаемся, — предлагает Чонгук и, не дожидаясь ответа, уже наводит на них камеру. — Пиццу не опускай. Приходится ещё несколько минут ждать, пока Чонгук сфотографирует их со всех ракурсов, прежде чем Тэхëну, наконец, разрешают откусить и насладиться вкусом. Теперь его отвлекают только разговорами рядом, но Тэхëн едва ли чувствует недовольство, уже привыкший к такому Чонгуку. Наверное, они идеально друг друга дополняют. — Подожди, — вдруг вспоминает Тэхëн, выпрямляясь. Чонгук замолкает. — За шесть месяцев отношений у нас нет ни одной фотографии, — с паникой в голосе проговаривает он, замечая, как в глазах Чонгука вспыхивает осознание. Они подрываются одновременно. Тэхëн спешит за фотоаппаратом и полароидом, пока Чонгук активно пытается придумать, как и чем заполнить галерею за полгода счастливых отношений. Лучший вариант — улица. С парками, кафе и зданиями, где они могли бы — в теории — побывать. Тэхëн даже не пытается считать, сколько времени они тратят на переодевание, изменение макияжа, колдовство над причëсками, поиск таких мест, которые напоминали бы весну и зиму, и уговаривание всех прохожих сфотографировать их. Благо, на восприятие, во многом, влияет одежда. На кухонном столе к моменту их окончательного возвращения оказывается пара десятков фотографий, сделанных на полароид. Их Чонгук вызывается распределить в альбом и подписать. С фотоаппарата Тэхëн ещё полчаса удаляет неудачные снимки, оставляя только красивые или те, которые Чонгук находит смешными. Благо, ни фотоаппарат, ни полароид не подписывают дату, когда была сделана фотография, в отличие от телефонов. Когда они со всем заканчивают, оба устало заваливаются на кровать в зимней одежде и, стоит их взглядам встретиться, заходятся в громком смехе. Чонгук прижимается к Тэхëну, стуча по его плечу и делясь впечатлениями, а Тэхëн, тихо посмеиваясь, слушает его. И смотрит. Чонгук, когда смеётся, выглядит безумно красиво. Он и сам по себе такой — яркий, живой, смешной и красивый. Тэхëн мог бы в него влюбиться, наверное. По крайней мере, Мина всегда говорила, что ему нужна именно такая девушка, чтобы вытаскивала хоть куда-нибудь. Тэхëн, глядя на Чонгука, признаёт, что она была права. Его жизнь словно заранее отвела место для Чонгука и только ждала, когда Тэхëн, в конце концов, наткнëтся на его анкету и предложит сделать вид, будто они уже полгода счастливы в отношениях. И когда Тэхëн вызывает Чонгуку такси, провожает до машины и возвращается, квартира неожиданно кажется ему слишком пустой и тихой. Хорошо, что это чувство быстро отпускает, когда Тэхëн принимается за уборку, подготавливает гостевую комнату к приезду Мины и спрашивает, где она. Её самолёт должен вот-вот приземлиться. Ответ приходит через несколько минут, а через час по квартире разносится трель звонка. Тэхëн спешит открыть. Стоит двери распахнуться достаточно, чтобы в щель пролезла хрупкая девушка, Тэхёна тут же прижимают к стене и крепко обнимают, оглушая криками о том, как сильно Мина по нему соскучилась. Она отпускает его только через несколько минут, да и то — чтобы затащить чемодан в квартиру, захлопнуть дверь и начать громко рассказывать о перелëте. Тэхëн забирает у неë чемодан и несëт в её комнату, кивая на каждую подробность и гадая, как быстро Мина и Чонгук подружатся — за минуту или всё же за две. — Твой парень не будет меня встречать? — издевательски спрашивает Мина, всем видом выражая собственное неверие ни единому слову Тэхëна. — Мы не живём вместе, — вздохнув, отвечает Тэхëн. — И его зовут Чонгук. — О, неужели мы спустя месяц его имя узнали? — Нуна, — с укором останавливает её Тэхён, качая головой. — Не реагируй так. Завтра сходим вместе в кафе, там и познакомитесь. Он тебе понравится. — Как он хоть выглядит? — гораздо спокойнее спрашивает Мина, складывая руки на груди. Тэхëн хватает с полки рамку с фотографией с их весенней фотосессии и протягивает. Мина, нахмурившись, забирает и принимается внимательно разглядывать. Тэхëн закатывает глаза. — Будешь чай? — предлагает он. Мина согласно мычит и отрывается от фотографии исключительно ради того, чтобы взять следующую. Их там всего три, зимняя, весенняя и летняя. На двух последних они улыбаются в камеру, а на зимней целуются, чтобы это могло объяснить слишком близкую съëмку. На кухню Мина приходит уже глубоко задумчивой и потерянно опускается на стул. Тэхëн с любопытством наклоняет голову. — И как тебе Чонгук? — Если вы не встречаетесь, я украду его себе, — фыркает Мина в ответ. Тэхëн, усмехнувшись, машет головой. — Он гей, не получится. — С каких пор тебе вообще нравятся парни? — С той секунды, как я встретил Чонгука, — легко отвечает Тэхëн, а после — опускает взгляд на так и не помытую кружку Чонгука в раковине, признавая, что в его словах доля искренности, так или иначе, есть. — Когда это произошло? — В сентябре того года. — Когда начали встречаться? — В январе. — Почему не раньше? — Потому что мне потребовалось время, чтобы принять влечение к парням. Ну, и просто влюбиться в Чонгука. Мы сначала подружились, а уже потом влюбились и начали встречаться. — Кто первым признался? — Он. Напился в новогоднюю ночь. — Когда сексом занялись? — Месяц назад, — на автомате отвечает Тэхëн и резко разворачивается. — Нуна, — с укором говорит он и устало вздыхает, когда Мина лишь невинно улыбается и разводит руками. — Ты можешь устраивать мне допрос о наших отношениях, но на вопросы о сексе я отвечать не буду. Это касается только нас двоих. — Как скажешь, как скажешь, — с хитростью отзывается Мина и поднимает руки ладонями к Тэхëну. — Мне просто было интересно, продумал ли ты в своей легенде интимные отношения. — Можешь не сомневаться, тебе меня не подловить. — Когда Чонгук просыпается, он первым делом идёт в туалет или лезет в телефон? — неожиданно спрашивает Мина. Тэхëн глупо моргает. Что это вообще за вопрос? — Если вы ночуете вместе, ты должен это знать. — Он всегда просыпается раньше, потому что ему нужно в университет, — находится с ответом Тэхëн. Мина подозрительно прищуривает глаза. — А в выходные? — А в выходные я всё равно просыпаюсь позже него, и тогда он либо сидит в телефоне, либо готовит нам завтрак. И мы редко ночуем вместе, у него университет и квартира на другом конце города. — У него своя или он снимает? — Снимает с другом. — Как друга зовут? — Чимин. — Сколько они дружат? — С трëх лет. — Где твой учится? — СНУ. — Как учится? — На высокие баллы. — Какой предмет портит статистику? — Физика. — Ладно, — выдыхает Мина и машет рукой. — Можешь жить пока. Тэхëн облегчëнно опускает плечи и, сглотнув, отворачивается, чтобы набрать воды. Боже. Ещё подобного допроса он точно не вынесет — остаётся надеяться, что после встречи с Чонгуком Мина сжалится и смирится с тем, что Тэхëн, вопреки её недоверию, говорит правду. Даже если правдой это не является. По крайней мере, этим вечером она больше не заваливает вопросами о Чонгуке и принимается обсуждать их жизни и всё новое, что случилось за год разлуки. Такое Тэхëну нравится больше. Он, наконец, видит родную сестру, по которой соскучился, и довольно рассказывает про себя и работу. После они расходятся по комнатам. Утром Чонгук спрашивает, во сколько они сегодня собираются встретиться, и Тэхëн интересуется у уже проснувшейся Мины. Она изъявляет желание увидеть Чонгука как можно раньше, и Чонгук, к счастью, соглашается, поэтому завтракать они решают в кафе. Тэхëн вызывает Чонгуку такси, помня его нелюбовь к лишним тратам на себя, а они с Миной до места назначения добираются пешком. У нужного здания оказываются примерно в одно время. Тэхëн и сам не замечает, как начинает улыбаться, когда рядом со входом останавливается приметная машина и оттуда показывается Чонгук, одетый так, словно они не знакомятся с сестрой Тэхёна, а играют свадьбу. Тэхëн отрывается от стены и спешит к Чонгуку, раскрывая руки для объятий. Чонгук на долю секунды прижимается к нему, а после — отстраняется, как было оговорено. Потому что в их городе гомосексуальные отношения всё ещё не настолько приняты, чтобы целоваться на улице. — Выглядишь восхитительно, — абсолютно искренний комплимент. Чонгук ярко улыбается и взглядом находит за спиной Тэхëна Мину. Она терпеливо ждëт, но внимательно следит, отмечая каждую деталь, даже самую маленькую. Хорошо, что они с Чонгуком учли и такие. Правда, стоит Тэхëну с Чонгуком приблизиться, как её лицо приобретает мягкие черты и она приветливо улыбается. У Тэхëна даже не возникает необходимости их знакомить — Мина перехватывает инициативу, Чонгук поддерживает, они втроём вваливаются в кафе и устраиваются за столиком. Следующий час Тэхëн слушает подшучивания над ним же от сестры и парня. И если Мина и устраивает Чонгуку допрос, то только о минусах отношений с Тэхëном. Свою роль Чонгук играет отлично. К концу их встречи Тэхëн и сам начинает верить, что они в отношениях, Чонгук влюблён в него, а Тэхëн — в Чонгука. Такая иллюзия ему неожиданно нравится. И Тэхëн, к собственному удивлению, ловит себя на разочаровании, когда случайно вспоминает, что они с Чонгуком просто умело притворяются. Он поэтому и спешит прогнать мысли и снова забывается. Благо, Мина и Чонгук сходятся настолько, что после завтрака они перебираются к Тэхëну в квартиру и продолжают переговариваться, обмениваться шутками и иногда обращать внимание и на Тэхëна. Не то чтобы Тэхëна это не устраивает. Он, наоборот, располагается довольно на диване с книгой в руках и лишь прислушивается к их обсуждениям. Ему нравится проводить время так. — О, надо отправить родителям совместную фотку, — вспоминает Мина. Они с Чонгуком тут же оказываются рядом с Тэхëном, и Мина включает камеру, чтобы сфотографировать их троих. Тэхëн мягко улыбается и приобнимает Чонгука за плечи, Чонгук прижимается головой к нему, и такая поза, по мнению Тэхëна, свидетельствует о искренней влюблённости. — Поцелуйтесь, — вдруг командует Мина. Тэхëн, закатив глаза, послушно поворачивает голову и прижимается к губам Чонгука, что на поцелуй отвечает с готовностью. Целуется он хорошо, в отличие от того же Тэхëна, которого Чонгуку вчера пришлось учить его любимой технике. В то же мгновение, как Мина отправляет фотографии, ей набирает мама. Чонгуку приходится познакомиться и с родителями Тэхëна. Тэхëн, слушая, с каким энтузиазмом они общаются, с сожалением думает о том моменте, когда придётся сказать, что они с Чонгуком расстались. Этот момент представлять даже не хочется. И Мина, и родители влюбляются в Чонгука, о чëм говорят и при нëм, и в семейном чате, где Чонгука нет. Разочарование заполняет сердце Тэхëна — он впервые чувствует себя виноватым за то, как обманывает тех, кто просто искренне заботится о нём. Настолько, что спокойно принимают и его влечение к парням, и его парня. Вечером Мина уговаривает Чонгука остаться на ночь, и даже когда уставший Тэхëн уходит спать, они вдвоём продолжают громко играть и смеяться. Это не мешает Тэхëну заснуть. Из сна его вырывает только Чонгук, под весом которого проминается кровать, и Тэхëн чуть приоткрывает глаза, вглядываясь в темноту. Чонгук, кажется, улыбается, пока устраивается на подушке рядом. — Как всё прошло? — с волнением в голосе тихо спрашивает он. — В тебя влюблена вся моя семья, — не скрывает Тэхëн. Чонгук тихо хмыкает, ничего не отвечая, но Тэхëн замечает, каким довольным он становится, и с нежной усмешкой притягивает Чонгука к себе в объятия. Чонгук устраивается удобнее, прижимается к нему и засыпает гораздо быстрее Тэхёна. Весь сон Тэхëна перебивают мысли о том, как хорошо ощущается Чонгук в его кровати, в его объятиях и в романтических отношениях с ним. Это сводит с ума. Чонгук играет слишком хорошо. А Тэхён задаётся вопросом — что делать, если играть перестанет он? Это глупо — влюбиться в едва знакомого парня за пару дней после того, как он долгие годы не влюблялся ни в кого и уже решил, что никогда и не влюбится. Глупо, странно, слишком быстро. У него даже объяснений этому нет, как и шансов с Чонгуком, потому что Тэхëн точно не его типаж. Иначе Чонгук был бы уже влюблëн. Он сам об этом говорил. И Тэхëн, боже, действительно влюбляется в парня? Он ведь никогда не представлял, что такое произойдёт с ним, и даже не задумывался, а возможно ли это. Его за долгие годы не привлекал никто, но если красотой девушек он мог хотя бы восхититься, то парней это едва ли касалось. А тут — Чонгук. Живой человек. Парень. Тëплый, мягкий, очаровательный и забавный, но парень. Парень, за пару дней пробудивший в Тэхëне влечение, спавшее, наверное, с самого его рождения. Кто вообще влюбляется так быстро? Тэхëну просто в моменте пришло в голову сказать, что его привлекают парни, что он, конечно, не считал правдой, но в итоге всё случилось так, что его полностью приняла семья, а сам он начал влюбляться. Он даже не искал этого. У него и цели были другие — не связать себя отношениями, а выйти из-под опеки семьи. Чонгук слишком неожиданно оказался человеком, которого его организм счëл подходящим. И Тэхëн теперь, стоит признать, не представляет, что делать дальше и стоит ли позволять влюблëнности расти и проникать в его сердце всё глубже. Наверное, у него и выбора нет. Не может же он при Мине просто отдалиться от собственного парня, испугавшись, что чувства к нему выйдут из-под контроля. Чонгук в его объятиях вдруг шевелится, сонно мычит и ведëт носом по плечу, чуть меняя их положение. Тэхëн удивлëнно расслабляет руки, позволяя ему полностью навалиться на него и обвить ещё и ногами, чтобы полностью лежать на нëм, прижиматься к его плечу и прятаться в его объятиях. Сердце сжимается от умиления и восторга. Тэхëн искренне жалеет, что не может увидеть, как они смотрятся со стороны, и, вздохнув, принимает решение постараться уснуть, а не тонуть до утра в раздумьях. Всё равно с чувствами ничего не сделать. О них лучше думать в состоянии бодрости. Просыпаются они в одно время — Тэхëн сквозь сон чувствует, как из его обьятий пытаются выбраться, и заинтересованно открывает глаза. Он едва сдерживает комплимент, что почти срывается с языка, потому что сонный и растрëпанный Чонгук выглядит слишком мило, очаровательно и по-домашнему. Тэхëн его, кажется, впервые видит без макияжа. Ещё и в пижаме. С ума сойти. Не будь он влюблён, в этот момент он бы, вероятно, отдал Чонгуку сердце. — Доброе утро, — шëпотом выдыхает Тэхëн. Чонгук смущëнно ойкает и замирает, глядя на него распахнутыми глазами, словно только заметил, что Тэхëн проснулся. До этого он был занят попытками его не разбудить и выбраться. — Прости, что разбудил, — виновато бормочет он. — Я тебе руку не отлежал? Тэхëн слабо ведёт той, про которую Чонгук говорит, и качает головой. Он ведь у него на груди лежал, а не на руке, поэтому никаких проблем не должно было возникнуть. — Как думаешь, Мина подслушивает? — на грани слышимости спрашивает Чонгук, наклонившись ближе к Тэхëну. — Во сколько она обычно встаёт? Тэхëн бросает взгляд на часы. — В семь утра она точно спит. — Это хорошо, — с облегчением отзывается Чонгук. — Я достаточно убедительно играю твоего парня? — вновь едва слышно, почти у самого уха, спрашивает он. Тэхëн прикрывает глаза. Если Чонгук продолжит быть таким, он точно не вынесет. — Я сам поверил, что мы встречаемся, — тихо признаëтся Тэхëн. Чонгук довольно хихикает. — Не хочешь ещё поспать? Выходной же. — Можно, — с сомнением тянет Чонгук, обращаясь взглядом к часам, и со вздохом падает на подушку рядом. — На самом деле, я очень давно ни с кем не спал. Ну, если не считать Чимина. — Вы спите вместе? — Мы оба довольно тактильные, так что иногда я прошу его поспать со мной. Я только тогда и высыпаюсь нормально. Давно хочу купить себе какую-нибудь дакимакуру, но денег на неё жалко. — А сколько они стоят? — Две недели моей жизни. — Ты всегда траты считаешь так? Чонгук, застигнутый врасплох вопросом, смущëнно поджимает губы и отводит взгляд. — Нет, иногда я считаю, сколько жизней могу спасти, если отложу эти деньги в копилку, — уязвленно шепчет он. — Я не могу… Просто тратить деньги. Если это не еда или квартира, без чего я жить совсем не смогу, я предпочту отложить на что-нибудь более важное. Меня так воспитали. — Я не хотел задеть больную тему, прости. — Да всё в порядке, — Чонгук неожиданно меняется и расцветает в улыбке. — Давай поспим ещё, пока сон не ушёл. Можно снова тебя обнять? — Можно, конечно, — со смешком разрешает Тэхëн и расплывается в улыбке, стоит Чонгуку после его слов расцвести и быстро прижаться, обхватив руками талию. Он накрывает ладонями его плечи и прикрывает глаза, не позволяя себе думать, как хорошо Чонгук чувствуется в его объятиях. В этот раз они оба засыпают довольно быстро, а просыпается Тэхëн уже в одиночестве. Чонгука и Мину он находит громко спорящими на кухне, и они вдвоём сразу затихают, как только замечают Тэхëна, переглядываясь и делая вид, что вовсе не спорили. Тэхëн, не сдержавшись, закатывает глаза, кивает на два одновременных приветствия и проходит вперёд, чтобы проверить, есть ли что-нибудь на плите или нужно думать о завтраке. Чонгук чуть сдвигается в сторону, уступая место, но Тэхëн притягивает его к себе и приобнимает, тихо благодаря за оставленные сырники и целуя в щеку. Чонгук отзывается смущением, очаровательно краснеет и спешит отойти к Мине, чтобы продолжить спор. Тэхëн не скрывает довольной улыбки, позволяет ему вывернуться из объятий, накладывает в тарелку завтрак, наливает чай и опускается за стол. В разговор не вмешивается — всё равно имена, которые звучат, кажутся ему незнакомыми, а Тэхëн лишь по контексту понимает, что речь идёт о какой-то игре. — Чем вы хотите заняться сегодня? — вмешивается Тэхëн, когда спор, по его мнению, слишком затягивается и не ведёт к логичному завершению. — А чем вы обычно занимаетесь? — Мина пожимает плечами. Тэхëн переводит вопросительный взгляд на Чонгука. На самом деле, они обсуждали это, но к ответу пришли достаточно спокойному, расслабленному и скучному. Мине такое не понравится. Да и это дело скорее для влюблëнных, чем для друзей. — Валяемся на диване, смотрим сериалы или мультики, — тянет Чонгук с сомнением в голосе. — Но я сомневаюсь, что ты на такое согласишься, — добавляет он. Тэхëн кивает. Именно об этом он и думает. — Понятно, он и тебя домоседством заразил, — фыркает Мина. Чонгук неловко разводит руками. — Надеюсь, это передаётся половым путём, а не по воздуху. — Нуна, — устало вздыхает Тэхëн, качая головой. — Точно нет, мы так последние месяцев пять время проводим. Через слюну, наверное. — Чонгук, — удивлëнно отзывается Тэхëн, не веря, что Чонгук действительно поддерживает подобные разговоры. Боже, они слишком быстро с Миной сошлись. Ещё и против него. — Хватит обсуждать это. — Нет, я не могу, вы как вообще встречаться начали? — Хорошее было начало, стоит сказать, — голос Чонгука наполняется нежностью, словно он, и правда, уплывает в воспоминания. — Я не смог устоять, и ты бы меня поняла, если бы оказалась на моём месте. За мной так никто не ухаживал. — Подкупил красивыми жестами? — Именно. Я и сдался. До сих пор не верится, что мне такого парня удалось урвать. — О, правда? — не скрывает энтузиазма Мина и наклоняется вперёд. Тэхëн чувствует — она проверяет Чонгука, даже если со стороны это похоже на искреннюю заинтересованность сестры. — Расскажи, почему считаешь, что тебе повезло. — Думаешь, мне не повезло? — Думаю, что моему брату повезло встретить тебя, — хмыкает Мина, и Тэхëн возмущëнно вздыхает, с трудом сдерживая желание высказать всё. Ему интересно, что Чонгук ответит. Он хочет услышать его ответ — и хоть на мгновение поверить, что это правда. — И всë-таки — почему ты выбрал Тэхëна, а не кого-либо другого? — Потому что я влюбился в него не сразу, — спокойно отвечает Чонгук. Тэхëн заинтересованно наклоняет голову и замечает, что Мина делает то же самое. — Я легко влюбляюсь в людей. Это своего рода датчик, позволяющий определять, что мне не стоит строить отношения с этим человеком. Уж не знаю, как это работает, но сколько я ни пытался — всегда заканчивалось катастрофой. И такая влюблённость быстро проходит, когда я лучше узнаю человека. А с Тэхëном… Я сначала узнал его, а потом влюбился. В личность. В замечательного человека, доброго, понимающего, умеющего слышать. Со мной такого никогда не было. И когда я осознал это — я понял, что нашёл того, кого искал, а отношения с ним лишь подтверждают эту мысль. Так что мне по-настоящему повезло, и в этом можешь не сомневаться, — с уверенностью завершает Чонгук и кивает, словно пытаясь усилить влияние собственных слов. — Вау, — искренне выдыхает Мина. Тэхëн уверен — в его глазах читается всё, что он чувствует. В слова Чонгука слишком легко поверить. Они кажутся настолько честными, они полностью подходят Чонгуку, он действительно мог бы сказать это. И это сводит с ума, когда сталкивается с реальностью, в которой Чонгук лишь играет. Слишком умело, но играет. И если он продолжит играть настолько хорошо, Тэхëн, определëнно, не вынесет. Он и без того чувствует себя не на своём месте из-за того, с какой скоростью влюбился в человека, которого едва знает. Но знает, стоит признать, лучше, чем самого себя — они ведь раскрыли друг другу абсолютно всё, что только могли, чтобы иметь возможность ответить на вопросы Мины. И дело, наверное, в этом. У Тэхëна ещё не было людей, которым он бы позволил приблизиться к себе настолько, и так случилось, что Чонгук оказался и в нужном месте, и нужным человеком. — Боже, хватит сидеть, — вырывает его из мыслей Мина и чуть подталкивает. — Тебе в любви так красиво признались, подойди, обними и поцелуй. Как бревно, ей-богу. — Он просто впечатлëн, — засмеявшись, встаёт на его защиту Чонгук. Тэхëн заторможенно кивает и, сглотнув, поднимается на ноги, приближается к Чонгуку и прижимает его к себе, протяжно выдыхая. Чонгук сразу отвечает. — Если бы я не был влюблён в тебя, я бы влюбился сейчас, — совершенно искренне. — Влюбись второй раз, — разнеженно шепчет Чонгук в ответ так тихо, что Мина его, наверное, и вовсе не слышит. Только Тэхëн. Словно это предназначалось именно для него. И почему с приездом Мины всё начинает казаться таким настоящим? — Ну вот, другое дело, — её слова возвращают в реальность. Тэхён, вздрогнув, отстраняется и поворачивается к ней, краем глаза наблюдая за тем, как Чонгук неожиданно смущается. — Я рада, что мой брат оказался в нужных руках. Надеюсь, ты не дашь ему вернуться в его рациональную пещеру без чувств, эмоций и любви. — Так ты веришь, что мы встречаемся? — удивлённо спрашивает Тэхëн. Ему казалось, это будет сложнее. — Если ты меня обманываешь, оставлю всё это на твоей совести. Но учти — как только я узнаю, что ты меня обманул, вы оба получите. Такого я не прощу. Лучше вам реально начать встречаться и не расставаться следующие пару лет, иначе я решу, что вы просто умело притворялись. — А если мы поссоримся через неделю? — Я прилечу, только чтобы тебя ударить. Не смей его терять. Ты вообще однолюб, ни о каких ссорах и речи идти не может. Я уже выбрала платье на вашу свадьбу, страну, где вы её сыграете, и имя для моей первой племянницы. — Напоминаю, никто из нас родить не сможет. — Ничего, я рожу. — Нуна, — укоризненно бормочет Тэхëн, отпуская Чонгука, чтобы сложить руки на груди. — Даже если мы захотим ребёнка, я не позволю тебе родить его для нас. И ты не сможешь выбирать пол. А если мальчик родится? — Боже, этого я не учла… Я подумаю над этим. — И с чего ты взяла, что я однолюб? — Ты себя видел? — Моя консервативность не означает, что за жизнь я смогу полюбить лишь раз. — Ну, конечно, — Мина закатывает глаза. — Ты же в папу пошёл. Ты смотришь на Чонгука так же, как он смотрит на маму, а они в браке, вообще-то, тридцать лет. Ты точно такой же. Никаких других женщин. Ну, или мужчин в твоём случае. Только Чонгук все следующие лет семьдесят, и можешь сколько угодно в этом сомневаться, сам всё увидишь. — Может, это влюблëнность, а не любовь? — Чонгук, я бы на твоём месте его прямо сейчас ударила. — Нет-нет, продолжайте, — со смешком бросает Чонгук и машет руками. — Я запоминаю каждое его слово, чтобы ему потом припомнить. Не отвлекайтесь. — Тэхëн, мой дорогой братец, — вздохнув, возвращает его внимание Мина. — Давай будем честны, для тебя важно найти человека, с которым вы будете идеально сходиться. Как только ты его найдëшь, ты его от себя больше не отпустишь до тех пор, пока он сам не решит уйти. Влюблëнность перерастëт в любовь. В наших с Чонгуком случаях это не всегда так работает, а в твоём — сработает раз и навсегда. Можешь мне не верить. Вернёмся к этому разговору лет через пять. — Ты даже не рассматриваешь вариант, при котором я встречу более подходящего человека? — Можно я тебя ударю за Чонгука? — Можно, — первым отвечает Чонгук, и Тэхён возмущëнно оборачивается к нему, тут же громко выдыхая, когда чувствует достаточно сильный удар в плечо. — Иногда ты такое бревно, — с искренним возмущением бормочет Мина, ударяя вновь, уже слабее. Тэхён устало прикрывает глаза. — Скажи спасибо, что парень у тебя понимающий. Я бы на его месте своему мужчине такую сцену устроила. Найдёт он лучше, ага. Я тебе найду. На блюдечке принесу и по морде раскатаю. Учись нести ответственность за свой выбор, а не кидаться на встречных-поперечных, у которых минусов уж точно никаких нет. — Я просто предположил! — А ты не додумался предполагать хотя бы не при человеке, который в тебя влюблён? — Ты права, прости, — сдавшись, кивает Тэхëн, искренне признавая её правоту. Мина громко фыркает. — Ты у кого прощения просишь? — с долей раздражения спрашивает она. — У Чонгука, — сразу исправляется Тэхён и поворачивает голову, прикладывая все силы, чтобы не улыбнуться в ответ на смешинки, пляшущие в его глазах. — Мне правда жаль, я не подумал, что могу тебя обидеть. Я не хотел этого. — За такое извинение мой мужчина уже собирал бы вещи, — Мина, кажется, остаëтся неудовлетворëнной. — Тебе реально повезло с парнем. Ладно. Так и быть, сами разбирайтесь с этим, тебе ещё учиться и учиться эмпатии. Даже любовь не способна окончательно вылечить тебя от рационализма. — Давайте просто решим, чем сегодня займëмся, — он не выдерживает. — Чем хотите, тем и занимайтесь. У меня на весь день встреча с подругами назначена, я до вечера ухожу. Вернусь около девяти. Пожалуйста, без сюрпризов. — Не волнуйся, мы будем одеты. — Конечно, дорогой, — Мина не скрывает иронии. — После всего, что ты тут наговорил, тебе если что и светит, то точно не секс. Чонгук-а, будь с ним груб, ладно? Чонгук, сорвавшись на смех, кивает, и Тэхëн принимает решение просто уйти в другую комнату. Тишина позволяет, наконец, расслабиться. Тэхëн устало опускается на диван, поджимает ноги и включает телефон, чтобы проверить, не пришло ли ничего ночью. Через несколько минут к нему приходит Чонгук, но, к счастью, лишь молчаливо присаживается рядом, прижимается, вынуждая обнять его, и затихает, тоже поглощëнный телефоном. Мина, что заглядывает к ним, оповещает, что уже собралась уходить, желает удачного дня и хлопает входной дверью, а они остаются в том же положении — до тех пор, пока у Чонгука не затекает шея и он не поднимается, со стоном вытягиваясь. Тэхëн прослеживает его движение взглядом, неосознанно задерживаясь на талии, которую на пару секунд оголяет футболка. Он тихо сглатывает. Ему и мгновения хватает, чтобы понять, насколько у Чонгука тонкая и привлекательная талия. К счастью, его заминки Чонгук не замечает. — Посмотрим что-нибудь или гулять пойдём? — А ты чего хочешь? — Гулять, если платишь ты, — сразу отзывается Чонгук. Тэхëн не сдерживает усмешки. — Мои деньги тебе не жалко тратить? — Ну, ты же зарабатываешь, а я твой любимый безработный парень, — разнеженно мычит Чонгук в ответ и падает на диван, чтобы обнять Тэхëна за шею и притянуть к себе. Тэхëн устало закатывает глаза, искренне стараясь скрыть любую реакцию на такую провокацию. — Сводишь меня в кино за поцелуй? — он слишком очевидно флиртует. И шутливо. — Только если поцелуй мне понравится, — поддерживает его настроение Тэхëн, но когда Чонгук тут же к нему тянется — уходит от поцелуя в сторону и касается губами его щеки. Чонгук, застигнутый врасплох, распахивает глаза. — Я не успел сказать, но поцелуи имеют для меня огромное значение, поэтому… Было бы хорошо, если бы мы не целовались просто так. — О… — выдыхает Чонгук, отводит взгляд в сторону и, кажется, краснеет. — У меня тоже так с поцелуями. Только не в губы. То есть… В лоб, в нос, уши, куда угодно… Я редко кому позволяю целовать меня не в губы, потому что только это и привык не принимать всерьёз. — Прости, что перешёл границу, — осознав, бормочет Тэхён. — Ну, я первый начал, так что мы квиты, — настроение Чонгука вновь резко меняется, и он подскакивает на ноги, протягивает Тэхëну руку и кивает в сторону выхода. — И теперь ты должен мне билет в кино. Давай. Ещё купишь мне попкорн и колу, а после фильма мы где-нибудь пообедаем. — Очень жаль, что домоседство не передаётся через слюну. — Мы просто слишком мало целовались. — Согласен это исправить. — Нет, я предпочту отдохнуть за счёт своего богатого мужчины, а не стереть язык. — Ты переоцениваешь мой заработок. — Ничего, мы сделаем тебя богатым. Главное — зачатки. А у тебя с твоими родителями богатство в крови, так что через пару месяцев усердной работы будешь оплачивать жизнь и мне, и себе. Могу дать год, если ты ещё не влился, но не больше. — А если не смогу? — Будем искать богатого папочку на стороне. — Папочку? — шокированно переспрашивает Тэхëн. Чонгук бросает на него непонимающий взгляд. — Я понял смысл твоих слов, но я не понял конкретно это. — Ты в пещере, что ли, жил последние годы? — Примерно так, да. — Откуда ж ты тогда про геев знаешь? — Ну, сексуальные ориентации мне было интересно изучать. И я не был изолирован от мира! Я просто не углублялся никуда, а мой подростковый возраст прошёл за учёбой по моей же воле. Так получилось. — Мне казалось, парни вроде тебя должны быть гомофобны. — Не знаю, меня это не напрягает. — А ты замечал за собой интерес к парням? — интересуется Чонгук, стоя перед открытым шкафом. Тэхëн пожимает плечами. Он впервые заметил за собой интерес хоть к кому-то. — Ты никогда не думал о потенциальных отношениях? Хотя бы о сексе. Ты занимался сексом? Мы можем говорить так откровенно или ты меня сейчас заткнëшь? — Чонгук, ты был первым, с кем я поцеловался. — Боже, какой кошмар! — с излишней эмоциональностью взмахивает руками Чонгук. — Какое счастье, что мы не встречаемся и не занимаемся сексом. Девственников мне ещё не хватало. Ладно. А ты никогда не представлял секс с кем-нибудь? — Я не настолько пещерный житель, — с укором замечает Тэхëн. Чонгук громко фыркает. — Представлял. С девушками, если ты подводишь к этому, но ни у одной из них не было лица. — А на реальных людей возбуждался? — Никогда. Почти. Точнее… Нет, наверное. — Под почти и наверное ты имеешь в виду девушку или парня? — Я не буду отвечать на этот вопрос. — Ты же в курсе, как выглядит такой уход от ответа? — мычит Чонгук и движением пальца просит Тэхëна отвернуться, чтобы он, похоже, мог переодеться. Тэхëн удивлённо разворачивается. Он ожидал, что Чонгук выберет одежду и уйдёт в соседнюю комнату, но ладно. — Люди, которые немного шарят в ориентациях, решили бы, что ты так прячешься в шкафу. — Ты тоже так решил? — Нет, иначе это бы означало, что ты разбираешься в своей ориентации. А ты в ней, очевидно, не разбираешься. Да и тебе нет смысла скрывать это от меня, я буквально открытый гей, которого за это пару раз в переулок затаскивали. Давай, переодевайся тоже. Ты читал об асексуальности и аромантичности? — Читал. — Что скажешь? — Мне не подходит, — в голосе не проскальзывает ни сомнения, пока Тэхëн вытаскивает первую попавшуюся футболку с брюками и быстро одевается. — Тебя избивали за ориентацию? — Да, в школе. Без сочувствия, я просто поделился. Я бы сказал, что ты, если точно не асексуален, можешь быть бисексуален. Не знаю, это так, на уровне ощущений. Как думаешь, в чëм причина, что ты до сих пор не влюблялся и почти ни на кого не возбуждался? — В отсутствии близости, наверное, — со вздохом озвучивает единственное, к чему сумел прийти, Тэхëн. Чонгук задумчиво кивает. — У меня нет времени достаточно узнать человека, чтобы влюбиться. Да и я реально нигде не бываю, приложения для знакомств не люблю, а за пределами дома вечно в наушниках и знакомиться не горю желанием. — Логично, на самом деле. Ты звучишь уверенно. — А в чëм причина твоих быстрых влюблëнностей? — В страхе перед одиночеством, с которым я ничего не могу сделать. Я ищу того, кто мог бы окружить меня любовью и заботой, и в каждом встречном вижу будущего партнёра. И если дать мне больше внимания, чем обычно, я снова влюблюсь. Это так, на самом деле, утомляет, хоть я и стараюсь шутить над этим… Хочу влюбиться по-настоящему. И взаимно. И в парня, с которым у нас хоть что-нибудь получится, но где таких найти — я не представляю. — Приложения для знакомств? — Не хочу. Это не работает. Там можно найти хороших друзей, но в романтическом плане мне ни с кем не удалось сойтись. — Почему ты не влюбился в меня? — Не знаю, — Чонгук пожимает плечами. — Я совру, если скажу, что ты мне не нравишься. — Разве ты не говорил, что я не в твоём вкусе? — Не в моём, но объективно привлекателен и хорош собой. Думаю, в конце концов я влюблюсь в тебя. И меня, если честно, пугает подобная перспектива. — Почему? — Быстрые влюблённости проходят быстро. Если я буду влюбляться в тебя медленно, то и отходить буду долго, а я совсем не хочу страдать. — В тебя влюблялись взаимно? — Не уверен, что он был в меня влюблён, но я ему точно нравился. В принципе, он единственный, с кем у нас было не просто влечение, даже если одностороннее, так что пусть будет да. И всё. Либо мне признавались и это оказывалось невзаимно, либо влюблялся я, а наши отношения оставались дружескими. — Значит, влюбляешься ты не во всех? — Нет, конечно, у меня бы сердце разорвалось. — А сколько длится твоя быстрая влюблённость? — Да не больше недели. — Как думаешь, если влюбиться за пару дней, это пройдёт так же быстро? — Не скажи, — с сомнением тянет Чонгук, качая головой. Тэхён заинтересованно наклоняет голову, открывая для него дверь машины, и спешит обойти и сесть за руль, чтобы услышать больше. — Я не влюблялся за пару дней, но по опыту моих друзей могу сказать, что такая влюблённость вполне может развиться в любовь. Зависит от степени близости. Если как я влюбляюсь, то пройдёт. Если вы эти два дня не отлипали друг от друга, есть все шансы. Влюблённости ведь много не надо. Там пригладить, тут приласкать, и всё, гормоны заиграют яркими красками. — И почему они тогда у меня не играли? — Может, тебя неправильно гладили и ласкали. — Меня вообще никто не гладил и не ласкал. — Именно. Надеюсь, девственность по воздуху не передаётся. — Чонгук, — с укором в голосе бормочет Тэхён и качает головой, когда Чонгук тут же, словно того и ждал, взрывается громким смехом. — Чем тебе девственники не угодили? — Девственники — для продолжительных и серьёзных отношений, а не для простого секса, даже если они сами этого хотят. Я чувствую ответственность. Мне не нравится чувствовать, что от моих действий зависит слишком многое, когда парень для меня буквально никто, и я уж молчу про неопытность. Если я ищу партнёра на ночь, я хочу получить максимум наслаждения, а в случае с девственником всё внимание должно быть направлено на него. — А если влюбишься в девственника? — Если мы встречаемся, а девственник согласен учиться, я легко подарю ему несколько шикарных ночей. Сколько захочет. Хоть до конца жизни. При условии, что он потом не будет хлопать глазами и говорить, что не умеет даже дрочить и ему вполне понравилось, что весь секс тащу на себе я, поэтому мы могли бы так продолжить. — Я бы таким точно не был. — Мы обсуждаем гипотетический секс между нами или мной и рандомным девственником? — Нами, — решившись, выдыхает Тэхён, стараясь сохранить максимально невозмутимый вид. Ему нужно узнать больше. Ему нужно получить ответы на все вопросы об их возможных отношениях, раз уж Чонгук сказал, что мог бы влюбиться в него, и понять, стоит ли оно того или лучше не позволить чувствам зайти далеко. Хотя такое отношение Чонгука к девственности, конечно, безумно удивляет. Сам Тэхён едва ли воспринимает её серьёзно — перспектива лишиться её вызывает интерес лишь потому, что это касается сексуальной составляющей отношений, а не из-за важности. Тем более, его тело и восприятие себя точно не изменится после первого секса. — Если ты так предлагаешь переспать — нет, — задумчиво отвечает Чонгук. — Я воспринимаю тебя как человека, который платит мне за услугу, и как потенциального друга, поэтому секс сюда точно не вписывается. Если ты спрашиваешь об отношениях… В целом, я не против. Ни отношений с тобой, ни отношений с девственниками. Но мы не будем встречаться только потому, что ты нашёл подходящего человека и хочешь попробовать. Пока речь не идёт о любви, никаких отношений. — А если я влюблюсь в тебя? — Будет иронично, — хмыкает Чонгук. — Зато тебе не придётся объяснять Мине, как так получилось, что мы расстались. Но если ты однолюб… Я не уверен, Тэхëн, что моё сердце способно влюбиться на всю жизнь. Я очень боюсь, что этот вечный цикл всегда будет со мной. Это мой главный страх, на самом деле. — Можно попробовать. — Я не хочу разбить сердце парню, который меня любит. — Ты говоришь, что можешь влюбиться несколько раз в одного человека. Это должно распространяться и на ваши отношения. Парень, если любит и не хочет расставаться, может научиться влюблять тебя в себя снова и снова. Мне кажется, для меня это не было бы проблемой. — Слушай, у тебя случайно не надëжный тип привязанности? — Я не знаю, что это такое. — Если надëжный, я забираю тебя и твою девственную задницу себе, в процессе разберёмся с проблемами. Такими парнями не раскидываются. — Тогда мне выгодно считать, что у меня надёжный тип привязанности. — Это ты так говоришь, пока я не притащу к тебе домой едва живую беременную кошку и не скажу, что теперь она живёт у тебя, потому что у меня уже есть парочка и я не хочу устраивать карантин третьей, — словно на одном дыхании, выпаливает Чонгук, будто Тэхён действительно может воспринять его слова отрицательно. Он даже приглядывается, внимательно следя за его реакцией, и облегчённо выдыхает лишь после того, как Тэхён пожимает плечами и говорит, что согласен на время карантина приютить у себя беременную кошку и помочь с её лечением. Складывается ощущение, что у него и выбора нет — если он хочет Чонгуку понравиться, двери его дома должны быть открыты для всех бездомных животных. Ну, ладно. Об этом его предупреждали заранее. — Ты правда согласен? — с неожиданным энтузиазмом спрашивает Чонгук, вдруг оживившись. Тэхён подозрительно прищуривается. Он, конечно, в теории согласен, но Чонгук звучит так, будто беременная кошка у него уже есть. — Это вопрос, который подразумевает конкретную кошку, или просто проверка? — Конкретную кошку, — кивает Чонгук. Тэхён шокированно выдыхает. О, такого он действительно не ожидал. — Если ты не хочешь, всё в порядке! — поспешно добавляет Чонгук. — Я её осознанно забрал, когда появилась возможность, поэтому моя квартира к её заселению полностью готова. Я вообще предлагать тебе не хотел. Само вырвалось. Ты не подумай, я не каждому человеку, с которым только познакомился, впихиваю кого-нибудь с улицы. Никому, вообще-то. Боюсь, у меня тогда друзей вообще не останется, меня только Чимин и терпит. — А почему ты тогда предложил её мне? — не сдержав любопытства, спрашивает Тэхён. Чонгук неловко пожимает плечами и отворачивается к окну, на долгие мгновения замолкая. Тэхён не перестаёт бросать на него неуверенные взгляды, разрываясь между дорогой и ним. — Она же беременна, — шёпотом отвечает спустя несколько минут Чонгук. — Ей бы пожить в своём доме, где её ничего не ограничивает, в отличных условиях, в руках любящего человека. Ну, я так подумал. Импульсивно. Что-то вроде — вау, мне с ним комфортно, а у него нет животных, так что, может, они поладят? — А где она сейчас? — В ветклинике, на капельницах. — Известно, сколько котят будет? — Два котёнка, оба развиваются хорошо. Скоро должна родить. Я её поэтому на днях заберу, чтобы к новому дому привыкла, нашла место и там освоилась. — А потом куда? — Раздавать, когда котята подрастут. — Сколько денег ты потратил? — Все, что ты мне перевёл, ещё столько же своих, — обречённо вздыхает Чонгук, качая головой. — У вас нет сбора денег? Ты же в какой-то организации волонтёр, как я понял. — Есть, конечно, но я предпочитаю не брать оттуда, если могу сам оплатить. Всем всё равно не хватит. Я и беру кошек, только когда у меня появляется возможность, выхаживаю, отдаю и всё заново. Как-то так. Двух последних Чимин предложил себе оставить, потому что их точно никто не заберёт, а к нам они привыкли. — Если ты мне скажешь, что нужно беременной кошке, могу забрать её, пока котята не вырастут, — смиренно решается Тэхён, не выдержав давления собственной совести, и мягко улыбается, когда Чонгук резко выпрямляется и оборачивается к нему, не веря собственным ушам. — Это точно убедит Мину, что мы встречаемся, потому что иначе я бы не согласился. — Стой, Тэхён, ты реально согласен? — его голос срывается под конец фразы. Тэхён уверенно кивает, стараясь не показывать, как его, на самом деле, пугает перспектива взять на себя ответственность за жизнь трёх созданий, что будут полностью зависеть от одного него. Он поэтому и не заводил никого, хоть и хотел одного. А тут — кошка с двумя котятами. Он должен быть либо добрым и открытым душой, как Чонгук, либо слишком влюблённым в Чонгука, чтобы согласиться на такое. Зато теперь Чонгук от него никуда не денется. Котят, вроде как, в первые месяцы с матерью не разлучают, поэтому следующие, как минимум, три они будут привязаны друг к другу. — Останови машину, пожалуйста, — неожиданно просит Чонгук, и Тэхён удивлённо паркуется, пытаясь понять, зачем ему нужна остановка здесь. Он ждёт, что Чонгук либо выйдет, либо скажет, зачем они остановились у магазина сантехники, но Чонгук вдруг дёргается — и прижимается к нему, обхватывая словно всем телом. Он осторожно его приобнимает, даже не слыша, что именно он бормочет — слишком тихо. Чонгук кажется уязвимым. Согласие Тэхёна, похоже, имеет для него действительно огромное значение. Он не отстраняется быстро — они обнимаются в течение нескольких секунд, и Тэхён к теплу Чонгука в его руках привыкает настолько, что начинает замерзать, когда Чонгук слабо дёргается, возвращается на сиденье, снимает обувь, прижимает к груди ноги и отворачивается к окну. Всё выглядит так, словно он сам стесняется своей эмоциональности. — Можешь ехать, — бормочет он и машет рукой, когда замечает, что взгляд Тэхёна прикован исключительно к нему. — Однажды я проснусь и пойму, что выдумал тебя. — Я просто согласился взять к себе кошку. — Мы знакомы неделю, Тэхён, — напоминает Чонгук, и Тэхён закатывает глаза, едва сдерживая просьбу не напоминать. Ему кажется, что они знакомы гораздо дольше. Его сердцу кажется, что оно знает Чонгука, по меньшей мере, шесть месяцев, а не дней. — И ты всё равно согласился взять кошку. Это не просто. Кошка никогда не бывает чем-то простым, и ты точно должен это понимать. — Может быть, это мой способ ухаживания за тобой? — тихо шутит Тэхён, стараясь вытянуть Чонгука из настолько эмоционального состояния. Чонгук выдыхает смешок и пожимает плечами. — Если бы за тобой так ухаживали, ты бы согласился встречаться? — Мы уже встречаемся. — Я про реальные отношения, — Тэхён громко цокает. — Когда ты так много смешиваешь выдуманные отношения и реальный флирт, я начинаю думать, что ты всё говоришь всерьёз. Не путай меня так, ладно? Я не хочу влюбиться в реального тебя, а потом выяснить, что ты флиртовал с выдуманным парнем, а сам я тебе не нужен. — Я флиртую с реальным тобой, — с серьёзностью в голосе заверяет Тэхëн. Чонгук поворачивает голову, внимательно на него смотря, словно пытается найти ответ. — Ты мне нравишься, — спокойно продолжает он, чтобы после услышать громкий удивлëнный выдох и затихнуть, с отголосками тревоги ожидая ответа. Молчит Чонгук достаточно долго, чтобы Тэхëн начал волноваться. — Серьёзно нравлюсь? — неуверенно спрашивает он, когда Тэхëн уже открывает рот, чтобы предложить забыть этот разговор и вернуться к той лëгкости. Тэхëн кивает. — Ты хочешь, чтобы мы встречались? — Да, хочу. — Ты и я? — Почему ты так сомневаешься? — удивлëнно спрашивает Тэхëн, переведя взгляд на Чонгука. Он неуверенно пожимает плечами. — Я не предлагаю тебе отношения прямо сейчас, но мы могли бы сходить на реальные свидания и подумать о реальных отношениях. — У меня впервые такое. — У меня тоже, так что мы в равных условиях. — Я впервые нравлюсь человеку, который нравится мне, в романтическом плане, а не в сексуальном. Это странно. И я не совсем в тебя влюблëн. У меня реально будет шанс постепенно в тебя влюбиться? Тэхён согласно мычит с нежной улыбкой и сворачивает на парковку перед торговым центром. Разговор откладывается сам по себе — они спешат к началу фильма, покупают билеты, попкорн и устраиваются как раз тогда, когда свет уже тухнет. Там не поговорить. Они и не пытаются, поначалу пропадая в мыслях, а после увлекаясь фильмом настолько, что и обсуждают его мало, не желая упустить ни единой детали. Зато потом, когда заканчивается, только говорят о сюжете и персонажах, пока обедают в кафе рядом с кинотеатром. И если Тэхён спокоен, Чонгук — машет руками, повышает на эмоциях голос и едва, кажется, держится, чтобы не вскочить и не начать наворачивать круги. И это абсолютно очаровательно. Тэхëн впервые не думает ни о чëм, кроме одного лишь человека, с которым проводит день. Чонгук о кошке забывает — или, может быть, решает, что Тэхëн так сказал, потому что хотел его впечатлить. Он о ней не напоминает. Не пытается обсудить детали, не говорит, когда и откуда её забирать, и искренне удивляется, когда Тэхëн вдруг предлагает заглянуть в зоомагазин и купить всё нужное, что Чонгук не успел. Он не ждал, что Тэхëн вспомнит. Он поэтому и теряется на долгие минуты, бесцельно бродя по магазину и вынуждая Тэхëна следовать за ним, пока, наконец, не собирается и не принимается вслух рассуждать, что уже есть, что нужно, а что было бы желательно купить, но если Тэхëн не хочет, то ничего страшного. Трат всё равно оказывается не так много — большую часть Чонгук предлагает забрать у него, на что Тэхëн, не бывавший у Чонгука, сразу с энтузиазмом соглашается и предлагает направиться прямо сейчас. — Напишу Чимину, чтобы дома немного прибрал, — бормочет Чонгук скорее для себя. Тэхëн насмешливо фыркает. Чонгук бросает на него оскорблённый взгляд. — Я хочу впечатлить тебя! — Я уже впечатлён. — Может, твоя душа чистюли посмотрит на мою комнату и поймёт, что я вам не нужен. — Я не чистюля, Чонгук, — не сдерживает усталого вздоха Тэхëн. — У меня просто нет лишних вещей, только необходимые. Для моего удобства они хранятся на своих местах. — Хоть бы носки раскидывал! — Тогда мне бы пришлось вставать на работу раньше, чтобы найти их. — Да они у тебя даже в ящике по парам разложены! — сильнее возмущается Чонгук, и Тэхён удивлённо оглядывает его на светофоре, искренне не понимая, почему это является проблемой и из-за чего Чонгук возмущается. — Вот если мы начнём встречаться, а я буду раскидывать носки, как ты отреагируешь? — Я же выделил тебе шкаф, складывай туда. — А если мне нравится раскидывать? Мне, конечно, не нравится, но давай обсудим бытовую часть. Я не чистюля. Я стараюсь поддерживать порядок и убирать комнату раз в неделю-две, но удовольствия это у меня не вызывает. С Чимином мы в этом сошлись, так что проблем никаких нет, а что мы с тобой делать будем? — Чонгук, — устало зовёт Тэхëн, качая головой. — До момента, как мы съедемся, пройдёт не один месяц. Это не то, о чëм нам нужно думать в начале отношений. И я ещё не видел твою комнату. Может, тебе только кажется, что хаос там способен меня испугать, а на деле — ничего, что не свойственно всем нам. И я тоже провожу уборку раз в неделю-две, иногда ещё реже. — А посуду кто из нас мыть будет? — Посудомойка. — А разбирать её кто будет? А вещи из сушилки доставать и на место убирать? Продукты закупать? — Продукты закупать точно я буду, ты всё по акции купишь, — фыркает Тэхëн. — Тэхëн! — оскорблëнно отзывается Чонгук. — И в анкете ты написал, что умеешь поддерживать чистоту в доме. — Не было такого. — У меня хорошая память, и я помню, что это там было. — Если я проверю и ничего такого не увижу, с тебя билеты на концерт кого-нибудь, кого я люблю, — мычит Чонгук и после уверенного кивка Тэхëна тянется к телефону, чтобы проверить, действительно ли он писал такое. Тэхëн старается и не отвлекаться от дороги, и внимательно следить за его реакцией. И он не сдерживает довольной улыбки, когда замечает, как Чонгук мрачнеет, откидывает голову назад и обречённо прикрывает глаза, признавая, что в его анкете действительно такое было. Тэхëн признаёт — чувствовать себя победителем прекрасно. Память его очень редко подводит. — Ты пытаешься снизить мои ожидания? Ну, знаешь, чтобы я не разочаровался, если вдруг не увижу в твоей комнате идеальной чистоты? — задумчиво предполагает Тэхëн, когда молчание затягивается, а Чонгук, кажется, и не собирается признавать собственное поражение. Он, вздрогнув, резко поворачивает к нему голову. — Расслабься, Чонгук. Если меня не съедят тараканы при входе, а на голову не упадёт потолок, то я не обращу внимания на небольшой беспорядок. — У нас нет тараканов и потолок не трескается. — Отлично, тогда тебе меня не напугать. — Но мой кот не доверяет людям и может сожрать тебя вместо тараканов. — Пожалуйста, убеди его не есть меня. — Ничем не могу помочь, — с весельем в голосе тянет Чонгук и разводит руками, всем видом демонстрируя, что к проделкам своего кота не имеет никакого отношения. — Он у нас вместо охранника. Вот так проберëтся какой-нибудь вор, а ему в лицо вцепится кот. — И как узнать, какого из двух котов бояться? — Один динозаврик, второй — охранник. Не перепутаешь. — Динозаврик? — Двух передних лап нет. Бегает на задних, как динозаврик. Маленький Тирекс, его так и зовут. Можно Рекси. Он, в отличие от второго, очень ласковый, ему ты точно понравишься. — Вы поэтому думали, что его не заберут? — сглотнув, тихо спрашивает Тэхëн, всеми силами стараясь не представлять, что должно произойти с котом, чтобы оставить его без передних лап. Чонгук в ответ поджимает губы и слабо кивает. — А второго почему? — Он же не ручной совсем, такой кот мало кому нужен. Если он кого и любит, то только своего собрата по несчастью — за него он любому голову оторвёт. А к людям нет, не идёт. На меня раньше шипел, а теперь просто не даёт себя коснуться. Недавно, кстати, спал рядом! — неожиданно оживившись, добавляет Чонгук. Его глаза вспыхивают. — Пришёл на диван к Рекси, а рядом я сидел, так он уснул и во сне прижался к бедру! Чимин даже сфоткал, сейчас найду, подожди. Мягкая улыбка касается губ. Тэхëн оказывается абсолютно не в силах оторвать взгляд от увлечëнного Чонгука, активно ищущего в диалоге, наверное, с Чимином нужную фотографию. Едва находит — вытягивается и в нетерпении оборачивает к Тэхëну, ожидая, когда он остановится на красный и обратит внимание на телефон. К счастью, ждать долго не приходится. Тэхëн принимает из рук Чонгука телефон и бегло оглядывает фотографию, задерживаясь взглядом на бëдрах, к которым, растянувшись на животе, прижимается абсолютно чëрный кот. Рядом спит рыжий, что чуть поменьше и, как Тэхëн замечает, лишëн двух лап. Стоит передать телефон обратно Чонгуку, как он принимается активно рассказывать историю спасения Блэйка. Слушать Тэхëн старается так же внимательно, как и следить за дорогой. Обе истории он находит слишком ужасающими. К счастью, и та, и другая, и ещё одиннадцать заканчиваются счастливым спасением. Как только Чонгук заканчивает рассказывать про Рекси, они подъезжают к дому, и Чонгук переключается на дорогу, указывая, куда лучше свернуть и как подъехать прямо к подъезду. На лифте они поднимаются с соседкой Чонгука, с которой он вдруг начинает обсуждать её заболевшего щенка. На нужном этаже Чонгук здоровается с супружеской парой. Квартиру им открывает незнакомый парень, очевидно, Чимин, а у ног Тэхëна тут же проносится рыжее пятно и устремляется вниз, перепрыгивая ступени. — Рекси! — обречëнно кричит Чонгук и, извинившись перед Тэхëном, спешит за котом. Тэхëн удивлённо моргает. Он совсем не ожидал, что кот без двух лап может бегать настолько быстро. — Чимин, приятно познакомиться, — отвлекает его незнакомый голос, и Тэхëн, опомнившись, разворачивается, слабо кланяется и представляется в ответ. — Проходите в квартиру, Чонгук его ловить ещё минут пять будет. Этот ребёнок слишком любит подъезд. Включить чайник? — Да, давайте, — потерянно отзывается Тэхëн и снова оглядывается на лестницу, слыша голос Чонгука на несколько этажей ниже. — Он всегда так сбегает? — Пытается каждый раз, удаётся не всегда. — А как его ловить? — А он сам идёт на руки, когда понимает, что его зовëт любимый хозяин, — отзывается Чимин уже из кухни, и Тэхëн, качнув головой, следует за ним. Его взгляд цепляется за чëрного кота, грозно наблюдающего за ним со шкафа, и он тихо выдыхает, впечатлëнный его размерами. Выглядит крупнее, чем на фотографии. И более пугающим. Складывается впечатление, что он вполне способен Тэхëна съесть, если он вдруг сделает хоть одно неверное движение. — Блэйки, — внезапно зовёт Чимин. Кот лениво поворачивает к нему голову. — Не пугай гостей, — с укором продолжает он, и Тэхëн с изумлением наблюдает, как кот поднимается, разворачивается к стене и перестаёт обращать внимание на происходящее. — Рад знакомству с вами! — теперь Чимин обращается к Тэхёну и приглашает на кухню. Тэхëн, ответив, что тоже рад, опускается на диван с фотографии Чонгука и любопытно осматривается. Небольшая кухня, на самом деле, совмещает в себе ещё и зал с рабочим кабинетом — рядом с дверью висит телевизор, у окна стоит огромный кошачий домик с мисками рядом, от розеток ведут провода к двум ноутбукам на столе, а подоконник завален тетрадями, книгами и бумагой. — У нас тут тесновато, — смущëнно тянет Чимин, ероша волосы. — Чай или кофе? — Чай. — Есть печенье, есть торт.. Раньше, чем Тэхён успевает ответить, что не хочет сладкого, хлопает входная дверь. На кухне показывается Чонгук с рыжим котом, извивающимся у него в руках — но совершенно не для того, чтобы вырваться и выпрыгнуть, а чтобы получить как можно больше ласки. Чонгук опускает его на диван к Тэхёну, и кот, не медля ни секунды, устремляется уже к нему, недолго обнюхивает и принимается тереться о его руки. Тэхён распахивает глаза и, не скрывая удивления и восторга, отвечает на громкое мурчание лаской. Коту это, определённо, нравится. Он не отходит от Тэхёна ни на шаг, пока они не допивают чай и не поднимаются, чтобы отнести в машину несколько коробок, вернуться к Тэхёну, разобрать всё привезённое и, если получится и они успеют, забрать кошку из ветклиники. Чонгук не хочет оставлять её ещё на один день — сейчас её лишь держат в клетке, дают витамины и следят за беременностью, а ей нужен дом. И тишина. И тёмное место, где нет ни людей, ни других животных, ни угроз. По этой причине они решают освободить балкон, куда Тэхён заходит редко, распределяют все вещи по комнатам и из коробок создают достаточно тёмное, тёплое и мягкое укрытие для котят в надежде, что кошка из всего дома выберет именно это место. Иначе окажется, что время они потратили зря. Хотя Тэхён бессмысленным это не назовёт даже в случае, если кошка не оценит их труд — они с Чонгуком проводят несколько часов вместе за одним делом. Это объединяет. Влюблённость сплетается со временем, когда они, сидя в тесном балконе, прижимаются друг к другу, обмениваются идеями, шутят, обнимаются, обсуждают неожиданные откровения и делят на двоих неудачи, когда созданная конструкция вдруг валится на пол от неосторожного движения. Тэхён влюбляется всё сильнее — и полностью отдаётся новому чувству. Он наслаждается каждой минутой, которую проводит с Чонгуком, и тем, как отзывается любое его маленькое действие нежностью в сердце и желанием Чонгука заобнимать, зацеловать и укрыть от всего мира. — На меня впервые так смотрят, — признаëтся Чонгук, когда Тэхëн вновь задерживается на нём взглядом и не отворачивается, даже когда Чонгук замечает. — Как я смотрю? — Как будто хочешь утащить в пещеру и съесть. — Хороший план, — фыркает Тэхён и возвращается вниманием к кошачьему домику, который они собирают. — Я действительно хочу утащить тебя в пещеру и съесть. — Такой ты нетерпеливый, — цокает Чонгук, качая головой. — Тебе придётся ждать, пока я влюблюсь. — Я подожду. — Тебе это не разбивает сердце? — вдруг спрашивает Чонгук. Тэхëн, сбитый с толку, разворачивается к нему, замечая, как Чонгук прикусывает губу. — Я же не отвечаю тебе взаимностью. Ну, точнее, отвечаю, но это симпатия, а не влюблëнность. И ты не можешь ничего со мной сделать. Мы даже не встречаемся. — Мы знакомы неделю, Чонгук. — Боже, я каждый раз забываю… Ладно. Должно быть, прошло слишком мало, чтобы ты почувствовал какое-нибудь разочарование, а не сплошную эйфорию. — Именно. Поэтому не пытайся навязать себе чувство вины, я не хочу, чтобы ты заставлял себя влюбиться как можно быстрее. Мне нравится осторожный этап в наших отношениях. Мы и так перескочили нормальное знакомство и постепенное притирание. И не забывай, что ещё неделю назад я не знал о влечении к парням. — Как ты себя чувствуешь? — вдруг спрашивает Чонгук. Тэхëн глупо моргает и неуверенно пожимает плечами, не зная, какой ответ Чонгуку нужен. Слишком неожиданный вопрос. — Я про влечение к парням. Обычно есть ещё долгий этап принятия, а ты… Как себя чувствуешь? Есть какие-нибудь мысли, что это невозможно, что ты упал в своих глазах или?.. Что-нибудь. Негативные мысли. Непринятие. Не можешь же ты сразу смириться со своей влюблëнностью в парня. — Вообще-то, ничего такого, — неуверенно тянет Тэхëн. — Совсем ничего? — Совсем ничего. — То есть ты просто принял, что с моим появлением тебе начали нравиться парни, члены и всё гейское? — в голосе Чонгука проскальзывает изумление. Он, кажется, не верит. Тэхëн разводит руками. — А секс со мной ты представлял? — Я не буду отвечать на этот вопрос. — Ладно, я понимаю, — со вздохом отзывается Чонгук. — Просто подумай, не испугаешься ли ты, — он машет рукой, — в процессе. И давай собирать, а то мы так до утра просидим. — Да нам только домик и остался. — И ты от него отвлекаешься. — Меня ты отвлекаешь! — не сдерживает возмущения Тэхён и, закатив глаза, возвращается к инструкции и частям разобранного домика в два этажа. Чонгук слабо толкает его плечом и тянется, чтобы помочь. Заканчивают они меньше, чем через десять минут, а после расставляют всё по дому, соблюдая гармонию и минимализм квартиры Тэхёна — Чонгук не упускает шанса пошутить об этом каждый раз, когда Тэхён отказывается ставить когтеточку, лежанку или домик на предложенное место, потому что они там не смотрятся. Хорошо, что цветовая гамма выдержана идеально и ничего не выбивается. Когда они, наконец, заканчивают, Тэхён предлагает поужинать в кафе и потом забрать кошку. В квартиру они возвращаются уже с беспокойной кошкой в переноске, что сразу, как её выпускают на балконе, забивается в дальний угол и шипит на любые попытки приблизиться. Тэхён едва успевает её рассмотреть — только замечает серое пятно, а через мгновение кошка уже прячется в домике из коробок так, что видно лишь сверкающие глаза. Они принимают решение оставить её в покое, оставляют ей еду и воду и впервые за долгое время устраиваются на диване, включают мультфильм, выбранный Чонгуком, и затихают. К моменту, как приходит Мина, они, наверное, засыпают. Просыпается Тэхён уже поздней ночью из-за того, что Чонгук в его объятиях начинает вертеться, и потерянно расслабляет руки, замечая, что лежит на подушке и под одеялом. — Жарко в футболке, — сонно бормочет Чонгук ему в плечо. — Сними, — так же отвечает Тэхён, и Чонгук, не раздумывая, выпрямляется, снимает футболку, откидывает её в сторону и снова валится на грудь, удобнее устраиваясь в объятиях. Тэхён прижимает его к себе и вновь проваливается в сон, чтобы в следующий раз проснуться уже утром от шороха Мины, пытающейся пройти через зал и не разбудить их. Он чуть приподнимается, и она, застигнутая врасплох с телефоном в руках, замирает, огромными глазами глядя на него. — Закрой глаза, — шипит она, — я ещё не успела вас сфоткать. — Нуна, — укоризненно шепчет Тэхён и дотягивается до одеяла, чтобы накрыть им спящего Чонгука, что тоже начинает просыпаться. Мина громко цокает, убирает телефон и бросает, что будет ждать их на кухне с объяснениями, откуда в квартире Тэхёна кошачьи принадлежности и почему она ночью чуть не лишилась собственного духа, когда в темноте увидела пятно с глазами. Воспоминания о кошке и заставляют подняться. Чонгук, однако, едва реагирует и, стоит Тэхёну встать, засыпает уже в одиночестве, а сам он заглядывает на кухню, находит взглядом спящую в коробках серую кошку и досыпает ей еды — к счастью, ночью она немного поела. Когда Чонгук просыпается, они вдвоём составляют план на вечер и принимают решение после учёбы и работы отправиться в парк аттракционов, который полностью оплачивает проигравший в споре с Миной Тэхён. До конца недели они встречаются мало — Чонгук полностью уходит в учёбу, а Тэхён не желает его отвлекать и забирать у него время отдыха, поэтому Мина проводит время либо с ним, либо с подругами. Они только переписываются. И это позволяет, наконец, задуматься, разобраться в собственных чувствах и желаниях, принять влюблённость в Чонгука и определиться с планами на будущее. К следующей встрече с Чонгуком ему удаётся полностью справиться с хаосом в голове. Он понимает, чего хочет от возможных отношений с Чонгуком. Он представляет, как за Чонгуком ухаживать. Он расписывает всё, что может произойти, и чувствует себя более собранным и готовым строить такие отношения, которые они с Чонгуком сыграли перед Миной. Чонгук много времени проводит с Миной. Не то чтобы Тэхëн против — ему нравится, как Мина, пару недель назад отрицавшая существование Чонгука, сейчас легко его принимает, сближается с ним и в спорных моментах между ним и Тэхëном всегда принимает его, Чонгука, сторону. Она при этом ещё и делится впечатлениями о Чонгуке с родителями, поэтому и они искренне в него влюбляются. Чонгук за две недели покоряет всю семью Тэхëна. Самого Тэхёна — особенно. С рождением котят он полностью переезжает к Тэхëну после того, как Тэхëн вызывается отвозить его перед работой в университет и забирать вечером из дома. Ухаживание за котятами он берёт на себя, несмотря на то, что живут они у Тэхёна. Да и к кошке подступается именно Чонгук — пока она шипит на Тэхëна, стоит ему зайти на балкон, Чонгуку позволено не просто приближаться к котятам, но и трогать их, поднимать и перекладывать. Она не оставляет им выбора. Чонгуку приходится проводить время у Тэхëна дома, чтобы следить за развитием котят, и Тэхëна это абсолютно устраивает. Он и сам боится и пальцем тронуть новорождённых котят, что меньше его ладони, хрупкие на вид и абсолютно беззащитные без матери. Он предпочитает держаться в стороне и наблюдать, с какой мягкостью, нежностью и трепетом Чонгук ухаживает за ними, заботится, осматривает и говорит своим ласковым голосом, успокаивающим и кошку, и котят, и Тэхёна. Такой Чонгук сводит с ума. Тэхëн оказывается не в силах сделать хоть что-нибудь из запланированного по дому или работе — он не может оторваться. Он замирает в балконном проёме, смотрит огромными глазами на Чонгука, хвалящего котят, что быстро растут, хорошо питаются и слушаются маму, и ловит себя на желании сделать всё, чтобы такая похвала была направлена на него. Чонгук удивительным образом влияет на него. Влюблëнность не поселяется лишь в сердце, а растекается по телу и проникает в каждый аспект жизни мыслями о Чонгуке, желанием быть с Чонгуком и нуждой в Чонгуке. Каждый раз, когда Тэхëн, до этого занятый делом, вспоминает о Чонгуке, он отвлекается, уходит в себя на несколько минут и с трудом возвращается к работе. Чонгук словно никогда не выходит из головы — только отступает, чтобы позволить Тэхёну выстраивать собственную жизнь, но ярко вспыхивает после первой же мысли. Даже не всегда Тэхёну удаётся это контролировать. Порой, если они долго не видятся, Чонгук поглощает его мысли и подталкивает предложить встретиться, а при встрече сжать в объятиях и больше не отпускать. И хотя они много времени проводят вместе, после того, как Мина улетает, они неосознанно чуть отдаляются друг от друга, чтобы позволить отношениям развиваться медленнее и более последовательно. Они не договариваются об этом, но, когда замечают, обсуждают и сходятся на мысли, что их полностью устраивает возможность познакомиться заново, так, как это и случается обычно. Тэхён не уверен, в какой момент Чонгук начинает в него влюбляться — изменения он замечает гораздо позже, когда Чонгук, наверное, сам признаёт существование чувств и не пытается их сдерживать. Его поведение меняется неожиданно. Граница стирается за одну дружескую встречу, когда они в выходные собираются у Тэхёна дома, заказывают еду и устраивают марафон просмотра любимого аниме Чонгука. Тэхён привычно ограничивает себя в проявлении тактильности, но Чонгук уже на третьей серии вдруг меняет положение на диване, вытягивает ноги и опирается спиной на Тэхёна. Когда Тэхён замирает, раздумывая, стоит ли его обнять, Чонгук сам тянется к его руке и обвивает вокруг себя. Через несколько серий он снова двигается и прижимается ещё ближе. Вскоре Тэхён убавляет температуру пола — близость Чонгука становится слишком горячей и в буквальном, и в переносном смысле. Тэхён полностью отвлекается от происходящего на телевизоре на ощущение того, как Чонгук дышит, двигается, ищет удобное положение, смеётся на забавных моментах и напряжённо всматривается, когда решается судьба героев. Он готов поспорить, что слышит даже сердцебиение Чонгука, пусть и собственное порой оглушает. В тот вечер они не говорят, но Тэхён задумывается. В следующий раз они встречаются уже в кафе, однако границу тактильности Чонгук переходит снова — обнимает дольше, усаживается рядом, а не напротив, и прислоняется плечом к его плечу, рассказывая о событиях в университете, пока замерший Тэхён неотрывно на него смотрит. Их взгляды пересекаются, как только он поворачивает голову, чтобы задать вопрос. Чонгук не отворачивается, удивлённый неожиданной близостью, а распахивает глаза и останавливается на середине предложения. Он задерживает дыхание. Тэхён опускает взгляд на его чуть приоткрытые губы, выделенные ярким блеском, и замечает, как Чонгук резко выдыхает и только после тянется к чашке с кофе и делает глоток. — На чём я остановился? — тихо спрашивает он. Тэхён прикрывает глаза и напоминает, прикладывая все усилия, чтобы ослабить навязчивое желание развернуть Чонгука к себе и поцеловать. Покалывание на кончиках пальцев становится всё более невыносимым, а такие моменты, когда они замирают в очевидном ожидании поцелуя, случаются всё чаще. Однажды Тэхён решается поцеловать и тянется вперёд, давая Чонгуку возможность отстраниться и со страхом ожидая, что Чонгук действительно это сделает. Но Чонгук не просто не отстраняется — он прикрывает глаза и с выдохом расслабляется в его руках сразу, как Тэхён касается его губ. Он не позволяет оставить поцелуй невинным, разворачивается в объятиях удобнее, ведёт ладонями по рукам Тэхёна и вовлекает в глубокий, медленный и долгий. Так, как он уже учил Тэхёна целоваться. Только теперь — по-настоящему. С подлинным чувством влюблённости, что огнём растекается по телу. С желанием, чтобы этот поцелуй никогда не заканчивался. С прикосновениями, от которых кожа начинает гореть. С искренним «я так влюблён в тебя, Тэхëн» от Чонгука, сказанным только для него. С настоящим предложением встречаться, что звучит после, когда Чонгук прислоняется головой к его плечу. И, определённо, с настоящими отношениями, в которых Тэхëн знакомит Чонгука с семьёй заново. Об этом он, правда, рассказывает лишь Мине и выслушивает все её возмущения, останавливая словами благодарности за то, что заставила его хоть на несколько дней открыть своё сердце другому человеку. Чонгуку этого хватило. Чонгук занял его сердце не на дни, недели, месяцы или даже годы — он оплёл его, стал его частью и поклялся беречь его вечность. Так же, как поклялся Тэхён — хранить, защищать и делать Чонгука счастливым, как он того заслуживает.